Время, Ки Хун!

      С этим он разберётся завтра, завтра и начинается конкурсный отбор. Если Су Бон согласится добровольно сдаться, то это уже плюс один: так они решили ещё тогда в машине. — Будет плюс два, — сказал себе Ки Хун, глядя в зеркало. Он пристально смотрел на своё лицо, не лишённое морщин, будто ожидал, что ему кто-то ответит, и думал: на своём ли он месте? «Соберись», — рявкнул он в мыслях, не сводя с себя взгляд. Время идёт беспощадно, забирая здоровье и силы. Когда он в последний раз был доволен тем, что у него есть? — Я разберусь, Чон Бэ, я выведу их на чистую воду.

7 день месяца апреля 2020 года

6:54

      Ки Хун со второго взгляда ещё не понял, нравится ему потенциальное место работы или нет. К таксопарку он привык больше. Он ещё не уволился, а оставил на две недели лишь часы подработок. Хотя пока он не мог прикинуть по времени, сможет ли подрабатывать там. Сливаясь с утренней толпой, Ки Хун стоял посреди закруглённой площади-парковки, задрав голову вверх. Он был бы рад приехать на своей машине, но пока возможности не было, она поломана уже как недели две.       Здание новое, всего пять этажей, а справа пристроен двухэтажный полицейский отдел. Он хотел увидеть что-то в этих синих окнах, но большие солнечные отражения от стёкол здания напротив мешали обзору. Разглядывать пейзажи ему не очень нравилось, больший интерес он испытывал к тому, что движимо процессом: машины, люди, гонки, скачки. — Доброе утро, Ки Хун! — бодрым тоном поздоровался Ин Хо, подошедший из-за спины: этот голос сулил начало хорошего дня. Он ждал улыбки собеседника, чтобы сказать что-то ещё. Ки Хун улыбнулся, когда увидел лицо Ин Хо перед собой, но глаза его не выразили такой же улыбки, а остались расслаблены. — Ну, что, вперёд к новым свершениям! — продолжил Ин Хо. Следуя за ним, Ки Хун думал: сказать или не сказать? «Нет, не стоит, я сам. Удивлю его». — Господин Сон?       Как гром среди ясного неба. Ин Хо уже стоял в дверях, что вот-вот бы захлопнулись, а Ки Хун отстал на приличное количество шагов. От этого «господин» Ки Хуна передёрнуло: он остановился, пристально всматриваясь в Ин Хо. И где его коричневое пальто? Вместо него — тускло-зелёный плащ. Да, стало на несколько градусов теплее. Сегодня внешний вид этого человека не излучал той массивной тёмной ауры, что была в первый день: Ки Хун упустил этот момент? Или Хван Ин Хо действительно не такой серьёзный человек, как ему думалось? Ки Хун улыбнулся и в торопливом неловком быстром шаге ответил: — Извини, Ин Хо. Я отвлёкся.       Ки Хун решил показаться таким, какой он есть, даже в этой среде высоких зданий, деловых костюмов и дорогих машин. Он не мог долго оставаться «господином». Если хочешь сблизиться с человеком, есть ли смысл в обращении на «вы»? На вчерашней презентации Ки Хун узнал, что Ин Хо младше, так что он не побоялся быть осуждённым.       На первом этаже, где вчера проходили регистрацию, за той же информационной стойкой их направили в полицейский отдел: девушка в очках, выглядящая очень опрятно и говорящая строго по делу, сообщила, что все участники получают направление от начальника отдела полиции.       Вчера ещё этаж был полон, а сегодня слова в нём отражаются эхом, потому что людей почти нет. Стоило предположить, что вся жизнь сосредоточилась в отделе полиции, и жизнью этой руководил ещё один Хван. — Ну, привет, брат! — в родственных объятиях слились Ин Хо и начальник отдела. Только что-то в них было не то. Полицейский крепко сжал Ин Хо, а тот держал руки еле касаясь. — Джун Хо, поприветствуй моего ассистента: это господин Сон Ки Хун. — Рад знакомству, господин Сон, — с широкой улыбкой полицейский протянул руку Ки Хуну. На вид он был сильно моложе брата, будто между ними разница лет в десять. — Взаимно! Давайте договоримся с вами, Джун Хо, и с вами, Ин Хо, что вы впредь можете называть меня просто Ки Хун. Мне очень не по себе от таких формальностей. — Но, Ки Хун, позвольте. Вы старший… — пытался заикнуться Ин Хо. — Ай, в душе я очень даже молод! Всё, я не хочу даже это слушать! Давайте скорей пристуим.       Словно током ударенный, Ки Хун зарядился на работу. С утра во время сборов он снова разговаривал с собой в зеркале, размышляя: есть ли у него силы, внутренняя опора для чего-то стоящего? Может ли он спасти людей, как их спасает Ин Хо?       Он каждую минуту сомневался, то терял в себе прилив сил, то снова убеждал себя в обратном. Оказавшись в отделе полиции, стоя среди двух братьев Хван, он понял, что назад пути нет. — Смотрите, мы работаем по районам. Вас я отправлю в… — Только давай по-честному, не давай нам самое лёгкое только потому, что я твой брат, — Ин Хо хотел было посмеяться, но до шутки это не дотягивало. Это он понял по лицам Ки Хуна и Джун Хо. — Не дождёшься, всё честно будет, — ответил полицейский, наклонившись к карте, раскинутой на столе. Пальцем указав найденную точку, а другую руку убрав за спину, он сосредоточенно и вполголоса проговорил: — Вот. Сегодня начинаете с этого района, — указательный палец остановился на северном районе города — Канбуке. — За всё время конкурса желательно общими силами осмотреть всю территорию города.       Почти все кандидаты направлены по центральным районам, одних направили в Каннам — юг, ведь там множество клиник и салонов красоты, и только шестой паре достался север. Да, всю кампанию они будут названы командой номер шесть. — Ну… Хорошо, а что там есть вообще? — Уж что найдёте. Не переживайте так. Ещё не все люди знают об открытии нашей организации, так что… Искать по всему городу одновременно — лучшее решение. Так у преступников не будет шанса бегать с края на край. Ки Хун радостно перебил полицейского: — А мы будем работать вдвоём? И тут Джун Хо позвал кого-то с явно не корейским именем. «Иностранец?» — Я стажёр Абдул Али! Рад знакомству с вами, мне не терпится приступить к работе.       Пока Ки Хун одобряюще жал руку Али, Ин Хо смотрел на брата нарочито вопросительно. В его глазах читался вопрос: «Какой ещё стажёр?» Вслух никто из братьев ничего не сказал, Джун Хо лишь улыбался теперь не всеми зубами, а дугой губ, закрыв и глаза. Отличное решение, чтобы не видеть лица недовольного старшего брата. Мгновенно Джун Хо поменялся в выражении лица, вспомнив что-то ещё. — Каждый день у вас будет время до десяти часов вечера максимум, не позднее этого мы ждём от вас отчёт, — договорив, Джун Хо слёту упал на офисный стул и повернулся к ящику. — Держите ваши временные удостоверения. Вы имеете право предоставлять их при исполнении. Али будет в полицейский форме, так что вопросов, думаю, не возникнет. Из оружия вы имеете право только на электрошокер, а также вам предоставлены две пары наручников. Можем выдать вам машину, но не полицейскую. Мы не должны привлекать внимание. — А можно и на своей? — Да, Ин Хо, можешь и на своей любимой машинке. — Славно. А неужели остальные кандидаты уже распределены? — Нет, не все. Ещё две пары не пришли, — Джун Хо перевёл взгляд на ручные часы. — Ну, ничего, время есть. — Ладно. Что ж, друзья, за работу! — Ин Хо, вы такой добрый! — вырвалось из уст Али, когда он услышал слово «друзья».       Снова эта машина. Ки Хун в ней оказывается уже раз в третий? С центра на северную часть города ехать было не так уж долго, но поездку было необходимо скрасить общением и знакомством с новым приятелем. — Слушайте, Ин Хо, Али. Расскажите, было ли у вас однажды такое, что ваше время на жизненном счёте чуть не закончилось? Ну, как, например, у моего друга Чон Бэ. Ки Хун ожидал услышать «нет» или историю от Али, но первым услышал Ин Хо: — Да, — Ин Хо многозначительно помолчал. — Я должен признаться, что обманул тех людей вчера. Новоиспечённый товарищ и Ки Хун вмиг поменялись в лице и, переглянувшись, наклонились с задних сидений поближе. — Я не совсем сирота. У меня были родители, один даже ещё живёт и здравствует, — Ин Хо смотрел только вперёд на дорогу, постукивая пальцами по рулю, сцепленному обеими руками. — Мать умерла, когда Джун Хо было лет пять. Я уже был подростком и пытался пережить утрату, взять на себя воспитание брата, потому что отец у нас был никчёмный. Смерть матери только заставила его сойти с ума окончательно. Он сильно пил, играл на время и проиграл всё: диван, дорогие украшения, машину, мою любимую собаку… Это было последней каплей, чтобы возненавидеть его. Потом мы остались на улице: он заложил и дом. Не знаю только, как совесть позволила ему, но он как-то уговорил Джун Хо без моего ведома перевести его жизненное время в рабочее, чтобы потом перевести себе в обратном порядке. Этот подонок даже не мог точно сказать, сколько его детям лет, — Ин Хо воспользовался моментом пробки и, открыв окно, достал пачку сигарет Чапман и металлическую зажигалку с гравировкой. Пуская дым в окно, он продолжил, делая иногда паузы на тяжёлый выдох. — Только вдумайтесь, он списал у Джун Хо сорок лет, в то время как ему было на тот момент уже около восьми. И это при том, что до этого я ему уже позволил взять у себя в долг десять лет! И как Джун Хо должен был жить с двумя годами на счету? Оставшись на улице, я поделился с ним тем, что у меня было, а моих денег с подработки не хватило, чтобы мы могли найти быстрое жильё. Нам нужно было пережить где-то первую ночь. Я хотел идти в полицию, чтобы попросить у них помощи, но Джун Хо уснул раньше. Я сильно переживал за брата, так что остался сидеть рядом, пока и сам не уснул. На рассвете нас разбудил мужчина, что по возрасту был старше отца, и сказал, что хочет нам помочь. Будто он всё знал… Только сейчас я нахожу это сомнительным в своей памяти. Я рассказал ему всё, а он предложил пойти с ним. Он сказал, что он врач и у него большая семья, где нам будут рады. В этот момент я и упал. Как оказалось, я отдал Джун Хо слишком много, а от стресса время начало идти быстрее. Как вы понимаете, меня спасли, а тот человек стал нам вторым отцом. Он оказался очень богат. Полминуты молчания. — Я даже не знаю, что сказать… — Господин Хван, эта история поразительна… Вы такой отважный и самоотверженный! Я поражён тем, что сейчас вы хотите выполнить свой долг, помочь всем людям, — сказал Али, выглядывая. Лучше подбодрить и поддержать, чем жалеть, — так подумал Али. Ин Хо молчал, не отвлекаясь от дороги, хотя они были в пробке, а пепел остался не сброшенным, висев продолжением фильтра. — Ин Хо? — Ки Хун задел того за плечо, от чего Ин Хо мгновенно очнулся. — Это данность. Не будь моя прежняя жизнь такой, я бы не был здесь. Через пару поворотов сможем выйти, — наконец ответил Ин Хо, когда машина тронулась с места. — А вы, Али? Расскажите что-нибудь о себе. — Ох, что касается меня… Я благодарен судьбе, что у меня ещё не было таких жизненных испытаний, что выпали вам, господин. Но… Прежде всего я хотел бы сказать, что я, не смотря на имя и внешность, чувствую себя корейцем. Мои родители переехали сюда из Пакистана на заработки, когда я был ещё маленьким. Страна им так понравилась, что они решили остаться, а я быстро променял песок и игрушки из камня на то, что окружало меня здесь. Я ходил в корейскую школу, учился в корейском университете, в конце концов, без акцента разговариваю на корейском! Но ко мне относятся предвзято из-за внешности. Я хочу стать полицейским, чтобы меня наконец приняли за своего, — договорив, Али ожидающе смотрел на товарищей. — Эх, Али, знал бы ты, что копов они не сильно любят, — Ин Хо обернулся на него, посмеявшись. — Ладно, шучу. Не переживай так, ты на верном пути. Ну, что ж, вперёд! Команда отправилась на задание. — Я обыщу проулки, — сказал Ки Хун. — Я — крупные улицы, — вызвался Али. — Нет, Ки Хун, — двое вопросительно посмотрели на Ин Хо, — вы должны ходить за мной по пятам. Вы забыли, в чём заключена ваша работа? — Подумав, как добавить остроты, Ин Хо ухмыльнулся и припомнил недавний случай: — Вы ведь это умеете. Ки Хун опешил и, проглотив свои вопросы, согласился кивком. — Али, на связи, — сказал Ин Хо, махнув ему рукой.       Сперва Ки Хун молчал. Он ждал, когда они останутся только вдвоём, чтобы узнать то, что его интересовало больше всего: о чём вчера говорил Сан Ву. Или всё-таки задание — не место для провокационных вопросов? Может быть, он сам разузнает всё хорошенько. Ки Хун держал в руках планшет с бланками, необходимыми для заполнения ассистентом. Пока он указал лишь время прибытия в район и целевое направление. Он писал на ходу, как вдруг Ин Хо резко схватил его за руку, оттянув на себя. — Ки Хун! Ки Хун услышал, как уже за его спиной прожужжал мотор. — Что же мне с вами делать? Вас сейчас чуть не сбили! — Извини, больше такого не повторится, — заверил Ки Хун, убрав планшет за спину и виновато улыбнувшись.       Ки Хун внимательно посмотрел на Ин Хо: он действительно выглядел сильным человеком. Голова вверх, шаг уверенный, взгляд заискивающий.       Теперь Ки Хун старался идти точно вслед и не отдаляться, не теряться в другой стороне. Но ему не нравилось идти за спиной и видеть перед собой только бегущие плечи, и, хоть улица была не широкой, Ки Хун вырвался вперёд, чтобы сравняться с Ин Хо. У них не было как такового плана, но Ин Хо уткнулся в телефон именно в тот момент, когда Ки Хун подошёл ближе. Он открыл карту и выбрал несколько точек, куда следует направиться. Ближе всего им была стоматологическая клиника, у которой был подозрительно невысокий рейтинг и малое количество отзывов. — Мало просто набрать нужное количество. Было бы хорошо действительно обыскать как можно больше… — Ин Хо был твёрд в своих словах.       В клинике их приветливо встретила старушка, кроме неё никого на горизонте не было. Она была очень милой и доброжелательно отвечала на все вопросы. Команда запросила выписки по всем последним операциям и совершила созвоны с последними двумя десятками клиентов, из них ответило лишь шестнадцать, ни один разговор не подтвердил подозрений.       Лишь в двух кабинетах сейчас были врачи. Было очевидно странным, что так много кабинетов пустует. Однако они вскрыли каждый, и везде только стоматологические инструменты. Как оказалось, судя по всем документам, клиника только открылась, персонал ещё не набрали. В этом месте ничего не нашли, но для себя Ин Хо решил, что ещё заглянет сюда. Времени впереди было навалом, потому Ки Хун и подумал, что в обеденный перерыв он пойдёт по «своим» делам.       Сегодня для шестой команды был счастливый день: на выходе из стоматологии Ин Хо увидел пропущенный. Оказалось, это звонила женщина, которая ещё вчера слушала выступление в зале, а теперь обращается за советом. — Я хотела бы поговорить лично, приезжайте, пожалуйста, сегодня. Я живу на выезде из центра к северу. Мне есть, что вам рассказать. — В какое время вам было бы удобно? — Нет, что вы, давайте вы наберёте мне, как будете свободны, а я выйду к вам. Встретимся в раменной у остановки N, я там прям рядом живу. — Госпожа, как вам угодно. Ждите звонка.       Ки Хун думал: ну, отлично, после этой дамочки они разойдутся, и он отправится исследовать айсберг больницы. — Слушай, а когда у нас будет перерыв? У меня есть одно неотложное дело на сегодня, мне нужно знать время. — Что случилось, Ки Хун? — обеспокоенно спросил Ин Хо, остановившись.       Скрестив пальцы меж собой, не позволяя им дёргаться и ворошить складки куртки, Ки Хун пытался собрать себя, скрывая ложь, что должна была вырваться. Земля под ногами уже не казалась такой твёрдой, пространство сковывало его, будто в нём тысячи осуждающих глаз и ушей. В мыслях Ки Хуна в быстром потоке шло обсуждение с собой: что же ему сказать? «Мама в больнице. Нет, не пойдёт. Мама не выходит на связь… Да что за. Что же… Может, жена? Чего это только мама, мама. Пусть думает, что у меня жена есть. Вот. Жена в больнице… Она…» — Ки Хун? — Моя ж- Одновременно с ним заговорил и Ин Хо: — Ничего, вы не должны передо мной отчитываться. Я вас полностью поддерживаю и доверяю вам. Давайте мы поработаем часа три, потом встретимся с тётушкой, а после я довезу вас в один миг. Я уверен, что мы всё успеем, потом продолжим работу. «Надеюсь, он не услышал, а то поди думает теперь, что же такое ж-…» — вышло действительно неловко, если подумать. — Да ты что, не стоит так переживать за меня, — Ки Хун быстро сообразил, что бы ещё сказать. — Вообще-то у меня есть машина! Только она пока в ремонте, да. Пока вынужден пользоваться общественным транспортом… Но это временно! Вот поднакоплю и заберу её наконец… Эх, мечты, мечты. Как же я скучаю по ней… — Понимаю, я тоже неравнодушен к железу. — Ай, ты не понимаешь. Что там Америка, Германия… То ли дело мой голубой матизик… Ин Хо тотчас отвернулся, чтобы скрыть смех, а после с улыбкой сказал: — Ладно, Ки Хун. Как думаешь, — он сразу себя поправил, — думаете, что нам стоит делать теперь? — Я думаю, всякие учреждения стоит оставить на попозже. Сначала я бы пообщался с прохожими. Например, можно провести опрос, а потом и побеседовать. А ещё можно использовать технику маскировки и смотреть на людей под их углом. Ну, вести себя, как обычные прохожие, наблюдать за ними. — Отличная идея, Ки Хун! — И Али надо позвать к нам, не хочется, чтобы он бродил в одиночку.

13:32

      В какой бы он раз ни пришёл в это место, какая цель бы его ни проследовала, — оно было тем же. Спокойное самобытное здание со своей небольшой территорией, будкой охраны и неприветливым сквером. Не выделялось оно ни яркостью, ни бледностью, а вообще ничем. Каждый раз — одни и те же стены снаружи, но как встретят его внутренние стены в этот раз, когда намерения его не так благосклонны?       Из окна регистратуры Ки Хун увидел милую на вид женщину. Он был уверен, что это к добру. — Будьте любезны, подскажите, кто выдавал эти анализы? — Ки Хун показал фото, сделанное вчера: на ней было видно всё. — Врач третьего участка Нам Гю. — А я могу связаться с ним? Друг заболел и хотел бы прийти лично на консультацию, но он не может… Он так волнуется и хочет знать, что же ему скажет доктор. — Так. Вообще-то мы так не работаем. Доверенность какая-то, записка? — женщина отложила выпечку, которой перекусывала до подошедшего человека, и принялась что-то искать в компьютере, иногда поглядывая на пришедшего мужчину. В итоге взгляд её остался на нём: мягкое овальное лицо, добрые глаза-огоньки, скромная улыбка. Всё в нём ей нравилось. — Да, конечно, — Ки Хун не пощадил свою поясную сумку, пока пытался найти в ней то, чего нет. У него очень хорошо получалось перебирать обрывки бумажек, старые зажигалки и документы. — Да как же так… Неужели придётся идти обратно, — прекратив копошиться, Ки Хун вопросительно взглянул на женщину. — Господин, вы такой милый. Я всё-таки пойду вам навстречу, — женщина средних лет улыбнулась ему так «ненавязчиво», что Ки Хун в секунду забыл, зачем пришёл. — Вам повезло, что этот врач по молодости работает чуть ли не сутки напролёт, но предупреждаю, я вызову его сюда.       На фоне телефонного разговора Ки Хун внимательно всматривался в коридор. Он ожидал врача с обеих сторон. Когда тот вышел, Ки Хун внимал каждому его движению: закрыл дверь, поправил волосы, руки в карманы, шагал расслабленно и широким шагом. — Здравствуйте, вы…? — От Пак Чон Бэ. Я друг. При рукопожатии Ки Хун сжал руку так крепко, что врач непроизвольно расширил глаза. — Спасибо вам большое, Нам… Нам Гю, — Ки Хун обнял врача, всё ещё оставив руку напряжённой, и на уху прошептал ему: — Веди меня в кабинет. У меня на руках компромат на всю эту больницу. Будешь кричать — приду к глав. врачу и разнесу эту контору. Нам Гю посмеялся, отвернувшись и прикрыв рот рукой. — Идёмте, Ки Хун, — не подавая вида, молодой врач повёл Ки Хуна по левому коридору. Чон Бэ везли по той же стороне.       Кабинет казался пустышкой: слишком убрано, мало вещей, и только один календарь на стене за прошлый год выдавал его за настоящий. Персиковый тон стен действовал на нервную систему отрицательно. Дверь закрылась. — В чём дело, господин? — Давай-ка по порядку. Что было с Чон Бэ после попадания сюда? Врач замешкался, сложив руки на стол и опустив голову, и ответил лишь после паузы. — Очнулся, потом внесли его в реестр нуждающихся больных, теперь он ожидает лечения. Что ещё могло быть? — Гладко стелешь, — Ки Хун уже был на пределе. Для всех он казался спокойным человеком, но на самом деле легко мог сорваться на крик. — А это что? — голос его дрогнул и перешёл на другую высоту. Он чуть ли не ткнул в лицо, тряся рукой, анализы, на которых карандашом обвёл «Ф» и значение рядом. — Ты думаешь, я тупой? Я всё узнал. Это вы сделали. Он из-за вас заболел? Или это та самая схема, впарить больному устойчивое мнение, что ему надо отдать своё чувство? Видимо, так и есть! — Ки Хун. Это место — высококлассное государственное учреждение. Подумайте сами, как мы могли бы осмелиться на такое? — Вот так, да? А почему же тогда мне Чон Бэ ничего не рассказал? Хорошо.       Только Ки Хун опустил ручку двери, как нога его решительно вырвалась вперёд, а голос вслед ей уверенно прорезался. — Слушайте все! В этой больнице вас- — Стойте, господин. Не делайте этого. Ки Хун обернулся на Нам Гю, что подозвал его, выглядывая из-за двери. Он даже боялся выйти. — Больница ни при чём. Это… Мне приказали. Лично мне дали такой приказ. Я не мог отказать. — Кто приказал? — Я н- — Кто? Да говори уже! — Ки Хун взял врача за чистейше-белый ворот и потряс за него. — Господин Хван… — Хван Ин Хо?! — Не знаю. Передавший приказ человек, что знает эту семью, сказал мне, что это приказ от господина Хвана. Я не знаю, какого из.       Ки Хун был настроен решительно. Он не окинул врача последним взглядом, а сразу вышел из комнаты. Каждый его шаг был весомым и отдавался в нём эхом. Он собирался прямо спросить у Ин Хо, что это значит. Он ведь честный и порядочный человек? Не зря ведь он попросил Ки Хуна следить за его честностью? Иначе это смешно!

      До обеда им удалось поймать человека, что «продавал добродетельные услуги» (так сказал он), причём так глупо, что он к ним подошёл сам. Ки Хун из всей команды более других был похож на человека, который выглядел так, словно оказался в трудной ситуации. Такой план предложил Али, и пока Ин Хо с Али наблюдали издалека, к Ки Хуну подошёл этот подозрительный человек. Ему оставалось показать жест за спиной, чтобы команда направилась к нему. — А что будет с «благодетельным» Нам Ю Дже? — спросил Ки Хун у Али, когда нарушителя уже вели в участок. — Ну, как, это ведь преступление. Теперь официально. Ему грозит срок. — Эта информация меня успокаивает, — Ки Хун улыбнулся Али, а тот довольно зашёл в участок. Ки Хун тогда ещё чувствовал, что они всё делают правильно и его окружают хорошие люди.       После они встретились с той женщиной, звонившей утром. Она рассказала, что её сын странно ведёт себя в последнее время. Он болен, и женщина, как мать, ужаснулась, что сейчас существует столько гнусных способов заработать на людях. Она боялась, как бы он не попался на мошеннические схемы. Она нашла момент, пока сын был дома, чтобы он никуда не делся. Он не стал ни в чём сознаваться, и тогда его отвезли в основное здание, где на четвёртом этаже обитали врачи. Каждую потенциальную жертву купли-продажи ждёт процедура анализов, разговор с психологом, и, если необходимо, лечение.       После Ки Хун, окрылённый и уверенный в победе добра над злом, отправился за правдой в знакомые стены. Когда он узнал, что братья Хван скрывают в себе что-то ещё более странное, чем просто полиция, названный приёмный отец и слухи, он не стал их опасаться больше, чем когда увидел в первый раз. Он не убедился в том, что это совершенно другие люди. Ки Хун только имел вопрос: кто врёт? Полицейский, Ин Хо или врач?       После обеда команда продолжила работу. Ки Хун хотел дождаться момента, когда останется с Ин Хо один на один, но к назначенному времени — 15:00 — все пришли без опозданий. В любом случае не стоило отвлекать ни Али, ни Ин Хо от работы, когда с их стороны в этом не было причин. К тому моменту Ки Хун передумал спрашивать Ин Хо в лоб, он нашёл другой способ.       Было трудно сдерживать в себе вопросы, которые вскакивали каждый раз, когда Ки Хун видел Ин Хо. Он ещё не успел привыкнуть к этому человеку и не понял своё к нему отношение. По сути сегодня был лишь третий день, когда он видит этого человека, и не то чтобы они много общались. По этой причине он уверял себя, что не испытал обиды — разве что удивления. Он придумал, как подойти к этому вопросу, чтобы Ин Хо не догадался.       В 20:15 команда прибыла в участок, закончив на сегодня работу. Больше им не удалось никого найти, они смогли только связаться с теми, кому продавал таблетки Ю Дже. Из всех на связь вышли только пару человек, а из тех на встречу согласился лишь один. Он подтвердил факт продажи и признал, что нуждается в помощи.       Ки Хун больше подозревал младшего брата. Уж слишком много он улыбается и болтает. Ки Хун молча протянул Джун Хо бумажки. — Ну, что там у нас, — довольно протянул Джун Хо, готовясь взять их рукой, однако он почувствовал, что не может легко взять документы. Когда Ки Хун разжал руку, полицейский всё-таки выхватил планшет. — Мгм, — листая, Джун Хо осматривал каждую страницу, где разглядел четыре имени, — что ж, сегодня вам можно засчитать два завершённых дела. Но это пока. Завтра будет известно, что с тем мальчишкой. — Получается, нам засчитают и каждого человека, которому поможем? — спросил Ки Хун, не сдвинувшись с места, а за ним стояли остальные. — Ну, не совсем. Вы ведь должны сорвать шанс возможной сделки. Сегодня вы сорвали будущие покупки, поймав нарушителя и потенциального покупателя. Поэтому можем засчитать за два случая, хоть они и были связаны между собой. Важно, что в протоколе укажет психолог. Вдруг выяснится, что это подставной больной. Команда смотрела вопросительно. — А что вы так удивляетесь? У нас такое уже было сегодня. Первая команда устроила. — Ладно, Джун Хо, — старший брат протянул руку, чтобы попрощаться, — до завтра. — Удачи завтра! — тот поклонился с улыбкой команде, что направилась по домам. Только Али ещё остался в участке. — Ин Хо, ты домой? — Нет, Ки Хун, — Ин Хо тут же повернулся на него, будто в этом вопросе не было ничего странного. Он ни капли не удивился. — Не хочешь выпить? Ин Хо довольно пробежался взглядом по лицу собеседника, но ответил: — Я бы очень хотел, но я должен заехать к господину О, он звал меня на ужин, — Ин Хо хотел уже идти, но вспомнил. — Но знаете, Ки Хун, вы можете составить мне компанию. Он очень интересуется вами и, если честно, ждёт и вас. — Пожалуй, соглашусь. Откуда он меня знает? — спросил Ки Хун, когда они уже шли к машине. — Ну, как же, я рассказывал ему о вас. Мне так понравилось ваше выступление вчера! Уверен, не только мне.

Inner Circle

Bad Boys

Свет исходил лишь от огней города. — Эта песня так подходит, — заметил Ин Хо. — Есть даже сериал про копов, где она на заставке. Какое совпадение! — Занимательно, — Ки Хун ответил суховато и особо не проникся. Он пытался регулировать свои мысли и выбрать, как себя вести. Каким окажется господин О? Что же это за человек?       Автоматически открылись тяжёлые металлические ворота, когда Ин Хо ввёл ключ-пароль. В тридцати метрах от стоял и сам дом, что больше был похож на особняк. Ки Хун, окинув его взглядом, даже не удивился. Было ожидаемо увидеть не маленький домишко, а роскошный дом. Ки Хун о таком мог только мечтать, но не мечтал. Но он грезил о собственном пруде во дворе, и здесь он был. Пусть вся площадь была в ночном мраке, а фонари освещали лишь дом около него, и ещё не встретили гостей, пруд был освещён луной. — Вау, это… Вашему… покровителю, должно быть, в счастье иметь такой дом. А он что, купается здесь? — Что вы, Ки Хун. У него там только рыбки живут. Но когда-то здесь и правда плескались дети, даже Джун Хо. Я не решался ни разу.       Тогда Ки Хун непроизвольно направился в сторону пруда, но звук шагов призвал их, и тогда он увидел всплеск воды. Что-то зажглось в его сердце, и сразу стало так тепло. По всему двору были камнем вымощены тропинки. Ки Хун шёл далее по следу Ин Хо. Встретила их девушка, но Ин Хо не узнал её. — Здравствуйте. Господин О ждёт вас, — девушка поклонилась. — А вы… Горничная? — Нет, с недавних пор работаю здесь сиделкой. Меня зовут Кан Но Ыль. Проходите, — девушка удалилась, и силуэт её исчез в тёмном коридоре. «Хорошо хоть надел новые носки сегодня», — подумал Ки Хун. В гости он ходит не то чтобы часто. Он был одет так, как было удобно для работы: джинсы, белая футболка, поверх плотная зелёно-серая рубашка в клетку, которую не жалко, и куртка на случай холода.       Темнота и таинство, поддерживаемое искусственными свечами, создавали среду обитания, чуждую Ки Хуну. Он был тем, кто любит основной свет, а не вспомогательный; кто любит день, а не ночь. У него складывалось ощущение, что он попал в логово совы или прочего ночного создания.       Повернув направо, можно было попасть в гостиную, налево — на кухню. Пройдя вперёд мимо открытой на кухню двери, Ки Хун боковым зрением кого-то заметил. За столом сидел тот самый господин, что спешно встал из-за стола, когда увидел подошедших гостей. — Как я рад! Наконец-то, мои дорогие! — мужчина крепко обнял Ин Хо, а после обеими руками секунд десять жал одну правую Ки Хуна. — Ки Хун, следуйте за Ин Хо, он вам всё покажет, а после скорее возвращайтесь.       Пожилой мужчина не уводил от Ки Хуна взгляда. Ки Хун шёл за Ин Хо в гостиную, но иногда оборачивался и видел эти глаза. — Это гостиная. По лестнице попадаешь на второй этаж, пройдя вперёд по коридору по правой стороне стены найдешь уборную, дальше и ванную комнату. С другой стороны у нас две спальные комнаты, один кабинет и один по центру. — Понял. Неужели настолько большая ванная комната? — Весьма, — ответил коротко Ин Хо, уже ступив на закрученную из зала лестницу. — Ну, идёмте, что уж говорить, надо показать.       После мытья рук Ин Хо собирался удалиться в одну из комнат, но Ки Хун, заметив это, спешно направился в его сторону. — Ты куда? — Мне нужно кое-что забрать из моего кабинета. Я сюда заглядываю иногда, но в последнее время реже. — Я хочу пойти с тобой, — Ки Хун сказал это уверенно, не медля. — Что ж, почему нет. Идёмте.       При входе в кабинет Ки Хуна ударил древесно-бумажный запах: в воздухе смешались мебель и книги. Найдя на двери защёлку, Ки Хун решил закрыться. Ин Хо тут же обернулся на него. — Извини. Закрой глаза, — Ки Хун не приказал, а попросил, немедленно протянув руку к выключателю, что сразу нащупал рукой. — Свет мне не помешает. — Мы здесь одни? Ин Хо замолк, направившись к двери. Ки Хун пытался схватить его, но Ин Хо проигнорировал это. — Одни. И это плохо, — он потряс легонько дверь после того, как отщёлкнул замок. — Замок здесь плохой. Извините, я не предупредил вас, что не стоит трогать замки в доме. Ки Хун отошёл от Ин Хо и просто засмеялся. — Блин, да что с тобой такое? Тебя чужой мужик закрывает в твоём же доме, а ты говоришь с ним на вы и так спокойно? — А зачем вы это сделали? — Да что с тобой? Ты как не живой, — Ки Хун поставил руки на пояс и тяжело вздохнул. — Я просто боюсь, что нас услышат. Я хотел тебе сказать кое-что очень конфиденциальное. Я весь день этого ждал! — Вот как. Ну, отлично, давайте. Сейчас самое время. Ки Хун успокоился, хотя он сам устроил переполох, что был ни к чему. Только он отвёл от Ин Хо взгляд, как тот уже встал у окна, что-то выглядывая во дворе. — Я провёл собственное небольшое расследование. Я думаю, нам стоит проверить больницу, где лечат Чон Бэ. Мне кажется, там что-то не так. — Ну, Ки Хун, это центр. Как мы её осмотрим? Нам ведь дали север. И это государственное учреждение. Я думаю, такие места вне подозрений. — Это отговорки? — Ки Хун для себя уже всё решил. Он знал, что тот человек, которого из себя Ин Хо показал, сто процентов бы согласился. Ему ведь так важна справедливость. — Ки Хун, я всего лишь выполняю нашу работу. Как я могу делать то, чего не должен? — Можешь. Так же, как и твоя команда, что делает нападки на всяких людей. Ты всё можешь, если захочешь. Я это уже понял. Ну, смотри сюда.       Ки Хун абсолютно спокойно положил на стеклянный стол телефон, где была приближена фотография с теми самыми цифрами. Ин Хо посмотрел не без участия, пальцами левой руки ещё приблизив экран. — И что это? — Анализы Чон Бэ. И я знаю, что это ты сделал. Ин Хо усмехнулся и вновь отвернулся от Ки Хуна. — Да уж. Раскусил меня. Ин Хо медленно направился в сторону двери, ещё раз проверив её. — Всё не так просто. Я попрошу тебя играть по моим правилам. Ты ведь меня выслушаешь? Выслушаешь, ведь только я знаю, как открыть эту дверь.