Молитва вечной любви

      Если бы Вас спросили, что такое любовь? Что бы Вы ответили?       Всего шесть букв, в которые человечество веками пытается вложить глубочайший смысл. Слово, в которое люди стараются заложить все тонкие, хрупкие чувства и выстроить одну схему для понимания всего мира. Но возможно ли это? Ответ очевиден. Любовь — вещь индивидуальная. И она навсегда останется самой сокровенной загадкой человеческого сердца.

~~~

      Проснувшись вечером, Вэй Усянь сел в кровати, оглядываясь и пытаясь понять который час. Лань Ванцзи нигде не было рядом.       «Хм… Сейчас вечер. Судя по всему, Лань Чжань ушёл на источники. Солнце находится близко к горизонту, и Лань Чжань не говорил, что у него будут какие-либо дела вечером. Значит, он точно на холодных источниках. Или же ещё только по дороге туда. Лучше самому сходить и убедиться, заодно прогуляюсь после сна и взбодрюсь на свежем воздухе», — Вэй Ин, выстроив логическую цепочку, встал с постели, поправил одежды с причёской и быстрым шагом вышел на улицу.       Проходя по тропинкам и дорожкам Облачных Глубин, частенько навевали воспоминания о времени обучения и юношестве. Хоть это давно прошло, но после недавних событий картинки неосознанно всплывали в памяти, вызывая приятные и тёплые чувства. За всё это время здесь практически ничего не поменялось. Облачные Глубины много времени тому назад отстраивались после страшных разрушений. Но на удивление всё было восстановлено так, как раньше, без единого отличия. Мастерство адептов и старейшин Гусу на самом деле вдохновляло двигаться вперёд и ценить старые устои, а также учения.       Свернув на дорожку, ведущую к холодному источнику, Вэй Ин посмотрел на деревья с правой от него стороны. Около года назад именно здесь в одну из ночей Усянь выцарапал на коре дерева несколько иероглифов и небольшой рисунок, пока Лань Чжань был занят важными делами клана. Не то, чтобы Ванцзи был против такого, но он не запрещал Вэй Ину подобные шалости. Это не вредило природе, но вызывало улыбку и забавные воспоминания, стоило только посмотреть на изображения.       — Лань Чжань, смотри, похоже?       — Мгм.       — Я так и знал, что тебе понравится.       В ту ночь Усянь выцарапал на дереве надпись «ВанСянь» и двух кроликов рядом, правда, не совсем ровных. Конечно, Вэй Ин был уверен в своих действиях и словах, потому что это название их мелодии, которое придумал сам Ванцзи. И маловероятно, что оно бы ему не нравилось. К тому же, никто не был против, когда Усянь оставлял что-то, что могли заметить окружающие их заклинатели. Однако возникали вопросы, когда их проделки находил Лань Цижэнь и понимал, кто именно это сделал. После таких «находок» он продолжительное время бросал на Вэй Ина испепеляющие взгляды и старался как можно быстрее уйти от него подальше.       Учитель Лань мог вздохнуть спокойно лишь тогда, когда Ванцзи и Усянь уходили на ночную охоту или же отправлялись разобраться с какой-либо тёмной нечистью. Походы и путешествия были нередкими событиями. Вэй Ин не мог сидеть на месте, к тому же, там, где несколько тысяч правил. Поэтому, покидая Облачные Глубины, он всегда наслаждался моментами свободы и своеволия, а также временем, что он проводил наедине с Лань Ванцзи.       — Хоть сейчас мы можем не сдерживаться, Лань Чжань.~       — Мы когда-то сдерживались?       — И правда! Но всё равно за пределами Облачных Глубин намного спокойнее. Как минимум потому, что никто не следит за каждым моим шагом и лишним вздохом. А таких лишних вздохов у нас с тобой ой как много по ночам, Лань Чжань! — Вэй Ин, улыбаясь и понимая, как смущает своими словами супруга, всегда следил за тем, как Ванцзи медленно наливается краской. Прошло столько времени, а Второго Нефрита до сих пор будоражат игривые фразы.       На раскрытии различных происшествий, связанных с тёмными духами, Лань Ванцзи и Вэй Усянь показывали себя на высочайшем уровне. Благодаря силе и способностям Лань Чжаня, они справлялись с любыми преградами. Благодаря холодной логике и трезвой рассудительности Вэй Усяня, дела разрешались намного быстрее. Они всегда подходили к расследованиям серьёзно и внимательно. Однако Вэй Ин нередко отпускал шутки и каламбуры в сторону окружающих. Вдвоём же Лань Ванцзи и Вэй Усянь составляли слаженный дуэт, сравниваемый с Инь и Янь. Они быстро расправлялись с поставленными задачами и целями, после чего возвращались домой, в Облачные Глубины. Где, честно сказать, их готовы были отправить обратно, лишь бы Вэй Усянь снова не пересекал порог Гусу.       Добравшись до спуска к самому источнику, можно было разобрать силуэт, находящийся в воде. Вэй Ин издалека всегда мог точно сказать, Лань Чжань ли это или же нет. Эту «способность» он приобрёл ещё во время обучения и научился различать Второго Нефрита среди остальных адептов в белых одеждах. Это было проще, чем казалось на первый взгляд. Ванцзи высокий, грациозный и идеальный во всём, относительно большинства других заклинателей его клана. Но был случай, когда Вэй Ин допустил одну неловкую ошибку, после чего долго извинялся перед Главой клана Гусу Лань. В тот раз он подошёл к Лань Сичэню со спины, положил руку ему на плечо и аккуратно сжал, прошептав томно на ухо: «Ханьгуан-Цзюнь». Не ожидая такого действия со стороны другого человека, Лань Хуань резко повернул голову в сторону постороннего. Вэй Ин, вскоре поняв, что это далеко не тот человек, сам отпрыгнул, одновременно извиняясь. Внутри словно всё стянулось в узел от понимания, насколько ситуация вышла постыдной.       — Цзэу-Цзюнь! Это случайность, правда! Прошу прощения, Вэй Ин ошибся, такого не повторится! — тараторил Усянь, сложив руки перед собой и согнувшись в глубоком поклоне, на что Лань Сичэнь лишь понимающе улыбался.       — Господин Вэй, всё в порядке, не вините себя. Каждый может ошибиться, в этом ничего плохого нет. К тому же, алкоголь всегда создаёт неловкости. Вам не стоит больше его употреблять сегодня в целях безопасности, — Глава клана не относился отрицательно к случайным касаниям, но всё же держал дистанцию между ним и окружающими в знак уважения.       — Могу я Вас попросить не рассказывать Лань Чжаню?.. Мне стыдно за мою оплошность, — Вэй Ин до сих пор оставался в поклоне, не смея поднимать глаза на старшего.       — Конечно.       Правильно говорят, что два Нефрита похожи друг на друга, и их сложно отличить новичку и юным адептам, прибывшим на обучение. Казалось, Вэй Ин не должен был ошибиться, так как знает Лань Чжаня «от» и «до», но воздействие большого количества алкоголя выбило его из обычного восприятия мира. Зато этот конфуз пошёл на пользу, потому что именно после него Усянь перестал перебарщивать с вином на территории Облачных Глубин. У всех есть предел, и Вэй Ин не был исключением. Со временем ситуация забылась и вспоминалась лишь изредка, но никогда не проговаривалась вслух.       — Лань Чжань! — крикнув во время спуска по дорожке к источнику, Вэй Усянь помахал рукой, привлекая к себе внимание.       Ванцзи развернулся на оклик, посмотрев на сбегающего к нему заклинателя. Раздеваясь по пути и скидывая обувь в разные стороны, Вэй Ин забежал в воду, придвигаясь ближе к супругу.       Озноб почти сразу охватил Усяня, стоило только зайти в источник по пояс. Пробегая мелкой дрожью вдоль спины и заставляя зубы стучать, холод сжался внутри, запрещая спокойно вздохнуть полной грудью. Это было вовсе не приятным ощущением, но желание оказаться рядом с близким человеком было куда сильнее ощущения дискомфорта от нахождения в практически ледяной воде.       — Лань Чжань, к-к-как ты можешь здесь проводить с-столько времени ежедневно. Вода ведь такая х-холодная! — усмиряя неконтролируемый стук зубов, Вэй Усянь прижался ко Второму Нефриту окончательно.       — Полезно, — Ванцзи притянул супруга к себе, обняв Вэя за талию, чтобы Усяню было теплее. — Ты можешь подождать меня на суше.       — Вот уж нет. Я хочу здесь, — встав на носочки, выпрямившись и положив руки на шею Нефрита, Вэй Ин поцеловал Лань Чжаня в щёчку, рассчитывая, что далее тот возьмёт инициативу на себя.       — Ты замёрзнешь, — игнорируя действия Усяня, Ванцзи продолжал стоять, словно каменная статуя.       — С тобой точно не замёрзну! Видишь, мне уже тепло. А может стать и совсем горячо, — проведя пальцами от шеи, по плечу, касаясь спины, не задевая шрамы и останавливаясь на талии, Вэй Ин заглядывал в глаза заклинателя, прикусив свою нижнюю губу.       — Вэй Ин. Нас могут увидеть другие адепты.       — Разве Ханьгуан-Цзюня это когда-то смущало? К тому же, я не думаю, что они будут удивлены, — Усянь продолжал заигрывать, не останавливаясь на таких простых вещах.       Потянувшись к ключицам, вначале он оставил лёгкий, едва чувствительный поцелуй. Затем, нежно ведя мокрую дорожку языком вдоль шеи, до мочки уха, остановился и немного отстранился.       — Кажется, кого-то устраивает происходящее? — ухмыльнувшись и заметив, как Второй Нефрит бездействует, медленно наливаясь краской, Вэй Ин продолжил, оставив лёгкий укус на фарфоровой коже у основания шеи.       — Бесстыдник, — не вытерпев, Лань Чжань подхватил того под бёдра, усадив к себе на талию и крепко обхватив руками, из-за чего сердце Вэй Ина начало биться куда быстрее, чем в спокойном положении.       — Я так и знал, что ты не будешь долго ждать, Лань-гэгэ.~       Спустя годы страсть между ними не сбавлялась. Скорее, она приобрела контроль, позволяя Ванцзи не срываться с рычагов раньше, чем было положено. И именно контроль помогал остановиться даже в самые горячие моменты, что и спасало этих двоих не раз.       Не дождавшись действий со стороны Лань Чжаня, Вэй Ин самостоятельно коснулся чужих губ своими, дразня и подталкивая его продолжить начатое. Однако Второй Нефрит не спешил отвечать на поцелуй и тем более брать инициативу. Он до сих пор боролся с желанием и разумом, который твердил сначала разобраться с происходящим и только потом заниматься подобным.       Чувствуя холод, Вэй Ин только прижался ближе, сжимая ногами изящную талию супруга. В воде было намного проще вытворять хитрые манёвры, ведь вес ощущался куда меньше, чем на суше. Запустив ловкие пальцы в волосы Ванцзи, Усянь вновь повторил свою попытку добиться ответного поцелуя от Нефрита. И на этот раз старания привели к успешному исходу.       Трепетно коснувшись манящих и давно желанных губ, Ванцзи прикрыл глаза и дал волю своим чувствам, проявляя привычные нотки грубости и страсти. От лёгкого головокружения у Вэя весь холод и дрожь по телу отступили, уступая место нежности и теплу, разливающемуся повсюду. Испытывая некое волнение и одновременно наслаждение, Вэй Ин неспешно провёл рукой по плечу, переходя мягко на руку. Такие аккуратные движения даже у Нефрита вызывали мелкую дрожь от удовольствия, подталкивая адепта к более смелым действиям.       Прижавшись ближе и максимально сократив расстояние между телами, Ванцзи углубил поцелуй и провёл языком по нижней губе супруга, «поменявшись» с партнёром местами. На этот раз Лань Чжань первее начал дразнить Вэй Ина, вызывая у последнего лёгкость и рваное дыхание из-за переполняющих его эмоций.       Отстранившись от уст, Лань Чжань, оставляя следы на нежной коже, опустил дорожку поцелуев к настолько чувствительной шее, заставляя сердцебиение ускориться ещё больше. Ощущая жаркое дыхание на одной из самых эрогенных зон, мир отошёл на задний план, расплываясь вдали и собираясь в одно нечёткое пятно. Концентрируясь только на прикосновениях и чувствах, Вэй Ин наклонил голову, освобождая для Лань Чжаня больше пространства для жгучих поцелуев. Ванцзи же не только воспользовался этим шансом, но и, окончательно захватив власть, одновременно провёл рукой от поясницы до бедра, после возвращая её на ягодицу.       — Лань-гэгэ-э, — протянув тихим и сладким стоном имя, Вэй Усянь сжал бёдра на талии сильнее, прогибаясь в спине от столь приятных и желанных касаний, ощущая спазмы в мышцах от холодной воды вкупе с наслаждением. — Не останавливайся.       — Вэй Ин, нам нужно идти, — оторвавшись только для слов, Ванцзи сдвинул нижнее ханьфу Вэя в сторону и продолжил покусывать ключицы супруга, шею, мочки ушей, не оставляя без внимания плечи, желая заполучить куда больше свободы действий, чем имел сейчас.       — Нам никуда не нужно. К тому же, Лань Чжань, ты сам не хочешь куда-либо идти, — усмехнувшись, Вэй Ин одной рукой развязал свой ханьфу, распахивая его и самостоятельно сбрасывая в воду, покрываясь мелкими мурашками, — Ханьгуан-Цзюнь, мне холодно. Согре-ей.       Хоть жар и разливался по телу, но место, в котором находились супруги, было не особо приятным для долгого нахождения в полуголом виде. Безоговорочно оно дарило влюблённым новые, непривычные и острые ощущения, но вскоре переходило в обычную дрожь от холода с примесью блаженства.       — Вэй Ин, идём, — Лань Чжань крепче перехватил Усяня и прервал сладострастие, выходя из воды со своим спутником жизни на руках, не забывая прихватить оставшуюся в воде одежду.       — Ха-аах, Лань-гэгэ, ну как так можно. Оборвать такое посреди самого горячего! — возмущался заклинатель, цепляясь крепче за плечи Ванцзи. — Обещай, что продолжим в цзинши.       — Мгм.       И, будучи довольным, Усянь уткнулся в основание шеи Второго Нефрита, нежно водя кончиком носа, словно вырисовывая на фарфоровой и холодной коже затейливые узоры.

~~~

      — Лань Чжань, пусти, я сам дойду.       — Нет. У тебя мокрая обувь. Ты её скинул в воду.       — Ничего со мной не будет! Боялся я холодной воды, — протестовал Вэй Ин, пока Лань Ванцзи нёс его на руках через все Облачные Глубины.       — Заболеешь. Тебе было холодно.       — Всё в порядке. На нас смотрят, Лань Чжань.       — Тебя это когда-то смущало? — Ванцзи перефразировал недавние слова Вэя, не обращая внимания на сопротивление.       — Не забирай мои слова! Лань-гэгэ, поставь меня на землю. Я же сейчас умру от стыда, если ты этого не сделаешь. Младшее поколение будет говорить, что Вэй Усянь испугался воды. Лань Чжань! Лань Чжань, ты меня слышишь?!       — Поставлю. Когда дойдём до цзинши.       — Вот зануда, — смирившись с положением, Вэй Ин решил дождаться конца маршрута.       — Мгм.       Когда случались какие-либо конфликты или несогласия, Ванцзи всегда заботился о Вэй Ине, и эта забота возвращалась в ответ. Всё то время, что они были вместе, супруги не разлучались надолго, а оставаясь наедине — восполняли друг друга, становясь одним целым. Это означает, что они подходили друг другу не только физически, но и духовно. Вэй Усянь шевелил льды, находящиеся внутри Лань Ванцзи. Лань Чжань же в свою очередь укрощал строптивый характер Вэй Ина, поддерживая равновесие.       Дойдя до цзинши, Лань Чжань перешагнул порог, сделал несколько шагов и, как и обещал, опустил Усяня на пол возле кровати. Время близилось к девяти часам вечера, но солнце ещё не спешило заходить за горизонт, освещая всё вокруг приятным, тёплым светом, проникая при этом во все углы помещения. Укрыв Вэй Ина одеялом, Лань Чжань отошёл в сторону, разбираясь с мокрыми после холодного источника ханьфу.       — Лань Чжань.~       — Хм? — не отвлекаясь, поинтересовался Ванцзи.       — Лань-гэгэ, — Вэй Ин тихо подошёл, освободив руку из-под покрывала и осторожно коснувшись пальцами плеча Ванцзи. — Как насчёт договора? Сегодняшнего «каждого дня» ещё не было, Ханьгуан-Цзюнь.       — Вэй Ин, скоро отбой.       — Отбой испугал Второго молодого господина? Вот это да!       — Скоро время отбоя, — повторил Ванцзи, отрезая другие варианты.       — Ты никогда не отказывался, Лань Чжань, — насторожившись, Вэй Ин убрал руку от супруга, опустив взгляд вниз.       Он на самом деле не помнил, когда Ванцзи просто так отказывался от его предложений провести время наедине в постели. Обычно не требовалось заставлять или упрашивать Второго Нефрита на такое приятное друг для друга событие. Ванцзи прекрасно помнил об уговоре, но впервые сам уклонялся от своих же слов. Именно это непонимание и заинтересовало Вэй Усяня, выбив из него ироничный смешок.       «Что ж. Хорошо, Лань Чжань, как скажешь. Видимо… У меня не получается убить твои сомнения по поводу необъяснимых чувств, верно?..» — размышляя, Усянь сообразил, что они уже пару минут стоят рядом и молчат.       — Вэй Ин тебя понял, Ханьгуан-Цзюнь.       Вэй Усянь отошёл обратно, лёг на кровать и отвернулся к стене, мысленно не выходя из своих рассуждений.       «Может быть, Лань Чжань просто-напросто не в настроении? Впервые за столько лет… Или у него какие-то проблемы? А если я смогу ему помочь? Может, спросить у Цзэу-Цзюня? Нет. Нет-нет-нет, это плохая идея. Хорошо. Значит, нужно решить проблему на свежую голову. Утром. Утром всегда лучше думается».       Почувствовав, что Ванцзи уже лёг рядом, Вэй Ин развернулся к нему лицом, коснувшись подбородком его плеча и щекоча дыханием бархатистую кожу. Внимательно наблюдая за плавными движениями ресниц, приоткрытым ртом и непроницаемым выражением лица, Вэй Усянь видел, как мягко и медленно засыпает Второй Нефрит.       — Лань Чжа-ань.       Не получив в ответ ни звука, Вэй Ин продолжил, чтобы добиться своего.       — Ханьгуан-Цзюнь, — снова тишина.       — Лань-гэгэ.~       — Хм?       — О, так и думал, что ты отзовёшься именно на это! Лань Чжань, а спой мне колыбельную. Я давно не слышал твоего чарующего голоса.       — Спи. Уже время отбоя, — даже не открывая глаз, Ванцзи лишь проговорил это, практически не шевеля губами, после чего заснул, больше не обращая внимания на все приставания Вэй Ина.       — Лань Чжань… Что же с тобой такое. Я пытаюсь вернуть всё так, как было и сделать всё, что угодно. Что случилось, что ты начал ко мне так относиться? Не поверю, что ты мог вот так просто остыть без каких-либо причин.       И вновь этот вопрос был задан в пустоту. Ответ на него было невозможно получить, даже если бы Вэй Ин задал его напрямую Второму Нефриту. Такая их взаимосвязь пошатывала доверие, чувства и состояния обоих супругов. Внутри словно разрушались целые миры, которые они создавали вместе и совместно так долго хранили в глубине души, оберегая их, как зеницу ока. Сейчас же практически не было никаких надежд, за которые можно было уцепиться и держаться до конца. Вэй Ин, что всегда сражался за справедливость и правду, был готов опустить руки, но он не верил, что всё может закончиться быстро после стольких счастливых лет. И с каждым разом мир внутри и вокруг него становится всё холоднее, превращая мысли о совместном, желанном будущем в лёд и небывалые сказки. Но Вэй Ин не собирался сдаваться, пока ему не скажут, что он здесь больше не нужен. Казалось, Лань Чжань становился с каждым разом лишь более безразличным. И это означало лишь одно: оборвалось ещё несколько нитей, связывающих Вэй Усяня и Лань Ванцзи.

…И было молчание их наполнено криком.