Ловить луну в стоячей воде

Открыв вновь глаза ему было затруднительно определить время суток. Кругом царил сплошной мрак да удушливая до невозможности духота. Только повертевшись во все стороны, запутавшись в чём-то и ударившись о нечто твёрдое он смог выбраться и вдохнуть глоток свежего воздуха. Препятствием оказалось обыкновенное одеяло. Пока он ещё не знал об этом, оно навевало ему чувство страха, а как узнал внутренне посмеялся с себя и отмахнувшись от него отбросил в сторону. А твёрдым оказался пол на который он свалился в попытках разобраться в происходящем. Неприятно, конечно, но не самое страшное из того, что ему уже довелось пережить за долгое время своего существования. После продолжительного пребывания в темноте солнечные лучи нещадно слепили глаза. Кое-как поднявшись и не запутавшись в ногах, он уставился на себя же в отражении близ стоящего зеркала. Опухшее, усталое, лицо, покрасневшие глаза, подчёркивающие красный цвет радужки, делая его ещё более пронзительно ярким. Беспорядочные отметины любви бросились следующими в глаза, на них он не задержался долго. Одного короткого взгляда было достаточно чтобы ощутить, как дурной ком поднимается к горлу застревая там, а ладони начинали непроизвольно дрожать и сжиматься в кулак. Но в отличии от небожителя он не станет выплёскивать свои эмоции на ничем неповинное стекло причинив себе же ещё больше боли. Он поступит намного мудрее в нынешней ситуации. Сначала как следует расслабиться в горячей воде, приведёт себя в порядок, возможно позавтракает и выпьет чашечку хорошего чая. И только после этого навестит того, кто заслужил эту боль. Даже если Лей будет против и страшно разозлиться… он не станет извиняться. Как тот стремиться его защитить и подарить жизнь, так и он сделает всё это ради него. После своего возмездия он предпримет всевозможные попытки достучаться до небожителя, если потребуется насильно вернёт того в своё же тело. Он не потерпит таких дорогих ему «подарков» в обмен на собственную жизнь и стремления. Чтобы из-за какого-то глупого Ворона и его слов лишать себя радостей существования? Да никогда! Он желал своего тела, но не такой ценой. Нежась в приятной воде демонёнок, попытался хотя бы понять поменялись ли они местами как это бывало раньше либо произошло нечто серьёзнее. Был ли Лей на его привычном месте подсознания либо же нет? К сожалению, никаких следов он не смог найти. Даже погрузившись в самые недра своего разума. Казалось, Лей исчез бесследно, но это было невозможно. Каким бы Хуа не был самостоятельной личностью он всё ещё был зависим от души и жизни самого Лея. Они не могли существовать по отдельности, по крайней мере сейчас, находясь в одном теле. Прекратив свои бесполезные попытки, он выдохнул. Вышел из воды, ступив на холодный мраморный пол, и пройдясь ладонями по волосам избавился от лишней влаги. Капли тут же заполнили пространство вокруг его тела, напоминая моросящий, преследующий только его, дождь, оставшийся странно бесстрастным к остальному миру. Разбитое зеркало в углу так и не было заменено, а осколки, когда-то упавшие на пол, всё ещё валялись там, нетронутые, запятнанные кровью небожителя. Подойдя поближе, демонёнок усмехнулся увиденному. Был ли это удачный ракурс или жестокая шутка судьбы…Однако, вглядываясь в отражение, Хуа видел, как отсутствующие куски стекла сформировали дыру в его теле, точно в том месте, где должно находиться сердце. — Символично. – взмахнув рукой он заставил валяющееся стекло собраться воедино и встать там где ему и было место. А коснувшись «окровавленного сердца» стёр все уродливые и засохшие пятная, восстановив идеальную картину чистого, никем не тронутого юношеского тела – Так-то лучше. Всё у нас будет хорошо. Ты слышишь? Он поплатиться. Накинув на себя тонкий, мягкий халат он вернулся в покои, где принялся обдумывать в пол голоса стоило ли рассказывать Ливею о произошедшем сейчас или чуть позже? Если он доложит об этом сразу, то Ворона ждало бы наказание суровее чем простое избиение, и это несомненно его бы порадовало. Но тогда он не смог бы выпустить пар и лично поучаствовать в этом подобии небесной кары. Но и не говорить совсем нельзя. Ведь если ему не удастся исправить положение, то у такой выдающейся личности как владыка это явно выйдет. А если и не выйдет он обязательно придумает что-то что могло бы помочь. Хуа не хотел сильно менять внешний облик Лея и выдать себя сразу же с порога, но всё же хотелось ошарашить Ворона некоторыми переменами в себе. Совсем незначительными, чтобы тот не сразу понял, что не так, не задавался вопросами и не ожидал подвоха. И тогда он сделает свой ход. Так, подкрасив глаза красным и сменив их цвет на привычный изумрудный, он самодовольно улыбнулся, причёсывая светлые волосы, оставленные свободно развеваться на ветру, ничем не скреплённые. Пусть глупец окажется ослеплённым его божественной красотой и знает, кого может потерять, если продолжит вести себя как последняя подзаборная псина. Из одежды он выбрал непривычный для Лея наряд, с совсем узкими рукавами, поверх которых надел серебренные узорные наручи. Увы любимые сапоги с твёрдой, толстой подошвой остались в чужом дворце. Но серьёзной проблемой это не стало, так как Лей имел стремление к накоплению вещей, которые не собирался носить, обуви не была исключением, поэтому та нашлась без проблем. Немного подумав, он всё же накинул сверху полупрозрачную, тонкую, как крыло бабочки, накидку.  На плечах которой крепилась металлическая пластина – изысканное украшение в виде молодой ползучей лозы, с тонкими переплетёнными между собой веточками из которых произрастали листья с чётко прорисованными прожилками, будто настоящие. Удлинённые и узкие, с острым кончиком, они тянулись от плеча во все свободные края оплетая ткань собой. Хоть светлые оттенки всё ещё преобладали, общий вид небожителя переменился на новый. Отправившись в путь, он не стал терять время на долгую дорогу, заклинанием оказавшись прямиком на тренировочную площадку дворца бога войны. Обнаружив хозяина, тренирующего подчинённых, он бесшумно подошёл и поднявшись на цыпочках прикрыл тому глаза ладонями, спрашивая без тени угрозы «угадай кто». Генерал не спешил отвечать, застыв словно статуя. Время тянулось, а долгожданные слова так и не прозвучали. Хуа опустил одну руку пройдясь острыми ногтями от щеки вниз по шее, где остановился, ненадолго надавив сильнее чтобы провести оттуда кровавую линию дальше. — Ну же, смелее отвечай. Кто? Вздрогнув, генерал попытался выбраться, обернуться и увидеть того, кто за ним, но был остановлен сильной хваткой за горло. Он не верил, что Лей мог так быстро сам явится к нему, да и тем более вести себя таким образом. — Не подглядывай. – голос всё ещё не нёс в себе угрозы оставаясь прежним. — Что ты делаешь? — Играю в милые отношения. – прошептал он уже более угрожающе, но совмещая с игривыми нотками – Что ещё, по-твоему, я делаю? Разве не ты сам это начал? — Что? О чём ты? – сумев освободиться и отстраниться, Вэньян взглянул в глаза своему гостю не поверив увиденному. – Л-Лей? Что произошло? — И ты ещё спрашиваешь? – встряхнув капли крови взмахом руки и ужесточив свой взгляд он сделал шаг вперед, стремясь быть не слишком далеко, но и не вплотную к Ворону. — Конечно спрашиваю, ведь ничего не понимаю! — Не понимает он. Как же. Освежить тебе память может? – подняв ладонь кверху он медленно сжал пальцы заставив тучи сгуститься и хлынуть молнией недалеко от ног бога войны успевший уклониться. – Ну как? В следующий раз полетит прямо в тебя. Я не стану жалеть тебя в этот раз, не после того, что было. — Что было? – непонимание сменилось тенью озарения в янтарных глазах и генерал уже не казался таким уверенным в себе – Ты о вчерашнем?..Что случилось с тобой после ухода…Я хотел пойти следом, но подумал тебе и правда нужно время побыть с собой… — О, дорогой. Я бы тоже хотел знать, что случилось, но увы не получил ответов, а только последствия. Теперь и ты получишь их сполна. — Ты не Лей ведь да? — Кто знает? Возможно, теперь я полноправный владелец этого тела. – окрасив зрачки в красный он хищно уставился на небожителя перед собой – Возможно Лей теперь никогда не вернётся. Всё из-за тебя. — Что?...Ты! Что ты сделал с ним!? — Я? А ты? Хуа больше не слушал. Его сердце сжалось от гнева и боли, и он бросился вперёд. С глухим грохотом небо вспыхнуло, и в следующий миг Хуа оказался рядом с Вороном, ударив его в грудь с такой силой, что тот отлетел назад, рухнув на колени. Земля под ногами затрещала, воздух задрожал от скопившейся энергии. Ворон поднялся медленно, вытирая кровь с губ, и усмехнулся: — Кажется ты давно ожидал такую возможность. Не думай, что я стану терпеть только потому, что люблю Лея. — Любишь? Любишь?! Кто? Ты? Отброс ты вот кто! Не достойный Лея! Ещё один удар пришёлся сбоку, заставив генерала отшатнуться, но уже следующую атаку он удачно перехватил, блокируя кулак Хуа. — Что с Леем? Я не верю, что он искренне захотел отдать тебе тело чтобы ты унижал меня тут. — Я не знаю! Ты заставил его усомниться в себе и он, надумав лишнего захотел исчезнуть и не причинять тебе больше боли. Теперь понятно?! Хуа шагнул вперёд, и с каждым его движением земля дрожала всё сильнее. Один за другим, он обрушивал на генерала серию ударов, точных, безжалостных и полные гнева: в лицо, в грудь, в живот. Вэньян пытался защищаться, устанавливать барьеры, но не успевал под чужим натиском. — Ты ранил его в самое сердце. Разбил его душу! – ещё один удар наполненный неудержимой божественной ци, и бог войны отлетел в сторону, сбивая с ног ошарашенных подчинённых. Они множество раз видели, как двое сражались, но никогда ещё не было настолько серьёзной драки. Должно быть на этот раз бог войны действительно сильно провинился. — Ты был готов к этому, был нежен, полон любви и страсти. А потом что? Разбил весь его мир в дребезги! – Хуа настиг его, схватил за горло, сбил с ног прижав к земле. – И теперь ты получишь всё сполна. За всё что было. Ворон рухнул на землю с глухим ударом, едва ли прийдя в себя после прошлой атаки, как оказался повержен. Хуа навис над ним, уткнувшись коленом в рёбра, глаза по новой вспыхнули багровым светом, а воздух вокруг заискрился от плохо контролируемой светлой бело-золотой ци. — Это за Лея. – кулак с яростью вонзился в лицо врага. – А это за всё остальное. – ещё удар и ещё. Резкий, оглушительный нёсший в себе множество чувств. Ворон дернулся, но не мог пошевелиться, будто его тело сковало невидимое давление. Как тогда в пещере. Божественная аура обрушилась на него всей своей мощью, беспощадно и безжалостно. Заставляя землю дрожать, а камни вокруг покрываться трещинами от напряжения. Даже дышать стало непосильно сложной задачей, ставшей острой необходимостью. Пространство вокруг словно замкнулось. — Почему... – прохрипел Ворон, пока кровь растекалась по его подбородку. – Как ты можешь быть таким сильным...? — Всё благодаря доброте Лея. И твоему идиотизму. Он дал мне возможность стать сильнее и снял ограничения на свои же силы. Которые к твоему сведению я контролирую довольно плохо. — Снял…ограничения? – выплюнув окровавленную слюну он держался за облик Лея как за спасительную верёвку, последнее что держало его в сознании– Странно…Ты похож на него, но что-то в тебе не то. Это тоже связано с его исчезновением? — Верно. – огладив окровавленное лицо он легонько постукивал по нему словно хваля за ум – Лей даже снял свой фальшивый облик, полностью вверяя мне контроль над телом. Вернувшись во дворец, он спрятался под одеялом и дрожал как маленький ребёнок. Знаешь о чём он думал? Приложив палец к открывшимся губам демонёнок, подал знак сохранить тишину. Не было желания по-настоящему слушать какие-либо доводы того сейчас. — В любом случае не угадаешь. Он почти молился исчезнуть и отдать свою бесполезную жизнь мне, ведь я заслуживаю счастья…Понимаешь?! Я заслуживаю счастья, а он нет?! Под конец голос сорвался на крик, а слёзы моментально скопились в уголках глаз, скатываясь по щекам вниз, становясь дождём на лице генерала. Хуа отчаянно наносил удары за ударами не прекращая говорить. Теперь то он выскажет всё. — Я никогда не прощу тебя. Ты самый мерзкий человек во всём мире! Я бы мог сразу сдать тебя Ливею, но, кулаки так и чесались, прося о встрече с твоим наглым лицом. Ты подумал, что в будущем он хотел объединиться со мной? Тогда бы его сущность стала бы полной, и он бы «ощущал необходимость близости из-за врождённой сущности, а не искреннее желание» …он не хотел ранить тебя этим. Понимаешь?! Даже после такого он всё ещё думал о тебе! О тебе! Кусок ты…!!    Хуа остановился на миг отдышаться. Его грудь тяжело вздымалась, а кулак всё ещё дрожал в воздухе. Его глаза пылали огнём, а вокруг без его на то ведома вырывался зловещий поток тёмной энергии, окрашивая воздух в багровые и чернильные оттенки. Его зрачки сузились. Из-за слёз, застилающих взор всё размывалось, даже ненавистное сейчас лицо Ворона. — Ты... не должен был трогать его вовсе раз не намеревался быть серьёзным до конца. – прорычал Хуа, и его голос уже не был прежним, в нём слышался искажённый, зловещий, тон, пробирающий до костей. Сквозь пальцы Хуа вспыхнул тёмный свет, в воздух взметнулись чёрные нити энергии, обвившие тело Ворона крепкими путами сковывая его. Сила, которую он приобрел благодаря двум дорогим ему людям не будет растрачена зря, а использована во благо для отмщения. — Полюбуйся, что ты натворил. – прошептал Хуа, сжав кулак. – И запомни хорошенько. Если Лей не вернётся я обещаю, что простым избиением ты не отделаешь. Я уж позабочусь. Он замахнулся, собираясь нанести финальный удар, как в этот миг пронёсся оглушительный порыв ветра сметая за собой всё. Тёмную бушующую ци. Заклятие пространства. Оковы генерала. Даже двоих богов унесло со своих мест оставив за ними только разрушения после битвы. Застигнутый врасплох демонёнок так и застыл неподвижно пока ветер не рассеялся, явив ему серые каменные стены. Сырость, витавшая в помещение и спёртый воздух указывали на подвальное помещение. Таких в столице было мало, а точнее только под главным дворцом повелителя ветров, где обычно держали заключённых и провинившихся богов. В этом месте все остальные силы подавлялись, уступая величию небесного императора. Сколько бы находящиеся тут не использовали свои умения извне никто бы не смог их учуять и опознать. А значит и помочь тоже. Хуа бывал здесь всего пару раз и то очень давно. Обычно тут везде горел свет, а сейчас была непроглядная пугающая тьма. — И так, что случилось такого что ты решил подставить под удар Лея на всю столицу распространяя свою демоническую ауру? Раздался строгий лишённый эмоций голос откуда-то из темноты помещения. Слова разбивались о холодные стены, отдаваясь пронзительным звонов в ушах слушателей. Хуа пробрало в дрожь, почти животный, истинный, страх охватил его целиком. Сидя сверху на генерале, он ухватился за одежды того не смотря на недавние распри будто ища защиты. — Я, кажется, задал вопрос. Боясь поднимать голову, он вцепился ещё сильнее в чёрную ткань, не находя в себе силы ответить будто и правда был преступником совершивший не простительное. Нечто в голосе владыки словно подавляло его, не давая мыслить трезво и вести себя спокойно. Ему ведь нечего скрывать, он не сошёл сума захватив тело и решив избить бога ради своей прихоти. Но несмотря на это из-за необъяснимого страха не мог связать и слова. — Генерал Цзян, может вы мне ответите, за что вас так? — Открыл рот, когда стоило промолчать… — И всё? Не похоже, чтобы за обычные слова вас так избили. Что случилось? — Я… приревновал Лея и сказал нечто обидное ему. По тому как свободно мог говорить небожитель, Хуа предположил, что чудовищное давление ощущает исключительно он один. Что было несправедливо так как не он был виновником. — Любопытно. Продолжай. — У Лея было хорошее настроение и так вышло что хотели сблизиться… но он был нетерпеливым, потом я понял, что он под демоническим влиянием и сказал, что не хочу этого, когда ну… не искренне желает этого, а просто потому, что необходимость сущности. Хуа ощутил, как вязкий страх, сковывающий его тело отступает, он наконец то может вдохнуть полной грудью и унять дрожь, поднять голову и увидеть горящие во тьме медные глаза в другом углу комнаты. — И как всё дошло до того, что имеем сейчас? — Я не знаю! Он ворвался ко мне во дворец сегодня и начал избивать! — Так тебе и надо! – не различия толком очертания Хуа замахнулся и попал точно в цель – лицо Ворона. — Прекратили! — Но Ливей! Из-за него я не могу связаться с Леем, я проснулся в его теле после мыслей о том, что он хочет исчезнуть и отдать тело мне. И это всё из-за него, этого кретина! — Не понимаю. — Да что сложного? Ворон отказал Лею в близости из-за того, что я переспал с Хуэем и теперь желание Лея не может считаться искренним, а навеянным демоническим влиянием. Лей надумал себе лишнего и сбежал. Унижался и извинялся ещё перед этим будто и правда виноват в смертельном грехе. — Ты переспал с Хуэем? Для этого он заменил Циана что ли? — Нет конечно! Не знаю… Твои проблемы в общем. Ты что правда думал, что после всего сможешь просто делать вид что ничего не было? — Я подумал вы просто поговорили и провели время вместе, с вами ведь была Шанье. — Девочка смышлёной оказалась. Она даже спросила Лея спал ли он с тем, кто ему нравится. А когда сказал, что настроения не было, она удивилась что для этого нужно ещё и какое-то особое настроение. Возможно поэтому ещё он захотел перейти к делу и не терять время. А кое-кто всё испортил. Да? —  Но почему ты не пришёл ко мне с проблемой? Захотелось самому побить генерала, хорошо, допустим. Но обязательно для этого использовать демоническую ци и привлекать к себе внимания? — Я ведь отделил пространство, не должно было просочиться наружу. — Для того, кто управляет пространством это не преграда. Всё нужное ему он уже получил. — Вы правы. Теперь, когда я получил все необходимые сведения ничто меня не остановит. – раздался зловещий и глухой голос, будто эхом прокатившийся по стенам. Он раздавался одновременно отовсюду и ниоткуда – Даже эта темница не встанет у меня на пути. Ведь как никак и я стоял у её основания. Из темноты позади демонёнка образовалась чернильно-черная дыра с оборванными очертаниями, а из центра высунулась пара рук в длинных закрывающих пальцы перчатках с инкрустированными драгоценными камнями сверху. Они ловко обхватили тонкую талию одной рукой притянув к себе, а другой без промедления всадил в спину обломанный клинок на длинной серо-красной рукояти оставшейся, впрочем, незаметной из-за ракурса. Всё произошло слишком быстро. Настолько быстро что, когда владыка собрался предотвратить неминуемое след врага уже простыл. А вместе с ним и демон в теле небожителя. Даже капли крови, сорвавшиеся с его губ, не успели окропить одежды генерала утонув в закрывшемся пространственном проходе. Хуа даже не успел заметить ошарашенное лицо Вэньяна, его протянувшуюся руку почти схватившая его, но опоздавшая на мизерные секунды. Не услышал так же выкрика Ливея сорвавшегося с места ради его спасения, но схвативший лишь воздух руками. Как так могло статься что враг подстерегал их так близко, а они и не заметили этого? Неужели они недооценили его мощь за что и поплатились? Когда же портал выплюнул Хуа он понял, что оказался на окраине столицы, там, где редко ступает нога бога. Рядом с энергетическими столбами поддерживающие массивные сооружения в воздухе не давая обрушиться прямиком на человеческую столицу и устроить массовые гибели среди смертных. В эти места обычно никто не заглядывал по причине того, что они считались техническими, где нечего делать посторонним кроме отвечающих за охрану и снабжение. — Не волнуйся, у владыки не будет времени искать тебя. Если уж он добр ко всем одинаково и по-настоящему ценит людские жизни, то не допустит чтобы зря пролилась кровь. — Что?... – вытерев противно стекающую по подбородку кровь он попытался подняться, но был остановлен и сдавлен ногой, наступившей ему на спину. — Подожди и увидишь. Предвкушающий веселье смех коснулся уха демонёнка, а следом показались и пальцы, обтянутые тканью приподнявшие его голову заведя назад заставляя смотреть верх не с самого удобного ракурса. Подобный обзор должен был ощущаться унизительным. Растоптать в пыль всю гордость и достоинство. Однако демонёнку не было до этого дела. Его больше волновали слова бога. — Что ты задумал? Неужели всё это ради небесного переворота?... Но зачем и причём тут я? — Это не твоего ума дела уже. Позаботился лучше о себе, только посмотри в каком ты состоянии грязный демон. Будто для увиливания эффекта своих слов он подтолкнул оружие заставляя войти ещё глубже в тело. — Почему я тебе так ненавистен? – выдал из себя Хуа перетерпев накатившую волну боли. — Ну как тебе сказать. – дразнящее произнёс он, вытягивая слова играясь – Есть причина. Но к чему она тебе? — Ну как к чему? И ты даже не похвастаешься после стольких лет вынашивания коварного замысла? Должно быть чтобы привести его в действие ты потратил много усилий. По твоей же вине Ю Фэн предал меня будучи самым верным подчинённым. Обманул, использовал и устранил бы в случае чего. Не так ли? —Конечно. Зачем мне чужие преданные пёсики? Да и ты растил его как собственного сына, привязался, как я мог лишиться радости расправится с дорогим тебе человеком? Жаль ты сам с ним разделался, но так даже лучше. Какого было убивать собственными руками своего воспитанника? Мне то не понять это чувство. Наверное, после долго плакался на груди генерала Цзян, не так ли? Стоит ли мне и с ним расправиться если прийдет мстить за тебя или пощадить? Он всё-таки очаровался демоническим ублюдком, его можно понять. Злорадствуя, небожитель с силой откинул от себя демонёнка сохраняя терпение чтобы окончательно не растоптать в пыль. — Ну раз уж ты упал к моим ногам, умоляя рассказать свой путь, я поведаю. Так уж и быть, в память о нашей былой дружбе и о том, что я всё-таки был твоим наставником обучившем тебя многому, включая и управление пространством. Именно так я смог уследить за тобой. Да. Приподняв голову лежащего в ногах бога своим сапогом, он с омерзением взглянул в эти ярко красные глаза, даже сейчас будто смотрящие на него свысока. — Но прежде я спрошу, как тебе своё место? Достойно ли вашего статуса наследника четвёртого региона демонов? Ты с отцом настолько похожи, и как я только сразу не заметил. — Что у тебя с моим отцом? Хуа не горел желание быть побитым, когда и так оказался в роли ножен для обрубка меча. Все силы он бросал на регенерацию и защиту от воздействия оружия. Что именно оно должно было с ним сделать он не мог знать, но зная Хуай Шеня догадывался что тот явно добыл особую вещицу. — Не всё сразу. Убрав обувь, он насладился как лицо бога, ставшего демоном, резко столкнулось с землёй и довольный собой рассмеялся. — Конечно всем сокровенным я привык делиться только с матушкой, которая увы уже не рядом со мной. А я её любил и делал всё для её блага. Даже нанялся работать в дом богачей, добился расположения и заключил брак с дочерью семейства. – устав от вида не сопротивляющегося бога он схватил того за горло подняв на уровень своих глаз, подумав, что сейчас должно стать повеселее продолжил – Всё чтобы матушка не печалилась одна дома в нищете. Образцовый сын, не правда ли? Ах, ты ведь так и не успел понять, что это такое. Женщина, родившая тебя, вскоре возненавидела своего сына и не подарила нужное воспитание. А знаешь почему? Это всё карма. Вина твоего отца которую вы, все включая твою сестрицу должны были искупить. А у меня всё было хорошо, она нянчила моих детей, своих внуков. Любила их так же, как и меня. – усилив захват повелитель врат стал душить демона багровея лицом – Но что толку то если не смогла более найти своего счастья? Я ещё помню её счастливое сияющее лицо! Она думала, что смогла найти того, кто станет мне отцом, опорой и поддержкой… но увы. — И к чему весь этот рассказ? – царапая дорогую ткань и натыкаясь на камни ногтями Хуа пытался ослабить захват и вдохнуть свежего воздуха – Что там с Ливеем и столицей? — К тому, что я был глупцом не видящий истины. А как узрел понял, что нужно сделать. Тогда я начал строить свой план.  – сделав пару шагов вперёд он остановился у пропасти – Было весело отбирать всё как это сделали со мной, а в особенности с моей матушкой. Даже не оставили ни единого счастливого воспоминания, всё уничтожили без следа. С того дня огонь жизни в её глазах больше не зажигался. А с этого навсегда погаснет и в твоих. Заведя руку за спину Хуай Шень в последний раз, прикоснулся к почерневшей рукояти. Жест его был нежным, а лицо наполненным заботой и любовью словно к родному человеку. Затем без колебаний и не изменившись внешне он протолкнул лезвие глубже, да так что-то с влажным хлюпом прорвало грудную клетку и вышло, с другой стороны, истекая кровью глубокого красного цвета.    Ярко красные демонические глаза в этот момент и правда потускнели словно теряя последние искры жизни становясь почти прозрачными. За их пеленой слабо проглядывался изумрудный зелёный. Хуай Шень запрокинул голову рассмеявшись, не обратив на это внимания: громко, торжествующе, безумно. Смех разнёсся по округу как раскат грома над мирно спящими домами, оставляя за собой звенящую тишину. Разжав пальцы, он выбросил безвольное тельце бога бедствий в образовавшийся портал вглубь пропасти и сняв перчатки сжег их в пламени на ладони оттряхнув руки с брезгливостью будто от скверны. — Даже если ты каким-то чудом выживешь – произнёс он, уже тише, с тенью усмешки в голосе – оттуда тебе не сбежать.