Дата смерти

Доктор Харви Обердорф смотрел на пациента Х сквозь специальное двойное стекло и готов был прижаться к нему лицом, слиться с ним в одно целое или даже пройти через него насквозь, настолько он был обескуражен открывшейся ему картинкой. Деловые костюмы, по совместительству агенты, позади что-то говорили, но Харви их едва слышал, он даже на долю секунды забыл про их существование. За стеклом, в палате с белыми монолитными стенами, на жесткой металлической кровати с белоснежным бельем сидела хрупкая девушка. Она была небольшого роста, худощавого телосложения и с копной дредов на голове. Пациентка обнимала себя за плечи и слегка покачивалась взад-вперед, смотря при этом в какую-то одну точку на противоположной стене. Харви переводил взгляд с лица девушки на числа у неё над головой, отказываясь верить собственным глазам. Над её макушкой красными цифрами горела вчерашняя дата. Эта пациентка должна быть мертва. С таким случаем Обердорф столкнулся впервые, даты никогда его не обманывали, даты никогда не бывали просроченными. Всю прежнюю сонливость у доктора как рукой сняло - его словно окатили ледяной водой из пожарного рукава. Пациентка Х резко перевела взгляд на доктора Обердорфа и уставилась на него. Хотя Харви прекрасно знал, что со стороны палаты через стекло ничего не видно, его все равно прошиб холодный пот, и он в испуге отпрянул от смотрового окна. - Что-то заметили, доктор? – спросил один из деловых костюмов. Харви отрицательно помотал головой. Рассказать агенту про числа? Про просроченные даты? Тогда его поместят в такую же палату, что и пациентку Х, под пристальное наблюдение не только психиатра, но и главного врача. «Ты что, опять начал, Харви?» - спросит Э.С. Спиркс по-матерински осуждающе глядя на своего ведущего невролога, - «Ты же обещал больше не нюхать эту дрянь. Что же опять случилось, Харви?». Но Харви ничего не нюхал, причем уже довольно давно, а даты он видел и до того, как начал увлекаться наркотиками. Э.С. Спиркс об этом не знает, об этом вообще никто не знает и не узнает никогда. Чтобы прогнать из головы навязчивые мысли о своих бывших (или возможно будущих) наркологических сеансах под присмотром доктора Э.С. Спиркс, Харви решил вовлечься в разговор с деловыми костюмами. Он прослушал всю их вступительную речь, потому нужно было наверстать упущенное. - А вы, простите, из какой службы? – деловито спросил доктор Обердорф. Деловые костюмы недоуменно переглянулись. Очевидно, что они уже представились, подумал Харви. Один из агентов достал из кармана удостоверение и протянул его в открытом виде доктору Обердорфу. Тот внимательно осмотрел документ: в верхней части пластиковой карточки помещалось наименование организации, к которой принадлежит агент, а именно «Департамент Планетарной Безопасности», внизу – личный штрихкод владельца. Планбез? Здесь, на Земле? Обердорф нахмурился и просканировал штрихкод. С каких пор департамент безопасности колоний занимается расследованиями на Земле? Здесь для этого есть своя служба – Государственная безопасность или Госбез. Когда сканирование завершилось, центральный мозговой имплант вывел на линзы Харви иконку с личной карточкой агента. Доктор бегло пробежал по ней взглядом. Делового костюма, чью карточку изучал Обердорф, звали Джон Моранн, а его напарника – Альберт Гроф. О последнем доктор узнал, перейдя по активной ссылке в графе «напарник» из карточки Моранна. Оба агента принадлежали к Департаменту Планетарной Безопасности планеты Марс. Отчего-то по спине Харви пробежал легкий холодок, но он так и не понял, что именно его напугало. Планета Марс? Он никогда там не был. Двое агентов в деловых костюмах, прибывших с Марса? Но они же прибыли не по его душу, не так ли? Харви закрыл иконку с удостоверением агента при помощи фокусировки взгляда и передал карточку законному владельцу. - Дело этой девушки под нашей юрисдикцией, - сказал агент Гроф, будто предвидя будущий вопрос доктора, - потому здесь мы, а не ДГБ. Обердорф коротко кивнул. Раз вопросом пациентки Х занимается Планбез с Марса, значит и девушка оттуда же. На памяти Харви Госбез Земли впервые отдавал дела в руки планетарной безопасности другой планеты на своей территории. Обычно они всегда переводили дела под своё крыло. Но Харви допускал, что, возможно, в этом случае он чего-то не знает. Или ему просто не положено что-то знать. - Имя девушки Линда Энн Глодем, - подхватил второй агент, Моранн, - её нашли в порту, блуждающей вдоль заграждения в полубредовом состоянии. Центральный мозговой имплант поврежден, максимум, что удалось из него выжать – это имя и место проживания. Она ничего не помнит, на вопросы отвечает путанно и без понимания. Так как она гражданка Марса и находится на Земле незаконно, то для её депортации вызвали нас. Но в таком состоянии её перевозить нельзя, законы Земли запрещают это, поэтому нам и нужна помощь квалифицированных врачей. В частности невролога. Приведите её в надлежащее состояние, и мы заберем её туда, где ей и положено быть. - ДГБ рекомендовал вашу больницу и вас, отдельно, как лучших специалистов в подобном вопросе, так что мы рассчитываем на ваш успех, - жестким стальным голосом произнес агент Гроф. Доктор Обердорф расценил его слова, как приказ, и был уверен, что не ошибся в своей оценке. Перед тем, как убраться из больницы восвояси, деловые костюмы из ДПБ пообещали Обердорфу и его коллеге Грегу Иву предоставить все имеющиеся у них данные о прошлом пациентки Х, особенно касательно её истории болезни. Харви же думал, что если они что-то и предоставят, то большинство из имеющейся информации будет зачеркнуто черным маркером или же предано цензуре. Вам не положено знать всего, доктор, у вас нет соответствующего уровня допуска, уже предвкушал слова одного из агентов Харви. Напоследок, он решил взглянуть на даты, невзрачно мерцающие белым светом над головами двух ДПБ-шников. На удивление им предстояла еще долгая жизнь, очевидно, что модернизациями тела они были понапиханы знатно. По дороге в кабинет главного врача, Харви всё обдумывал ситуацию с пациенткой. Дата над её головой, дата, горящая красным цветом, не давала ему покоя. Она даже пугала его, но он не знал почему. Планбезовцы хотят депортировать её на Марс? Сомнительно. Может они просто хотят её добить? Вчера не получилось, не повезло – возможно, потому что их спугнули или же девчонке просто удалось от них удрать. Теперь она здесь, и у них связаны руки, им придется ждать её выписки, чтобы забрать и завершить начатое. Как сказал этот деловой тип, Моранн? Заберем её туда, где ей положено быть? В могилу, то бишь? На пороге кабинета главного врача Харви осенило. Быть может, красная дата была предупреждением, что девушке нужна помощь? Иначе то, что должно было произойти вчера, повторится вновь. Доктор Обердорф решил докопаться до её прошлого. Красная дата. С таким он столкнулся впервые.