Глава 10
23 мая 2021 г., 01:18
Не противоречат обычно тем, кого больше всего любят, и тем, кого меньше всего уважают.
~~~
— Цзинъи, быстрее! Прошу, скорее! Проносящиеся под ногами камни с каждой секундой мелькали всё чаще и чаще. Увеличивая скорость, юноши вовсе не заботились о том, споткнутся ли они обо что-либо по пути, забывая про всё на свете, лишь бы успеть. Дыхание сбивалось, сердце быстрее и быстрее колотилось, отдавая бешеным пульсом по артериям. Однако такое состояние было вовсе не от усталости, так как адепты ежедневно тренировали своё тело, и обычный бег им никогда не мог помешать. Лишь бы успеть. Волнение, что накатывалось ежесекундно, сбивало с привычного ритма, приводя сознание в непорядок. Лань Сычжуй и Лань Цзинъи неслись со всех ног вперёд, в сторону тропинки, по которой ушёл не так давно Вэй Усянь. Должно быть, они успеют его нагнать, ведь не могли же они так надолго задержаться? Казалось, разница была всего в пару минут, но ощущение было длиной в вечность. Юноши не думали, куда им нужно будет бежать, если они не обнаружат того, кого ищут в конце тропы. Однако такие мысли были сразу стёрты из головы, не желая встречаться с наихудшим вариантом лицом к лицу. — Сычжуй! Цзинъи! — прозвучал со стороны строгий, сердитый голос, который хотелось бы услышать сейчас в самую последнюю очередь. Конечно, невозможно было не узнать голос учителя, который преподавал и вбивал в голову знания — нужные и ненужные — всем юным адептам клана Лань. Резко остановившись, словно ноги моментально вросли в землю и дали корни глубоко вниз, юноши не осмеливались поднять головы и посмотреть учителю прямо в глаза. Понимая свою вину, но вовсе не желая её признавать, они продолжали надеяться, что их отпустят хотя бы на короткое время, а днём они уже смогут честно прийти за наказанием, повинившись во всех своих грехах. Но, зная характер Учителя Лань, та самая надежда медленно угасала, одновременно сгорая в пламени досады и разочарования. Как же такое могло произойти? Казалось, будто кто-то назло передал всю информацию учителю, приказав ему остановить ребят. Или же это было желание старшего адепта? Лань Цижэнь устремлённой походкой приближался, распространяя по округе холод, пробирающий до костей от одного лишь его взгляда. Кажется, заклинатели поняли, что Ханьгуан-Цзюню досталось подобное по наследству, а не от силы его характера, как думали раньше. Лицо Учителя Ланя не выражало ничего хорошего — сведённые нахмуренные брови, морщинки на носу, появляющиеся только перед выдачей наказаний, а ещё холодный-холодный взгляд, который абсолютно точно подтверждал то, что двум заклинателям сегодня не поздоровится. — Вы забыли правила клана? — начал он, не разбираясь в том, что произошло. По всей видимости Лань Цижэнь знал, куда они намеревались пойти, — Вы знаете, что сейчас время отбоя? Где вы должны находиться? — Учитель Лань, но мы… — однако голос был моментально прерван, не позволив Цзинъи даже объяснить произошедшую ситуацию. Но нуждался ли Цижэнь в пояснениях и посвящении его в это? Или же он изначально знал, что произойдёт именно в это время и именно этой ночью? — Никаких оправданий. Вы знаете, что нет никаких исключений из правил. Вы нарушили как минимум два пункта из них, что непременно требует строгого наказания. — Учитель Лань, мы сейчас очень торопимся! — Цзинъи продолжал стоять на своём, пытаясь сдвинуть ситуацию в свою пользу. — Позвольте нам… — но снова был прерван вопреки его попыткам. — Вы уже не маленькие, какой же пример вы вдвоём подаёте всему младшему поколению? — Лань Цижэнь словно вовсе и не слышал. Или же не желал слушать, зная, что они скажут. — Идите немедленно к себе. Утром вы получите наказание в соответствии с нарушениями правил. Лань Цзинъи, раскрыв рот и набрав полные лёгкие воздухом, явно собираясь возмутиться, развернулся и закашлялся, покраснев до ушей. В то время Сычжуй незаметно и очень аккуратно ткнул его под рёбрами, выбив воздух и тем самым заставив того одуматься. К чему бы привели его слова? Вероятно, к более разозлённому учителю и в разы увеличенному по масштабам наказанию. Бег на территории Облачных глубин, нарушение времени отбоя, неуважение к старшим, пререкания, неуважение к правилам клана — и вот уже набирался весомый список, который на весах смог бы перетянуть все прошлые «заслуги» адептов. Не осмелившись сказать задуманное, Лань Цзинъи сделал шаг назад, немного скрываясь за спиной Сычжуя, чтобы случайно не сказать лишних слов, тем самым позволив Лань Юаню разобраться с ситуацией. Кровь кипела внутри от подобного действия, не желая примиряться с тем, что приходится подчиняться чему-либо, подавляя свой характер и истинное мышление. Хоть у Цзинъи и был взрывной нрав, сносящий на своём пути многое, он прекрасно знал и понимал, когда стоит отступить и позволить выйти из ситуации, а заодно вытянуть и себя, человеку, которому он доверяет не хуже, чем себе — Лань Сычжую. Они многое количество времени провели на обучении, отправлялись вместе на ночные охоты и нередко помогали друг другу, иногда даже рискуя жизнью. Потому было много причин доверять своему близкому соклановцу. Лань Сычжуй был очень и очень вежлив, а также аккуратен при общении со старшими заклинателями и простыми жителями городов. Он никогда не посмел бы нагрубить или ответить более резко, чем иногда хотелось. Именно благодаря его терпению, выдержке и характеру, Сычжуя нередко называли одним из лучших учеников его поколения. В такой ситуации, как сейчас, он сам чувствовал, что нужно взять всё в свои руки. Сычжуй шагнул вперёд, сложив руки перед собой в низком поклоне в знак уважения. — Учитель Лань, мы приносим свои извинения за наш проступок. Мы готовы получить справедливое наказание за это. — Сычжуй заметил, как Цзинъи нахмурился, из-за чего пришлось покачать головой, чтобы тот не вставил свою пару слов в диалог, ухудшив ситуацию до невозможности выйти из неё достойно. Поняв, что имел в виду Сычжуй, Лань Цзинъи кивнул и отступил. — Но, просим, разрешите нам попрощаться с Учителем Вэем. Лань Юань выпрямился, ожидая томительного ответа, который растягивал время, вставляя в пустоту звенящее в ушах молчание. — Вы наказаны. Немедленно возвращайтесь к себе, — повторил старший заклинатель. — За свои ночные прогулки нужно уметь отвечать и нести ответственность, — после чего он развернулся и медленно направился в противоположную сторону от той самой тропинки. — Лань Сычжуй и Лань Цзинъи Вас поняли! Почувствовав толчок в бок и тяжёлый взгляд, Сычжуй повернулся к Цзинъи, прислонив палец к губам, словно он попросил помолчать, пока Лань Цижэнь не уйдёт на приличное расстояние, чтобы никакое слово не смогло донестись до его слуха. Так оно и было. — Он точно специально нам запретил увидеться с Учителем Вэем! — Цзинъи сказал это немного громче, чем планировал, после чего ему пришлось оглянуться и убедиться, что никто не смотрит на него уничтожающим взглядом, желая наказать заклинателя до конца его дней. Удостоверившись в том, что всё более чем в порядке, он продолжил почти шёпотом. — Сычжуй, мы должны пойти за Учителем Вэем. Хуже нам уже точно не будет. Сычжуй коснулся пальцами подбородка и поднял глаза, смотря расфокусированным взглядом далеко вперёд, задумавшись о всевозможных вариантах событий. Слова не шли в голову, он боялся навредить не себе, а тому, кто и так уже достаточно пострадал — Вэй Усяню. Кто знает, на что готовы пойти Старейшины, учитывая, что он сотворил в прошлом. Теперь он не относился к клану Лань, а потому вполне смог бы понести наказание, искупив свою давнюю вину. Только каким будет наказание — никому не было неизвестно. Нельзя было предполагать о решениях старших заклинателей клана. Они всегда могли удивить своими словами и речами, из-за чего большинство из младшего поколения мысленно не соглашались с ними, но не смели выразить что-либо вслух. — Сычжуй! Учитель Лань ушёл, мы спокойно можем последовать и ещё успеть нагнать Учителя Вэя. Идём же! — Лань Цзинъи схватил того за руку и потянул в сторону, прилагая небольшие усилия. Он знал, что Лань Юань, не раздумывая, пойдёт за ним, ведь это было их общее желание. Они оба были достаточно привязаны к Вэй Ину, считая его полноценным наставником с огромным и полезным багажом опыта. Сычжуй не двигался с места, не спеша посмотрел в глаза Цзинъи, вглядывающиеся в данный момент в него самого, чтобы найти хоть какое-то объяснение его нерасторопности. Лань Юань помотал головой из стороны в сторону. — Не сейчас, Цзинъи. — Что значит «не сейчас»?! — возмущение, вовсе не скрываемое, отчётливо слышалось в каждом звуке. Сычжуй высвободил свою руку из мёртвой хватки, грустно улыбнувшись, будто бы вспоминая все те светлые моменты, проведённые вместе с Вэй Ином. Он посмотрел на Цзинъи кристально-чистым взглядом, стараясь вложить в него всё то сожаление и одновременно странно-печальную радость, чтобы успокоить и дать понять, что на этом временном расхождении их путей ничего не заканчивается. — Будет только хуже, если мы сейчас туда пойдём. Мы ещё обязательно встретимся с Учителем Вэем. Цзинъи, распахнув глаза и моментально вспыхнув краской на лице, на удивление быстро успокоился, опустив глаза вниз и кивая головой, несильно сжав губы. Разумеется, они оба всё понимали. Приходилось лишь смириться со всем и последовать по медленному течению времени, которое, как надеялись, приведёт их именно туда, куда они так сильно желают. И, развернувшись, они в тишине направились обратно, в безмолвные и, казалось, настолько чужие родные Облачные Глубины.~~~
— Господин Вэй, я знаю о ваших взаимоотношениях с Господином Цзян, но, может быть… — Нет. — Вы уверены?.. — Абсолютно, — он сделал паузу, после чего усмехнулся и продолжил. — Хах. Забавно всё-таки получается. Каждый однажды говорит себе: «Хочется бросить всё и уйти». Многие говорят это просто для снятия стресса, некоторые действительно бросают и уходят. Но самая глупая ситуация — когда и бросать нечего, и идти, в общем-то, некуда, но фраза всё равно продолжает крутиться на языке. Заклинатель, стоящий напротив, устало потёр виски, затем продолжил. — Но это не значит, что для нас нигде не найдётся места. Нужно идти и мы обязательно останемся там, где больше всего нужны, — Вэй Ин, оперевшись рукой на дерево, встал с места. — Идём же, Яблочко! Нам по–… И, не договорив слова, заклинатель пошатнулся явно перед падением. Каждое движение, сближающее его с землёй, мелькало, словно в замедленном кадре. Быстрая реакция не позволила дать упасть своему Господину, и Вэнь Нин, оказавшийся за один шаг у бессознательного тела, подхватил Вэй Ина на руки. — Г-Господин В-Вэй! В прошлом подобное нередко повторялось в сопровождении крови и бледной кожи. Однако никто бы и не подумал, что это повторится вновь. Может быть, усталость взяла верх, контролируя все действия хозяина? Или повлияли произошедшие не так давно события? Нелегко было вжиться в роль какого-либо человека, чтобы понять его тяжёлые переживания и все мельтешащие в голове мысли. Вэнь Нин коснулся двумя пальцами артерии, проходящей на шее. Ритмичные удары пульса доносились от самого сердца, пробегая по телу владельца и переносясь в руку мертвеца. Да, хоть настолько мелкое колебание было весьма трудно разобрать для Вэнь Нина, но его чувствительность продолжала функционировать. Это не было помехой. «Вероятно, это из-за усталости». Порой поражало, какими точными бывают слова людей, познавших нетрадиционную медицину Китая. Лишь по одному пульсу можно было сказать, какое заболевание имеется у человека или же с какими органами могут возникнуть проблемы в будущем. Вэнь Цин частенько учила Вэнь Нина основам, которые надолго отложились в голове на ближайших полочках. Полезные навыки не выветриваются просто так, даже если их не применять достаточно долгое время. Далее Вэнь Нин приблизил пальцы к носу Усяня, проверяя дыхание. Оно оказалось медленным и размеренным, словно человек всего-навсего уснул. Но беспокойство за то, что сознание за секунды покинуло тело, не давало Вэнь Нину расслабиться. Его всё же стоило отнести к хорошим лекарям, у которых имеется при себе множество трав и снадобий, чего у Вэнь Цюнлиня с собой не было. Но куда же отправиться? По всему Китаю было не так много мест, которым можно было бы доверить Старейшину Илина без различных угроз для его же здоровья. Многие люди до сих пор остерегались и держались подальше от тех, кто произносил это устрашающее звание или же имя «Вэй Усянь». Спустя пару минут, Вэнь Нин, кивнув, встал с места, подняв с собой на руках Вэй Усяня. — Г-Господин В-Вэй, я отвезу В-Вас в надёжное место. И, быстро переступая, лишь бы поскорее добраться до нужного места, Вэнь Нин отправился в сторону ближайших лодок.~~~
За всё то время, пока они плыли по реке, Вэй Усянь просыпался всего пару раз, но так и оставался в состоянии непонимания происходящего вокруг. Проговаривая что-то себе под нос и поворачивая головой в стороны, натыкаясь взглядом на две стены по бокам, Вэй Ин не мог успокоиться, ровно как и встать. Силы по-прежнему не желали возвращаться обратно к владельцу, словно требуя большего внимания и отдыха. Из-за неспокойствия Усяня, Вэнь Нину приходилось несколько раз нажимать на его акупунктурные точки, отправляя обратно в царство снов. Но, преодолевая трудные барьеры, он всё равно время от времени открывал глаза, повторяя, как будто по своей определённой схеме. — Лань… Лань Чжань… Ты… — Г-Господин В-Вэй, — и вновь он спускался со ступеньки лодки, чтобы за пару движений прекратить любые доносящиеся до слуха фразы, усыпив заклинателя с помощью всё одних и тех же точек на теле. Конечно, Вэнь Нин слышал отчётливо то, что проговаривал Вэй Усянь. Его безупречный слух, позволяющий услышать треск сломанной ветки за множество цуней, не подводил ни разу. Они уже были на полпути к цели, которую Вэнь Цюнлинь определил заранее. Мимо же проносились спокойные пейзажи, сменяющиеся всё более и более знакомыми картинами.~~~
Аккуратно подняв на руки господина, Вэнь Цюнлинь перешагнул через бортик лодки, наступая на твёрдую и надёжную пристань. Едва слышный стук каблуков о дерево доносился после каждого неуверенного шага по пути к главному входу. Никто не мог точно сказать что-либо о возможной реакции главы клана. Однако других выходов не было и стоило попробовать, не страшась последствий. Терять уже нечего. По обе стороны от главного входа стоят юные адепты, внимательно рассматривая приближающуюся к ним фигуру, несущую на руках обездвиженное тело. Нечасто можно столкнуться с ситуациями, которые младшие заклинатели когда-то изучали на уроках старших учителей и старейшин клана. — Стойте! Вэнь Нин остановился, не смея пойти против приказов людей, которые бы точно могли помочь им. Лучше было назвать имена. Так, вероятно, получится добиться куда большего. — П-Прошу передать г-главе к-клана о прибытии Вэй Усяня. — В-Вэй У-Усяня? — растерялся адепт. Но, быстро собравшись и выпрямив плечи, он, чётко проговаривая каждый звук, продолжил. — Есть! — после чего ускоренным шагом направился вдоль множества маленьких мостиков, удаляясь в глубину Пристани Лотоса, оставив своего напарника следить за новоприбывшими гостями. Состояние Вэй Усяня не ухудшалось, но и не улучшалось, что уже было весьма неплохо. Однако вернуть заклинателя в здоровое самочувствие до сих пор было приоритетной вещью. Убрав прядь волос со лба Вэй Ина, Вэнь Нин вздохнул и ещё раз проверил его пульс. Волнение, что каждая секунда может навредить будущему восстановлению организма, медленно, но верно брало верх, проползая колкой и неприятной дрожью по рукам. Казалось, человеческая чувствительность возвращается, создавая иллюзию. — Лань Чжань… — Г-Господин В-Вэй, всё б-будет в порядке. Скоро В-Вы отдохнёте. Не заставив долго ждать, послышались частые шаги, сопровождаемые редкими скрипами деревяшек друг об друга. Едва можно было отличить сквозь тяжёлую походку чуть поспевающий за ней бег, явно принадлежащий тому ушедшему за главой адепту. Значит, глава клана и в самом деле лично выйдет встретить незваных гостей? — Вэй Усянь! У тебя хватает наглости заявиться ко мне посреди ночи, даже не вспоминая меня до этого мо-… — затормозив на месте и не дойдя несколько метров, Цзян Чэн остановил взгляд на Вэнь Нине, нахмурив брови. В его глазах читалась явная неприязнь к стоящему перед ним человеку, что привела к следующим словам, прозвучавшим весьма необдуманно. — Как я понимаю, ты позабыл, что тебе здесь не рады? Правая рука дрогнула, сжавшись в кулак. Цзян Чэн, усмехнувшись, привёл своё кольцо в активное положение, осветив небольшим свечением пространство вокруг. Зная, насколько ярким бывает Цзыдянь, работающий в полную силу, Вэнь Нин понял, что это был лишь способ припугнуть гостей, поставив некую условную ограду на пороге от нечистой силы. Тем не менее, мешало ли что-то использовать плеть с максимально мощной энергией? Вэнь Нину было не страшно получить несколько ударов Цзыдянем, чего нельзя было сказать о Вэй Усяне, тело которого не было одарено сверхпрочной способностью. Не будь его на руках, глава клана Цзян не отказался бы от возможности воспользоваться своей чудесной плетью. — Ты в самом деле посмел приблизиться к порогу Пристани Лотоса? — Г-Глава к-клана Цзян, мы… Г-Господин Вэй не смог бы самостоятельно д-добраться до сюда. Цзян Чэн перевёл взгляд на лицо Вэй Ина. Со стороны казалось, словно глава клана задержал дыхание, пропустив пару ударов сердца. Обычно его бессознательное состояние ранее было связано с переизбытком тёмных сил, распространяющихся по телу. Но что же произошло сейчас? Неужели Второй Нефрит позволил дойти до такого состояния? Там, где всегда красовалась беззаботная яркая улыбка в юношестве, а после лёгкая полуулыбка при встречах, были лишь приоткрытые губы. Лицо же его было полностью расслаблено. Не было ни малейшего намёка на давнюю улыбку, когда-то настолько привычную. Осознав, что уже прошла примерно пара минут после последних слов Вэнь Нина, Цзян Чэн глубоко вдохнул, сдержав раздражённое шипение. — Не поверю, что благоразумный Ханьгуан-Цзюнь, Второй Нефрит клана Лань оставил бы его без присмотра, — прозвучавшая фамилия горечью отдала по языку, вызвав сжатие челюсти и стерев ту лёгкую ухмылку с лица. И, замахнувшись плетью, сверкающей ярче любой молнии, Цзян Чэн нанёс удар, коснувшись спины Вэнь Нина. Перед этим Цюнлинь развернулся так, чтобы его господин был в полной безопасности, не находясь в зоне «поражения». Его реакция была моментальной, позволив мертвецу закрыть собою Вэй Усяня. — П-Прошу, г-глава клана Цзян, помогите Г-Господину Вэю, — хриплым после удара голосом проговорил Вэнь Нин. — С чего это я должен ему помогать? — прошипел Цзян Ваньинь. — С самого н-начала Г-Господин Вэй отказывался идти в П-Пристань Лотоса, н-но я не знал, куда и к кому ещё м-можно обратиться за п-помощью, кроме как не к Вам. — Отказывался?.. — Цзян Чэн оборвал все свои подготовленные заранее слова, словно прошлая фраза собеседника выбила весь оставшийся воздух из груди одним лишь ударом. Стала заметна пульсирующая венка на шее, выдав все подавленные внутри эмоции. — Подготовь комнату, — Цзян Чэн развернулся к своему подчинённому, бросив ему чёткий и быстрый приказ. — А ты, — обратился он к Вэнь Нину, выпустив вновь неприязнь наружу. — Оставайся за порогом главного входа и не смей сюда ступить и ногой. Вэнь Нин кивнул, немного поджав губы, после чего медленно опустил ноги господина на пристань. Глава клана Цзян поднял руку и двумя пальцами махнул своему подчинённому, дав понять о сути приказа. Взаимопонимание между адептами и Цзян Ваньинем было замечательным, намного выше любых других отношений по принципу «глава-подчинённый», чем клан Цзян весьма мог гордиться. Адепт подбежал к Вэнь Нину и, облокотив Усяня на себя, перенёс его вес, крепко обхватив руками, после чего повёл Вэй Ина в сторону главного входа. Далее он остановился у главы клана, ожидая дальнейших приказов. — Оставайся тут и следи, чтобы он не посмел и шага сделать через главный вход, — бросил Цзян Чэн второму юному заклинателю, разворачиваясь спиной к стоящему у ворот мертвецу, самостоятельно подхватывая Усяня под руку и талию, забрав возможность у подчинённого вести настолько ценного для главы человека. Цзян Чэн бы в любом случае не позволил кому-либо навредить Вэй Усяню на его собственных глазах, потому принял решение взять ответственность только на себя, переборов внутренние сражения сторон и принципов. — Есть! — звонко послышалось позади. Переступая немного медленнее обычного, придерживая почти полный вес заклинателя рядом, Цзян Чэн шёл к приготовленной комнате, но, остановившись, он развернулся к адепту, идущему немного сбоку от них. — Немедленно подготовь комнату возле моей. — Но глава клана… — Я знаю. Сделай так, как я сказал. — Есть! И, отправившись в сторону назначенной комнаты, Цзян Чэн, кивнув и выдохнув, перехватил Усяня повыше и поудобнее, чтобы довести его в целости и невредимости до старой родной комнаты. Комната была хорошо ухоженной. Нигде не было видно и пылинки или же каких-либо признаков старости мебели. Она была устроена так, как будто не было ни времени, ни того давнего пожара в Юньмэн. Словно всё сделано специально для него. Словно надежда на его возвращение никогда не исчезала. Аккуратно уложив Вэй Ина в постель, поправив подушку вместе с одеялом, Цзян Чэн убрал тёмные мешающие пряди волос с лица брата. — Ты дома, Вэй Усянь.~~~
В нос резко ударил до боли знакомый запах, всегда окружающий его и ассоциирующийся с безопасностью. Вэй Усянь так давно хотел его прочувствовать хотя бы на несколько секунд, но не мог, даже желая всем сердцем. Боясь, что это окажется очень реалистичной галлюцинацией, он постарался прийти в себя всеми силами, чтобы не упустить момент. Даже если он разочаруется, ему нужно открыть глаза и покинуть настолько приятное для души место, в котором можно не думать о чём-либо или же переживать, полностью отдав власть и контроль над собой. «Этого не может быть». Медленно открыв глаза и немного осмотревшись, Вэй Ин не смог поверить, что он действительно оказался там, где предположил глубоко в мыслях. Знакомый потолок, знакомые до боли надписи на изголовье кровати, вырезанные когда-то для потехи ножом в юношестве. Тумбочка, на которой обычно стояла чаша с супом из корня лотоса и свиных рёбрышек. И сидящий рядом человек, который провёл с ним в прошлой жизни долгое-долгое время, начиная с детства и заканчивая смертью. Казалось, он проснулся в прошлом. Может быть, ему это всё приснилось из-за высокой температуры после сражения с черепахой? Или же после первого использования печати? Время сместилось в одну точку, собрав всё воедино и мешая разбираться в том, что произошло и где он находится. Но одна мысль совсем не хотела отпускать, перебивая в голове остальной шум. «Я дома». — Я дома?.. — едва смог прошептать Вэй Ин. Голос получился грубым, но одновременно слабым, срывающимся иногда, не позволяя произнести все буквы. Решив, что его могли не услышать, если вдруг тут кто-то и был, он повторил. — Я дома? Со стороны послышался тихий шорох приближающихся к нему шагов, а затем до ушей донёсся до боли знакомый голос, который можно было узнать даже после дюжины кувшинов вина «Улыбки Императора». — Ещё раз назовёшь это место домом после такого долгого отсутствия — выкатишься отсюда быстрее, чем успеешь произнести имя «Цзян Чэн», — силуэт заклинателя остановился и замер у входа в комнату, словно он долго ждал хотя бы одного слова, доносящееся из комнаты. Хотя бы одного единственного звука, или скрипа кровати, что означало бы почти незаметное движение человека на ней. Вэй Усянь, приподнявшись на локтях, пригляделся в темноту. Увидев тёплую полуулыбку главы клана, которая сразу же исчезла, стоило обратить на неё внимание. Сейчас до сих пор ночь? Или сколько же он проспал? Впрочем, ему было сейчас не настолько важно узнавать это. Простое нахождение в комнате, похожей на ту, что существовала много-много лет назад лишь у него в памяти, приносило самые тёплые чувства, действуя бальзамом на сердце, но одновременно хватая то в плен мыслями, что он не должен тут находиться. Присутствие здесь вероятно приносило недовольства главе клана, учитывая их взаимоотношения, а потому Вэй Усянь был обязан покинуть Пристань Лотоса, как только сможет сделать несколько шагов по пути к выходу из Юньмэна. — Узнаю заботу. Но сейчас Вэй Усянь быстро отмёл все тяготящие его мысли одним движением руки, оставив их на потом. И, наслаждаясь атмосферой, залечивающей душу заклинателя вместе с его физическими повреждениями, он вновь отклонился назад на кровать, улыбнувшись и прикрыв глаза. «Мне это вовсе не снится. Значит, я в самом деле дома», — подумал Вэй Усянь. «И навсегда останешься здесь…», — словно услышав мысли брата, подумал Цзян Чэн, наблюдая, как тот сладко потягивается в тёплой мягкой постели.
