Old Evils and New Weaknesses / Старые прегрешения и новые слабости

Фемслэш
Перевод
R
Завершён
473
переводчик
Автор оригинала: Оригинал:
Размер:
103 страницы, 25 частей
Описание:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
473 Нравится 194 Отзывы 139 В сборник Скачать

Глава 20

Настройки текста
      Когда Эмма открыла глаза, в окно особняка бил такой яркий солнечный свет, что ей пришлось зажмуриться. Реджина лежала на боку, положив голову на её грудь, и обнимала за талию. Эмма невольно улыбнулась. Мысль о том, что Реджина быстрее засыпала, слушая её сердцебиение, странным образом согревала, но в то же время в ней было что-то бесконечно печальное.       Эмма глубоко вздохнула, задержала дыхание и осторожно, чтобы ненароком не разбудить Реджину, высвободилась. Соскользнув с кровати, она на цыпочках вышла из хозяйской спальни, чтобы воспользоваться гостевой ванной.       Пока стояла под горячими струями, Эмма прокручивала в голове события последних нескольких месяцев, поражаясь, до чего же быстро привычная жизнь перевернулась с ног на голову. Она даже понять ничего не успела. Это пугало, раздражало и злило. Но Эмма устала бояться и бегать от своих проблем. Она хотела остаться, бороться, вот только понять не могла, как именно это делать?       Эмма думала, что во всём разобралась. Решила, что дело не в добре и зле, что всё зависит от интерпретации владеющего магией и упирается в его намерения, но, похоже, она ошиблась. Прошлый вечер стал ярким доказательством этого. Замечания Вейла взбесили её настолько, что в голове крутилась одна мысль: «Убей!» Чем больше Эмма боролась с желанием разорвать доктора на куски, тем сильнее оно становилось, и глаза начинало застилать красной пеленой.       Эмма боролась не с собственным видением мира, а с чем-то неосязаемым, и проигрывала. В общем-то, не новость. Разве можно сражаться с эмоциями? Если подавлять — ситуация осложнится. Если игнорировать — проблемы не исчезнут. Если подчиниться импульсам — произойдёт катастрофа.       Если Реджина прожила в пограничном состоянии большую часть жизни, размышляла Эмма, ничего удивительного, что она часто срывалась. Потом отряхивалась, снова рвалась в бой и каким-то непостижимым образом справлялась, но бывшая королева обладала очень сильной волей.       Сама она понимала, что даже близко не такая, и очень сомневалась, что сможет сражаться до конца жизни. Борьба выматывала.       Эмма устало вздохнула, выключила душ и, схватив с крючка полотенце, принялась вытираться.       Может, дело не в борьбе? Магическая связь была достаточно сильной, чтобы Эмма помимо прочего чувствовала внутреннюю борьбу Реджины с её бесчисленным полчищем демонов, и решила, что обязана противостоять собственным. Тьма искушала Реджину, вводила в сильное смятение, спасительница знала это не понаслышке, но было ли отрицание?..       Может быть, именно поэтому Реджина справляется? Она не отрицает. Она не относится к тьме, как к чужеродной сущности, поселившейся в её душе, а смиренно принимает. Она такая, какая есть.       Эмма застыла, поражённая внезапной догадкой, и невидящим взглядом уставилась прямо перед собой.       «Если не биться головой о гору, — размышляла Эмма, — а признать, что можно обойти вокруг, путешествие будет не таким утомительным».       Эмма перевела взгляд на зеркало. Улыбнулась.       — Кому нужны печеньки с предсказаниями, если есть работающий мозг, и это я ещё утренний кофе не выпила, — довольная собственной сообразительностью, она отправилась сушить волосы и одеваться.

***

      — Я смотрю, ты выспалась? — Реджина подошла со спины, сжала Эмму в объятиях.       — Не то слово, — развернувшись, та поцеловала её в губы. — А ты как спала?       — Не жалуюсь, — в карих глазах плясали смешинки. — Кажется, ты хочешь мне что-то сказать?       — Да, но тебе это не понравится, — Эмма постаралась вложить в свой голос как можно больше уверенности. — Я думала о том, что творится в моей голове, и, кажется, кое-что поняла. Точнее, на меня снизошло озарение в душевой, — она помолчала. — Я просто должна смириться.       Реджина ответила ей настороженным взглядом.       — Да…       — Мне надо научиться жить с этим, а не отрицать, потому что это неправильно, — пытаясь подобрать правильные слова, Эмма закусила нижнюю губу. — Когда что-то случается, как вчера в парке, мне нужно научиться брать на себя некоторую… эмоциональную ответственность, — она нахмурилась, перехватив растерянный взгляд Реджины, и поспешила пояснить: — Мне сложно видеть в тебе кого-то, кроме Реджины, но я знаю, что остальные видят в тебе двух, а то и трёх разных личностей. Для одних ты — Злая королева, для других — мэр Миллс, а для третьих — принцесса Реджина… — Эмма осеклась, вспомнив о своей встрече с юной версией Реджины, без памяти влюблённой в конюха. Покачала головой. — Я злюсь, что люди не дают тебе поблажек, что они по умолчанию считают тебя виноватой во всех проблемах, но ты права. Я не должна на них набрасываться. Их злость оправдана.       — Так и есть, — Реджина глубоко вздохнула, отступила от неё на несколько шагов.       — Не надо. Не отгораживайся от меня. Я просто хотела объяснить, что мне нужно научиться жить со своей тьмой, как это делаешь ты, но с объяснениями у меня всегда было хреново, — Эмма закатила глаза. — Я хочу поговорить с Вейлом.       — Шутишь? — Реджина сложила руки на груди. — Ни в коем случае. На этот раз ты его прикончишь.       — Вейл для меня как промокашка, — взмолилась Эмма. — Если я справлюсь с ним, то справлюсь и с остальными. Мне надо с ним увидеться.       Реджина стиснула зубы.       — Нет, пока ты не научишься управляться со своей магией.       — Если я научусь управляться со своей магией, мне будет проще прикончить его, — парировала Эмма. — Ну же, Реджина. Доверься мне. Я справлюсь. Наверняка он сейчас в закусочной. Там полно народа. Чем не щит для него?       — Чем не дополнительные мишени для тебя? — вскинув ладонь, чтобы Эмма не вздумала возражать, Реджина мрачно припечатала: — Это плохая идея.       Эмма опустила голову, пытаясь сообразить, как бы внушить Реджине, что на этот раз она не права. Идея замечательная. Она подошла к шкафчику, открыла дверцы и просияла.       — У нас закончился кофе.       Реджина приподняла бровь.       — И ты сейчас скажешь, что мы должны пойти в закусочную, потому что там кофе точно есть?       — Не я это сказала, — Эмма широко улыбнулась. — Доверься мне, Реджина.       Реджина закрыла глаза, сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, а затем кивнула.       — Ладно. Хорошо.

***

      — О чём вы с Реджиной вчера говорили? — Дэвид помог Мэри-Маргарет надеть пальто.       — Мы пришли к соглашению, — она улыбнулась. — Решили, что состояние Эммы важнее наших разногласий.       — Очень похоже на перемирие, — он, открыв дверь, пропустил жену вперёд. — На самом деле я рад это слышать. Знаю, в прошлом сам желал ей смерти, но теперь…       — Она нужна Эмме, — Мэри-Маргарет понимающе кивнула. — Не думаю, что после вчерашнего найдётся человек, который считал бы иначе. Как бы мне ни хотелось признавать, но, думаю, что и Реджина нуждается в Эмме не меньше. Они действительно дополняют друг друга.       — У нас появилась ещё одна парочка, — протянул Дэвид с усмешкой и, заперев дверь на ключ, осведомился: — Ну что ж, посмотрим, какой кавардак Генри устроил в закусочной?       — Руби не позволила бы ему такое провернуть, — Мэри-Маргарет рассмеялась. — Однозначно.       — Посмотрим.

***

      — Он на месте, — сообщила Эмма, не сводя внимательного взгляда с Вейла, восседающего на барном стуле возле прилавка. — Так и знала, что он будет здесь.       — Ещё не поздно вернуться домой, — как можно ровнее произнесла Реджина.       — Да, но нет. Он нас засёк, — кивнув Вейлу, Эмма повела Реджину в свободную кабину, что находилась ближе всего к барной зоне. — Готова поспорить, не пройдёт и пяти минут, как он прибежит к нам. Что скажешь?       — Безумие, — припечатала Реджина.

***

      — Руби? — Генри обвёл взглядом небольшой закуток в задней части закусочной, служивший кабинетом. — Почему ты снова забрала меня?       — Потому что твоим бабушке и дедушке нужно было закончить кое-какие дела, а я задолжала им услугу, — ответила прямолинейная Руби и взъерошила Генри волосы. — А что? Я тебе до смерти надоела?       — Нет, просто любопытно… Мне понравилось готовить омлеты, — Генри пожал плечами. — Но мамины всё равно самые вкусные.       Руби с сожалением посмотрела на помрачневшего мальчика.       — Ты же знаешь, что твоим мамам не понадобится много времени, чтобы разобраться с проблемами, правда? Они очень сильно тебя любят, — она протянула Генри руку, в которую тот доверчиво вложил свою ладошку. — Дай им ещё пару деньков. Они заберут тебя домой.       — Я понимаю, что всё непросто. Вчера в парке было очень страшно. Не хочу мешать ма, но… — его плечи опустились. — Я скучаю по ним обеим и хочу вернуться…       Руби окинула Генри сочувствующим взглядом. Ссутулившись, опустив голову, он покорно шёл вместе с ней вдоль коридора. Она понимала его чувства, но в то же самое время понимала и мотивы его матерей. Они были не единственными в этом проклятом городе, кто столкнулся с изворотливой тьмой, и волчица надеялась, что не все жители забыли об этом.       — Пойдём, Генри, организуем тебе горячий шоколад, — сказала Руби с лёгкостью, которой на самом деле не чувствовала.

***

      — Так и маячите у всех перед глазами, — ухмыльнулся Вейл, разглядывая женщин, разделивших на двоих одну тарелку с яблочными панкейками.       — А ты продолжаешь лезть туда, где тебе не рады, — ответила Реджина равнодушно. — Эмма, ты будешь яблоки?       — Забирай, — Эмма отодвинула вилкой ломтики, а затем исподлобья взглянула на Вейла. — Доброе утро.       — Мы не закончили наш вчерашний разговор, — прошипел тот. — Я ошибся, — и, не дождавшись реакции, добавил: — Вас обеих надо запереть в камере, а потом казнить.       В закусочной повисла зловещая тишина. Посетители замерли в ожидании развязки.       Эмма проглотила кусочек панкейка, сделала глоток кофе и пожала плечами.       — Может быть.       Вейл округлил глаза.       — Может быть?       — А ты бы предпочёл слово «вероятно»? — Реджина с самым невозмутимым видом, на какой только была способна, добавила сливки в кофе.       — Значит, признаёте! — Вейл обличающе потряс пальцем. — Тебя, — он указал на Реджину, — надо посадить под замок, а тебе, — повернулся к Эмме, — раз ты считаешь нормальным спать со Злой королевой, надо проверить голову.       — Вероятно, — Эмма пожала плечами и отправила в рот последний кусочек панкейка.       — Ну и, — в голосе Вейла проступили истеричные нотки, — почему вы бездействуете, шериф?       Эмма отпила ещё немного кофе.       — Во-первых, я сейчас не при исполнении, все претензии к Дэвиду. Во-вторых, — подавшись вперёд, она стянула с тарелки ломтик яблока. — Я признаю, что Реджина совершала поистине ужасные поступки, но эти поступки подарили нам сына, которого мы любим больше собственной жизни. Реджина создала этот город, одно из лучших мест, где мне довелось побывать. С водопроводом, электричеством и современной медициной. Здесь мы обе обрели истинную любовь. Я бы соврала, если бы сказала, что ужасные поступки Реджины, совершённые в прошлом, меня расстраивают. Некоторые? Да. Но не все, — она пожала плечами. — Пусть наши отношения не самая лучшая идея, но они важны для меня, и я не собираюсь отказываться от них только потому, что парень, соорудивший монстра, названного в его честь, имеет что-то против, — она забросила яблоко в рот.       — Мы заключили перемирие, — продолжила Реджина деловым тоном, хотя её взгляд буквально кричал, как сильно она гордится своей истинной любовью. Эмма хотела отомстить и причинить боль, Реджина чувствовала это, но внешне оставалась спокойной. Она принимала свои тёмные желания, но не подчинялась им, и это не могло не радовать. — Мы поговорили со всеми, кто так или иначе присутствует в нашей жизни, и пришли к соглашению. Все вовлечённые стороны остались в выигрыше.       — Это не изменится. Мы все устали от борьбы, — Эмма заметила Генри и Руби, с тревогой наблюдавших за ними, и жестом подозвала сына. Дождалась, пока он подойдёт, притянула к себе и сжала в объятиях. — Ты не вправе указывать мне или моей семье, — она положила подбородок на плечо Генри, и теперь они оба смотрели на исходящего злобой Вейла, — а я не вправе требовать тебя изменить отношение к моим близким. Но если ты попытаешься навредить им, — она подняла бровь, — я за себя не отвечаю.       — Матери склонны оберегать своих детей, — вмешалась в разговор подошедшая Мэри-Маргарет. — Поверь мне, я точно знаю, что мать сделает всё возможное и невозможное, чтобы защитить своего ребёнка и свою семью, — она коротко кивнула Реджине. — Может, не стоит будить спящего медведя, Вейл? Как считаешь? — она оглянулась на Дэвида.       Дэвид кивнул и сложил руки на груди, готовый в любой момент вмешаться, но пока всё указывало на то, что женщины держат ситуацию под контролем. Мэри-Маргарет, заручившись поддержкой мужа, присела на краешек скамейки рядом с Реджиной.       — Вы все с ума посходили! Вы хотите помиловать женщину, совершившую массовый геноцид, и почему?! Потому что на неё запала королевская дочка? Дурдом! Справедливость должна восторжествовать! Она должна понести наказание! — он в отчаянии взмахнул руками и, развернувшись, оглядел присутствующих в закусочной, но поддержки не дождался. — Да что с вами такое?!       — Они сказочные герои, — Эмма выпустила Генри. Чуть отодвинулась, освобождая место рядом с собой, и продолжила: — Раньше я тоже этого не понимала, пока не разрушила проклятие. Мало того, что у них искажённое представление о добре и зле, так оно ещё и меняется каждый раз, когда на горизонте появляется маломальский намёк на долго и счастливо, — она пожала плечами в ответ на его полный недоверия взгляд. — Они все мечтают о долго и счастливо, который не получишь, если прикончишь чью-нибудь истинную любовь.       — А ты оказалась намного проницательнее, чем я себе тогда представляла, — прошептала Реджина с улыбкой. Она по-прежнему остро чувствовала тёмные эмоции сидящей напротив женщины, но теперь они смешались с собственным облегчением, которое накрыло её, когда поняла, что Эмма не теряет контроль над разумом и магией. Потрясающий момент. Реджина не могла не гордиться Эммой, но в то же время немного завидовала. Она искала единственно верное решение для себя намного дольше.       — Издеваетесь, шериф? — Вейл насмешливо смотрел на неё. — Оправдываете их тем, что они выходцы из сказочной страны?       — Из Зачарованного леса, — уточнила Эмма мягко. — Но да, оправдываю, и вот почему. Мы с тобой похожи. Ты тоже из другого мира. Мы иначе понимаем прощение и справедливость, и многие их поступки нам кажутся бессмысленными, но мы ничего не можем с этим поделать. Они — сказочные герои, Вейл. Смирись. Им нравится, когда их сказочные истории заканчиваются словами «и жили они долго и счастливо», и ради этого они готовы абсолютно на всё. Даже простить все прегрешения Злой королеве.       — Так просто? — широко раздутые ноздри Вейла трепетали от ярости.       — Да, — Эмма жестом подозвала Руби. — Так просто.       — Но… она опасна! — Вейл огляделся по сторонам, всё надеялся заручиться чьей-нибудь поддержкой, но посетители старательно отводили глаза.       — Как и большинство проживающих в этом городе, — парировала Эмма. — Руби — оборотень, Джефферсон — безумный шляпник, ты — чокнутый учёный, а Голд — Тёмный маг. Та же Белоснежка, пока была в изгнании, истребила бог знает сколько стражей Злой королевы, — она взглянула на отца. — Прекрасный принц прикончил дракона, а я сидела в тюрьме. Среди нас нет безгрешных, безобидных или нормальных, — сын смотрел на неё широко распахнутыми глазами. — За исключением разве что Генри. Он пока ещё невинен.       — Не могу не согласиться, — кивнула Реджина.       — Чтобы ты понимала, я убивала только тех, кто не оставлял попыток убить меня, — пробормотала Мэри-Маргарет.       — А вот если бы ты сдалась… — Реджина проглотила ядовитый комментарий, готовый сорваться с губ, и ограничилась циничной усмешкой.       — Ну… — Мэри-Маргарет небрежно махнула рукой. — Было да прошло.       — Я нормальный! — Вейл развернулся. — Это вы все психи!       — Может, всё-таки не мы? — крикнула Эмма ему в спину, но ответа не последовало, и собравшиеся за столиком, переглянувшись, улыбнулись. — Привет, Генри, — она шутливо пихнула сына локтем.       — Привет, ма.       — Проголодался?       — Руби накормила меня омлетом, но… — Генри покосился на сидящих напротив маму и бабушку. — Я немножечко голодный.       — Он хочет молочный коктейль, — заявила Реджина со знанием дела. — Шоколадный…       — Со взбитыми сливками, щепоткой ванили и корицей, — широко улыбнулась Руби. — Я знаю, чем закончится твоя история, Генри.       — Больным животом, — проворчала Мэри-Маргарет. — Ты этого хочешь?       Генри поёрзал под её пристальным взглядом.       — Может быть.       — И даже без может, — Реджина послала сыну нежную улыбку. — И ещё одну чашку кофе, пожалуйста.       — Замётано, — Руби черкнула в блокноте несколько строк, перевела взгляд на Мэри-Маргарет. — Что будешь?       — Как обычно, и, пожалуйста, — она посмотрела на Дэвида, который о чём-то беседовал с парой гномов, — передай моему мужу, чтобы присоединился к нам.       Руби убрала блокнот в карман фартука, развернулась на каблуках и была такова.       — А знаете, — произнесла Реджина задумчиво, — она выполняет команды лучше Понго.       Сидевшие за столиком негромко рассмеялись.

***

      — Ты хорошо выглядишь, Эмма, — Мэри-Маргарет ласково улыбнулась дочери. — Как ты себя чувствуешь?       Эмма слабо улыбнулась в ответ.       — Лучше. Мне потребуется ещё какое-то время, чтобы полностью прийти в себя, но теперь многое стало понятнее.       — Я могу вернуться домой? — Генри с надеждой посмотрел на взрослых.       — Генри, — голос Дэвида звучал добродушно, но решительно. — Мы говорили об этом.       — Да, знаю, только… я скучаю по дому.       — Нам тебя не хватает, — Эмма вопросительно посмотрела на Реджину. — Правда?       — Очень не хватает, — подхватила та.       — И… — Генри заулыбался. — Значит, всё наладилось, и мы можем вернуться к нормальной жизни?       — В нашем случае нормальность относительна, Генри, — расхохоталась Эмма. — Но, думаю, да. Ты прав. И ты можешь вернуться домой, если только не произошло что-нибудь ещё, о чём я пока не знаю, — перехватив чуть виноватый взгляд матери, она посерьёзнела. — Что?       Мэри-Маргарет скривилась.       — Возможно, кое-что произошло… — она украдкой взглянула на Дэвида, который одобрительно кивнул. — Вчера мы говорили с Голдом.       Реджина подозрительно сузила глаза.       — Зачем?       — Это было до событий в парке, — Мэри-Маргарет побеждёно вскинула руки. — Пожалуйста, Реджина, попытайся понять. Мы с Дэвидом хотели помочь Эмме. У нас была… У нас была теория, что, возможно, причина недомоганий Эммы кроется в том, что мы такие, какие мы есть.       Брови Реджины поползли вверх.       — Поясни?       — От пламени остаётся только пепел, — вмешался Дэвид. — Слышала такое? — Реджина кивнула, и он продолжил: — Мы боялись, что с Эммой произошло именно это. Мы слишком… — он явно не горел желанием объясняться в присутствии Генри. — Мы так сильно склоняемся в одну сторону, что Эмма решила пойти в противоположную.       — И что вам ответил Голд? — Реджина не сводила с парочки испепеляющего взгляда.       — Он сказал, что такое возможно, — ответила Мэри-Маргарет осторожно. — И добавил, что у него есть кое-что, что может помочь Эмме в решении её проблемы.       Реджина нахмурилась.       — Цена?       Мэри-Маргарет уставилась на свои руки.       — Он хочет пообщаться с твоей матерью.       — Зачем ему это? — вскинулась Реджина. — Он ненавидит её не меньше моего, а то и больше.       — Он не сказал, — пискнула Мэри-Маргарет. — Но ваше с ним единодушие немного пугает.       — Да, Мэри-Маргарет, это ужасная идея, — Реджина посмотрела на Эмму, которая ответила ей настороженным взглядом. Наверняка чувствовала исходящий от неё страх. — Её нельзя пускать в этот мир.       Эмма покачала головой.       — Не понимаю. Как Голд может помочь мне? С чем он может помочь?       — Не знаю и знать не хочу, — ответила Реджина. — Голд не встретится с моей матерью.       — Мы не собираемся помогать ему, — заверил Дэвид.       — Вот и хорошо, — Реджина посмотрела на Мэри-Маргарет. — Не связывайся с бесом. От него одни неприятности.       — Я знаю, — Мэри-Маргарет закрыла лицо руками. — Просто… Я переживала за Эмму, вот и подумала…       — Что сможешь ей помочь, заключив сделку с Голдом?! — прорычала Реджина, склонившись к Мэри-Маргарет. — Я знала, что ты невысокого мнения обо мне, но я бы никогда…       — Реджина! — вмешалась Эмма. — Это в прошлом. Отпусти ситуацию. Никто не собирается сотрудничать с Голдом. Мы будем игнорировать его и продолжим жить своей жизнью. Я правильно говорю? — она обвела взрослых внимательным взглядом. — Мы — одна семья, мы будем держаться друг друга. Верно? — все закивали. — Вопрос решён. Генри сегодня же возвращается домой. В выходные мы будем заниматься семейными делами, а Голд может пойти отлизать…       — Эмма! — Реджина и Мэри-Маргарет проявили неожиданное равнодушие.       — Простите, — залилась румянцем та. — Я пока только учусь уживаться со своей тёмной половиной, — заметив, что Генри изо всех сил сдерживается, чтобы не расхохотаться, она рявкнула: — Молчи.       — Я ничего не говорил, — он всё-таки рассмеялся.       — Генри, — Дэвид встал из-за стола. — Давай-ка сходим за твоими вещами.       — Давай, — Генри тоже вскочил. — А мы будем сегодня сражаться на мечах?       Дэвид широко улыбнулся.       — Конечно. Предлагаю провести бой после обеда, — он посмотрел на Реджину. — Ничего, если мы позанимаемся у тебя на заднем дворе?       — Я только за, — согласилась та. — Никаких проблем.       Мэри-Маргарет выскользнула из-за стола.       — Помогу собрать вещи, — и поспешила следом за внуком и мужем.

***

      Некоторое время в кабине стояла гнетущая тишина. Эмма не сводила с Реджины внимательного взгляда. В конце концов, та не выдержала.       — Что?!       — С тобой всё в порядке?       — Не знаю, — Реджина тяжело вздохнула. — До вашего с Мэри-Маргарет возвращения из Зачарованного леса я думала, что Кора мертва, что всё кончено, что… — она не хотела рассказывать Эмме о своих выходках, но понимала, что та должна знать правду. — Я отправила Крюка в Страну Чудес и приказала убить мою мать. Пират вернулся с телом. Я видела её незадолго до наложения проклятия, — она допила остывший кофе. — Понимаешь, я была уверена, что моя мать мертва, а она… жива. Не самое приятное открытие.       Эмма передёрнула плечами.       — Я, конечно, слышала, что представители королевских семей лишают друг друга жизни. В средние века это было обычным явлением, по крайней мере, в этом мире. Наверное, и в ваших краях царили похожие порядки, но… За что?       — Любовь — это слабость. Я готовилась к величайшей битве в своей жизни, — пояснила Реджина шёпотом. — И я всё ещё любила мать, несмотря ни на что, поэтому пришлось от неё избавиться, — она уставилась перед собой невидящим взглядом. — Я пообещала, что сохраню Крюку жизнь, если он вырвет сердце моей матери и доставит тело в Зачарованный лес. Он выполнил обязательства. Я правда думала, что она мертва.       Эмма обдумала услышанное.       — Они разыграли тебя.       — Ясное дело, — Реджина нахмурилась. — Мне даже в голову не приходило, что пират может ослушаться меня, — из её груди вылетел обречённый стон. — Моя собственная гордыня сыграла со мной злую шутку.       Эмма проглотила ком в горле, прикидывая в голове всё то, что ей было известно о Королеве сердец.       — Может, нам найти её до того, как она найдёт нас?       Реджина вскочила из-за стола.       — Я не хочу, чтобы она узнала, что может попасть в Сторибрук. Она всё разрушит. Ты это знаешь, — с этими словами она развернулась на каблуках и, оставив Эмму в одиночестве, поспешила выйти из закусочной.       Эмма замешкалась всего на секунду.       — Реджина! Подожди! — бросив доллары на столешницу, она выбежала из закусочной. — Ради всего святого, — она нагнала Реджину и, схватив за руку, развернула. — Она не победит.       — Победит, — Реджина зажмурилась, сжала кулаки. — Она всегда побеждает.       Эмма рывком притянула её в свои объятия.       — Не в этот раз. Мы найдём её и позаботимся, чтобы она больше никому не причинила вреда.       — Ты не можешь убить мою мать, Эмма, — пробормотала Реджина ей в шею. — Единственный, кто мог бы с ней справиться, это Румпельштильцхен.       Эмма обняла её крепче.       — Мы что-нибудь придумаем.
© 2009-2022 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты