Призрак

      Театр наполнен людьми, все они в классических костюмах и дорогих платьях с неподдельным интересом смотрят на сцену, тихонечко шепчась. Арсений стоит в самом центре сцены, лицом к залу, и разглядывает их заинтригованные лица, видит, как дама, лет шестидесяти, чуть ли не подпрыгивает от предвкушения, а молодой парень, лет двадцати, жуёт жвачку и смотрит в телефон. Где-то на балконе, кажется, ещё ребёнок, бьёт ногами по впереди стоящим креслам, за что получает громкое шиканье от родителей, которые краснеют от летящих в них взглядов. Вот, на переднем ряду сидит мужчина с дорогими часами и что-то строчит в записной книге, не пропуская ни одной реплики актёров. Видимо критик.       Арсений не понимает, что говорят вокруг, он лишь оборачивается и видит актеров, заканчивающих спектакль. Вот произносятся последние фразы и зал взрывается громкими аплодисментами, люди встают со своих мест, стирая ладони. Арсений видит, как на сцену выходят все участники спектакля, видит, как они становятся в одну линию для поклона, берясь за руки. И одним из актёров он видит себя самого. Вот Арс из прошлого принимает красивый букет роз и улыбается юной девушке, которая скромно отводит взгляд.       Арсений идёт за самим собой в гримерку, наблюдая как он переодевается и разговаривает с каким-то парнем, одетым в обтягивающие лосины и темно-серую футболку. Парень достаточно высок, пожалуй, одного роста с Арсом, а на лице красуются тёмные татуировки, что сразу же выделяют парня из толпы, и выглядят вызывающе. — Ну чего, как? — спрашивает незнакомец. — Хорошо. — Арсений улыбается, ставя цветы в красивую вазу, заполненную водой. — Ну а ты переживал. — усмехается парень. — Ну так, каждый раз, как первый, Эд, ты же знаешь. — Арсений натягивает обтягивающие чёрные джинсы с дырками на коленях. — Да знаю-знаю. Так мы чего, в клуб? — Конечно, у меня секса уже две недели не было, после прошлого раза, ты ещё спрашиваешь? — на лице Арса появляется отвязная улыбка, он потягивается и дополняет образ стильной кожаной курткой. — И да, поймай как-нибудь ту дуру, что мне букеты таскает, скажи, чтоб прекратила. — Окей, жду на улице. — парень покидает комнату, пока Арсений ищет что-то в ящике стола. — И это правда я? — не понимает призрак, он хочет продолжить следить за собой, когда картинка размывается…..

***

— Арс, Арс! — Антон щелкает пальцами перед лицом привидения, с целью обратить на себя внимание. Тот сидит на диване, слегка опустив голову вбок. Арсений смотрит вперед в одну точку и не реагирует на происходящее вокруг. Его глаза словно застыли, а всю голубизну спокойного озера закрывает собой туман. — А…да? — словно просыпается тот, вздрагивая всем телом. — Что такое? — С тобой всё хорошо? Или ты решил поспать с открытыми глазами? — интересуется Антон. — Всё хорошо. Чем занят? — пытается нормализовать мысли парень. — В смысле? Ты же помогал мне выбрать одежду. Антон возвращается к шкафу, залезая туда чуть ли не целиком. Шкаф на полкомнаты выглядит слишком пустым, он заполнен хорошо если на треть, и многая одежда там старая и поношенная. В Арсении ютятся тысячи противоречий. — Зачем тебе такой большой шкаф? — Он был в этой квартире с самого начала. Не выкидывать же. — пожимает плечами парень, вытягивая с полки два костюма. Синий и черный. Арсений думает, что выглядят они очень даже дорого, и судя по всему их не разу никто не носил. — Какой лучше? — прикладывает к себе костюмы, по очереди, Антон. Арсений встаёт и строгим взглядом окидывает Шастуна, слегка прищурясь. Он складывает руки на груди и заставляет парня крутиться вокруг своей оси, словно юла. — Синий, определённо синий, с белой рубашкой и этой, — тянется Арсений на верхнюю полку, — красной бабочкой. — Хорошо. — Антон вновь заходит в шкаф, закрывая за собой дверь, чтобы переодеться. Арсений в это время разглаживает руками виски, что противно ноют после…видения? Можно ли это таковым назвать? — Почему бы и нет. — тихо соглашается сам с собой призрак. — Вот, готово. — выходит Антон и у Арсения отваливается челюсть. — Такой красивый. — думает Арсений, во все глаза рассматривая, как классические брюки слегка обтягивают такие длинные, тонкие ноги, выгодно подчёркивая задницу. Браслеты, что Шаст так и не снял, красиво гармонируют с образом, добавляя некую небрежность, а яркая бабочка делает акцент на такой хрупкой, притягательной шее. — Мне нравится. — решает поделиться Арс. — Мне тоже, люблю синий, он очень красивый, прямо как твои глаза. [Хватит говорить всё вслух!] — Кх..кх, сочетаться будет в смысле. — выкручивается Антон, упрямо не поднимая глаза. Арсений усмехается на такое и аккуратно приподнимает голову Антона, заставляя смотреть прямо себе в глаза. — Спасибо, Тош. У тебя тоже прекрасные глаза. — Так….можем идти? — Антон убирает чужую руку, что дарила такое мягкое и нежное прикосновение. — Конечно, опаздываем уже. Парни тихо выходят из квартиры, запирая её на ключ и усаживаясь в машину. Антон, в своём дорогом костюме, что обтягивает руки ведёт машину одной рукой, и не смотря на красоту и эстетичность этого момента Арсений решает побурчать. — А чего одной рукой? — А что такое? — не понимает Шастун. — Ну а вдруг, как в пункте назначения, бревно с машины упадёт и в нас. И что ты делать будешь? Не успеешь же среагировать. — Арсений залипает на руки Антона, но продолжает отчитывать парня. — Вот ты дед, Арс, — смеётся Антон, — ты чего в машине с рассадой ездишь? Антон пародирует парня, крепко вцепляясь в руль и нагибаясь вперед. — Да ладно тебе. — легонько бьёт его по плечу Арсений, но Антон продолжает громко смеяться, закидывая голову назад, но лишь на мгновение, опасность на дороге никто не отменял.       Арсений строит из себя недовольного, но получается у него не сильно, смех полицейского слишком заразителен. Немного поизображав, Арсений улыбается, рассматривая улицу за окном.       Время уже близилось к ночи, на улице зажигались первые фонари, что заглушали собой звёзды. Осень уже вовсю входила в свои права, желтые листья кружили в нежном танце, которому аккомпанирует ветер и шум улиц. Природа, в ночное время, раскрывалась, прогоняя лишних зевак, и давая волю чувствам, разрешая себе как следует побезобразничать. Шёл мелкий дождь, он не сильно утяжелял листья, но добавлял приятной атмосферы своим монотонным стуком по крышам домов. Арсению кажется, он любит дождь. Парень вытягивает руку вперёд, сквозь стекло бокового окна, ощущая холодные капли воды теплой кожей. Прохлада. Она приятная, освежающая, дарует покой. Даже призраку. — В такую погоду, определенно хорошо спится, — думается Арсению, зачарованному происходящем.

***

Дорога занимает немного времени. Спустя около получаса Антон паркуется у достаточно дорогого ресторана, в котором и пройдёт сегодняшний вечер. — Вау! — присвистывает Арсений. — Твой друг знает вкус в роскоши. Он точно мент? — Уже нет, он сейчас мэр, да и это благотворительный вечер. — поясняет Антон, поправляя брюки после долгого сидения в машине. — Ну а мы тут зачем? — Арсений рассматривает себя недовольно, пусть его никто и не видит кроме Антона, а это уже много, он бы предпочел выглядеть по-другому. И почему у призрака не может быть собственного гардероба? — Он мой друг, да и многие из нашего начальства тут будут, по статусу положено…или что-то вроде того. Парни заходят внутрь ресторана, в котором столы расставлены по бокам в форме круга, для удобства перемещения. В центре стоят картины разных художников, что разбавляют пространство и добавляют красок вечеру. — Что за картины? — рассматривает их Арс, понимая, что некоторые очень даже ничего. — Начинающие художники, их можно купить, деньги пойдут на благотворительность, но можно и просто что-то пожертвовать. — Ооо, Антон, а почему не в спортивках, мне казалось ты и на свадьбу в них придёшь. — раздаётся сбоку мерзкий голос Кирилла. Тот стоит в не менее, если не более дорогом костюме черного цвета. — О, а вы официант? Нет, спасибо, я не пью. — вежливо отвечает Антон, на что получает убийственный взгляд, готовый прожигать души. — Строишь из себя умного, да? Думаешь, назвать меня официантом весело? — Ох, что вы, как я мог перепутать, простите, — Антон поворачивается и громко вопрошает. — А кто пустил сюда пингвина? Люди, которые стоят рядом поворачиваются в их сторону, улыбаясь. [Какие приятные, однако, люди] Кирилл краснеет, словно помидор и старается как можно быстрее ретироваться. — Кто его сюда пустил? — не понимает Арсений. — Сам видимо пришёл, богатенькую мамочку, небось ищет, видел, как вырядился? — злится Антон. Пускай расстались они давно, но горькое послевкусие не отпускает. — Да ладно, давай забьём и будем отдыхать, ты заслужил. — смахивает Арсений невидимые пушинки с одежды Антона, и за руку уводит к новым картинам, что так заинтересовали призрака.       Парни гуляют по выставке, рассматривая и комментируя каждую картину, Арсений много шутит над более нелепыми и мастерски восхваляет те, что особенно понравились. Люди рядом подозрительно косятся, но Антон мастерски научился игнорировать такие взгляды. Всё же говорить с Арсением хочется больше, чем стоять в одиночестве и думать, как поскорее сбежать. Люди вокруг весьма разные, как успевает подметить Арсений, мероприятие открытое и многие пришли сюда не помочь больным детям и не обсудить новости, а просто посмотреть. Обычно такие персонажи, одетые не слишком дорого, стоят у столов, по углам, пытаясь не привлекать к себе внимание. Их не много, по два-три человека, они с восхищением рассматривают дорогие, пышные платья дам и таких красивых, подкаченных мужчин.       Остальные гости, приглашённые или постоянно посещающие такие вечера, обсуждают что-то со своими знакомыми и друзьями, от некоторых компашек слышен весёлый смех и звон стаканов с шампанским. Они, люди при деньгах, давно вложили свой вклад в благотворительную часть вечера, пожертвовав деньги или прикупив картин, уже не заботятся о статусе, позволяют себе расслабиться и отдохнуть.       Ещё Арсений выделил нескольких человек, которые ходят по залу, надменно подняв голову и разговаривая лишь вопросами, они подходят ко всем гостям по очереди, спрашивают, что их интересует и идут дальше. — Антон, дорогой. — на парня налетает с объятьями высокий, почти как Шастун, худой парень. Они обнимаются и на лице Антона появляется радостная улыбка. — Паша, рад тебя видеть, спасибо что позвал. — Как я мог, отказать себе в удовольствии увидеть Шастуна младшего, собственной персоной. — Павел улыбается во весь рот, рассматривая Антона со всех сторон, как ещё один экспонат выставки, который так и хочется заполучить. — Очень рад доставить тебе такое удовольствие. — А где же Кирилл, отошёл что ли? —осматривается по сторонам Паша. Арсений же открывает рот, не в силах его больше закрыть — Так это ты его пригласил, — не спрашивает, утверждает Антон, грустно кивая. — Зачем? — Как зачем? Чтобы никто ничего вдруг не подумал, и тебе скучно не было. — на словах про грусть Антон не произвольно оборачивается на Арсения, который улыбается ему, прекрасно понимая. — Мы с Кириллом расстались, но мне не скучно, прекрасно провожу время. [Жаль я не могу вас познакомить] — Оу, мне жаль, я не знал, прости. — Павел берёт у официанта два стакана, подавая один Антону. — Ну я не афишировал, как бы.       Антон рассматривает людей вокруг, когда его глаза вдруг натыкаются на уже не молодую семейную пару, и парень впадает в ступор. Арсений смотрит туда же, ведь участвовать в разговоре он не может.       Двое людей, одетые довольно официально, и даже, можно сказать, традиционно, не входят ни в какую компанию. Они словно островок, отдельно ото всех — хмурятся, недовольные происходящим. Женщина в очках о чём-то громким шёпотом рассказывает высокому мужчине, который и не пытается спорить, покорно принимая всё о чём ему говорят. — Кто это? — дергает за рукав Арсений, отбирая внимание Антона себе. — Шастуны старшие. — грустно отвечает Антон. Родители полицейского натыкаются на них, встречаясь с сыном взглядом. — Сейчас подойдут. — решает Арсений. Но нет, они прерывают зрительный контакт первыми, и развернувшись, уходят в противоположную сторону. — Не помирились. — вздыхает Паша. — Ну да, ты же сам знаешь, наверное, уже никогда не помиримся. — Антон выпивает залпом весь алкоголь в стакане, и берёт ещё один у официанта. — Антон, не переживай, помиритесь. — отвечает за Пашу высокая девушка с длинными, темными волосами, которая обнимает Павла со спины, прижимаясь щекой к щеке. — Привет, Лясь. — Антон целует её руку, пока та наигранно прикрывает лицо ладонью. — А я следила за тобой весь вечер, ты так искренне смеялся и говорил с кем-то, по телефону что ли? — Говорил? — резко подрывается Паша, — Антон, скажи, пожалуйста, что ты не начал снова употреблять, ты же не начал? Не успевает Шастун хоть что-то ответить, когда его прерывают. Высокий широкоплечий мужчина, размером со шкаф, резко разворачивает Антона за рукав и с размаху бьёт кулаком по лицу. Антон, от неожиданности, падает на пол, трогая рукой поврежденную скулу. Но его вновь поднимают и трясут за ласканы пиджака, громко крича прямо в лицо. — Ублюдок, куда ты дел моего сына? — от мужчины несёт дорогим алкоголем и сигаретами. — Как ты посмел, сука? Арсений смотрит, как люди вокруг застывают в немом шоке и даже Павел, бывший полицейский, кажется не понимает, что происходит и не предпринимает никаких действий. — Всё самому! — вздыхает призрак и со всей силы ударяет рукой по затылку неизвестного. Тот дергается, бурчит что-то совсем тихо и падает на пол, чуть не уводя с собой Антона, но тот убирает от себя руку и остаётся стоять. Так же, как стоит вокруг немая тишина. — Алкоголь в голову ударил. — поясняет Антон, отряхивая костюм и улыбаясь всем вокруг. — Мы с тобой как психи сейчас. — оценивает Арсений. [Не у меня одного такое чувство?]