Двое в палатке, не считая брюзжащего эльфа

      Какой чёрт его дёрнул притащить за собой Грейнджер?       Нужно было заавадить её. Или себя. Или все же сначала её, чтобы не мучилась и умерла быстро и почти безболезненно, а не от рук мерзкой кучки приспешников Тёмного Лорда. А уже потом себя. Прямо там, на развалинах Хогвартса. Под визгливые вопли Беллатрисы и гнусавое шипение Тёмного Лорда. С дохлым «Спасителем» под ногами.       Любой из этих вариантов был бы лучше, чем провести эту ночь так, как провёл её он.       Лёжа на старом потёртом диване. Глядя в потолок. Вслушиваясь — как же «вовремя» перестало действовать успокаивающее средство Кикимера! — в задушенные подушкой рыдания за шторой. Не находя в себе ни сил, ни желания встать и рявкнуть Грейнджер, чтобы она заткнулась хотя бы на несколько минут.       Чтобы он просто мог побыть в тишине.       Его хватило на пару часов.       Потом нескончаемое шмыганье носом и всхлипы стали невыносимы настолько, что он вышел на улицу и просидел у костра, пялясь на танцующие языки пламени, вспоминая, как сам едва не сгорел в Выручай-комнате всего несколько дней назад. Пялился, пока на улице не начало светать и к нему, нарушив умиротворяющую тишину, не вышел Кикимер, тут же начавший ворчать, что если Хозяин простудится, то у бедного-несчастного эльфа может не найтись всего необходимого для лечения.       И Драко даже спорить с ним не стал, как и не стал дослушивать очередную порцию нудного дребезжания — будто вчерашних идиотских вопросов от Грейнджер за ужином ему было мало, — и ушёл бродить по лесу, ближайшую территорию которого он уже успел изучить за пару дней.       Через час бесцельное хождение среди деревьев привело его к берегу.       Ещё через час не менее бесцельного рассматривания солнечных бликов на спокойной поверхности реки сухими и покрасневшими после бессонной ночи глазами он наспех скинул с себя одежду и вошёл в воду.       И сейчас…       Сейчас, прикрыв глаза и подставив лицо пока ещё слабо греющим солнечным лучам, Драко стоял уже минут десять по пояс в прохладной воде. Вдыхал слегка землистый запах леса после недолгого ночного дождя и, кажется, впервые ощутил некое подобие спокойствия.       И, кажется, слышал… Нет, не тишину.       Тишина не была похожа на топанье стада кентавров с плохой координацией. И уж тем более не была похожа на чуть хрипловатое после ночных рыданий и разрезающее воздух…       — Эй, Малфой! Доброе утро!       Добрейшее.       — Я занят, Грейнджер.       Очевидно, ей было плевать.       — Но у меня есть к тебе разговор. Срочный.       — Мне обязательно в нём участвовать? — лениво протянул Драко, всё так же стоя спиной к приближающейся Грейнджер, мысленно прикидывая, на достаточном ли расстоянии он находился от берега, чтобы она не смогла увидеть что-то шокирующее для своих глаз.       С другой стороны, почему именно он должен об этом волноваться?       — Я всю ночь думала над твоими словами и поняла, что не могу сидеть сложа руки, — вероятно, сочтя его вопрос риторическим, Грейнджер продолжила: — Мы должны что-то сделать. Я уже попросила Кикимера раздобыть для нас колдорадио, чтобы мы попытались выйти на след уцелевших в битве. Возможно, на Орден Феникса. Ну или хоть какую-то информацию узнать. Раньше мы с Га… кхм, с Гарри и Роном так же…       Её короткий всхлип. Его тяжёлый вздох.       — Та-а-ак, а от меня ты чего хочешь? — нехотя, но Драко всё же обернулся к ней.       Грейнджер стояла у самого края берега, яростно потирая глаза, вероятно, пытаясь остановить новый поток подкатывающих слёз.       Храбрая гриффиндорка хотела казаться сильной и собранной даже тогда, когда весь их мир несся в пекло на третьей космической. Но распухший после ночного захлёбывания слезами нос и мятая, всё ещё в копоти и грязи одежда, которую она так и не удосужилась сменить после битвы, выдавали её с головой.       У неё на лице было написано, что она разбита. Но так же отчётливо там читалось желание всё исправить. Ухватиться за спасительную соломинку.       И это… бесило. Прям выворачивало.       Потому что, в отличие от сияющей напускным спокойствием Грейнджер, Драко не мог похвастаться подобной стрессоустойчивостью. Или хоть какой-то стрессоустойчивостью. И, наверное, ей повезло, что первые два дня их «совместной» жизни она провела в отключке в вонючей палатке, иначе риск попасться ему под горячую руку, когда он, как ошалелый, практиковался с обитателями леса в Круциатусе, был слишком велик.       «Эти белки ничего тебе не сделали, Малфой!»       Наверняка что-то в таком стиле.       Убрав наконец ладони от покрасневших глаз, она сложила руки на груди и по-сучьи упрямо вскинула подбородок. Что вообще-то сейчас выглядело ещё более нелепо, чем когда-либо прежде, ведь без трусов-то по факту здесь стоял он один.       — Я хочу донести до тебя, что раз уж мы оказались в одной лодке, то и действовать должны теперь сообща, — и хотя Грейнджер явно пыталась говорить ровно, в её голосе всё равно отчётливо слышались истеричные нотки. — Не должно быть так, что ты…       Всё, достаточно.       Ещё не хватало, чтобы она ему указывать начала. Для полного счастья. Особенно когда он в находился в таком нелепом виде без возможности поставить её на место.       — Грейнджер, — пока ещё спокойно, насколько это вообще возможно в его нынешнем положении.       Не то чтобы Драко это как-то нервировало, но сейчас он с большим удовольствием предпочёл бы выслушивать — нет, в идеале он бы хотел не выслушивать это вообще, — грейнджеровскую браваду на равных, а не стоя по пояс голым в воде, как…       Как полный кретин, да.       — Мы оба знаем, что наши взаимоотношения всегда были далеки от идеала, но теперь мы должны научиться контактировать друг с другом, если хотим выбраться целыми из этого… м-м, ситуации.       — Грейнджер, — настойчивее, едва ли не полукриком, чтобы она наконец услышала.       Нахмурившись, она наконец сфокусировала взгляд на нём.       — Что?       — Тебя ничего не смущает?       — А что-то не так? — Грейнджер задала вопрос с таким неподдельным удивлением в глазах, что Драко невольно усмехнулся.       — Это ты мне скажи.       — Ну, я… — она снова нахмурила тонкие брови.       Под его насмешливым и явно нервирующим её взглядом Грейнджер прервала зрительный контакт и рассеянно осмотрелась по сторонам. Затем снова посмотрела на него. Затем чуть ниже. Ещё ниже. И тут же быстро, очень быстро вернулась к его лицу.       Красная как перезрелый томат.       — Каков конфуз, да? — Драко с нескрываемой издёвкой приподнял бровь.       — Оу, ты… Ты был занят в этом смысле, да?       — Что?       — Я могу отвернуться, чтобы ты мог закончить.       Стоп.       Стоп. Стоп. Стоп.       Минуточку.       Она что, думает, что он… «что»? Просто «что»?       Нет, никто и не спорил, что видок у него сейчас был крайне подозрительный, но… Грейнджер всерьёз решила, что он тут дрочит с утра пораньше?       — Ты сейчас сама-то поняла, что сказала?       Но вместо того, чтобы стыдливо потупить взгляд и убежать, сверкая пятками, как это сделал бы любой человек, имеющий маломальское представление о правилах элементарного приличия, — хотя откуда это знать человеку, с самого детства водящему дружбу с Уизли и Поттером? — эта гордая сука вздёрнула нос и демонстративно развернулась к нему спиной и… задницей, обтянутой плотной джинсовой тканью.       И, Мерлин, как же сейчас некстати в голове Драко всплыл «титул», которым на шестом курсе Нотт наградил Грейнджер, когда та шла впереди них вверх по лестнице.       «Лучшая задница Гриффиндора».       Ну, не то чтобы лучшая. Хотя…       Да, пожалуй, что-то в этом есть.       Определённо, что-то есть.       — Так вот, ты пока заканчивай там, а я продолжу, — будто бы беззаботно махнув ему рукой, Грейнджер, всё так же не оборачиваясь, присела на траву возле его одежды. — Помимо прослушки колдорадио я предлагаю разведать обстано…       Пиздец, приплыли.       Зачем он взял её с собой? Просто зачем?       И это ведь только второй день их полноценной «совместной» жизни. А что будет дальше? Она с таким же показательно невозмутимым видом предложит ему помочь?       — …если ты хочешь, конечно.       Интересно, она девственница?       — Малфой?..       Гипотетически, если они здесь вместе застрянут надолго, то, наверное, Грейнджер даже не самый худший вариант из всех. В конце концов, она вряд ли станет говорить кому-то о том, что Драко Малфой во время своего первого секса кончил за пару минут.       Нет, он уверен, что такого с ним точно не случится, но Дафна Гринграсс, растрепавшая всему Хогвартсу о том, что Тео кончил себе в штаны, даже не успев снять с неё трусики, сейчас истерично смеялась Драко в лицо.       — Малфой!       По-хорошему, Драко нужно было бы отвесить себе смачного леща лишь за то, что он в принципе позволил подобным мыслям блуждать в голове, но он просто позволил себе думать об этом, потому что… А почему бы, собственно, и нет?       С какой-то пугающей и совершенно не свойственной ему отрешённостью.       Плевать. Всё равно хуже, чем то, что уже произошло, не будет.       — Малфой!       О чём она там так увлечённо нудит?       — Что?       — Да или нет?       Чаще всего, когда Драко прослушивает суть вопроса, он почти всегда соглашается, но в основном для того, чтобы человек просто прекратил с ним разговаривать, однако в случае с Грейнджер…       — Нет.       — Что ж, от тебя ничего другого я и не ожидала. Можешь продолжать пугать рыбок, а я и без тебя прекрасно справлюсь, — по-прежнему не глядя на него, Грейнджер начала с остервенением перебирать его одежду в поисках…       Вариант был только один.       — Грейнджер, если ты хоть пальцем тронешь мою палочку, я сейчас же выйду на берег и преподам тебе урок хороших манер для самых маленьких! И поверь, тебе не по…       Хлопок аппарации.       В который раз за сегодня он жалел о том, что взял эту суку с собой?       Кажется, в третий.

***

      Драко не знал, каким чудом ему удалось не поддаться резко накатившей на него новой — очередной за последние дни — порции отчаяния и терпеливо дождаться вечера, когда Кикимер наконец вернулся с припасами. Даже не знал, как ему удалось сдержаться и не послать эльфа с его вечно недовольными нравоучениями о том, что «вот не надо было брать с собой эту неблагодарную девку».       Поэтому Драко лишь спокойно отдал тому приказ — хоть эльф и отправился на поиски только после того, как поставил новую палатку взамен тому убожеству, что осталось в доме Блэков после дяди Регулуса, — найти Грейнджер и привести её обратно, чтобы он смог доходчиво ей объяснить, что бросать его вот так после того, как он спас её грёбаную жизнь, это… не очень.       Не очень, потому что… потому что…       Потому что он боялся не хотел оставаться один в полной неизвестности. Даже не представляя, чем ещё его «порадует» жизнь. Не хотел оставаться один в том кромешном пиздеце, в котором оказался. Не хотел именно один.       Когда кому-то так же хреново, как и тебе, проще. Где-то в подсознании продолжает робко трепыхаться надежда на то, что всё ещё можно будет исправить. Когда ты не один.       И когда позади него, на мгновение заглушая треск костра, наконец раздался глухой хлопок аппарации и долгожданное: «Я привёл девку, Хозяин», Драко мог поклясться, что та ментальная лапища, сжимавшая его глотку, ослабила хватку. Отпустила, подняв в нём привычную и спасительную злость на Грейнджер.       На ту самую Грейнджер, у которой на лице, кажется, уже намертво, как и у него самого, отпечаталось выражение беспросветной безысходности и которая безропотно села рядом с ним у костра, швырнула на землю небольшую сумку и с понуро опущенной головой протянула ему палочку.       — Не нужно было заставлять Кикимера меня искать, — качая головой, произнесла она, когда эльф скрылся в палатке, чтобы начать готовить ужин. — Я бы всё равно вернулась. Как ты и сказал, мне всё равно некуда идти.       — Разумеется, — едко протянул Драко, окинув её взглядом.       — Хогвартс разрушен до основания. Дома на Гриммо тоже больше нет: там вчера прогремел взрыв. Погибли все магглы, которые там жили, — севшим бесцветным голосом, не поднимая на него глаза, шептала Грейнджер. — Я посетила все возможные и известные мне места, где в теории могли прятаться наши, но… Этих мест больше нет. В маггловских районах Лондона обстановка не лучше.       — И что там?       — Если на поиски Ордена я изначально не возлагала больших надежд, то… Скажем так, я надеялась, что мне удастся найти для нас что-то более подходящее для проживания в маггловских районах. Например, пустующий дом или квартиру. Но, как в итоге выяснилось, в Лондоне нам тоже не стоит появляться, — она коротко вздыхает, глядя на огонь. — Наши фотографии в газетах, ориентировки по городу, телевидение. Если я всё правильно понимаю, новый министр магии начал плотную работу с маггловским Правительством. В смысле, плотнее, чем раньше. Меня узнали, когда я… кхм, одалживала одежду в местном магазине. Пришлось хватать, что первое под руку попадётся. Тебе я тоже кое-что взяла, если…       — Ты обокрала магазин?       — Ну да, — криво улыбнувшись, Грейнджер пожала плечами. — Кикимер заявил, что я не достойна не то что носить, а даже думать об одежде, в которой ходила его покойная хозяйка. И я не стала спрашивать, зачем он тогда взял с собой её вещи, если не для меня. Себе дороже, знаешь ли. Да и в лесу нужно что-то практичнее, чем пышные платья в пол и парадные мантии с рюшами.       На секунду представив, как нелепо Грейнджер смотрелась бы посреди леса в старых платьях его бабки, Драко едва удалось сдержать совершенно неуместный сейчас смешок. Нельзя допускать, чтобы она решила, что её выходка — в том числе и утренняя — никак ей не откликнется. Нужно держать её в узде.       Грейнджер должна знать своё место.       — Это был первый и последний раз, когда ты вместе со своей хреновой гриффиндоской храбростью посмела подвергнуть наши жизни опасности, — после недолгого молчания, понизив голос до угрожающего шёпота, произнёс Драко. — Я надеюсь, что ты осознаёшь, что, если бы тебя поймали, то церемониться с тобой долго никто не стал. А следом пришли бы и за мной. И я не для того вытаскивал наши задницы из этого пиздеца, чтобы похерить всё из-за твоего хренова упрямства и желания лезть на рожон. Я спас тебе жизнь. Изволь быть благодарной хотя бы за это.       — Жизнь?       — Жизнь, Грейнджер. Приятный такой пустячок. Слышала о таком?       — По-твоему, трусливо прятаться в лесу — это «жизнь»? — она схватила с земли брошенную сумку и поднялась с места. — Существование, не более.       — Мне насрать, что ты об этом думаешь, но если ты ещё раз сбежишь, то…       — То «что»? — упрямо вздёрнув свой хренов нос, Грейнджер с нескрываемым вызовом в глазах посмотрела на него сверху вниз. — Убьёшь меня? Духу не хватит, — и тут же едко, разворачиваясь к нему спиной: — Опять.       Сука.       На чистом инстинкте Драко вскочил на ноги, порывисто схватил её за рукав джинсовки и прошипел, развернув её к себе лицом:       — Извинись. Сейчас же.       — Я… — она нервно сглотнула, прикрыв глаза, и после недолгой паузы выдохнула: — Ты прав. Я не должна была.       — Извинись, Грейнджер, — с напором.       — Из-ви-ни.       Смиренно. По слогам. Отлично.       — А теперь… проваливай с глаз моих.       — Конечно.       Пауза.       Десять секунд. Двадцать. Тридцать.       Грейнджер опустила глаза на его руку, всё ещё удерживающую её. Подняла на него недоумённый взгляд.       — Ну, я пойду?       И теперь ему снова захотелось отвесить себе смачного леща. С показательно брезгливым видом Драко выпустил из пальцев плотную джинсовую ткань и спрятал руку в карман.       — О, у нас новая палатка?       Не самая удачная попытка разрядить обстановку с её стороны. Но Драко был готов подыграть.       — Да.