Ловить луну в стоячей воде

Лей попрощался с девушкой и покинул дом, а следом — деревню. Использовав заклинание, он тут же оказался в своем доме рядом со столицей. Везде вокруг лежал толстый слой пыли. Это показывало, что внутри некоторое время уже никого не было и убираться было также некому. Со всей любовью Лея к уборке, он, конечно же, не стал тратить на это время, а сразу же вышел к дороге. Проходил недолгий путь вперед, и дорога разделялась, теперь следовало выбрать правильный путь, чтобы не заблудиться сильнее. Обдумывая выбор дороги, Лей внезапно вспомнил, что один из его кинжалов сейчас находился у его ученика. Стукнув себя по лбу, он засмеялся сам с себя: — М-да, моей памяти можно только позавидовать. Стоял бы, как дурак, искал эту дорогу. Стоило последовать за энергией оружия, как путь стал более лёгким и свободным. В конечном итоге важно найти не саму деревню, а человека оттуда, с ним можно найти и само поселение. В некотором роде Лей жалел, что с собой у него не было меча, так он бы быстрее преодолел это расстояние. Но лучше уж так, чем рисковать, да и привлекать лишнее внимание не стоило. Со временем одинокая пустая дорога стала заполняться людьми: простыми путниками, людьми с повозками и лошадьми — скорее всего, торговцами. Одна из таких повозок остановилась рядом с заклинателем, извозчик обратился к путнику, с интересом рассматривая того: — Господин, держите путь на рынок? Можем вас подвести, дороги тут пыльные, пока дойдёте, от ваших белых одежд ничего не останется. — Благодарю за заботу, в таком случае я не могу отказаться. — Зайдите внутрь, как раз составите компанию моей дочери. Лей думал сесть рядом с мужчиной снаружи и не беспокоить тех, кто внутри, но раз его пригласили, то кто будет отказываться и казаться грубым из-за этого? — Приветствую дорогих путников, меня любезно согласились подвезти, надеюсь, вам не в тягость моё присутствие. — Что вы, господин, всё хорошо, скоро стемнеет и будет опасно одному по этим местам ходить. Не желаете чаю? — Нет, благодарю. — Лей мог, конечно, из вежливости согласиться на предложение женщины, но ему действительно не хотелось, он ведь только недавно ел. — Братец, а ты по делам на рынок или живешь в деревне? Правда, я не видела там тебя раньше, точно бы запомнила. — Хуа, не вежливо так обращаться к незнакомым, а тем более — задавать такое. Бог Бедствий усмехнулся, услышав имя девушки. Рассматривая её, он подумал, что это имя ей больше подходило, чем ему. На платье и даже в волосах были цветы, намекавшие на значение её имени. — Любопытный у вас цветок жизни, однако. У меня в деревне сестра, а в самой деревне я не бывал ещё. — Отчего же вы не вместе живёте? Семья должна держаться рядом. — По некоторым причинам я не могу находится с ней постоянно. Это уже более личная тема, не хотелось бы обсуждать. — Да, конечно, но всё же постарайтесь навещать её чаще. Небожитель лишь улыбнулся женщине, не желая далее поддерживать разговор. Он вновь вспомнил о своей родной сестре и о том, что не мог находиться рядом с ней. Эти мысли словно съедали его изнутри, оставляя пустоту. Он скучал, очень сильно скучал. Как же ему хотелось её обнять, поговорить, пожаловаться на всех и вся. Быть всем недовольным и слушать её успокаивающий голос. Через некоторое время повозка остановилась, и мужчина объявил о достижении места назначения. Лей действительно ощущал, что Лин где-то поблизости, поэтому попрощался с семьей торговцев. Не долго он шел по следу оружия, вскоре впереди себя небожитель заметил знакомую фигуру. Девушка мило улыбалась, пока мальчик нес корзину с овощами. Бог Бедствий окликнул их, помахав рукой. Мальчик, заметив наставника, радостно подбежал, подведя за собой девушку. — Учитель! Вы наконец пришли, я ждал вас так долго. — Я бы пришел и раньше, но не мог из-за проблем. Сестра, как ты? — Я хорошо, ты как? — Девушка лучезарно улыбнулась, она также соскучилась по своему брату. — Тот твой друг, господин Цзян, говорил, что у тебя много дел и ты не сможешь ухаживать за мной некоторое время. Лей обнял девушку, не желая больше ждать. Он прижался к ней, не обращая внимания на других вокруг. — Сестра, ты не представляешь, как я скучал, мне так не хватает тебя. Ужасно, что я не могу взять тебя с собой. — Хуа, когда ты стал таким эмоциональным? Или долгое расставание повлияло на тебя? — Девушка не доставала до головы заклинателя, поэтому гладила того по спине. — Тебя никто не обижал? Ты хорошо питаешься? — Я слишком сильно соскучился по тебе, чтобы быть сдержанным. — Ещё немного постояв в объятиях девушки, Лей всё же отпустил её. — Вы закончили покупки? — Да, мы шли домой как раз, — ответил радостно мальчик, показав полную корзину. — Тогда показывайте дорогу. Я надеюсь, твои родители будут не против, если я до завтра останусь у вас. — Учитель останется лишь на день? Так мало... — Я бы остался дольше, но сейчас никак не могу, уже удача, что мне разрешили на день остаться. Мальчик недоумевающе посмотрел на Лея, он не понимал, кто мог запрещать богу делать то, что ему хотелось, но и прямо спросить не мог. — Есть тот, кто запрещает что-то учителю? — Да. Считай, что он управляющий, а мы как подчиненные. — День, конечно, не сравнится с годом, но надеюсь, у брата нет проблем из-за этого. — Не волнуйся, сестра, всё хорошо. — Лей взял девушку под руку, аккуратно последовав за ней. — Тебя ведь тут не обижают? Как здоровье? — Я больше сижу дома, но те, кого знаю, меня не обижают, все очень добры ко мне. Да и Лин меня защищает постоянно. — Конечно, как я могу оставить сестрицу? Сестра Лю такая хорошая и красивая, многие в деревне хотели бы встречаться с ней. — Как интересно, сестра, тебе кто-то нравится уже? — Пока что нет, да и мне неудобно с кем-то быть из-за моего состояния. — Я тебя вылечу, и всё будет хорошо, я обязательно это сделаю. Лей хотел это сделать — помочь дорогому человеку избавиться от демонических чар, что мешали той жить спокойной, счастливой жизнью. Однако сейчас он не мог выделить себе время на поиск какого-то там демона, не зная, кто он и откуда, отчего слишком сложно будет найти. — Даже если не выйдет, то ничего, ты ведь будешь рядом со мной? — Насколько это только возможно, я уже не могу быть с тобой каждый день. Зато ты в хорошей семье и не одна. Они дошли до небольшого дома, выглядел он просто, даже проще остальных домов этой деревни. Во дворе подметала девушка лет шестнадцати, а неподалеку стирала одежду хозяйка дома. — Мама, мы вернулись. — Лин, чего вы так долго, обижал кто по дороге? — Я задержал их немного, прошу простить меня. Женщина наконец подняла глаза, посмотрев на юношу. Она не сразу признала в нем того молодого человека, что спас её. — Господин Хэ, неужели это вы? Так изменились, что мои глаза не признали вас. Пришли навестить свою сестру, полагаю? — Да, но и не только. Также я пришел проведать вашего сына и посмотреть на его успехи. — Мне всё же волнительно и неспокойно отпускать его одного… — Когда придет время, вы сделаете правильное решение, я уверен, а пока он будет рядом с вами, не стоит волноваться. — Учитель, давай зайдем внутрь, я покажу вам дом и комнату, где можете остановиться. Женщина выпустила одежду из рук и подошла к юноше, по пути быстро вытирая руки. — Ох, господин останется у нас на ночь? — Если возможно, я бы хотел остаться. И можете звать меня по имени, вы мне помогаете, присматривая за сестрой, мне неудобно, что обращаетесь ко мне так. — Хуа, да? Конечно, ты можешь остаться у нас, у нас накопилось пару дел, неудобно просить тебя, но, надеюсь, поможешь с этим? — Да, с радостью вам помогу, только если это не готовка, у меня плохо выходит, — Лей неловко улыбнулся, перед другими он бы никогда не указал на свои слабости или не сказал о неумении чего-либо, но рядом с этими людьми мог себе позволить вести себя свободнее и спокойнее. — Как же вы жили раньше и чем питались? У меня дочь готовит, и я, разумеется, не буду просить тебя с этим помочь. — М-м-м… ну-у… лучше скажите, что нужно сделать. Лю Минь засмеялась с такого ответа, несмотря на свою слепоту, девушка всё ещё могла готовить простые блюда с помощью своего брата. Услышь об этом другие, точно бы недобро посмотрели на заклинателя. Как можно заставлять слепую девушку готовить и оправдываться неумением? — Пока ужин будет готовиться, было бы хорошо принести воду на следующий день и отремонтировать крышу дровяника, иначе, когда пойдут дожди, все дрова испортятся. — Хорошо, тогда я и Лин пойдем за водой, а после — дровяник. Лин указал Богу Бедствий, где находился колодец, и также помогал таскать одно ведро — обычно он нёс по два, но так как они были тяжеловаты для него, то он мог по дороге разлить и дойти домой с полупустыми вёдрами. — У вас так спокойно по вечерам, там, откуда я родом, вечером всегда было шумно и довольно оживленно. Мне кажется, я один вечно дома сидел и никуда не выходил. — Лей засмеялся, вспомнив те беззаботные дни своего детства. Он ощущал странную ностальгию, гуляя вот так по деревне, хоть и большую часть своей жизни прожил в секте. — У нас довольно маленькая деревня и после работы многие уходят по домам или спокойно выпивают с друзьями в разных заведениях. А откуда учитель родом? — Сказать честно, я не помню. Я уверен, что это была деревня и там было довольно тепло почти весь год, помню шумные улицы и детей, что резвились днем. У меня довольно плохая память, а помнить все события с времен, когда мне было лет пять, уже слишком. — У учителя плохая память? Сколько же учителю лет? — Много лет учителю, не будем об этом. — А учитель сможет указать на карте, где его родина? — Боюсь, что нет, моей родины не существует уже на карте, и я говорил, что не помню, где она находилась. Тебе так интересна моя жизнь? — Конечно! Мне очень интересно всё узнать про учителя! Учитель такой удивительный! Лей засмеялся с такого ответа мальчика, он не считал свою жизнь чем-то слишком интересным или увлекательным, наоборот — она была довольно однообразной. — Ты говоришь так только потому, что знаешь кто я, стать учеником небожителя — это даже немыслимо звучит. — Это тоже, но не только поэтому я считаю вас удивительным. Ещё я много раз думал, каково это жить долго и свободно, не как мы, обычные смертные, но так и не смог до конца понять, как это. — Если говорить в общем, то моя жизнь тогда и сейчас не сильно отличается, я почти всю свою жизнь жил в секте, где у меня были свои обязанности, мы также убирались, стирали одежду, тренировались, решали проблемы людей. Сейчас я также могу всё это делать, но у меня есть свои подчиненные, которых я, к тому же, учу, и они делают все эти дела. — И они также готовят вам? Поэтому вы до сих пор не умеете готовить? — Да, мне не интересна готовка, я больше люблю боевые искусства. Также я не нуждаюсь в еде, отчего и необходимости готовить нет. — А что ещё любит учитель? — Учитель любит свою сестру. Очень сильно её любит. Даже больше своих тренировок…почти. — Даже сильнее, чем сестру Лю? Она такая же добрая? — Моя сестра, конечно, добрая, но также бывает строгой, если я делаю что-то не так, всегда волнуется и заботится обо мне. Она не похожа на меня: такая яркая, светлая, все к ней тянутся, в отличие от меня. Лей так вдохновленно говорил о своей сестре, что было видно, насколько сильно он её любил. Маленький мальчик ещё не видел такого, он не представлял, как кто-то мог с такими горящими глазами и энтузиазмом говорить о другом человеке. — Учитель ведь тоже добрый, так почему же вы так говорите? Разве к вам относятся плохо? — Учитель не добрый, ты плохо знаешь меня. Меня считают высокомерным, холодным, грубым. Даже люди меня боятся. А сестру мою все любят, она тот самый лучик солнца холодной зимой. Мне так сильно её не хватает. Вот ты скучал когда-нибудь по кому-то сильно? — По отцу, когда он уходит в столицу зарабатывать больше денег или ещё куда далеко. Отец у меня очень хороший и заботливый, и мама — также, я их обоих очень люблю. А учитель скучает по родителям? — Нет. Этот учитель не скучает по ним. Совсем. Мне достаточно сестры. Она моя единственная семья, больше мне никто не нужен. — Родители учителя плохие? — Они... Нет… просто… — Лей вздохнул, не зная, как бы ему объяснить всё проще. — Лин, тебе не понять, ты слишком маленький. — Лин большой! Он поймет всё! — Нет, Лин не поймет. Давай больше не будем обо мне, вспоминать прошлое утомительно. Маленькому ученику было слишком интересно больше узнать и услышать, он не понимал и не чувствовал атмосферы и более сложных эмоций людей, отчего продолжил свои попытки выведать то, чего же он мог не понять: — Может, учитель как-нибудь по-простому скажет, что имеет в виду? Лину интересно слушать рассказы учителя. — Лин… я довольно вспыльчивый, прошу, хватит разговоров. — Учитель боится обидеть меня? Я не буду держать обиду, если учитель будет кричать на меня, я всё пойму. Лей глубоко вдохнул, следом выдохнул, пытаясь успокоиться, с маленькими настырными детьми бывало сложно и на них нельзя срываться. По крайней мере, так уверял себя заклинатель, нужно лишь быть терпеливым и вести себя спокойно и сдержанно. — Учитель? Учитель меня слышит? Вы обиделись на Лина? Я больше не буду вас спрашивать, только не обижайтесь. Хотите, Лин будет молчать до дома? До дома они уже дошли в молчании, мальчик приуныл, что учитель не разговаривал с ним и обиделся, из-за чего не знал, как ему извиниться и что вообще делать. Лей же успокоился и также не знал, что ему делать, стоило бы сказать что-нибудь, однако что? — Вы вернулись, ужин скоро будет готов, поставьте вёдра сюда, и я сама отнесу их в дом. — Хорошо, понадобится ещё вода — скажите. Лей поставил ведра с водой на землю и вместе с учеником направился к дровянику, ему показали, откуда он мог взять материалы на починку и где находилась сама проблема. Перед тем как начать работу, Бог Бедствий снял верхнее одеяние, дабы не запачкать, а также для большего удобства. Под низом он до сих пор носил ту одежду без рукавов с перчатками, последнее время так ему было удобнее, а также не слишком жарко — хоть и был конец лета, однако погода всё ещё стояла жаркая. — Лин, подержи мою одежду пока. Ещё у меня там есть сверток с булочками, можешь взять поесть, не хочется, чтобы еда испортилась. Мальчик кивнул, подумав, что, может, учитель не так и сильно на него обижался, даже едой угощал, а раз сам он не ел, но носил с собой еду, значит, кто-то специально для него приготовил, и раз учитель делился с ним, то это уже что-то да значило. Аккуратно сложив одежду, Лин открыл сверток, достав булочку. Конечно, та остыла, но от этого не стала хуже, мальчик с удовольствием ел угощение, наблюдая за работой наставника. — Братец Хуа, ты скоро? Ужин готов, и мы ждем вас. — Сестра, сестра, а что у нас на ужин? Юной девушкой, которая позвала заклинателя, была старшая сестра Лина, хоть они встретились ранее во дворе, но не успели познакомиться, да и девушке не удалось нормально разглядеть их гостя, чем она и занималась сейчас. — Да, я уже закончил, сейчас спущусь. — Бог Бедствий закончил ремонт крыши, и, аккуратно спустившись на землю, он встретился с девушкой взглядами. Приветливо улыбнувшись ей, Лей заговорил: — Мы, кажется, ещё не встречались, как зовут юную деву? — Я старшая сестра Лина, меня зовут Янмей. — Приятно познакомиться. Лин, подай мне платок с кармана рукава, пожалуйста. — Ох, точно, я вам полотенце принесла, держите. Девушка улыбнулась, протянув полотенце с плеча заклинателю, сейчас она могла в полной мере оценить его внешность, а также фигуру, даже жаль, что у неё уже был избранник, иначе бы точно сразу влюбилась в такого парня или лишь испытала небольшую симпатию, если бы характер ей не понравился. — Спасибо за твою помощь, надеюсь, наш скромный ужин придется тебе по вкусу. — Я не привередливый, что предложите — съем. — Лей вытер руки о полотенце. Он всё ещё беспокоился о своём ученике, всё же стоило извиниться, наверное: — Лин, я не обижаюсь на тебя, всё нормально, — небожитель забрал свою одежду и стал приводить себя в порядок, — хорошо? — Да! Я рад, что всё же не обидел учителя. За ужином все разговаривали и делились разными историями, которые произошли за день, кроме Лея: он молча слушал и ел. Даже если все в этой семье относились к нему хорошо и так тепло, он всё же ощущал себя не отсюда, был чужим и вёл совсем другой образ жизни, всё, о чем он мог рассказать — это о своих тренировках, которых сейчас стало мало из-за других забот. — Хуа, спасибо тебе за помощь, как тебе ужин? На сколько ты останешься у нас? — Что вы, не за что, ужин вкусный, мне нравится. Я завтра вечером уйду, не могу дольше оставаться. — Как жаль, остался бы ты на дольше, то было бы славно, узнали бы друг друга получше, мне не хватает в хозяйстве взрослого мужчины. — У вас ведь есть муж, а я заклинатель — большую часть жизни жил в секте, в хозяйственных делах мало что понимаю. — Всему можно научиться, человеку нужно разное знать, не только, как держать меч, так ведь? — Жаль вас разочаровывать, но это действительно всё, что я умею. — Не может такого быть — ты починил крышу, нёс воду, заботился о слепой девушке, ходил на рынок, за лекарем, учишь моего сына. Ты хороший брат и человек. Не принижай себя, я уверена, это ещё не всё, что ты можешь. Должно быть, твои родители гордятся тобой, такой красавец сын, заботливый, с доброй душой. — Благодарю вас за тёплые слова… наверное, действительно гордились бы… наверное, — Лей тяжело вздохнул, посмотрев на свою сестру, — Лю Минь, а ты гордишься мной? Я хороший брат? Я не могу сейчас быть с тобой, как весь год до этого, мне жаль. — Брат, всё нормально, мне тут хорошо, и я не осуждаю тебя, ты не мог вечно быть со мной, ты хороший брат, которого я люблю. — Лину тоже нравится учитель. Учитель удивительный, и мне бы хотелось быть таким. — Лин, ты не должен быть таким, как я, — ты должен быть лучше меня. Не позволяй никому издеваться над тобой, мнение других не должно тебя волновать, только если это не мнение близких тебе людей. Думай головой и не совершай необдуманных поступков. — Да учитель, я понял. Лей потрепал мальчика по голове, похвалив. Его редко кто так хвалил в детстве, да и, наверное, не было за что. — Давайте я помогу убрать со стола, мой отец всегда говорил, что если я не помогал в готовке, то хотя бы нужно помочь убрать со стола, тогда я смогу найти себе жену. — Ха-ха, есть в этом доля правды, мой муж никогда не предлагал мне помощи ни в готовке и ни в уборке, а я бы ценила такую помощь. В твоём-то возрасте пора бы и семью завести, детей воспитать. — В любви мне не везет, да и не интересно мне это дело. — Учителю нужен такой, как он, обычный человек ему не подходит. Старшая дочь семейства явно была не согласна с этим утверждением и захотела поделиться своим мнением: — Зачем ему такой же? Здорово ведь, когда в отношениях вторая половина с другими интересами и характером, не скучно будет. — Дева Янмей знает в отношениях толк, видимо, состоит именно в таких? Соглашусь с этими словами всё же. — Да, моя дочь влюблена в одного мальчика, совсем не похожего на неё. Я уверена, ты тоже найдешь свою судьбу и не будешь одинок. — Я и сейчас не одинок, у меня есть сестра и... — мысли внезапно унесли его к Ворону, с чего вдруг он после сестры именно о нём подумал, о таком наглом и бесящем существе? — И друзья. — Сестра — это здорово, но она не вечно будет с тобой, а друзья сейчас есть — завтра нет, нужен тот, кто будет всегда с тобой, будет поддерживать и любить. — Госпожа, мне и так хорошо, не нужен мне кто-то другой. Как вы уже сказали, сегодня они с тобой, а завтра — нет. Женщина вздохнула грустно, посмотрев на заклинателя, и ласково провела рукой по голове юноши. Она не знала, что тому довелось пережить и почему он так непреклонно говорил, что никто ему не нужен. Она всегда придерживалась мысли, что всем нужен кто-то дорогой, иначе какой смысл жить в одиночестве? — Ох, дитя, всё будет хорошо, у тебя обязательно всё будет хорошо, даже если в тебя никто не будет верить или тебя не будут поддерживать, это всё временно. Ты обязательно найдешь дорогого тебе человека, который будет с тобой. Лей не мог смотреть в глаза женщине, он боялся, что тогда она поймет всю его скрытую грусть и боль по этому поводу, он не хотел, чтобы его жалели, он не хотел считать себя несчастным, жалеть себя, предпочитал думать, что у него всё хорошо, ему и так хорошо, зачем ему кто-то другой, когда есть сестра и даже тот надоедливый Ворон, к которому Лей так боялся привязаться и признавать, что он стал ему дорогим. После такого тёплого разговора заклинатель чувствовал себя неловко. Незнакомый человек, ничего не зная о нем, стал, как родного сына, поддерживать его и говорить, что всё будет хорошо, даже сам Лей стал чуть увереннее: это действительно будет так, и он найдет того, с кем будет всегда, хоть и смутно себе такое представлял. Не зная, что дальше сказать, Бог Бедствий предпочел вообще ничего больше не говорить, он молча доел свою еду и, когда остальные закончили, помог убрать со стола, а также помыл посуду. Его проводили в комнату, где он мог остаться на ночь, и оставили отдыхать. Он подозревал, что это была комната его ученика и ему любезно её выделили на сегодня, чтобы он мог отдохнуть в тишине один. За это заклинатель был благодарен. Так как спать было не вариантом, Лей предпочел помедитировать. Раз было на это время, то почему бы и нет. За медитацией время быстро пролетело, наступал рассвет, и небожитель решил выйти на улицу, потренироваться с оружием. Только он начал упражняться, как заметил своего маленького ученика с деревянным мечом в руке. — Лин, что ты делаешь в такую рань тут? — Тренироваться вышел. Я прочел пару книг, где было сказано, что тренироваться перед рассветом более продуктивно. — Дети в твоём возрасте должны спать в это время. — Я не каждый день так встаю, не волнуйтесь, учитель. А вы не используете меч? Статуи врут? — Этому образу уже много лет, тогда я использовал меч, а сейчас — копьё. Нравится? Дать подержать? Мальчик радостно кивнул, бросив свой меч и протянувшись к интересующему предмету. Лей лишь улыбнулся и отдал в руки юного ученика своё оружие, наблюдая, как тот с восхищением исследовал его. Хоть он и не понимал, что в этом такого захватывающего, но был рад заинтересовать ребенка своими интересами. — А у учителя есть ещё оружие? — Есть, кинжалы, один из которых у тебя, кнут и меч, которым я не пользуюсь. — Вау! Так много, классно! А у всех богов так много оружий? — Нет, вот у Ворона, например, только меч, и владению другим типам оружия он не хочет учиться. — Пф, как глупо! Лучше ведь владеть большим количеством оружия. — Я ему тоже самое говорил. — Небожитель усмехнулся, пожав плечами, он обязательно по возвращении скажет Ворону, что даже ребенок назвал его глупым. — Боги Войны — они такие. — Этого бога зовут Ворон? Странное имя такое. — Ха, нет, это всего лишь кличка, Ворон — это господин Цзян, который принес Лю Минь сюда. — А… понял… А у учителя есть кличка? — Хороший вопрос, возможно, и есть, не знаю. У Ворона эта кличка связана с его титулом, а насчет меня не могу сказать. Ладно, раз мы тут, давай немного потренируемся. Лей отложил свою тренировку, приступив к обучению ребенка. Он показывал ему основы техник меча, правильную стойку, как лучше и эффективнее атаковать и как уклоняться. — Только запомни: не стоит тренироваться слишком долго и упорно, если будут болеть запястья, обрастись к лекарю и отдохни. — Но разве, чтобы стать сильнее, не нужно тренироваться много? — Если ты повредишь руку, то уже никакие тренировки тебе не помогут. — Хорошо, я понял. Продолжим? Заклинатель кивнул, сев на землю в позу для медитации. — Не хочу навязывать тебе свою технику, ведь в секте будут свои методы совершенствования и другой учитель. Я скажу тебе лишь основы. Самое важное в начале пути — это закладывание фундамента, то есть работа с обычной ци, ты должен чувствовать её течение в пространстве. Но, чтобы удачно собрать ци внутри себя, ты должен отбросить все посторонние мысли и тренировать сознание на концентрацию. Также ты обучишься тому, как очищать мутную ци и как всю накопленную энергию превращать в разные формы боевых искусств. Когда я вернусь в столицу, то отправлю к тебе своего ученика, чтобы передать тебе некоторые книги по основам. — Хорошо. А сколько у вас учеников? — Не считая своих подчиненных, главных учеников — два, но, помимо тренировок, у них есть и другие заботы. Также у них уже ядро сформировано и легче их учить. Закончив с теоретической частью, они приступили к практической. С маленькими детьми требовалось очень много терпения, и нужно было четко им всё объяснять и повторять. Пока Лей справлялся с данной задачей, а Лин, на удивление, был довольно умным и развитым мальчиком. Позанимавшись ещё некоторое время, заклинатель решил, что на сегодня достаточно, ему не хотелось, чтобы его мать ругалась на него и переживала о сыне. — Иди искупайся и отдыхай. — Да, учитель. Избавившись от ученика, небожитель смог начать заботиться о своих тренировках и не отвлекаться больше на другие мелочи. Это продлилось до того момента, пока его не позвали завтракать. Отказываться ему совесть не позволяла, поэтому пришлось отложить копьё и зайти в дом, сесть за стол вместе с остальными. — Я думала, ты отдыхаешь, и не хотела будить так рано, но оказывается, ты давно на ногах. Зачем же с самого утра изматывать себя тренировками? — Это мой образ жизни, уже вошло в привычку и не изматывает, не волнуйтесь. — Ну конечно, такую форму нужно поддерживать, — хихикнула девушка, поглядывая на юного, по её мнению, заклинателя, — как братец добился такой фигуры? — Тренировками. Как ещё можно добиться желанного, если не прикладывать усилия? Кстати, а где сестра Лю? — Она спит, сестрицу так сложно разбудить бывает, что мы оставляем её спать настолько, сколько хочется ей. Учитывая слабое здоровье, ей нужен отдых. — Вот как, хорошо. Хотелось бы сегодня провести время вместе. — Вы можете выйти погулять по деревне, сестрице нужен свежий воздух, она не часто гуляет. — Лю Минь не любит шумные места, поэтому мы не жили в деревне, хоть я предлагал ей пойти куда угодно. — Бедная девушка, чувствует себя обузой и не хочет приносить проблем, вот и предпочитает вести скромный образ жизни, с нами, я уверена, ей будет хорошо. Лей с благодарностью посмотрел на хозяйку дома, он не ожидал, что та будет такой доброй и заботливой. Всё же хорошо, что встретил именно её. — Ваша помощь для меня очень ценна, что бы я без вас делал. — Нам лишь в радость, что сестрица с нами, мне не так скучно, и есть подружка, а то с этим маленьким не поговорить. — У вас большая разница в возрасте, разные интересы, обычное дело. — Учитель, а какая разница у вас с сестрой, раз вы так хорошо ладите? — Она младше меня года на два-три, также мы вместе росли в секте, и у нас были более или менее общие интересы. — Братцу повезло, что он старший, с младшими так сложно, — девушка тяжело вздохнула, а Лей засмеялся на это высказывание: — Хоть я и старше, но по поведению у нас всё было наоборот. Женщина засмеялась, погладив сына по голове: — С мальчиками в любом возрасте сложно, особенно если они очень активные. Лей, все еще посмеиваясь с этих слов, кивнул, согласившись с этим утверждением. Закончив завтракать, Лин сам вызвался убрать всё со стола, поэтому Бог Бедствий решил заглянуть к своей сестре, которая продолжала мирно спать. Сев на край кровати, заклинатель тихо провел по её волосам, он действительно надеялся, что ей в этой семье хорошо и она не страдала. Это последнее, чего бы ему хотелось: она и так настрадалась, Лей хотел, чтобы та жила счастливо и ни в чем не нуждалась. Небожитель посидел ещё немного рядом с девушкой, а после вышел, оставив её и дальше отдыхать. Так как ему нечем было заняться и тренироваться было как-то неловко, он решил спросить, нужна ли помощь. Получив отрицательный ответ, Лей сел на кухне пить чай со старшей дочерью. — Янмей, какой твой любимый бог? — А? С чего вдруг… — девушка непонимающе взглянула на заклинателя, неловко накрутив прядь на палец, и посмотрела в свою кружку. — Не то чтобы прям любимый, но… мне нравится Сяою. —Сяою? — Лей не совсем понял, кто это, но вида подавать не хотел. Очередные проблемы с памятью приносили ему неудобства. — Да. Повелитель Дождя вознесся в моём возрасте! Это ведь классно. Он такой милый и добрый. Мысленно стукнув себя по лбу, заклинатель начал корить себя в тупости, это было настолько очевидно, насколько только могло быть. — Ласковый дождь, — прошептал про себя Бог Бедствий, усмехнувшись, — уж точно про него. — Что? — Нет, ничего. Нравится только из-за этих факторов? — Нет, мне нравится, что он более близок к людям, всегда поймет и поддержит. Он не станет посылать ливень, если разозлится вдруг, как это может сделать Бог Бедствий. Сразу, как злится, то пожары случаются, то гром, то землетрясения. — Вообще-то, есть ещё Повелитель Молний, Повелитель Земли и Огня. Не нужно всё валить на одного лишь Бога Бедствий. — Почему братец внезапно разозлился? А! Поняла, тебе нравится он? Конечно, будет неприятно слышать такое. Необдуманно вспыльчивое высказывание чуть не поставило в тупик небожителя, его раздражало, когда все беды связывали с ним, хотя, к примеру, Повелитель Молний тот ещё тип, даже вспыльчивее него. — Ха-ха... да, можно и так сказать. — А вот тебе, как парню, братец, какая богиня нравится? — Мэйли. Прекрасней её во всей столице не найти. — Не далеко ты ушел, братец, — девушка засмеялась, даже чересчур громко, доставив дискомфорт ушам. — Выходит, тебе нравятся брат и сестра. А кроме них? Говорят, что Повелительница Воды настолько красива, что влюбляет в себя с первого взгляда. — Не знаю, не слышал такого. Одно упоминание этой женщины уже вызывало отвращение у заклинателя, он не хотел ничего о ней слышать. Может, та и действительно красива, но характер и взгляды на жизнь — те ещё. — Ладно, не будем об этом тогда, что бы ты хотел поесть на обед? Могу пирог приготовить, или ты предпочитаешь что-то острое? — Не люблю сладкое, но не стоит спрашивать лишь моё мнение, вдруг остальные хотят. — Братец такой заботливый, повезет твоей супруге. — Если она у меня будет. — У тебя сложные запросы, раз думаешь, что не будет? Лей отпил глоток чая и, чтобы хоть как-то поддержать дальше разговор и не умереть от скуки, равнодушно ответил: — Мне не интересно это. — Хочешь сказать, у тебя не было совсем отношений? — Почему же, были, даже достаточно длительные. Встречались по желанию и проводили ночь вместе, иногда даже днем гуляли. — То есть тебе интересно только... ну... — Да. Мне интересно только спать с девушками, мой путь совершенствования не запрещает это. — Мне кажется, это немного, — девушка замолчала, не зная, какое слово тут правильнее подобрать, — жестоко... — Почему? Они сами согласны на это и не возражают. — А сейчас ты свободен? — Да, уже некоторое время. Мы поссорились. — Вот как, что могло так обидеть братца? Заклинателю раньше не доводилось обсуждать такие темы с малознакомыми ему людьми, было странно сейчас говорить прямо о своих любовных интересах и причинах расставания, он даже сестре не сразу решился открыть причину своего решения прекратить какие-либо связи с Повелительницей Воды. — Измена и наплевательское отношение. После такого откровенного разговора, девушка была смущена такими подробностями, она не ожидала от этого небожителя лишь желание переспать с девушками, этот факт даже разочаровывал, но и радовал, ведь мать не будет больше пытаться их как-нибудь свести. Спустя какое-то время проснулась и Лю Минь. Позавтракав, Лей уговорил её выйти погулять. Чтобы не потеряться и показать деревню, с ними пошел и Лин. Деревня хоть и была небольшой, но с памятью Лея они легко могли свернуть не туда и потеряться. Больше всего, конечно, переживала хозяйка дома, а так будет спокойнее, да и мальчику нравилось проводить время со своим учителем. Во время их прогулки заклинатель чувствовал себя беззаботно со своей любимой сестрой, рассказывая разные истории, что произошли за дни их разлуки, но не раскрывал при этом своё происхождение. — Я был в одной деревне и встретил такую хорошую девушку, она беспокоилась сильнее о родителях, чем о себе. Я сейчас помогаю ей выздороветь, до этого она рассказывала разные истории в чайных заведениях. — Этой девушке повезло, что она повстречала тебя. Сильно нравится? Красивее меня? — Ревнуешь, сестренка? Кто может быть красивее моей дорогой сестрицы? — Не говори чепухи, много кто прекраснее меня. Лучше скажи, как поживает твой друг? Вы не ссоритесь? — Ворон, что ли? Он лучше всех, продолжает наглеть и надоедать мне. — Не обижай его, он хороший и к тебе так же относится. — Это кто кого ещё обижает, — заклинатель недовольно скрестил руки на груди, — вечно забирает себе мои вещи: то кинжалы не хотел отдавать, то заколку, то еще чего. Ещё и шутит постоянно надо мной и моей памятью. Хвастается силой, глупый Ворон и только. Лю Минь засмеялась и потянула руку вверх, к голове небожителя, тот опустился на её уровень, позволив девушке погладить его по волосам. — Хуа, ты такой ребенок. Я рада, что у тебя всё хорошо. — Когда я рядом с тобой, всё еще лучше. Пока не вспомню о своей работе и что мне нужно возвращаться вечером. — Такая уж у тебя работа — защищать людей и помогать им, — это ведь чудесно. — Если сестра так считает, то так оно и есть. Лей выпрямился, улыбаясь, смотрел на свою сестренку. Он видел, что с ней всё хорошо, отчего мог быть спокойным. — Хуа, нужно, чтобы и ты так думал, иначе какой толк помогать, если тебе не нравится? — У меня выбора нет, сестрица, с таким отношением не сильно хочется помогать. — Эх ты, глупый мальчик, когда уже повзрослеешь? — Никогда тебя устроит? — Заметив строгое выражение лица сестры, Лей засмеялся, потрепав её по голове. — Не переживай, сестрица, за важным делом я серьезный и веду себя не как маленький ребенок. — Когда в следующий раз встречу твоего друга, обязательно спрошу. — А вот только не Ворона, он специально будет говорить обратное. Девушка улыбнулась, внезапно обняв заклинателя. Она переживала о нем и скучала, когда долго его не было. За время, проведенное вместе, он стал ей как брат, она дорожила им и боялась потерять. Не станет его и совсем никого настолько близкого уже не будет. — Будь осторожен и не делай глупостей. — Я всегда осторожен, не переживай. Прогулка продлилась весь день до самого заката, Лей наслаждался вовсю этим днём. Было очень печально, что он не мог подольше остаться и провести еще время рядом со своей сестрой. За день они многое успели повидать и о многом поговорить, небожитель даже сходил в храм, свой храм — иногда, по настроению, он ходил по разным своим храмам посмотреть на статуи, в этом было своё очарование: видеть, как люди тебя изобразили. Статуя в этом храме же была довольно небольшой, хоть и видно, что над ней старались, но она всё же была среднего качества. В тот момент Лей подумал, что такого случая больше не будет, и спросил своего ученика, как ему статуя. Ответ того был довольно забавным: — Лин, как тебе статуя? — М... ну... — Скажи правду, я не обижусь. — На самом деле, она мне нравится, я всегда так представлял Бога Бедствий. Несмотря на то что я видел и видели другие, этот образ казался мне ближе. Всегда думал, что если бы вы к нам спустились, то были бы одеты также в белые одежды, сильно прилегающие к телу, не настолько закрытые, более открытые, чтобы были видны ноги, и без обуви. — Не заметив на лице учителя недовольства, мальчик уже более уверено и с энтузиазмом начал делиться своими мыслями: — Лицо закрывалось капюшоном и видно только эту злую, ну, или коварную усмешку, а волосы не собраны, а распущены. И… и вот вы ступаете, и земля после вас трескается, и вокруг кружат листики. — Лин неловко засмеялся, не зная, как теперь смотреть на учителя. — Наверное, моя фантазия сильно разыгралась, и я был слишком маленьким, когда это представлял. Небожитель тогда засмеялся, не ожидав такого ответа, мальчик, конечно, волновался и мог неправильно сформировать свои мысли, но суть он понял: Бог Бедствий должен быть босым и открыто одет, не быть похожим ни на Богов Войны, ни на Повелителей элементов. Ругать за такой образ Лей не стал, люди могли смело представлять желаемое, он даже в какой-то степени оценил такое. Заклинатель даже в шутку сказал ученику, что если однажды он будет чем-то недоволен, то обязательно спустится к ним в таком виде. Когда они вернулись домой уже после заката, пришло время прощания. Оно не было долгим, ведь иначе Лей не смог бы так быстро уйти. Выйдя за пределы деревни, Бог Бедствий стал ощущать, будто кто-то за ним следил, и этот кто-то не осмелился зайти в деревню, а специально ждал, пока Лей выйдет оттуда. Это могло значить то, что преследователь не хотел навредить людям, что уже успокаивало. Но в таком случае, что ему нужно было и зачем преследовать заклинателя? Лей решил ещё некоторое время идти прямо и наблюдать, как поведет себя незнакомец. Как и ожидалось, тот следовал и дальше, не собираясь уходить, но и появляться также не собирался. Возможно, он ожидал более подходящего времени и места. Идя дальше по тому же пути, Лей дошёл до заброшенной деревни: дома были почти в хорошем состоянии, лишь несколько без крыш и с разрушенными стенами. Именно это место преследователь посчитал хорошим и стал зажигать огни в каменных лампах, развешанных по всей улице. Должно быть, это когда-то было главной улицей. Мужчина, завернутый в плащ, будто кусок бумаги вокруг столпа, из-за чего Лей не понимал, кто же перед ним, стал подходить ближе, выйдя из тени, чтобы свет огней освещал его облик. — Ну и зачем меня преследовать? И как долго это продолжается? — Неужели уважаемый Хайян Фэнбао не узнает меня? Как же грустно, столько лет работать вместе, я даже обучал вас, как использовать врата перемещения, а вы так. — Мне было бы жаль, если бы не так всё равно. Я уже смирился с тем, что оказываю неуважение разным богам, забывая их, а при встрече не узнавая. Зачем же вы искали меня? — Знаете, мотив абсолютно пустяковый, даже совестно вас отвлекать из-за этого. — Так чего же отвлекаете? В столице нельзя было встретиться, а не устраивать этот фарс? Небожитель злобно оскалился, проявив свои недобрые намерения: — В столице слишком много глаз, свидетели мне ни к чему. И поверьте, вам тоже. Уважаемый ведь так заботится о своей репутации, если я одолею вас в пух и прах, она обязательно пострадает, — мужчина засмеялся, подходя ближе, — хотя в любом случае ваша репутация не будет прежней после поражения, слухи быстро разлетаются. Лей нахмурился, став серьезнее. Он мог догадываться, для чего к нему пришел Повелитель Врат, но к чему такое стремление устроить драку? — Так вы хотите со мной сразиться? Неужели из-за ваших никчемных подчиненных? Они заслужили наказание за неповиновение. — Мои подчиненные следуют только моим приказам, так что они не виноваты, что не могли вас пустить. — Меня не волнует это. У меня было разрешение, а у них — никакого права меня задерживать. — Естественно, у всех свои нужды, даже если это встретиться с людьми и прожить день, как обычный человек. Не ожидал, что вы можете быть таким, разве не вся ваша любовь предназначена сестре? С чего вы разделяете её с какими-то незнакомыми людьми? Или же это из-за чувства совести к той слепой девушке? Бедная девушка пострадала из-за вашей ошибки, и теперь вы считаете её сестрой, не трогательно ли? — Слишком много разговоров. Советую вам не лезть в мою жизнь, это довольно неприлично и неэтично для такой уважаемой персоны, как вы. — Вы правы, давайте приступим к главному — к сражению. Повелитель Врат призвал свой меч, с легкостью перекидывая его из руки в руку, несмотря на тяжелый вес и массивность. Лей, в свою очередь, призвал своё копье. Повелитель Врат был серьёзным противником, от него ни убежать, ни спрятаться — он повелевал пространством и мог с легкостью перемещаться по желанию. Не теряя больше время на разговоры, Повелитель Врат сделал первый шаг, набросившись на противника. Он также не недооценивал его и знал о хороших способностях, для этого стоило измотать его перед главным ходом. Лей быстро и без проблем уклонился от атаки, нанеся следующую. Этот удар также был заблокирован, не достигнув цели. Каждый из противников знал, что такие простые движения не нанесут вреда и были лишь чисто для разминки. Обменявшись ещё парой десятков обычных приёмов, обе стороны отскочили назад, обдумывая свои дальнейшие шаги. В раздумьях они не отводили друг от друга взгляд, дабы не упустить момент, когда другой начнет движение. Пока что никто из мужчин не собирался двигаться и делать первый шаг. — Господин Хайян славится своими боевыми умениями, почему же вам не продемонстрировать мне всё, на что вы способны, нежели стоять и ждать? — А вы только этого и ждёте, да? К тому же, по слухам, ваши умения куда лучше моих, предоставьте мне пару советов. Мужчина усмехнулся, проведя пальцем по лезвию меча и покрыв его своей аурой, после чего молниеносно оказался перед Леем, который успел заблокировать удар и даже откинуть мужчину на шаг назад, ранив его в плечо лезвием копья. Копьё длиннее, отчего было удобнее наносить удары с расстояния. — Мне жаль, я запачкал ваши одежды. — Досаднее будет, когда ваши белые одежды окрасятся в красный. — Что ж, увидим. На дворе было уже за полночь, а сражению не было видно и конца, казалось, всё только началось и сейчас будет главная часть сего акта. К этому моменту лишь на одеяниях Повелителя Врат прибавилось пятен крови. Лей умело уклонялся от атак, в дополнение используя защитные заклинания. — Ваше мастерство действительно поражает, этот бой увлекательнее, чем я себе представлял. — Слухи также не врали о ваших умениях, я даже восхищен, жаль, что этой ночью мы стали врагами и приходится сражаться до конца. — Наше сражение затянулось, увы, мне к рассвету нужно вернуться в столицу, так что ваш конец скоро настанет. Я прошу прощения за свои бесчестные методы в дальнейшем. — Вы слишком вежливы, господин, не стоит. На этот раз Повелитель Врат действительно был намерен закончить всё быстро и в свою пользу. В дополнение к своим атакам, он также стал перемещаться с невероятной скоростью, не позволяя Лею даже увидеть его для нанесения удара. Защита под таким напором недолго продержалась и в какой-то момент треснула, разлетевшись на осколки. Следом за щитом и сам заклинатель улетел в стену дома от сильного удара в спину. Поднявшись, Лей выплюнул кровь, усмехнувшись. — Действительно, бесчестные методы. Бог Бедствий стукнул копьем о землю, тем самым призвав молнии, таким способом он мог видеть след передвижения мужчины, ведь молнии следовали за ним, куда бы тот не шел. В таком темпе они сражались ещё час или же два. Приближался рассвет, и Повелитель Врат не мог задержаться, он начинал нервничать, не зная, как поступить. Достав два маленьких шара, он кинул их прямо перед небожителем. Коснувшись земли, шары раскрылись, выпустив дым. Лей не мог точно знать, что это за дым, но на всякий случай не стал вдыхать, быстро выйдя из зоны поражения, правда, это не помогло, ведь следом за первым полетел второй шар, который тут же вновь окружил небожителя неизвестным дымом, который оказался гуще прежнего, через него невозможно было ничего рассмотреть. Лей был в готовности, внимательно слушая каждый шорох. Куда бы он ни отходил, везде был этот дым. Через минут пять нахождения в этом тумане, Бог Бедствий стал ощущать слабое головокружение и слабость. Возможно, дым всё же оказался ядовит и медленно отравлял тело. Попытки развеять его к успеху не привели, Лей стал отступать всё дальше, пытаясь выйти. Казалось, туман двигался с ним, куда бы он ни шел. Пробыв в этом тумане ещё несколько минут, заклинатель стал ощущать сонливость и снижение внимания. Из-за этой непонятной рассеянности Лей и пропустил момент удара. На этот раз удар оказался сильнее и заставил небожителя выронить своё оружие, а также отлететь в очередной дом. Единственным плюсом всего этого был выход из дыма. Сомнительный плюс, учитывая, что его действие уже начало проявляться. Поднявшись на ноги и опершись о стену, Лей заметил еще одну деталь: вещи вокруг потеряли свою чёткость и стали размытыми. Смутно разглядев, где его оружие, он призвал копье, однако то не долетело до цели: попадая во врата, оно перемещалось каждый раз в разные стороны, пока вовсе не отлетело слишком далеко. — А вы настроены серьёзно, зачем же так спешить и играть нечестно? — Уж очень мне хочется отомстить за своих подчиненных, они не смогут выполнять свои обязанности несколько дней, вот и вы также. Лей нахмурился, достав кинжалы. Вреда они, конечно, не нанесут богу, однако для защиты пойдут. Если бы Повелитель Врат не задумал недоброго, то не стал бы блокировать доступ к пространству, где хранились оружия. — Как ваше самочувствие, господин Хайян? Не желаете немного отдохнуть? — Лучше не бывает, благодарю за беспокойство. Повелитель Врат громко засмеялся, он знал — победа уже в его руках. Его особый ядовитый дым еще никогда не подводил его. Убрав меч, он быстро приблизился к небожителю, не боясь быть раненым кинжалами, схватил их голыми руками за лезвие — действие яда уже почти достигло своего пика, отчего хватка Бога Бедствий стала слабой, и отобрать у того оружие было так же легко, как конфетку у ребенка. Повелитель Врат довольно ухмыльнулся, переместившись четыре раза, нанес удары. В плечо со спины. В бедро и лодыжку. В живот. Отбросив оружия на землю, он с отвращением стряхнул руки от крови и, схватив небожителя за ворот одежды, поднял того, заставив посмотреть в глаза. — Кажется, в нашем сражении уже известен победитель, и как себя чувствует господин, поверженный собственным оружием? Не стоило вам носить такое опасное оружие с собой, оно может быть использовано против вас. Лей с отвращением сплюнул сгусток крови в лицо Повелителю Врат, ощущая, как немело его тело. — Мерзкий вы, господин. Какая у вас истинная цель? — Ха-ха, вы просто мне не приятны, стали богом лишь из-за жалости Владыки, какой из вас небожитель? Боги должны быть чисты, а не грязны, как вы. — Повелитель Врат не учитывает себя, когда говорит такое? Ваши действия не блестят от чистоты, вы хуже демона, даже у тех больше достоинства, чем у вас. — Пф-ф, не хочу слушать обвинения от такого демона, как ты, который убил стольких людей из своей собственной секты, не говоря уже о других, на протяжении всей твоей жалкой жизни как бога. Повелитель Врат с отвращением отбросил заклинателя, будто тот был лишь куском мяса, а не живым человеком. — Если бы я мог, то убил бы тебя сразу здесь и сейчас. Однако ты ещё нужен живым. Забавно смотреть на то, как ты безрассудно и безысходно ищешь свою дорогую сестру. Я хочу посмотреть на твоё лицо, когда ты её найдёшь. Или не найдешь. Мужчина не смог удержаться от соблазна ударить еще пару раз, всё равно объект ненависти был богом и от пары сломанных ребер не умрет. — Когда поправитесь, то приходите ко мне, я возмещу вам стоимость испорченной одежды, — сказав это, он удалился. Наступил рассвет.