Ловить луну в стоячей воде

Предположив сколько времени у них всех осталось (в который раз) было решено больше не болтать по пустякам и терять время (на этот раз серьёзно) иначе так ничего толком и не выясниться и победителем в очередной раз выйдет небесный император. На что тот только и надеялся, хоть и понимал, что раз всё зашло так далеко то уже нет смысла ничего скрывать и лишь усугублять своё положение. Но какая-то частичка себя всё равно надеялась уладить это и не допустить чтобы правда вырвалась наружу. В конце концов было не так-то и просто расставаться с тайном хранимой более пяти тысяч лет с таким усердием. Всё на что мог надеяться Ливей это что Лей не станет искать своего отца и выискивать с тем отношения. Ворошить обиды прошлого никогда не приводит к хорошему исходу, особенно если эти обиды нанесли колоссальный вред личности. Только восстановившийся разум Лея не должен столкнуться с таким, он может быть не готов и впасть в ещё более трудное положение чем раньше и уже вряд ли выйдет спастись одним лишь стиранием воспоминаний. Всё же речь шла о чистокровных демонах, а у них совсем другие понятия. Они, несомненно, любили своих детей, но могли быть слишком жестоки и даже не понимать, что не так сделали. Пожелай Лей узнать почему отец не искал его с сестрой все эти годы, а бросил вот так… Точно ничем хорошим не закончилось бы. Ведь отец знал, что сын стал богом, и часто спрашивал о нём у первого повелителя демонов, который в свою очередь интересовался у небесного императора опекающего наследника четвёртого региона демонов. Было бы желание отец мог бы с легкостью встретиться с сыном, однако тот предпочёл не влезать в его жизнь и позволить идти по собственной проложенной тропинке. А Лей бы обязательно захотел бы взглянуть отцу в лицо. Пока он ещё ничего не подозревает теплит в сердце любовь и глубокое уважение к нему. То короткое проведённое с ним время было одно из лучшим в его жизни, хоть, к сожалению, он и не помнит тех моментов, однако ощущение счастья ещё живёт в нём при мысли об отце. — Сколько можно мотать эти воспоминания уже? Теперь я больше никогда не буду шутить о твоей плохой памяти. Пережив столько, конечно, уже и не вспомнишь ничего. Устало ныл Ворон, заскучавший в тишине. Просматривать тону различных воспоминаний о каждодневных делах бога генерала уже подташнивало словно он занимается одним и тем же делом уже много часов без перерыва. Раньше хоть Лей сидел на нём поглаживая и можно было отвлекаться, а теперь тот пересел к столу внимательно изучая содержание своей жизни, совсем не обращая на него внимание будто его тут и не было вовсе. — Запомни свои слова пожалуйста и не нарушай их, когда захочется пошутить. Было единственным что ответил Лей после чего вновь вернулся к сменяющимся картинкам полностью абстрагировавшись от всего окружения. — Вот так ты интересуешься жизнью своего любимого да? Пфф. Слабак. На провокация Вэньян не пошёл, после их недавней ссоры и полученного удара ему не хотелось даже смотреть на этого демона, не то, что разговаривать. Даже терпеть его компанию было невыносимой мукой. По правде говоря, Лею так же наскучили эти воспоминания. Да, некоторые из них были важными, такие как наблюдение за Лейдианом в бытие подчинённым после и преемником бывшего бога грома, вознесение того так же было любопытным и зрелищным. Он был одним из немногих кто стал богом через преемничество и не через тысячи лет, а всего каких-то десять лет в течений которых он продолжал стареть, превращаясь из миловидного юношу в более взрослого мужчину. Этому Лей мог только позавидовать, ему такой возможности не предоставили, навсегда оставив его в юной семнадцатилетней оболочке. Другим интересным и важным воспоминанием, по его мнению, стал эпизод дружбы с повелителем врат. Тот оказался довольно умным и интересным собеседником, с ним всегда можно было посоветоваться и найти любой ответ на интересующие вопросы. Именно он многому обучил бога бедствий за что стоило бы быть благодарным несмотря на вражду в настоящем. Пару воспоминаний о сестре пришлись как раз кстати и смогли унять на время тоску по ней. Как бы Лею не хотелось их забывать течение времени всё равно уносит такие маленькие радости из памяти и всего не упомнить. Это печалило его, и он по-настоящему надеялся найти её и наделать уйма многих воспоминаний. Радовало ещё что воспоминания с Ливеем стали чаще мелькать, и они были светлыми, наполненные теплотой и заботой какими и были до сих пор в памяти самого Лея, и раз они такими были и в памяти Хуа Лей не мог не радоваться. Он то думал, что их владыка совсем уж плохо относился к демонёнку и только и делал что обижал да подавлял. Но нет, тот проводил с ним время так же, как и с ним, за исключением пары более откровенных моментов и разговоров. — А ты времени не терял, был напористым к Ливею. Мы, конечно, бывало, купались вместе, но такого я бы не позволил себя, даже в мыслях бы не было. — Да ну, что тут прям уж «такого»…. — смутился отчего-то демонёнок прикрываясь рукавом — Для людей может это и не очень прилично, учитывая, что мы не пара, но для демонов вполне нормально прижиматься чуть более вплотную и иногда красть парочку поцелуев. Мне же нужно чем-то питаться. Под освещением свечей тёмная ткань рукава заблестела отливась красным зачаровывающим свечением. Словном в этом клочке щелка запечатали всё могущество закатного неба таким образом запечатляя зрелище навсегда в сердцах смотрящего. Засмотревшись Лей пропустил мимо ушей все слова демонёнка. Не было необычным для него так отвлекаться, но не бывало ещё такого чтобы какая-то ткань настолько зацепила внимание. Перелив цветов прекратился тут же как демонёнок опустил руку скрывая её в мраке темноты, однако Лею казалось он всё ещё видит багряный закат перед собой. — Лей? Ты сердишься что я приставал в твоём теле к твоему названному брату? Выражение небожителя было сложным, а в купе с молчанием Хуа не мог понять о чём тот думает поэтому предположил, что тот сердится. Но Лей не сердился, его выражение лица сейчас можно описать смесью растерянности и хмурости. Его странно взволновало такое любопытство. Любителем природных явлений он не был, закаты да рассветы не считал романтичными и не останавливался подолгу любоваться ими. Но почему-то сейчас хотелось ещё раз взглянуть на тёмно-красный, кровавый перелив. Чем дольше он об этом думал, тем больше слов находил для описания цвета казавшимся изначально просто каким-то красным на чёрном фоне ткани. Небожитель бы ещё долго мог обдумывать этот увлекательный случай, не замечая ничего вокруг. Но лёгкое прикосновение к губам не оставило его равнодушным заставив вздрогнуть и испытать небольшой внутренний переполох. Моргнув, он вернулся в реальность. Перед глазами стоял тот же красный. Моргнув ещё несколько раз красный не пропал, став лишь светлее в глазах небожителя. Лёгкий мягкий смех коснулся уха. Такой же, как и недавний поцелуй, ощущаемый на губах. — Что, понравилось? Видишь Воронёнок как нужно целовать любимых. Чтоб в ещё больший ступор впали. — Да уж, конечно. Я бы тоже в ступор впал если б меня целовал я сам. — А что не было такого? Судя по твоим навыкам, кажется, учился целоваться на зеркале. Тут то Лея окончательно пришел в себя. Перед ним блестели светло-красные зрачки с ноткой веселья. Длинные пушистые ресницы обволакивали глаза демонёнка пологом при моргании. «Неужели у меня всегда были такие ресницы? Такое лицо…» И Лей бы потерялся в новый ворох мыслей, но Хуа отодвинулся, расширяя угол обзора небожителя напоминая ему о воспоминаниях. — О чём мы говорили? Что-то я отвлёкся… — Мы смотрим воспоминания чтобы понять какие Ливей удалил мне. На что ты так отвлёкся? — А. Да. Твой рукав. — Мой рукав? А что с ним? Демонёнок давно не обращал внимания на свою одежду, он могла сама по себе меняться в зависимости от мыслей в моменте. Не имея физического тела, он бы мог вообще без неё обходится, скрываясь за чёрным туманом подсознания, либо же принять любую другую желанную форму. Однако Хуа был тем ещё модником и любил разгуливать по бесконечной темноте в различных нарядах, придумывая при этом интересные укладки и украшения. Только со временем любоваться собой наскучило, и он продолжал время от времени придумывать что-то, но уже не смотря на себя. — Он красиво переливался в свете свечей. — И это тебя так сильно заставило задуматься с таким выражением лица? Хуа разглядывал свой рукав, не находя в нём ничего особенного, не понимая на что Лей так отвлекся крутил во все стороны хотя понять. Так наткнулся на странную надпись, написанную демоническим языком. — А ты знаешь что-то о клане Мэй? — Не слышал о таком. Если это людской какой-то тем более понятия не имею. — Нет. Это демонический клан, на этой ткани написано «Клан Мэй» демоническим языком. — Хм. Нет, не слышал. По правде говоря, о демонической иерархии и кланах я тоже мало что знаю. О различных видах демонах и их способностях мне известно, чтобы знать как с кем бороться. — Тогда остаётся одно… — Ты отжал одежду какого-то демона когда-то вовремя прохождении и теперь носишь её? Ворон хотел подшутить над демонёнком и может даже задеть невзначай, но не возымело эффект и тот согласился. — Да, я хотел это предположить. Может это одежда того, о ком у меня нет воспоминаний? Лей вновь задумался. С каждой новой находкой всё становилось только более запутаннее. Было трудно понять связь всех этих обыденных вещей с опасными воспоминаниями мешающие Ливею. И всё стало бы легче если бы только Лей знал, что всё это имеет отношение не к Ливею, а к нему самому. Было не сложно предположить связь между воспоминаниями демонёнка связанные с другим демоном и им самим в бытии богом. Но даже знай он эти детали не смог бы понять вред ему от этих воспоминании. Ведь он не знал главного — свою сущность полудемона. Демоны если полюбили кого-то по-настоящему, то больше никогда ни на кого не променяют. Хуа будучи не окрепшим осколком сознания тогда своей внезапной привязанностью мог бы здорово насолить будущему Лея. — Так и будем молча сидеть смотреть в одну точку? Время идёт. Раз это было когда-то давно то давайте начнем воспоминания с Вознесения Лея до точки, когда произошел большой разрыв в памяти. Будет не так сложно понять, мотая воспоминаниями картинками. Разрыв в неделю-две будет ощущаться. — Или до точки, когда отношение Ливея ко мне стало холоднее, это тоже станет ощущаться. Вдруг просияв Лей воскликнул: — А лучше к моменту, когда я сломал руку где-то после тысячи лет правления примерно. Двое в замешательстве уставились на бога бедствий, до них не доходил смысл этого предположения. Видя это Лей принялся объяснять всё как маленьким детям разжевывают твёрдую пищу перед кормлением. Суть состояла в том, что в небесной столице, где Лей в основном сновал между дворцом Ливея и своим не мог сломать руку. Да и случись это в какой-нибудь небожительской потасовке владыка не был бы так разгневан как помнил этого Лей. Плюс к этому он смутно припоминал беспокойное лицо сестры и обрывки фраз похожие на «где ты пропадал» «я волновалась» Таким образом все пришли к решению найти этот отрывок времени и попробовать промотать от него назад или для начала вперед и уловить момент стирания памяти. В памяти демонёнка, как ни странно, такого участка воспоминаний не оказалось, из-за чего пришлось потратить время на объяснения Лею о работе визуализации картинок памяти и перестройку ряда изображении. Лей хорошо всё улавливал и старательно выполнял наставления, поэтому вскоре перед ними были совсем другие визуальные картинки, большего размера и не такие затемнённые по углам. — А мы можем войти внутрь, а не смотреть на полотна? Хуа пожал плечами, ему никогда ранее не приходило такое в голову. Он довольствовался тем, что есть, не задумываясь над большими перспективами развития этой способности. — Тогда я попробую. Демонёнок сделал жест рукой мол «валяй» и отошёл подальше на всякий случай. Ворон на это хмыкнул и демонстративно подошёл, поближе показывая какой он бесстрашный готовый поддержать в отличии от него. Попытка сделать картину объёмной привела к тому, что скорость воспроизведения увеличилась сама по себе и Лей не мог уследить за ней чтобы уловить нужный ему момент, многочисленные цветовые переходы сбивали с толку и замыливали зрение. Это начинало раздражать, и небожитель начинал невольно паниковать, что, конечно, было не на руку ситуации. — Тц. Достало. — топнув ногой Лей обернулся к Ворону — Я закрываю глаза, а ты как самый внимательный из нас заметь, когда промелькнут красноватого цвета волосы и обстановка тронного зала Ливея и положи мою руку я остановлю. Лей предпочитал называть цвет волос владыки «медным» считая, что простым «красноватым» не передать весь спектр цветов, которые он замечал. У Ливея по мнению Лея были очень красивые волосы, которыми можно любоваться часами, там и ярко-рыжие, более тусклые и красноватые оттенки в зависимости от освещения, время года и даже настроения. Глаза он так же называл «медными», не зная как может называться такой цвет между красным и коричневым. Однако подумал, что это лишь может сбить Ворона с толку, да и если честно не был уверен знал ли генерал такой цвет волос как «медный» и не перепутает ли что-то. Хотя, даже не зная названия цвета один раз увидев Ливея невозможно не узнать его после. Так он думал. — А кто это? Никогда не видел его на небесах. Почувствовав пальцами искаженное пространство стены под воспоминания небожитель приложил не мало усилии чтобы остановить кадр на этом самом моменте, ни секундой позже или раньше. Он был горд собой и хотел уже открыть глаза поглядеть на плоды своих стараний, но услышав слова Ворона нахмурившись сначала поглядев на него думая, что тот увидел того неизвестного. Ничего спросить толком и не вышло Ворон сразу открыл рот выдав ещё более шокирующую фразу: — Мы ведь владыку искали, чего ты вдруг передумал и захотел остановиться на этом красноволосом господине? Растеряно, хлопая глазами Лей наконец-то перевёл взгляд на полотно с тронным залом в центре которого стоял никто иной как сам небесный император их владыка — Фэн Ливей. — Ты о чём? Вот же Ливей. Указывая пальцем на мужчину в роскошных золотых одеяниях с классическим головным убором свойственный такому чину, пока ещё не осознавал не ладное. — Это Ливей? — Да. — А зачем ему такая броская внешность? — Ливей не выбирал с какой внешностью родиться. Он сирота и даже своих родителей не видел, поэтому не знаю в кого он такой красочный. — Если ты постеснялся сказать «сексуальный», то это скажу я. Ливей чертовски сексуальный, у меня рядом с ним состояние стояния. А так как тела у меня нет, то… Демонёнок хихикнул, прикрывшись рукавом многозначительно кидая взгляды на Лея так чтобы Вэньян обратил внимание. Но тот к его разочарованию был занят другими мыслями. — А. Значит позже он сменил внешность на более привычную большинству? — Нет. С чего ты взял? — Потому что Ливей которого я знаю выглядит не так. С первого дня вознесения до сегодняшнего Вэньян мог с уверенностью сказать что такого облика у их владыки никогда не видел, и он так же был уверен что никто из его окружения так же, иначе бы такая необычная внешность часто обсуждалась бы. Особенно среди женских кругов, а те редко обсуждали владыку считая его неплохим мужчиной, но ничего особенного там не было. Потому что Ливей в глазах Ворона выглядел совершенно обычно. Тёмные ухоженные длинные волосы, тёмно-карие глаза, напоминающие шоколадный десерт, пару каких-то родинок, нос с горбинкой, а форма лица была ближе к квадрату. Эти же слова генерал поведал и Лею, стараясь звучать как можно увереннее чтобы ему точно поверили, но, казалось, даже это не убедило небожителя, который всё ещё с сомнением обдумывал услышанные слова. — Хочешь сказать Ливей скрывает свой настоящий облик как это делаю я? Только совсем сильно поменялся и мне показывается настоящим и даже когда ты и я рядом с ним то видим по-разному… Хуа так же был удивлён этой информацией, он ни раз и ни два устраивал драки с теми, кто обижал красоту Ливея, а значит те и не знали его настоящей красоты раз смели такое говорить. Жалеть бедняг демонёнок, конечно, не станет, но хоть стало легче что те говорили не о Ливее, а о маске. — Должно быть он в этом облике ещё до нашего вознесения, уже тогда его знали по нему, возможно это чтобы вызвать приятные ассоциации из-за схожести с прежним императором? Я правда не знаю как он выглядел и кем был. — Когда вообще вознесся Ливей? Если вы были знакомы с детства, то какая между вами разница? Складывается впечатление что на небесах он давно, если отбросить эти ваши совместные пять тысяч лет, а на деле выходит, что он пробыл богом не больше пары лет, прежде чем вознести тебя и уже быть в роли императора. Лей пожал плечами, для него ребенка около четырех лет было трудно понять какой возраст был у Ливея тогда, но раз тот умел читать и писать, а также взяли в ученики то предположительно десять-двенадцать. Будучи сиротой, он так же скудно питался отчего ростом в детстве не отличался, это сейчас вымахал и возмужал. — Понятие не имею, никогда об этом не задумывался. Слишком много событии накладывались друг на друга чтобы я смог трезво оценить ситуацию вокруг, а не только свою. Если так подумать, то перед нашей разлукой он выглядел довольно юным, а не виделись мы после пару лет и тогда уже он выглядел взрослее, даже больше предположительного возраста. Лей состроил задумчивое выражение лица делая вид будто он обдумывает эту тему и дальше про себя, а на деле он мысленно журил себя за глупые тогдашние суждения, ведь он думал, что Ливей просто хорошо стал питаться поэтому стал выглядеть так взросло и хорошо, а сам он выглядел ещё ребёнком из-за скудного питания которым сам и пренебрегал предпочитая тренировки трёхразовому питанию. — Не время об этом думать сейчас, если вы задержитесь тут ещё дольше, то тогда никакого толка не будет от раскрывшейся правды, а у вас так и останутся вопросы без возможности узнать ответ. Смотрим разговор, понимаем нужное ли это нам и пытаемся общими силами влиться внутрь. Как вам план? Никто не ожидал от демонёнка такой серьёзности, в его тоне не было даже намёка на шутливость и веселье, он говорил с абсолютной твёрдостью действовать и призывал других к этому же. Конечно, информация о фальшивом облике Ливея повергла его в шок, и он бы хотел побольше об этом узнать, но сейчас стёртые воспоминания о ком-то не давали ему покоя и раз было решено пролить на это свет то хотелось бы поскорее и не отвлекаться на беседы. Перспектива заиметь собственное тело конечно манила, но не путём смерти основного владельца. Хуа не хотел смерти Лея и его несносного глупого Ворона, не хотел рушить чьё-то счастье ради своего шанса на жизнь. Тогда бы точно Ливей не простил бы его никогда и одинокому демонёнку было бы некуда деваться. Воспоминание повествовало о беспокойном разговоре небесного императора и его упрямого младшего брата, который не выглядел провинившемся или не в порядке, но владыка от чего-то не мог найти себе места продолжая причитать о «сколько раз я говорил не заигрываться с демонами, а ты что? И вот что теперь?». Юный бог бедствий молчал стоя перед своим владыкой в сине-красном цветочном одеянии с короткими рукавами из-под которых виднелась белая ткань, обмотанная вокруг всей руки до запястья. — Кажется это то, что нужно. Давайте попробуем все втроём влить свою ци, может это вызовет аномалию, и мы сможем войти прямо в поток и управлять им изнутри, а не смотреть полотнами. — Почему ты так уверен, что нам именно этот отрезок нужен? Мы почти ничего не прослушали, а уже решили. А если это окажется не тем, и мы только зря потеряли время. Лей отрицательно покачал головой соглашаясь с демонёнком, это был именно тот фрагмент, который им и нужен был. Даже без разговора, только взглянув становилось ясно всё. Но видимо только им двоим, а не Ворону. А может это внутреннее ощущение так же повлияло. Поэтому они принялись объяснять всё перебивая друг друга и договаривать то, что предыдущий не сказал. — Я никогда не носил таких одежд, они и не похожи на те, что бывают в наших краях. К тому же эти цветочные рисунки на ткани указывают на стёртые воспоминания, если приглядишься, то они похожи на те которые сотворил демонёнок. — Верно. А ещё если не заметил, то рука тут перевязана, и именно на ней присутствуют длинные острые ногти, когда на второй ничего нет. Это указывает на то, что произошло демоническое исцеление в первый раз, а так как Лей не смог бы этого добиться сам, то я был обучен этому где-то вне. — А ещё Ливей не волнуется по пустякам. Я часто не слушался, играясь с демонами, а не убивал их сразу, за что и получал в итоге…от демонов и Ливея. Ничего не могу с собой поделать, мне постоянно хочется с ними подольше повозиться, быстрая смерть слишком большое благословение для них. —Да-да, я могу понять твоё стремление, но от демонов никогда не знаешь, чего ожидать, и что у них спрятано в рукавах. — демонёнок словил на себе насмешливый взгляд Ворона, за которым последовало такое же фырканье. Хуа лишь отфыркался в ответ ткнув на ноги бога бедствии в воспоминании — А ещё у Лея тут длинные сапоги, а такие он носил первые годы только, а жаль, мне нравились. — Мне стало лень их зашнуровывать. А ещё какой толк от них если я не хотел заправлять больше штаны в обувь? В этот раз демонёнок неодобрительно фыркнул на Лея, эти его комплексы его неимоверно выводили из себя, но сейчас акцентировать на это внимание он не хотел (вообще хотел, но не было времени) ведь это могло перейти в ссору и долгие переговоры. Вместо этого он выдал быстрое «в общем Ворон наверное уже понял к чему мы клоним, так что давайте действовать» Положив вместе ладони на полотно каждый на понравившийся участок картинки выпустили волны энергии по указке демонёнка который казался уверенным в своём плане и не выдавал ничем беспокойство или неуверенность словно проворачивал такое часто, а не в первый раз.