Ловить луну в стоячей воде

Лея уже не было в столице третий день, Вэньян начинал волноваться. Не то чтобы он думал, что Лей вновь пропал на долгое время, сбежав, и боялся, что будет ходить с таким цветом неизвестно сколько, он беспокоился, что с тем что-то случилось, иначе почему он так задерживался? И даже связаться с ним никак не выходило. Бог Войны даже не мог знать, где тот находился. По идее, должен быть в деревне Гор и Рек, стоило бы пойти туда и проверить. А вдруг он зря волновался, и это только разозлит Лея? Три дня — это ведь всё же ничего такого, вдруг Лей просто решил задержаться? Лучше всего было бы связаться с ним по сети общения, жаль пароля у Вэньяна не было, а в общей сети тот не числился. А если пойти к Владыке спросить, не причинит ли это проблем? Может, стоило угадать пароль? Но каким он мог быть, чтобы небожитель не забыл его с такой-то памятью? Возможно, это что-то важное для него. Но что могло быть настолько важным? Сестра разве что. Но всё же, пароль знал Владыка, и Лей бы не поставил пароль, связанный с его семьей. И, если вдруг нужно будет кому-то говорить, это выглядело бы странно и глупо. Что другое он бы не забыл никогда? Свой возраст? День вознесения? День своего рождения? — Чёрт! Чёрт! Я не знаю его возраст, не знаю, когда он родился и когда вознесся... Хотя нет... я знаю, почти знаю. Он старше Дэмина, он вознесся немного раньше его дня рождения... вознесение в раннем возрасте... хм-м. Ранний — это насколько? Стоит попробовать хоть что-то... Вздохнув и собравшись с мыслями, он стал пробовать. «15101», — ничего не произошло. «191501», — ничего не произошло. «181415», — и вновь ничего. Когда правильный пароль произносился, становилось сразу понятно. Это было довольно сложно объяснить, но ощущалось на подсознательном уровне. И сейчас ничего не менялось, он явно делал что-то не так. — Лею не нравится, что он вознесся слишком рано, а также, что это произошло раньше его дня рождения. Но какие это числа? Кого бы стали винить за неопытность и юность? Таких, как Дэмина, который вознесся в 16, а значит... «18121», — ничего. «17121», — опять ничего. «17131», — Вэньян уже отчаялся, не зная, что и делать, он не понимал, почему волновался, нужно было успокоиться, хоть и выходило с трудом. Внезапно осознав, что это был правильный пароль, Бог Войны даже растерялся, обрадовался и забыл все слова, что знал. «Лей, ты где? Всё нормально? — не получив ответа, он насторожился, понимая, что его опасения могли быть верны. — Лей, ты меня слышишь?» Сам заклинатель в это время сидел в каком-то переулке, он был слишком ранен, чтобы двигаться, и израсходовал больше сил, чем обычно, даже ответить на духовную связь было сложно, не говоря уже о том, что он не понимал, кто к нему обращался. Голос всё звал его, не давая покоя, пришлось сделать усилие и ответить: «Слышу, слышу, чего?» «Ты где? С тобой всё нормально?» «Я... не знаю где. Заброшенная деревня, недалеко от той, где живет... э-э... Лю Минь». «Что ты там делаешь? Возвращайся уже». «Я... потом», — Лей чувствовал, как сознание утекало от него, мыслить нормально уже не выходило, и всё запутывалось. «Что значит потом? Что-то случилось?» «Расскажу потом», — это были его последние слова, прежде чем потерять сознание. Дальше он больше не отзывался. Вэньяну это не понравилось, раз ему не отвечали, значит, что-то случилось. Нет. Что-то явно случилось. — Выходит, он пошел к той девушке, чтобы проведать её, и там что-то случилось. Стоит пойти туда и проверить тогда. Первым делом Бог Войны пришел к дому женщины, где оставил в прошлый раз Лю Минь, он старался держаться и выглядеть спокойным. К счастью, ему не пришлось даже стучать в дверь: во дворе уже были люди, а точнее юная дева семейства, стиравшая одежду. — Доброго дня, прошу прощения за неожиданный визит. — О, это ведь вы тот господин, что привели Лю Минь, с чем пожаловали? — Хуа был у вас вчера? — Да, он пришел ещё позавчера и ушел вчера вечером. Сказал, дольше остаться не мог, случилось что с ним? — Он всё еще не вернулся, скажите, где поблизости есть заброшенная деревня? — А разве такие есть в этих местах? Не знаю, спросите у моего братца, он любит гулять по окрестностям, сейчас позову. — Девушка оставила одежду и ушла звать своего брата. За время этого короткого ожидания Вэньян ходил из стороны в сторону, обеспокоенный, не зная, куда себя деть. Когда мальчик наконец вышел, Ворон сразу перешел к делу: — Ты не знаешь, где тут поблизости есть заброшенная деревня? — Знаю! Как выходишь из деревни, идешь прямо, там длинная дорога, а деревня скрыта за деревьями. Показать дорогу? — Нет, я найду, спасибо. Вэньян призвал свой меч и тут же полетел, раз он знал направление, то найдет как-нибудь. Он мог воспользоваться помощью мальчика, но был слишком нетерпелив — на мече долететь будет куда быстрее. По дороге заклинатель попробовал ещё несколько раз позвать Лея, но всё было бесполезно, и тот не отзывался. Увидев сверху дома, Ворон опустился вниз. Он прошел рядом с пустыми жилищами, не заметив ничего необычного, лишь пройдя к главной улице, стал замечать следы боя. Тут уж небожитель догадался, что должно было случиться, чтобы Лей так задержался. Идя по следам битвы, Ворон нашел кинжалы, а следом обнаружился заклинатель без сознания, весь в крови. Увидев такую картину, Вэньян заволновался еще сильнее: у Лея был совсем плачевный вид. Подсознательно Бог Войны понимал, что раны не смертельны для бога и тот скоро очнется, но раз так, то почему он потерял сознание? Значит, всё же что-то серьёзное произошло. Вновь призвав меч, Ворон аккуратно поднял Бога Бедствий на руки и полетел обратно в деревню — она была ближе, и там о нем смогут позаботиться. Вернувшись, он кратко объяснил ситуацию и попросил предоставить комнату, пока Лей не очнется. Женщина не знала о сущности Лея, отчего заволновалась, увидев столько крови на одежде. Сразу предоставила комнату и вызвала лекаря. Пока тот осматривал заклинателя, Вэньян слетал до столицы, где купил новый комплект одежды, так как старый испортился. По его возвращении оказалось, что Ворон был куда быстрее лекаря и тот всё ещё продолжал осматривать пациента. Женщина обеспокоенно посмотрела на целителя, собираясь всё же уточнить: — Господин, что-то не так? Вы уже больше двадцати минут осматриваете его. — Я... нет, как вам сказать, я не встречал ещё подобных случаев. С такими ранами обычный человек умер бы давно, к тому же сломаны пару ребер, повреждены многочисленные меридианы, однако сердце бьётся нормально, пульс стабильный, и дыхание ровное, будто человек спит. Ещё я не могу понять, чем ранили его. Бог Войны думал не вмешиваться — оставить лекаря закончить и дождаться вердикта, однако, увидев, как разворачивались события, предпочел это прекратить: — Господин лекарь, ваше дальнейшее нахождение здесь бесполезно, вы уже всё сказали, прошу вас уйти. — Но-но... это же удивительно, нужно провести еще некоторые обследования. Ворон вздохнул, понимая, каким глупым был, позволив вызывать обычного деревенского врача. Как бы ему хотелось сейчас услышать привычное: «Глупый Ворон», — и успокоиться, что всё хорошо, а не всё это. — Никаких «но», он вам не образец для исследований, давайте я вас проведу. Бог Войны оставался вежливым, но настойчивым. Ему всё же удалось проводить мужчину, однако тот всё ещё мог вернуться позже. — Господин Цзян, вы уверены, что в лекаре нет необходимости? То, что он говорил, довольно пугающе. — Он не умрет, а сейчас просто устал и спит. Оставьте его отдыхать. — Вы уверены? Может, позвать столичного лекаря? Тот будет получше наших... — Нет. Лекари лишь усугубят положение. Мне лучше знать, прошу, не делайте глупостей. Принесите, пожалуйста, тряпку и воду, нужно промыть и обработать раны. Хозяйка дома кивнула и вышла из комнаты. Ворон наконец вздохнул, усевшись на край кровати. Он не знал, что случилось, и это его еще больше раздражало. Лей был очень бледным и холодным, Вэньян не мог без грусти в глазах смотреть на него. Взяв его ладони в свои, он надеялся согреть эти холодные руки. — Решил раз послушать тебя и оставить одного, и вот что случилось... Стоило пойти с тобой, может, и не случилось бы такого? — Бог Войны издал нервный смешок. — Хотя с твоим упрямством, всё равно бы подрался… Дверь открылась, и внутрь зашла старшая дочь семейства, она поставила емкость с водой и тряпкой на стол. — Вот, господин, то, что вы просили, матушка сказала мне помочь вам, не будете против? Ворон был слишком обеспокоен мыслями о заклинателе, чтобы думать о другом и замечать скрытые знаки. — Буду. Мне пока не нужна помощь. Он не любит чужих прикосновений, поэтому я сам всё сделаю. — Но ведь братец Хуа не узнает, как же я могу оставить вас всё делать? — Дева, он — мой друг. Не ваш. Выйдите, пожалуйста, и не доводите меня. Понадобится — я позову вас. — Пф, грубиян. Он лишь твой друг, а не собственность, чтобы ты вот так не подпускал никого. — Девушка недовольно развернулась и вышла из комнаты, хлопнув дверью. Вэньян не стал даже задумываться над словами девушки, не до этого было. Возможно, он и был не прав и слишком груб, но сейчас это было не важно. Небожитель развязал пояс и отложил его в сторону, снял верхние одеяния, после чего — нижние. Так как ткань сильно прилипла к телу, смешавшись с кровью, пришлось повозиться, дабы аккуратно всё убрать. Намочив тряпку, Ворон аккуратно протер рану на животе, она не была слишком глубокой и серьёзной, остальные, должно быть, также, так от чего же Лей потерял сознание? Вэньян никак не мог понять, зная характер Бога Бедствий, тот бы не стал просить ни помощи, ни жаловаться на боль, он бы вернулся в столицу, делая вид, что ничего не произошло. Возможно, так бы и случилось, если бы не беспокойство Ворона. Вместе с одеждой Бог Войны также купил и мазь с бинтами, он не хотел беспокоить этих людей, прося у них всё. Обработав первую рану, Ворон перевязал её бинтом и приступил к следующей — на спине, у плеча. Сейчас переворачивать Бога Бедствий было неудобно, можно было попросить о помощи, однако Вэньян боялся, что уже не сможет выгнать девушку после. Приподняв Лея, Ворон аккуратно положил его голову себе на плечо, одной рукой придерживал за талию, а другой — промывал рану. То же самое он проделал, обработав рану и перевязав её. После обработки второй раны стоило бы уже перейти к ногам, однако Богу Войны вовсе не хотелось сейчас отпускать Лея, он так сильно волновался, переживал, даже сам не знал почему, а сейчас, сидя рядом с небожителем, всё равно не мог успокоиться и боялся отпустить дорогого человека, даже если понимал, что ему ничего не угрожало уже. В итоге Ворон приступил к следующим ранам лишь спустя несколько долгих минут, когда необъяснимое чувство тревоги уменьшилось. Наконец-то закончив обработку всех ран, Вэньян почти полностью успокоился и, укрыв одеялом заклинателя, вышел из комнаты. Он был уверен, что тот вряд ли проснется до вечера. Не зная, чем бы заняться и как не думать о небожителе, Ворон стал помогать по дому. Нужно убраться? Хорошо, сделаем. Принести воду, сходить на рынок? Почему нет. Помочь приготовить обед? С радостью. Убраться после обеда и нарубить дров? Тоже хорошее дело. Под конец, когда Вэньян закончил все дела, ему предложили расслабиться и искупаться, отказываться от такого предложения не было смысла. Когда он вышел, ему сообщили о пробуждении заклинателя, Ворон тут же направился в комнату и увидел, как Лей общался с хозяйкой дома. — Ты наконец очнулся. Как себя чувствуешь? Небожитель некоторое время молча смотрел на Ворона, будто пытаясь понять, что не так, после чего засмеялся: — Прости, я совсем забыл о тебе и задержался. Я нормально, почти что, не волнуйся. Увидев Вэньяна, все его вопросы при пробуждении приобрели ответ, он даже был рад того видеть, а не серые холодные стены заброшенного города. — Да я и сам забыл, Шень Ян, кстати, заценил, сказал, что так ему больше нравится. — Его мнение мы, конечно, слушать не будем, подойди. Лей действительно выглядел так, будто ему лучше, но кто мог знать, не притворялся ли он перед этой женщиной, стоило остаться наедине и всё узнать. Или же оставался ещё один вариант. «Ты точно в порядке? Что вообще случилось?» Ворон как ни в чём не бывало подошел к кровати и сел на край, рядом с Богом Бедствий. «Ты... откуда?» Вэньян усмехнулся, уловив мимолетное смятение на лице Лея. «Догадался, не такой уж глупый этот Ворон». Лей недовольно фыркнул, стукнув Ворона по голове, ему не нравилось, что тот каким-то образом узнал его пароль и мог спокойно теперь говорить с ним, когда захочет. — Глупый Ворон. Ты опять с мокрой головой? Полотенце для тебя украшение? — Только очнулся, а уже ругаешь меня, значит, тебе и правда лучше. — Хуа, кушать будешь? После таких травм нужно обязательно поесть и хорошо отдохнуть. Ты целый день был без сознания, а твой друг заботился о тебе, не стоит его ругать. — Да, конечно, он будет есть, пожалуйста, принесите сюда. Женщина кивнула и вышла из комнаты, оставив двух молодых людей поговорить. Сразу, как дверь закрылась, небожитель закашлялся, запачкав ладонь кровью. — Дай платок или ещё что... Ворон забеспокоился и запаниковал, при себе у него не было ничего, кроме полотенца, которым можно было бы вытереться. Увидев растерянность другого, Лей нащупал в углу кровати свою же запачканную одежду и вытерся об неё. — Ты чего это, испугался за меня? Отравился каким-то дымом, из-за него я и проиграл и теперь в таком состоянии. — Кто это был? Как обычный дым мог отравить тебя? — Повелитель Врат. Я не знаю зачем и почему. Сказал я ему не нравлюсь. — Повелитель Врат? Избивать вот так своих коллег ни за что — нарушение правил. Нужно будет доложить Владыке. Лей вздохнул, улегшись обратно на подушку, ему не нравилось, что он не ощущал половины своего тела и был таким беспомощным. — Доложить в любом случае нужно будет. Я отпросился еще на день навестить Лю Минь, а в итоге не пришел. — Бог Бедствий положил ладонь на голову Ворона и снял с него заклинание, вернув настоящий цвет волос. — Спасибо, что пришел искать меня, только зачем ты не отнес меня сразу в столицу? — Я боялся, что ты будешь ругаться, если я тебя в таком состоянии отнесу, ближе всего был этот дом, поэтому вот... — Ты так хорошо меня знаешь, похвально. Но не стоило беспокоить этих людей, я ведь не умру от таких ранений, надеюсь, они не вызвали лекаря? — Я беспокоился о тебе и... ну... прости, я не подумал, а, когда подумал, было поздно, и лекарь тебя осмотрел. — Глупый, глупый Вэньян, ты хотел, чтобы бедного человека инфаркт хватил? Ты же видел мои раны... это так позорно, моим же оружием меня одолели... — Лей вздохнул, посмотрев на Ворона. — Ты нашел мои кинжалы? — Да, они у меня, потом отдам. Повелитель Врат ранил тебя твоим же оружием? Это так бесчестно, он ведь может повелевать пространством, с самого начала это была неравная битва. — Ну, вообще я бы одолел его, если бы не этот дым, я еле стоял на ногах и держал оружие, даже не видел толком ничего. Как только Ворон услышал все это, его вновь охватило чувство тревоги. Пытаясь выглядеть спокойным, он спросил: — А сейчас ты как? — Вообще... не очень. Всё болит, двигаться крайне сложно. Как в тот раз, когда Ю Фэн ранил меня, рука онемела, и ноги — также. Не могу понять почему... ведь это оружие не должно причинять вред богам, так ведь? Лей не хотел задумываться над этим, одна лишь мысль о возможной причине приводила его в ужас, сейчас он хотел одного — получить подтверждение своим словам, даже если это будет ложью. — Говорят, что так и есть. Давай потом об этом подумаем. Я помогу тебе восстановить работу меридиан. — Не стоит, я сам справлюсь, скоро эффект от кинжалов должен закончиться думаю. — Лей приподнялся, опершись на здоровую руку. — Дай полотенце, я высушу твои волосы. — Никаких нет, я хочу и могу тебе помочь, не заставляй меня быть грубым. — Грубо заботиться — такое можешь только ты. Дурак. — Дурак тут только ты. Помощь нужно принимать, когда её предлагают. — Ты не предложил, а насильно мне её пихаешь. В процессе спора небожителей зашла женщина с миской каши и чаем на подносе. — О чем спорите, мальчики? — Он, как обычно, не хочет принимать помощь и хочет сделать всё сам. — Я сказал, что справлюсь сам. А ты должен послушно делать то, что я говорю. Всё равно будет так, как я скажу. — Почему ты такой упрямый? Тебе так сложно позволить мне заботиться о тебе? — А тебе? Ты, наверное, опять бросил все дела, чтобы пойти искать меня... — Не было у меня никаких дел... — Ворон неловко отвел взгляд, после сменил тему, протянув полотенце: — Держи. — Вы так прекрасно ладите, Хуа, я рада, что у тебя есть такой человек, не обижай его, принимай его помощь. Бедный, весь день так переживал и волновался о тебе, будь с ним помягче. — Говорите, как моя сестра, и что вы нашли в нем такого: обычный наглый, глупый Ворон. Чтобы не давать лишних поводов для волнения женщине, Лей сделал усилие, чтобы поднять руку и начать вытирать темные волосы, он не чувствовал ничего раненой рукой, но делал вид, что всё нормально. — Но, Хуа, нельзя так с друзьями, ведь, раз он бросил свои дела ради тебя, стоит хоть быть немного добрее. — Ничего, я привык, оставьте, и так нормально, он, если уперся, то не переубедить. — Что ты хочешь этим сказать? Что я не ценю твою дружбу и не ставлю ни во что, а ты весь такой благородный терпишь это? — Да нет, совсем не это. Просто то, что ты упертый. — Давай только честно: тебе что-то не нравится в моём отношении к тебе? Женщина, увидев, что эти двое начали выяснение отношений, не хотела им мешать и незаметно вышла. Раньше она думала, что сможет сделать этого юношу парой для своей дочери, но сейчас она была уверена, что никто, кроме господина Цзяна, не сможет быть рядом с таким человеком, как Хуа. Молодые люди, казалось, знали друг друга целую вечность и при своих разговорах часто забывали о других вокруг, особенно выделяющимся был взгляд Вэньяна, когда он смотрел на своего друга: тот был готов терпеть всё и позволять делать тому что угодно, лишь бы сделать счастливым. — Всё меня устраивает. Успокойся. — Лей перестал вытирать волосы Вэньяна, опустив руки, при этом сжав полотенце рукой. — Скажи мне это в лицо, — Ворон вздохнул, повернувшись лицом к заклинателю. Накрыв обе его щеки ладонями, он пристально посмотрел в глаза. — Мне нравится, какой ты сейчас, в наших отношениях меня всё устраивает. Пожалуйста, успокойся и не надумывай себе лишнего. Бог Войны встал с кровати и подошел к небольшому столику, который следом передвинул ближе к кровати. — Мне кажется, ты недостаточно отдохнул, поешь и поспи еще. — Не хочу, лучше скажи: как ты угадал пароль? — Будешь есть — я расскажу, не расстраивай этих людей. — Ты собираешься меня как ребенка заставлять? Узнал мой возраст и думаешь можно? — Ну, почему заставлять? Я прошу тебя, как взрослого и умного юношу. Лей вздохнул, потянувшись к ложке, ему действительно нужно было поесть, чтобы не беспокоить этих людей. Должно быть, он действительно мало отдохнул: стал слишком вспыльчивым, мыслил слишком по-детски, не обдумывая все аспекты проблемы. — Теперь говори. Даже бы Владыка не смог угадать, а ты взял и узнал. — Вообще, я делал не одну попытку, в итоге выбрал нужную. Учитывая твою память, пароль должен быть простым, то, что ты не забудешь. Я пробовал день рождения, но это оказалось не то. — Конечно, я не забуду, когда родился, но такой пароль мне казался слишком коротким. — Мог использовать год рождения, было бы как раз. — Я его не помню. И не хотел бы, чтобы все знали, в каком году я родился. — Поэтому выбрал возраст, день вознесения и месяц? — Именно, кто не в курсе, подумает, что это просто набор цифр. А твой пароль какой? — Ты точно не сможешь угадать, я не говорю, что ты недостаточно умный, если что. Просто он особенный. Чтобы больше не злить Лея своими мокрыми волосами, он взял полотенце и стал вытирать их, хотя не понимал, почему того это так волновало, но разводить из этого проблему не было смысла, легче взять и высушить их. — Ну так скажи свой особенный пароль. — Чуть позже, когда доешь всё. — Ну ты и шантажист, Ворон. Там точно что-то глупое для твоих девушек. — Девушки столицы мне наскучили, не нравятся больше, но ты прав. — А как же эта… как её... Повелительница Ночи. — Хорошо, она исключение, но я не планирую возобновить с ней отношения, — Ворон заглянул в зеленые глаза, выдержав небольшую паузу, прежде чем продолжить: — Пока что. Если одна особа будет долго меня отвергать, то я перестану пытаться. Лей закатил глаза и потянулся к чайнику, дабы налить себе чая, есть он больше действительно не мог: отвык от таких больших порций — привыкал ли он вообще когда-то? — Больше не будешь? Ты слишком мало ешь, а потом жалуешься, что худой. — Уж извините, я не буду заставлять себя есть только для того, чтобы удовлетворить уважаемого Бога Войны. — Ладно, тогда я отнесу всё на кухню. — Принеси новый чай, этот остыл. — Как пожелаете, господин Хайян. — Вэньян демонстративно поклонился и, взяв поднос, вышел из комнаты. Бог Войны зашел на кухню и положил на стол поднос, сразу поставил греться воду для нового чая. — Как там Хуа? Надеюсь, вы не поругались? — Нет, что вы, это наше обычное общение. Он слишком вспыльчивый, вот и всё. — Ворон сел за стол рядом с женщиной, чтобы быть на одном уровне и не создавать неудобств. — Давно вы знакомы? — Давненько. Мы работаем вместе, так сказать. — Вот как, а отношения с другими у него как? — Тут, скорее, отношение других к нему. Он, возможно, вам говорил... — Что ему не нужен никто? Да, слышала такое. — Это всё связано с его прошлым, я понимаю, вы хотите как лучше, но не стоит ничего говорить. Он может говорить одно, а делать другое. Когда он знакомил меня с Лю Минь, даже не сказал, что мы друзья, возможно, он не хочет признавать, что что-то меняется в его жизни. Вновь накатившее беспокойство заставило Ворона встать из-за стола и даже забыть о чае. — Хорошо, раз вы так говорите, я не стану вмешиваться, берегите вашу дружбу. — Обязательно. Я пойду обратно. Зайдя в комнату, Вэньян вспомнил, что забыл принести чай, и остановился у порога. — Чего застыл? Ворон виновато улыбнулся, почесав затылок. — Чай забыл. — Забудь, я сам забыл. — Лей пересел чуть ниже, освободив место на кровати. — Садись. Ворон послушно сел, удивившись. Когда на его колени легли, он хотел было спросить, но его опередили: — Ничего не спрашивай, сделай массаж головы. Вэньян улыбнулся, распустив волосы заклинателю и заодно спросив, разрешено ли заплести волосы. Получив отказ, он засмеялся. Массаж головы, который нравился Лею, не являлся таковым. Небожителю нравилось, когда его гладили по голове, а также чесали. Как маленький котенок, которого чешут за ухом, и он весь ваш радостный и довольный. Однако если вы вдруг сделаете что-то не так, то этот ласковый котик может и покусать. — Тебе это так нравится? — Это успокаивает. — Вот как, мне так никогда не делали, сделаешь как-нибудь? — Как-нибудь потом. — Если забудешь, то я напомню, а пока наслаждайся. Лей издал короткое «угу», наслаждаясь дальше приятными ощущениями. Ситуацию с Повелителем Врат он просто так не оставит, конечно, нападать первым он не будет, чтобы не навлечь проблем на себя. Однако был не против привлечь их для него. Ощутив в горле неприятное сдавливающее чувство, заклинатель сел, опершись на Ворона. — Ты чего, достаточно? Очередной приступ кашля. Вновь с кровью. — Мне не нравится это, сразу, как вернемся, тебя должен осмотреть лекарь. — Так все узнают о моём состоянии, попрошу Ливея меня осмотреть, ему я доверяю. — Со здоровьем не шутят, это серьезное дело. — О здоровье я знаю побольше твоего, — Бог Бедствий вытер руки, недовольно хмыкнув, — он раньше был учеником лекаря, всё нормально. Прежде чем лечь обратно, небожитель взял подушку и положил её на бедра Бога Войны, только после этого спокойно лег. Вэньян издал короткий смешок, улыбнувшись. — Слишком твёрдый? Если хочешь спать, так и скажи, я оставлю тебя отдыхать. — Продолжай. — Как твоё дело в деревне? — Я сделал новое лекарство, но не знаю, сработает ли, нужно будет сходить через несколько дней проверить. — Я пойду с тобой, и это не обсуждается. Лей кивнул и обнял Ворона, уткнувшись в него. Сейчас, пока он слаб и никто не видел, он мог себе позволить такое поведение, мог расслабиться и просто отдохнуть, не объясняя ничего никому. Вэньян продолжал гладить светлые волосы, даже если ему немного надоело, он был рад, что это приносило удовольствие Лею, только из-за этого он мог и дальше продолжать, заодно и обсуждать в спокойной обстановке разные вопросы, узнавая больше о предпочтениях Лея. — Тебе нравятся коты? — Да, наверное. С чего такие вопросы? — Просто. Мне кажется, те, кто больше любит котов, на них похожи. Вот и ты, как маленький вредный котик. — А ты тогда пёс. Наглый, любящий играться, слишком активный пёс. — Твоя полная противоположность, но мы ведь всё равно дружим. — На некоторое время повисло молчание, Лей никак не ответил, будто задумался о чем-то. — О чём думаешь? — Полагаю, Дэмин тоже кот. Пугливый, маленький и такой милый. Интересно, он всегда был таким или его запугали? — Учитывая разный цвет его глаз, то, возможно, над ним издевались. — К нему тоже нужно будет сходить, интересно, поменялось ли что. — А вот это обидно. Его знаешь несколько дней, а уже в гости сам идешь. А меня? Меня-то больше. — Ты надоедливый. Да и я пойду не просто так. — Жестокий ты. И вообще, будет компенсация за то, что я ходил три дня с другим цветом волос? — Это тебе так мешало? — Не особо, но всё же. — Чего ты хочешь? — Поцелуй. Здесь и сейчас. Услышав такое, Лей даже поднялся и сел, чтобы недоумевающее посмотреть на Ворона. — Ты мог попросить что угодно, но захотел поцелуй? Тебе не с кем удовлетворить свои желания, что ли? — Твой возраст я уже знаю, поэтому другое мне пока не нужно. А, и условие: если вдруг кто-то зайдет, то ты не должен отвлекаться и прерывать поцелуй. — Глупый Ворон, придумал очередную глупость. Вэньян засмеялся и несколько удивился, что Лей согласился на это его желание, он был уверен в отказе и даже ожидал очередного стука по голове. Пока небожитель не передумал, Бог Войны быстро, но аккуратно посадил того на свои бедра, притянув к себе за талию одной рукой. — Так тебе будет удобнее. — Это последний раз. Обещав себе, что это точно последний раз, когда он просто так сам целовал Ворона, всё же приступил к исполнению желания, приобняв наглого бога за шею. Лею не нравилось, когда Ворон резко начинал доминировать в поцелуе — тот обычно кусался и не отпускал, пока сам не чувствовал, что задыхался. Этот раз не был исключением — бедные губы вновь подверглись атакам острых зубов. Не желая всё так оставлять, заклинатель прикусил язык своему мученику. Оба небожителя так увлеклись, что совсем не заметили, когда дверь открылась. Узнали они о присутствии третьего в комнате лишь после выкрика об извинениях и поспешного бега. Отстранившись от Вэньяна, Бог Бедствий рвано дышал и недовольно смотрел в янтарные глаза, освещенные светом масляной лампы. — И чего такой недовольный? Мне больнее, вообще-то. — Не нравится мне такое. — А мне кажется, тебе не нравится терять лидирующее положение, вот и бесишься. Теперь ведь мои умения не такие плохие? — Я не буду это комментировать. Свали с кровати и вообще отсюда. — Ну всё, всё, — Ворон поцеловал заклинателя в лоб, проведя рукой по волосам вниз, — не обижайся, солнышко. — Какое я тебе солнышко? Иди прогуляйся. — Хорошая идея. Лей вздохнул, подумав, что наконец сможет выгнать Ворона и побыть одному, после таких проделок видеть эту наглую рожу не хотелось. Однако, как только Вэньян встал, Лей понял, что тот не успокоился и это лишь начало. А всё потому, что Бог Войны решил пойти гулять не один, а взять заклинателя с собой, на руках. — Глупый ты пёс, отпусти меня. — Ворон мне больше нравится. — Нет. Пёс. Самый настоящий пёс. — Мы немного погуляем, подышим свежим воздухом, сам же предложил. — Так я тебе одному предложил. — На улице темно, мне нужно солнышко, чтобы оно освещало мой путь. — Для этого луна есть, дурак. И вообще, я не одет. Бог Бедствий бы скрестил недовольно руки на груди, но, так как сейчас это было проблематично, он лишь недовольно фыркнул, сдув мешающую прядь с лица. — Точно, я купил тебе новый комплект, только белого не было, я взял светло-серый. — Нужно было пойти к дому у столицы и взять одежду, зачем покупать? — Я хотел взять под твой размер, чтобы ты не носил слишком свободную одежду. — А с чего ты решил, что тебе можно решать такое? Ты же не будешь носить белое, если я скажу, что хочу этого. — Это не тот же случай. Ты ведь также не будешь носить черное, и я не заставляю тебя. У тебя хорошее телосложение, а ты носишь непонятно что. — Какое тебе дело, что и как я ношу? Даже в отношениях неприемлемо навязывать одежду партнерам, а мы даже не встречаемся, а ты уже делаешь это. Лей не удержался и, всё же приложив небольшие усилия, недовольно скрестил руки на груди, посмотрев в сторону. — Значит, когда мы будем встречаться, то я смогу такое делать? — Что значит «когда мы будем»? И нет. Ты меня вообще слушаешь? — Слушаю. — Слушаешь, но не слышишь. Вот почему все твои отношения краткосрочные. В конечном итоге Лей всё же остался в комнате, а Ворон вышел погулять. Видимо, его действительно задели эти слова, и он задумался о них, да ещё и увидев, что заклинатель начинал злиться, не стал настаивать сильнее в текущих обстоятельствах. С наступлением утра каждый из мужчин делал вид, что вчерашней ссоры не было, и не возвращались к тому разговору. Остались ли они при своих позициях или всё же поменяли, покажет время. Этим утром Лей чувствовал себя намного лучше, он мог хотя бы встать на ноги и чувствовать холод пола, это радовало. Раз самочувствие улучшилось, пора бы и выйти из комнаты и не заставлять всех так о нём переживать. Посмотрев на прикроватный столик, он заметил там тот самый купленный для него комплект одежды. Заклинатель, конечно, мог сейчас переместиться к дому у столицы и выбрать для себя одежду, однако он не видел особого смысла тратить силы на такой пустяк, тем более, это могло занять больше времени, чем есть, поэтому оставалось смиренно принять предложенную ему одежду. Раны всё ещё болели, но это не было чем-то невыносимым, можно было легко вытерпеть и не показывать другим своё недовольство по этому поводу. Одевшись, Лей хотел привести волосы в порядок, однако поднимать руки над головой оказалось больнее, чем он предполагал, даже собрать волосы в низкий хвост оказалось непосильной задачей в таком состоянии. Начав ощущать дрожь в руках, Бог Бедствий бросил попытки собрать волосы, оставив их распущенными. Первым делом зайдя на кухню за водой, Лей обнаружил там лишь юную хозяйку дома. — Доброго утра, дева Янмей, с утра пораньше уже заняты готовкой? — О, братец Хуа, тебе лучше? — Да, намного лучше, благодарю. — Меня не за что и благодарить, всё делал твой друг-грубиян. Услышав такое, Лей засмеялся, усевшись за стол. — Он чем-то обидел такую прекрасную деву? — Да! Дурацкий заклинатель! Я помочь хотела, а он выгнал меня, да ещё и говорил так, словно братец его собственность и никто не имеет права тебя касаться! — Ворон — он такой, не принимай близко к сердцу. Слишком хорошо меня знает, я правда не люблю чужих прикосновений, он знал, что получит по голове, вот и не разрешил тебе. — Ну а вот, если бы не он, то кто бы тогда помог братцу? — Если бы не он, то я бы не вернулся обратно в эту деревню. Он слишком волнуется. И кстати, где эта наглая ворона? — Не знаю, во дворе его нет. — Вот как всегда, когда нужно — не найти. Хотел попросить волосы собрать. — Может, я могу помочь? Таких длинных волос еще не видела. — Ладно, просто собери волосы в высокий хвост и всё. — А можно потом хвост заплести? Если что, можно распустить косу, и останется только хвост. — Хорошо. Небожитель в итоге согласился, хоть и не любил такое, ему было неловко перед этой девушкой и еще больше её обижать не хотелось. — А чем волосы собрать? — У меня была шпилька, однако нашел только ленту, так что держи. Пропавший наглый Ворон вернулся как раз спустя несколько минут, как дева закончила прическу и приступила обратно к готовке. Лей вышел ко входной двери и прислонился к стене недалеко от входа, оценивающе посмотрев на Вэньяна. — Ты где пропадал? — Гулял, как ты и сказал. — Пф, мог бы и пораньше вернуться, ты ещё и пил? — А что, помощь нужна была? Вижу, ты со всем прекрасно справился. И не просто пил, а оценивал местную кухню. Лей отвел взгляд от Ворона, а после и вовсе повернулся спиной к тому и ушел в гостиную комнату, где сел в кресло. — Кто сделал тебе прическу? — А чего сразу «кто»? Я сам так не могу, думаешь? Вэньян последовал за заклинателем в комнату, взял яблоко со стола, сел рядом и, надкусив его, сказал: — Ты же не любишь косы, не стал бы сам заплетать себя. Другим позволяешь, а мне нет. — Это другое. — Ну конечно, другое — сделать высокий хвост, а потом заплести. И близко не стоит с тем, что я делаю. — А вот нечего было гулять долго, вернулся бы вовремя — сделал бы сам. — Ладно, а кто сделал-то? — Янмей. — А где же твоя любимая сестра? — У подруги какой-то, пусть веселится, не буду же я всегда рядом. — Кстати, я забыл спросить, как ты себя чувствуешь? — Ну спрашивай, раз вспомнил. — Вот и спрашиваю. — Уже лучше, поэтому верни мои кинжалы. — Потом, когда вернемся в столицу. — Ты опять это делаешь. — Что именно? — Берешь мои вещи и не возвращаешь! В это же время вернулась хозяйка дома и вновь застала юношей за ссорой. — Мальчики, чего опять не поделили? О, Хуа, тебя заплела Янмей? Хорошо выглядит, а где же та твоя шпилька с забавными висюльками? — Не знаю, у Ворона, наверное, он часто забирает мои вещи. — Да, она у меня, я случайно убрал в свой карман, зато так ты не потеряешь или не забудешь где-то. — Отдавай теперь. — Не-а. Ты всё равно не долго будешь с косой ходить, когда вернёшь свою обычную укладку, отдам. — Дурной Ворон, тянет тебя вечно на мои вещи. Женщина недовольно посмотрела на Ворона, начав ругать его: — Господин Цзян, а может это украшение — подарок от его родителей, а вы вот так его обижаете. — Да нет, просто красивое украшение, что я увидел где-то. От родителей у меня ничего нет, кроме внешности, пожалуй. — Неужели тебе родители на совершеннолетие не подарили заколку? — Нет. — Почему же так? Каждый родитель должен такое делать. — Они не дожили до моего совершеннолетия. «Как и ты сам, кстати», — Ворон не смог сдержаться от этой шутки, конечно, он не мог сказать её в голос, поэтому оставалось по духовной связи. Лею же она не понравилась, а увидев, как Вэньян стоял весь довольный и пытался сдержать смех, вспылил и стукнул того по голове, ответив вслух: — Глупый Ворон, радуйся, что сам дожил, молча. Другие непонимающе уставились на него, а заклинатель лишь неловко отвел взгляд. — Ну ты чего, это всего лишь шутка, тем более, там оставалось дня два. — Не напоминай, это всего лишь цифры. — Простите, у заклинателей есть техника ментального общения, вы бы не поняли шутку, и я сказал её лично ему. Жаль, не оценил. — Будь ты на моём месте, тоже не оценил бы такое. — Кто знает... «Быть всегда юным ведь прекрасно, да и по тебе не скажешь, что несовершеннолетний...» — иногда если только. — Нормально разговаривай, или я перестану тебя слушать. — Жестоко. — Ладно вам, мальчики, перестаньте ссориться, лучше поешьте, остывает еда, а я скоро вернусь. Женщина ушла, оставив детей завтракать, ей было жалко Хуа, она хотела его порадовать и подарить особое украшение для волос. Пока она искала, то слышала оживленную беседу, это делало её счастливой: обычно в её доме всё спокойно и не так оживленно, такое чувство, будто дети выросли и перестали с ней делиться всем, лишь думали о чем-то своём, иногда они даже не вместе ели за одним столом. Найдя то самое особенное украшение, женщина минуту смотрела на него и провела рукой по деревянной поверхности, вспомнив, как сама вырезала каждую деталь, воспоминания захлестнули её, вызвав пару капель слёз. Стерев их, она вернулась к остальным. — Ну, как вам завтрак? Наелись? — Благодарю, всё безумно вкусно и по-домашнему. Вам нужно ещё чем-то помочь? — Не стоит, господин Цзян, вы и так весь день вчера нам помогали, у меня, к тому же, дела в деревне, но сначала у меня есть кое-что для Хуа. — Хозяйка дома тепло улыбнулась, протянув деревянную шпильку с цветком лилии заклинателю. — Мне жаль, что твои родители не дожили и не смогли подарить тебе ничего, хоть я для тебя и чужой человек, но ты мне кажешься таким хорошим, я полюбила тебя, как сына, за это время, так что хочу подарить тебе эту шпильку, я сама изготовила её, а моя дочь отказалась принять, не понравилось — деревянная, — отец ей лучше подарил. Лей не знал, что сказать и как вообще на такое реагировать, он понимал лишь одно — ему жаль и неприятно из-за этой девы Янмей, как можно отказываться таким образом? — Госпожа… это большой поступок, не часто встретишь таких людей, как вы. Благодарю, это украшение такое красивое, у вас золотые руки. Небожитель принял шпильку, сразу же украсив ей свою прическу, так он точно не потеряет такой ценный подарок. — Ох… я ведь даже не представилась, так? Как я могла забыть-то… моё имя Зэнзэн. — Что ж, госпожа Зэнзэн, надеюсь, что беды будут обходить вашу деревню стороной и не будет проблем, которых вы бы не смогли решить. — Тут уж как будет воля Бога Бедствий, надеюсь, он не будет больше посылать нам бед: и так живём не слишком богатой жизнью, близится зима. — Не поймите меня неправильно, проблемы могут создать и люди, стоит лишь быть осторожным и не наживать врагов. — О, точно! Матушка, братцу Хуа же нравится Бог Бедствий, не стоит говорить так перед ним, ему неприятно. Ворон, сдерживая смех, посмотрел на Лея, обратившись к нему по сети духовного общения: «Так господин Хайян не только высокомерный, но ещё и самовлюбленный?» «Конечно, я люблю себя, ведь я прекрасен, даже ты так думаешь». «Ха, верно, ты самый прекрасный небожитель». Женщина кивнула и ушла по своим делам, взяв с собой своего сына в помощь, в доме остались лишь трое. Чтобы как-нибудь разбавить это неловкое молчание, девица решила начать разговор сама: — Господин Цзян, а вы какого бога любите? — Дева Янмей, не обижайте меня так, обращайтесь по имени. — М-м... я не знаю вашего имени. Лей засмеялся, похлопав друга по плечу. — Ворону вечно не везёт, к нему все обращаются то господин, то дядя. А ко мне сразу — братец. Сложно быть взрослым. — Бог Бедствий посмотрел на Ворона, довольный, что не только тот шутил над его возрастом. — Этого господина Цзян зовут Ян. Хоть Вэньян и удивился, с чего вдруг Лей сам решил ответить на этот вопрос, а тем более ответить таким образом, возражать не стал, иногда девушки к нему так обращались, и он привык к такому имени. — Хорошо, тогда, братец Ян, какой бог тебе нравится? — Вот так получше, сестрица, я почитаю Хайяна Фэнбао. Быть Богом Бедствий совсем не легко, помогать людям, которые не питают к тебе уважение, а лишь страх или ненависть, довольно сложно. — Я никогда не думала об этом так... Кстати, Хуа, ты не сказал, почему он тебе нравится. — Да? Забыл, возможно. Но, в принципе, я согласен с Вороном. И разве нужен особый повод любить кого-то? Ворон усмехнулся, даже непроизвольно хмыкнул, посмотрев недовольно на заклинателя: как себя хвалить, так повод не нужен для любви, а как признать его чувства — должен быть серьёзный повод. «Вот как мы заговорили. Не хочется себя хвалить?» «Меня и так уже похвалили, хватает». Дева за это время, кажется, пришла к собственному умозаключению: — Хм, верно, кто-то может нравиться только из-за внешности, это тоже повод. — Такой себе повод. Вот, у Ворона такие постоянно. — Внешность вызывает интерес, а уже дальше характер — любовь. — Что-то у тебя эта любовь дольше месяца не держится. — Вообще-то, последние отношения длились почти год. — И закончились скандалом. — Эта экспедиция мне не нравилась, я не хотел отпускать её. И правильно делал, что не хотел, вон, твоя сестра не вернулась, и никто не знает, что с ней. Лей ошарашенно посмотрел на Ворона, он не ожидал таких слов от него, тот знал, что это было больной темой для него, но всё равно выставил всё так, будто сам Лей виноват в пропаже сестры, мол, не стоило отпускать. Возможно, это было своеобразной местью за вчерашнюю ссору и упреки в его сторону. — Ворон, ты... — Сказал, не подумав, прости... — Дурак. Даже Лин сказал, что ты глупый. Нам нужно возвращаться, пока этот, сам знаешь кто, никуда не ушел. Он мне ещё отплатит за испорченную одежду. Точно начнет набор новых подчинённых. Ворон обеспокоенно посмотрел на заклинателя и взял того за руку, боясь, что тот вот-вот убежит. — Тебе стоит успокоиться, ты не можешь в таком состоянии идти к нему. — Я ещё не сошел с ума, чтобы такое делать, потом я обязательно покажу его место. — Это вы про того, с кем братец сражался? Ваш знакомый? — Да, почти. — В мире заклинателей всегда найдется тот, кто жаждет сражения. Это обычное дело. — Ты ещё слаб, «скажи Владыке всё, как есть, и давай завтра вернемся», сегодня мы можем погулять по деревне и сходить к тому лекарю. Лей поначалу хотел возразить и отказаться от этой задумки, однако он действительно ещё слаб и так вернуться не мог, к тому же дело с лекарем стоило бы уладить. — Ладно, соглашусь, но мы вернемся вечером, иначе никак. — Какой ты упрямый. «А ты глупый, как, по-твоему, я решу проблему с лекарем?» «Как-то решим, твои меридианы всё ещё могут быть не в порядке, давай помогу и пойдем, иначе никак». — Глупый Ворон, надоел. — Лей встал из-за стола, направившись к выходу из дома. По пути обернулся на сидящего Ворона. — Ты идешь, нет? Ждать долго не буду. Вэньян лишь засмеялся и встал со стула, попутно извиняясь перед девушкой, что оставляют её и уходят, не помогая убраться. Выйдя на улицу, Ворон увидел, как Лей задумчиво смотрел куда-то в пустоту, а следом засмеялся. Бог Войны нашел это странным, и, подойдя к нему, он обеспокоено положил руку на плечо заклинателя. — Всё в порядке? — Вполне. — Тогда что это только что было? — Во время битвы я потерял своё копьё, точнее, его откинули через врата куда-то, и теперь оно знаешь где? Ворон заинтересованно приподнял бровь. — Удиви меня. — В моём храме, в этой деревне. Не забавно ли это? Я потерял оружие, но оно меня — нет. Лей вновь засмеялся, посчитав такой исход событий довольно смешным. Успокоившись, он сел на траву, собираясь медитировать. — Да, действительно, забавно. Какое преданное оружие. Вэньян сел сзади заклинателя и коснулся ладонью его спины, начав передавать духовную энергию и помогая тем самым быстрее урегулировать нормальное течение энергий по меридианам. «Как ты? Чувствуешь себя лучше?» «Да». Хоть он так и сказал, но это было лишь наполовину правдой: явных изменений не ощущалось, только противный привкус крови в горле, однако заклинатель не хотел больше тревожить Ворона и сдержал приступ кашля. Ворон убрал руку и поднялся, и, несколько раз окликнув Лея и не получив ответа, он всё же обратился к тому мысленно: «Ты там уснул? Пойдем за твоим оружием». Лей медленно кивнул и поднялся, оттряхивая одежду от пыли. — Всего лишь задумался, идем. Небожители медленно прогуливались по деревне, направляясь к храму. По мере приближения становилось всё больше и больше людей, многие были заинтересованы странным копьём, прилетевшим из ниоткуда. — И чего такая толпа? — Всем интересно, откуда взялось это копье, давай поближе подойдем. Заклинатели подошли ближе ко входу в храм, где толпились пару юношей, они активно обсуждали, что будут делать, если достанут оружие: — Продадим его? — Будем учиться сражаться и пугать всех! — Нет-нет! Ловить рыбу так удобнее будет. Лей лишь вздохнул, наблюдая за этим. Больше их не слушая, стал рассматривать, как именно оружие прилетело внутрь. Оказалось, оно пробило крышу, врезавшись прямо в алтарь для подношений. Копье же в это время, ощущая негативную ауру и давление вокруг себя, стало само испускать опасные для людей искры. Пытаясь призвать оружие, Лей заметил, что то не откликалось, поэтому недовольно топнул ногой. — Дурное оружие. Ну вот где ты видел ещё такое своенравное копье? — Оно прямо как ты, очень подходит тебе: упрямый хозяин, упрямое оружие. Иди возьми просто. — Слишком много людей, мне неприятно. — Тогда призови по имени. — Я забыл его. Лей нахмурился, пытаясь припомнить, как же зовут его копье, но, так как не мог, обратился к тому, кто знал — Владыка: «Нет времени объяснять, какое имя у моего копья?» «Вэй Чжисин». — Какое глупое имя. — Лей протянул руку вперед, чтобы призвать своё оружие, озвучив имя: — Вэй Чжисин, ко мне. На такой зов оружие не могло не откликнуться и сразу же освободило себя от оков алтаря, разрушив его. Оказавшись в руке заклинателя, оно недовольно затряслось, всё ещё метая искры в свою цель. — Вот так ты рад меня видеть? Глупое копье. Я вот рад, что нашел тебя так быстро, не нужно мне тут демонстративно обижаться, я не виноват, что ты отлетел так далеко и я не мог тебя призвать. Лей провел рукой по верхней части рукояти, будто успокаивая оружие. — Лей, ты назвал оружие «Безымянная звезда» и всё равно забыл? — Ну да. Имя мне никак на ум не приходило, может, поэтому и не запомнилось. — Вот оно у тебя и упертое, и капризное, с таким-то именем. Я хочу взглянуть на статую, пойдем глянем. — Я уже видел, ничего интересного. — А я не видел. Ворон взял ладонь Лея, не позволив тому оставаться на месте, и повел за собой. Даже рассматривая статую, он не ослабил свою хватку, не собираясь отпускать. — Интересно выглядит, мне нравится. Люди вокруг никуда не делись, они всё так же стояли у храма, но теперь их внимание привлекли двое незнакомцев, которые, казалось, их совсем не замечали. — Храм повредился, этим людям и так тяжело, не поможешь им пожертвованием? Когда вернемся, я верну тебе всё. — А разве ты не взял с собой денег? — Не-а. — Хорошо, будешь должен мне. — Ворон повернулся к толпе, наконец обратившись к ним: — Можете показать, где живет старшина деревни? После того, как им указали путь, двое направились к нужному дому, где Вэньян обговорил всё с мужчиной, пока Лей стоял на улице и ждал, как раз появилось время всё объяснить Владыке. «Ты свободен?» «Да, как раз проводил Повелителя Врат, так что случилось?» «Повелитель Врат как раз и случился. Он напал на меня вчера вечером. Использовал какой-то дым и свои подлые трюки». Даже не видя Владыку, Лей знал, что тот тяжело вздохнул, сжав переносицу между пальцев и прикрыв глаза. «Лей... ну что ты за ребенок? Я ведь просил быть осторожнее и не встревать в неприятности. Сильно тебя ранили?» «Этот тип был серьёзно настроен и не отпустил бы меня, другого выбора не было». «Возвращайся скорее, и я тебя осмотрю, зная его приемы, ты можешь быть отравлен». «Я бы уже вернулся, но Ворон мне не разрешает. Если ничего не случится, мы вернемся сегодня вечером». «Генерал Цзян тоже участвовал в поединке?» «Нет, он пришел меня искать...» «Тогда хорошо, а то я бы разочаровался в своих Богах Войны. Жду тебя». Лей ничего не ответил. Улыбнувшись про себя, он стал дальше ждать Ворона и обдумывать еще раз своё сражение, а также что будет делать и говорить на собрании по возвращении. — О чем задумался? Чего не убрал оружие? — М? А, ты вернулся. Ну как, договорился? — Да, всё нормально, старейшина поблагодарил добрых заклинателей и даже выделил им свободный дом, если ещё будут проходить в этих краях. Лей недоверчиво посмотрел на Ворона, не поверив, что за простой ремонт храма можно целый дом выделить, и то непонятно, вернутся ли они ещё сюда, для этого старейшины. — Ладно, твоё дело. Пойдем к лекарю теперь, исправлять твою оплошность. — А у тебя есть решение? — Есть. — Чего ж ты тогда жаловался-то? Лей лишь пожал плечами и усмехнулся, наблюдая забавную реакцию Вэньяна, который переживал всё это время и обдумывал, как решить проблему. — Ах ты мелкий! Специально не сказал! Лей направил острие копья в лицо Ворона, смерив того серьёзным взглядом. — Дорогой друг, поосторожнее со словами. Я не потерплю к себе неуважения. — Э... ладно, ладно... Прошу прощения. Заклинатель убрал копье, довольно улыбнувшись, развернулся и пошел к дому лекаря, который заметил по пути сюда. — Эй, подожди, ты хоть знаешь, куда нам идти? Лей повернул голову, бросив ответ через плечо, не повернувшись полностью: — Конечно знаю, за кого ты меня принимаешь? Получив очередной странный ответ, у Бога Войны нервно задергался глаз. — Почему ты так странно себя ведешь? — Странно? Разве? Друг мой, мне кажется, вы утрируете. — Определенно странно. Почему не убираешь оружие? На тебя все смотрят. — Ну и что? Я привык к такому. Даже без оружия я довольно-таки выделяюсь. — Это правда, но всё же... слишком много внимания привлекаешь. — Ворон неловко почесал затылок, оглядываясь по сторонам. — Это тебе чем-то мешает? — Не то чтобы... Кстати, а откуда у тебя это копье? — Ливей подарил ещё очень давно. Он говорил, что оно подходит мне. — А имя тоже он дал? — Почти. У меня не очень выходит называть оружия. А имя этому копью на ум никак не приходило. Вот оно и осталось безымянным с моей стороны, а Ливей предложил остальную часть. Вот и вышло — Безымянная звезда. А у твоего меча какое имя? — Чёрная смерч. — Друг мой, вы помешаны на черном, мне кажется. — Этому мечу другое имя не подошло бы. — Да что вы, этот меч настолько страшен? — Ты ведь видел его уже, не помнишь? — Не припоминаю такое, возможно, это было давно... и не правда. Лей ускорил шаг, чтобы оказаться впереди Ворона, дабы тот не заметил попытки сдержать смех. Отчего-то заклинателю хотелось подшутить над Вэньяном, и лучшим безобидным способом было вести себя так, как тому не нравилось. Перед домом лекаря Бог Бедствий остановился, дожидаясь своего друга. — Я зайду один, а вы, друг мой, будьте добры подождать меня тут и подержать моё оружие. — И с чего я должен соглашаться? — Может, потому, что я любезно прошу? Или уважаемый любит по-другому? Глаз генерала вновь задергался. «По-другому?» Какому другому? Такое странное поведение выводило Ворона, он действительно начал ощущать, что разговаривал с кем-то постарше себя и даже повыше статусом, что ли... Ему нравилось простое общение, без всяких изысков и формальностей не к месту. Вздохнув, Бог Войны принял оружие и согласно кивнул. — Хорошо. Но ты прекращай так себя вести. — Как это «так»? Впрочем, я подумаю. Зайдя внутрь, Лей ощутил сильный запах лекарственных трав, разные запахи смешивались вместе, вызывая не совсем приятный аромат, из-за которого хотелось постоянно чихать. — Доброго дня, есть тут кто? — Да-да, сейчас буду, подождите немного. — Мужчина в возрасте вышел из другой комнаты с подносом трав. Увидев гостя, он от удивления выронил все из рук. — ВЫ… ВЫ… но как? — Ну что вы так нервничаете, успокойтесь, присаживайтесь лучше, я вам всё расскажу. — Да… хорошо, лучше сяду… Лей собрал обратно все травы на поднос и положил на стол, повернулся к мужчине, заговорив: — Господин, посмотрите на меня, — встретившись взглядом с лекарем, Бог Бедствий мысленно произнес заклинание, вследствие чего его глаза окрасились алым, а мужчина больше не двигался, — прекрасно, слушайте внимательно. Ваши воспоминания обманчивы, человека, которого вы осмотрели, легко ранили, ничего смертельного, ничего необычного. Самый обычный случай, забудьте о нем лучше. Вы меня поняли? Мужчина, околдованный светом алых глаз, медленно кивнул, не отводя взгляда. Чтобы укрепить результат и точно убедиться, что всё не выйдет из-под контроля, небожитель размолол траву забвения в прах и распространил по всему помещению. Травой забвения называлась она не зря: она могла как и помочь человеку, так и заставить забыть недавние мелочи событий. Вернув обычный цвет глаз, Лей первым заговорил, пробудив мужчину от заклинания: — Замечательно, тогда я пойду, раз всё хорошо. — А? Да… мы уже закончили осмотр, можете идти. Не сдерживайте дурную застоявшуюся кровь, иначе станет хуже. Заклинатель кивнул словам лекаря и в тот же момент сдержал приступ кашля, ощутив ещё больший привкус крови в горле. Выйдя на улицу, он тяжело вздохнул, еле как подавив рвущуюся наружу кровь. — Чего это ты так тяжело вздыхаешь? Так трудно было? — Ничего такого, по… апчхи... шли… всё наладил, пора возвращаться уже… апчхи. — Будь здоров? Мне кажется, ты вышел оттуда ещё более бледным, чем был, что там делал? — Всё нормально, аллергия на траву забвения, я использовал её. — Хорошо, уточнять не буду. Ещё не вечер, давай погуляем ещё немного. — Вэньян, ты не нагулялся? Дело серьёзное, и нам нужно возвращаться, а не гулять и развлекаться. — Меня зовут Ян, ты же сам говорил, не забывай. Ворон усмехнулся и, не приняв во внимание слова друга, взял того за руку и повел дальше гулять по деревне, рассказывая забавные шутки и отвлекая от ненужных мыслей. На некоторое время Лей даже повеселел и почти что согласился погулять до вечера, пока не прозвучал вопрос, который вконец испортил ему настроение: — Ты не голоден? Купить тебе лепешку с мясом? — Не хочу, не нравится она мне. — Ты вроде говорил, что не привередливый. — Пожалуй, это единственное, что мне настолько противно. Ворон засмеялся, предположив свою версию событий: — Переел в детстве? — Не знаю. Не помню. Ответ не прозвучал как обычно равнодушно или хоть с намеком на веселье, скорее, больше недовольно, со скрытой злостью, ответ для ответа, заклинатель явно не хотел об этом ни вспоминать, ни говорить. — Хорошо, нет так нет. — Ты мастер портить всё. Возвращаемся и без возражений. Вэньян кивнул, понимая, что окончательно проиграл в этой битве. Не отпуская ладони, он направился обратно, к дому, попрощаться со всеми. По дороге они не говорили, но Ворон стал ощущать, как Лей стал идти медленнее и иногда даже спотыкался о камни. Дойдя до дома, Бог Войны наконец взглянул на заклинателя, но ничего необычного не заметил, тот всё ещё был бледным. На всякий случай он захотел проверить состояние друга через пульс, однако в этот момент Лей выдернул свою руку из хватки, не позволив этого сделать. — Не занимайся глупостями, позови всех, и мы пойдем. Дома оказалась лишь Янмей, поэтому только она и вышла попрощаться. Грустно улыбнувшись, девушка подошла и обняла заклинателя. — Братец, тебе точно пора сейчас уходить? — Да. У нас дела есть, мы зайдем в другой раз, когда времени будет побольше. — Хорошо, я передам это и остальным, будь осторожен, и до встречи тогда. Девушка отпустила небожителя, также попрощалась с его другом, которого уже обнимать не хотелось, ведь она всё ещё злилась на него. — До встречи, братец Ян, смотри мне, не дай Хуа опять попасть в неприятности. — Не волнуйся, я буду следить за этим младшим братцем. Лей закатил глаза и ещё раз попрощался с Янмей, после чего применил заклинание перемещения, оказавшись в доме у столицы. Удивиться тому, почему они всё ещё в мире людей, у Ворона не было времени, ведь, как только они оказались в этом месте, Лей тут же стал падать, потеряв сознание.