Скульптор

      Не успело солнце встать над заспанным Луисвиллем, а в штабе ФБР уже кипела жизнь. Шеф криминалистики выступал перед своими подчинёнными в главном зале офиса.       — Дамы и господа! Нам, наконец, улыбнулась удача и упустить её мы не смеем. Сейчас, ровно в шесть утра, мы проведём операцию по поимке «Скульптора» и ваша задача следить за тем, чтобы все прошло без сучка, без задоринки. Мы не имеем права ни на малейшую оплошность. Поэтому следуем согласно инструкции, своевольство возбраняется и даже в последствии наказуемо, — строгий взгляд ненадолго задержался на задумчивом брюнете, давая тому понять, что эти слова предназначались ему. — Возглавлять операцию будет Чон Син. Патрульные машины перекроют дорогу на Ривер-роуд. С остальным ознакомьтесь в рапорте. Вопросы есть?!       Окинув всех собравшихся выжидающим взглядом, шеф было хотел удалиться, но смуглая рука, поднятая с краю толпы, заставила того тяжело вздохнуть.       — Да, Алан, что ты хотел спросить?       Алан Эванс, подперевший собой чей-то рабочий стол, перед тем как задать вопрос, постарался мысленно расслабиться и взять нахлынувшие эмоции под контроль.       — Почему моё дело передали агенту Чону? Я его вёл с самого начала и я его должен закончить, — начатые тихие слова сами собой приобрели жёсткость. Как бы Алан не скрывал своего недовольства, рычащие нотки все-таки проскочили в голосе, заставляя некоторых агентов недоверчиво оглядываться, а упомянутого агента Чона устало закатить карие глаза.       — В запасном наряде ты будешь более полезен. Нет смысла тебя отправлять на передовую. Ты прекрасно поработал и заслуживаешь отдых.       — Но, Грег, я не согласен с этим! Я должен его закончить! — срываясь, злобно выговорил детектив. Его тело начинало потряхивать, а голос подводил, делаясь глухим и низким. Привычной отстраненностью теперь и не пахло. А всё его поведение говорило о том, что он находится на грани нервного срыва.       — Алан, я понимаю твоё недовольство, но я не могу оставить мистера Дио без присмотра, — стараясь сделать голос более мягким, Грег предпринял попытку успокоить взбунтовавшего подчинённого, словно тот был нерадивым дитём, который начал капризничать у полки с игрушками. Но это не возымело эффекта. Копившиеся месяцами стресс и негатив перелили через край глубокого сосуда, коим являлось терпение детектива.       — К черту Роберто! Я не для того задницу рвал, чтобы в последний момент меня высадили за борт, — поддавшись агрессии, Алан ударил кулаком об стол, опрокидывая стаканчик с шариковыми ручками.       По залу послышалось негодующие перешептывания, которые доносились до детектива и шефа не лестными высказываниями в сторону Алана. Один из не многочисленных друзей Эванса Стюарт, закусив губу, оглядывался волком на собравшихся людей. Он как ни кто другой знал, каково это, когда твоё дело отдают другому и все причитающиеся лавры в том числе. Ужасно не справедливо.       — Агент Эванс, не кипятись ты так, ты как ни кто другой заслуживаешь закончить это дело, но таких неожиданных обстоятельств, как появление посторонних, никто не мог предугадать… — сложив крепкие руки на широкой груди, агент Чон повторил трюк Грега, опасаясь эмоциональной нестабильности сослуживца.       Не высокая, но крепкая фигура старшего агента выделялась из толпы других работников, но не физически. Чон Син притягивал людей своей необычной аурой. Как бы сказал Стюарт Робинсон, его холодное спокойствие, чуткое внимание и благородство располагали людей на контакт. А так же и преступников. И именно поэтому он занимал в их отделе главную роль дознавателя.       — Катись к черту, Чон! — выброшенные слова детективом, заставили желтоватосмуглое лицо агента перекоситься. Как бы не был Алан невыносим, а порой слишком груб, Чон Син и по совместительству один из старших агентов, уважал работу и большой вклад детектива. Но все же придерживался нейтралитета, не переходя ни на сторону Алана, ни к его завистникам.       — Это мой приказ! Изменения не обговариваются, — не желая наблюдать за перепалкой подчинённых, Грег поставил жирную точку в их споре. — Агент Эванс, с минуты на минуту должен объявиться осведомитель. Подготовьтесь к его прибытию и проведите инструктаж. И ещё раз всем напоминаю и тебе, Алан, в том числе, соблюдайте субординацию! Мы серьёзная организация, а не детский сад!       Неодобрительно фыркнув на правдивые, но неприятные слова Грега Харриса, детектив сдался, понимая, что если продолжит дальше спорить с начальством, то это ни к чему хорошему не приведёт. А разрастающийся стыд вязкой неприятной массой заполнял грудную клетку, заставляя детектива признать, что повышать голос на Чона было немного лишним.       — Всё за работу! У нас не так много времени. Живо, живо! — выводя подчинённых из ступора, шеф начал хлопать мясистыми ладошками призывая всех к работе.       Не в силах оторвать налившееся тело свинцом от столика, детектив продолжал тихо стоять, сверля носки кожаных ботинок. Подошедший к нему Стюарт вынудил обратить внимание на себя.       — Ты как? — примостившись рядом, поинтересовался блондин.       — Средней паршивости… Я даже и не знаю кого больше ненавидеть, Грега или итальяшку, — в конце нервно усмехнувшись, прошипел Алан.       — Забей, если бы не ты, то хрен бы у них что-либо получилось. А если ты уйдёшь, то все точно пойдёт коту под хвост, — отшутился парень, подбодрив детектива дружеским толчком в плечо.       Облегчённый выдох на своеобразную поддержку друга заставил просиять блондина.       — Тебя куда определили? — буркнул под нос детектив, отклеевшись от стола.       — Я в группе А, буду вместе с Чоном штурмовать дом. Группа Б оцепит весь периметр, — озираясь на суматоху, которая творилось в офисе, Стюарт продолжал непринуждённо говорить, — кстати, а мистер Дио, когда прибудет?       — Он мне отправил смс, что присоединиться чуть позже, у него какие-то срочные дела в галерее.       — Оу-у, вы уже дошли до той стадии, что переписываетесь…? — ухмыльнувшись, поддел Стюарт.       — Закройся, Стьюи. Я сам не в восторге от того, что у него есть мой номер.       — Шеф дал?       Зацепившись за задумчивый взгляд собеседника, парень подметил, что Алан сейчас находится в пограничном состоянии.       — В том то и проблема, что нет… Прилип, как жвачка. Чувствую, что он подпортит мне нервы. Мало того, что у меня дел по горло и под моей ответственностью новичок, так ещё и с итальяшкой нянчиться. Да и беспокоит он меня, что-то есть в нем такое… — не дали Алану закончить мысль пара карих глаз, которые пристально следили за двумя разленившимися сотрудниками. Не желая выслушивать в дальнейшем претензии Чона, Алан Эванс отложил разговор с другом на потом, обещая поддерживать связь во время операции.       Вернувшись к своему месту, детектив натянул на торс бронежилет, туго затягивая его под рёбрами. А сверху тонкую ветровку с шевроном ФБР на спине и груди. Закончил свои сборы он застегнул на бёдрах портупей, вкладывая хорошо легший в руку чёрный матовый пистолет Смит-Вессон 45 калибра.       Цепляясь взглядом за лежащий на столике телефон, агент Эванс подобрал его, всматриваясь в диалоговое окно. Пробежавшись по строчкам сообщения, детектив иронично цикнул, засовывая сотовый в карманах чёрных брюк. На быстро погасшем экране было написано следующее: «Доброе утро, Алан, я немного припозднюсь из-за работы, поэтому сразу поеду к дому Форда. До встречи, мой дорогой детектив!»       Когда все сборы и подготовка были закончены настал долгожданный момент. Время близилось к шести утра, а дорога была не самая близкая. До дома подозреваемого добираться минут двадцать, но это в служебной машине, а агент Эванс планировал поехать на своей. Ему как никогда требовалось уединение, чтобы собраться с мыслями и подумать о дальнейших действиях.       Отчитавшись перед Чон Сином и получив его одобрение, детектив запрыгнул в темно-синий мерседес, попутно поворачивая ключ зажигания и включая радио. Давая прогреться машине, Алан вытащил из бардачка тот самый белый конверт, который оставил Дио под дворником.       Ещё утром мужчина, встав пораньше, забрал с парковки машину. И как же он был удивлён, когда обнаружил нетронутый конверт на лобовом стекле. Агент был уверен, что не найдёт его из-за ночных гуляк, возвращающихся с попойки, ну или же самого итальянца. Сомневаться в том, что Дио мог так поступить, Алану не приходилось. Эксцентричный мужчина не терял возможности всякий раз поддеть эмпата, и это Алану совсем не нравилось.       Стараясь не повредить содержимое конверта, Эванс аккуратно вскрыл бумагу по краю, вытряхивая на колени лежащее внутри нечто. Банковские купюры номиналом в 10, 20 и даже 50 долларов высыпались из бумаги.       — Что за хрень?! — слова сами слетели с пересохших губ. Быстро собрав и подсчитав купюры, Алан подавившись воздухом возмущенно выдавил из себя:       — Двести пятьдесят долларов!       Схватив конверт, детектив начал его крутить, надеясь найти послание от Дио. И он его нашёл. Внутри, аккуратным мелким почерком были выведены закручивающиеся буквы, что сливались в следующее послание:       — «По правилу этикета я не мог позволить тебе платить за себя и поэтому возвращаю в трёхкратном размере. С тебя ужин. С любовью, твой Роберто!»       Вчитываясь ещё раз в строки на бумаге, серые дымные глаза детектива покрылись тёмным налётом злости. Смяв конверт, мужчина дерганными движениями запихнул его в бардачок вместе с деньгами. Но вовремя прояснившийся разум, не позволил Алану достать обратно купюры и разорвать их в клочья. В должниках детектив не любил ходить, а ещё одну трапезу, как он сам думал, точно не сможет спокойно перенести. Поэтому единственным разумным вариантом было вернуть деньги.       Устало опрокинувшись на кресло, мужчина по инерции поддался вперёд, выбивая из груди гортанный звук:       — Г-гребанный итальяшка, как же я хочу запихнуть эти деньги тебе так глубоко в за… — угроза Алана была прервана помехами в рации и резкими неприятными слуху словами.       — Агент Эванс, группа А и Б выдвинулись, не задерживайтесь и держитесь рядом с машинами группы С.       Взяв рацию, Алан оповестил человека на другом конце линии, что готов выдвигаться. Механический голос агента Чона слегка отрезвил голову, заставив Алана опомниться и вжимая педаль газа в пол, рвануть с места.       Пока ФБР направлялись к дому подозреваемого, высокий мужчина одетый в клетчатый графитовый костюм, поверх которого было тёмное пальто, вальяжно вышел из такси параллельно захлопывая за собой желтую дверцу.       Неспешно пересекая улицу, итальянец насвистывал весёлую колумбийскую мелодию, пристукивая в такт ей каблуками. Прокрутившись на пятках, он повернулся корпусом к небольшому кремовому домику. Задорный мотивчик слетающий с мягких поблескивающих губ, от недавно скользнувшего по ним языка, остановился вместе с человеком.       На скуластом лице, словно по воле прозрачных нитей, растянулась устрашающая улыбка, а игривый взгляд мужчины пробежался по участку. Быстро добравшись до крыльца и преодолев лестницу, Роберто прошёлся рукой в перчатке по залаченным волосам, поправляя длинные пряди. А после, не долго думая, постучался. Ждать ответа долго не пришлось, дверь отворилась и от туда высунулся хозяин дома. Внешность его была неприметна. Не сильно молод, не сильно стар, но в запутанных волосах уже поблескивала седина. Смуглая кожа в некоторых местах была поражена мимическими морщинками, длинный крючковатый нос и тонкие, как ниточка, губы. В бесцветных серых глазах промелькнула радость.       — Мистер Дио, входите, я вас как раз ждал! — уступая место, мужчина отошёл в сторону, впуская Скульптора в дом.       — Здравствуй, мой дорогой Андреа, как твои дела? — снисходительно поинтересовался Роберто, проникнув в гостиную комнату и сразу же опрокинувшись в предложенное кресло.       — Всё прекрасно, дела делаются, живу спокойно и тихо. А вы как сами? Чаю не хотите? — наклонившись ближе к собеседнику проявил гостеприимство мужчина.       — Прекраснее и быть не может! Буду признателен, — учтиво улыбнувшись, Дио принялся наблюдать за засуетившимся хозяином дома. — Кстати, спасибо, что согласился на столь раннюю встречу.       — Что вы, мистер Дио, я всегда рад вас видеть, — задержав паузу, будто собираясь с мыслями, Андреа продолжил. — Но я озадачен… Вы без картины, а значит пришли не как обычно по делу, тогда зачем?       Заканчивая фразу, мужчина удалился на кухню, принявшись греметь кружками и заваривать чай гостю и себе.       Не желая перекрикивать свист чайника, Роберто дождался возвращения собеседника, а после продолжил:       — У меня к тебе небольшая просьба, можешь её выполнить? — приняв чашку горячего чая, итальянец сделал небольшой глоток, пробуя напиток на вкус. Не поменявшись в лице, брюнет отставил фарфоровую чашку на кофейный столик.       — Конечно! Вы столько для меня сделали. Если бы не вы, я бы сейчас был в очень затруднительном положении. Всё благодаря вашим картинам и поддержке. Я добро не забываю, поэтому помогу с чем смогу… — неловко тараторил Андреа, закончив монолог нервным смехом. Голос его подрагивал, а лицо наливалось малиновыми пятнами. Слова, что он говорил от всего сердца, смущали.       — Андреа, брось! Ты прекрасный фотограф и мой верный коллега, и этого достаточно. А насчёт картин, то это моя инициатива, я тебя просто использую и это чистая правда, — бросив короткий, но холодный взгляд, Скульптор тут же мило улыбнулся.       — Тогда по вашей логике мы друг друга используем, — тихо, но слышимо проговорил Андреа, улыбнувшись в ответ.       — Так и есть, — довольно кивнул в ответ Роберто.       — Я вас никогда не спрашивал, но у меня часто возникает этот вопрос: почему вы сами не издаете некоторые свои картины?       Спрятав лукавую улыбку за чашкой чая, Роберто взял тайм-аут, чтобы подобрать наиболее расплывчатый, но верный ответ.       — Они не подходят под мой стиль, но все же я их пишу. И желание поделиться с миром моими творениями очень огромное. На столько огромное, что я был готов тайно их выпускать в свет. Поэтому я и решил, что лучшим вариантом будет выставлять их в лице другого человека, и им стал ты, Андреа, ты идеально подходил для этого… — наблюдая за реакцией мужчины, Скульптор подметил, что тот очень спокоен и как никогда внимательно слушает. — Я тот ещё эгоист.       — Бросьте, для меня вы хороший человек. Как я и сказал раньше, вы меня выручили, так что можете меня просить о чем хотите.       Мужчина смотрел на изящного гостя, который вообще не вписывался в общий интерьер и даже смотрелся комично, с теплотой и благоговением.       Не давая хозяину дома опомниться, Роберто встал с гостевого диванчика и в пару быстрых шагов, сократил между ними расстояние. Андрея, разомкнувший губы, хотел было задать напрашивающийся вопрос, но его перебил мягкий бархатистый голос, раздавшийся над самым ухом:       — Беги…       Ошарашенный мужчина, неловко повернулся к Скульптору, лицо которого было не позволительной близко, и поймал на себе пристальный не мигающий взгляд.       — П-повторите, что вы сказали…?       — Я сказал, что тебе надо бежать.       — Что? Почему? — чувствуя себя очень странно и неловко, Андреа вжался в кресло, стараясь увеличить расстояние между ним и нависающим жутковатым человеком. Такого поведения от своего духовного героя, он не ожидал и был просто напросто сбит с толку.       — Ehm… che incomprensibile (какой непонятливый). Очень скоро к тебе придут плохие парни с большими пушками и настроены они враждебно. Хоть они и назвались коллекторами, но выглядили, как обычные бандиты. У меня нет времени тебе объяснять откуда мне все это известно. Обещаю, что расскажу все потом. Вот то место, куда тебе надо ехать, там тебе помогут, — всунув в вспотевшие руки листок бумаги, Дио отстранился.       Сравнение ФБР с коллекторами было для итальянца до смешного правильным. Андреа, влезший в громадные долги, уже не однократно встречался с этими хамоватыми ребятами. И это сыграло важную роль для Роберто в выборе марионетки. Ему нужен был человек, который бы не раздумывая схватился за его руку. И хоть «помощь» Роберто позволила сохранить недвижимость Андреа, но, как Скульптор и рассчитывал, он раз за разом влазил в очередные. И имел он дело далеко не с самыми мирными ребятками, которые ограничивались только в угрозах. Поэтому Дио даже и не сомневался, что его коллега проглотит и эту наживку. Но ответной реакции так и не последовало. Тот словно окаменел и лишь удивлённо хлопал ресницами.       Раздражённо цыкнув, художник схватил того за груди и встряхнул так, что у Андреа очки слетели с носа.       — Я пытаюсь тебе помочь, поэтому сделай так как я прошу. Ты выполнишь мою просьбу?       Быстро закачав головой словно болванчик, мужчина спохватился торопливо рыскать по дому в поисках сумки.       Пробежавшись по гостиной пристальным взглядом, Роберто наткнулся на оставленный сотовый и незаметно взял того в руку. Отсутствие пароля не воспрепятстовало зайти в контакты и в пару нажатий безвозвратно стереть свои контакты и совершенные звонки за все время. Громкие шаги, отдающиеся вибрацией по полу первого этажа, приближались с кухни в зал. Оторвавшись от чужого сотового, итальянец вытянул с грудного кормашка платок. Переложив в него телефон, он прошёлся по кнопкам и корпусу тканью. После чего вернул обратно, а взамен взял чашку подостывшего чая.       — С минуты на минуту они могут появиться поэтому поторопись.       Андреа, до этого торопливо скидывающий в дорожную сумку все необходимые документы, карточки и важные бумаги, остановился. Спокойствие гостя породило множество вопросов в голове.       — Мистер Дио, а откуда вам вообще это известно?! Это точно не глупая шутка? Откуда вам вообще об этом известно? Кто они и почему идут за мной? Я не понимаю! — Андреа чувствовал, что на него накатывает волна истерии, но поделать ничего не мог.       — Успокойся, Андреа, дыши… Да вот так. Вдох… Выдох… — под тихий мелодичный голос, мужчина почувствовал, что сжимающие горло паника и страх отпускают, и он может спокойно делать вздох не заливаясь при этом кашлем.       — Я серьёзен, как никогда раньше. Твои увлечения азартными играми не доведут тебя до добра, Андреа. У нас мало временем, мне некогда тебе все объяснять. Но я думаю ты и сам догадываешься, кто это…       Андрея тут же схватиться за ложную догадку, восприняв ее за чистую монету.       Зеленые сощуренные глаза подолгу прятались за чёрными прямыми ресницами, и снова появлялись, продолжая и дальше невозмутимо наблюдать за бледнеющим с каждой секундой человеком, что добровольно проглотил наживку.       В очередной раз надетая маска дружелюбия настолько срослась с Роберто, что стала чуть ли не его второй кожей. Дио пресытился эмоциями и чувствами человека напротив. Он больше не испытывал той обычной эйфории, которую получал раньше, не чувствовал воодушевления и желания родить на свет рвущееся из недр души на холст трепещущиеся фигуры. Было ли дело в том, что Андреа больше не вдохновлял его или же в том, что он хочет других эмоций и совершенно от другого человека, притаившегося в узких коридорах памяти и под чёрным бездонным сердцем, Дио не знал. Но эта мысль тревожной птицей забилась в груди художника. Но долго метаться ей не позволили. Всепоглощающая тьма пожрала её, оставляя лишь тихое эхо щебета.       Метнув светло-зелёные глаза на наручные часы, итальянец сощурился, всматриваясь в стрелки. Времени уже не было. Все дороги ведущие на Ривер-роуд были перекрыты, а ФБР должны были вот-вот явиться. Кивнув своим мыслям, Роберто, поставил протертую чашку на стол и встал с кресла, чем привлёк внимание суетившегося мужчины.       — Вынужден откланяться. Иначе у меня тоже могут возникнуть проблемы. Всего хорошего вам, Андреа Форд. Как только вы доберётесь до места назначения, наберите меня, — не дожидаясь ответа, итальянец вышел в коридор. Но тут же, остановившись, повернулся к беглецу, который словно на привязи последовал за ним.       — Ох, чуть не забыл! Это вам, небольшой подарочек, — вытащив из карманах пальто и вложив в трясущиеся руки замотанные в несколько слоев бумаги свёрток, Дио заговорчески ухмыльнулся. — Откройте, когда будете в безопасности. Arrivederci (Пока)!       — Хорошо, мистер Дио, храни вас Господь! — заволоченные беспокойством серые глаза смотрели с нескрываемым признанием и благоговением на удаляющуюся спину в облегающем клетчатом пиджаке.       Вернувшись к экстренным сборам, Андреа бросил туда же в сумку легкий прощальный подарок заваливая его одеждой.       Тем временем основная группа ФБР уже подъезжала к главной дороге. Проезжая блокаду офицеров полиции, детектив старался догнать бронетранспортер с командой его подразделения. Выворачивая на сокращенный путь, через небольшую петляющую улочку в спальном районе, Алан на периферии зрения зацепился за красное спортивное авто. Оно выделялось на фоне других машин. Но не придав этому никакое значение, Алан прибавил газу, лишь отметив про себя, как ярко и гордо она смотрелась. Наверное, как и сам хозяин.       Не прошло и пяти минут, как детектив выехал на Ривер-роуд, останавливая машину чуть поодаль от дома Андреа Форда, рядом с другими служебным автомобилями, где их не было видно с участка.       Покинув салон, брюнет неспешным шагом направился к шефу. Он вместе с двумя другими агентами из резервной группы С наблюдали за ходом операции. На появление детектива Грег только одобрительно кивнул, давая в свою очередь тому свободу для анализа. Группа А из четырёх человек во главе с Чоном тихо и скрытно пробралась к зданию и, заняв оборонительные позиции, принялась ждать приказа. Тем временем агенты группы Б перекрыли все возможные входы и выходы.       Оторвавшись от штурмовиков, где был и Стюарт, Алан пробежался взглядом по соседним домам. Но тут его внимание привлек тихий гул мотора. Красный спорткар плавно припарковался рядом с машиной детектива. На неожиданно появившегося гостя отреагировали все, кто был в его поле зрения.       Еле слышимый стук каблуков об асфальт отдавался нервным импульсами в голове у Алана, заставляя того задуматься, что человек направляющийся к нему выглядит не то что не к месту, а инородным телом, которое невероятным образом попало в организм ФБР и только с одному ему известной целью. Опомнившись, что слишком долго рассматривает запоздавшего гостя, Алан торопливо перевёл взгляд со статной высокой фигуры в кашемировом тёмном пальто на смуглое лицо. Словно выточенная из камня лёгкая полуулыбка притягивала к себе внимание. Но приподняв глаза, эмпат наткнулся на два зелёных горящих огня. Он мог поклясться, что на дне изумрудных глаз таилось безумство. И оно неотрывно следило за ним. Нахлынувшая тревога ушла, стоило детективу сморгнуть наваждения. А беззастенчивое разглядывание приближающегося мужчины не осталось не замеченным. И теперь, так же нахально за ним наблюдал итальянец с лёгким, но хитрым прищюром, обещающим кучу неприятностей. Не желая играть в гляделки, Эванс отвел взгляд.       Громкий стук каблуков, притихший где-то поблизости, дал Алану понять, что его главная головная боль явилась.       — Доброго утра всем, — поровнявшись рядом с агентами и шефом, Дио протянул руку, крепко пожимая ладонь Грега, — Мистер Грег Харрис, очень вам благодарен, что вы разрешили принять участие в расследование. Для меня это много значит, и если вдруг вам и вашим людям что-то понадобится, то обращайтесь. Помогу чем смогу.       Поздоровавшись в ответ, глава криминального отдела, тронутый словами итальянца, позволил мягкой улыбке упасть бледным светом на резкие и строгие черты лица. А крепкое рукопожатие гостя благосклонно отразилось на настроении шефа.       — Здравствуй, Алан. Я не сильно припозднился? — понизив голос, итальянец приблизился к детективу, отделяя его от двух других агентов и Грега. Заискивающе заглядывая в помрачневшем лицо Алана, Дио тут же попытался счесть эмоции.       — Ага, и тебе не хворать, — тихо пробурчал детектив, не удостоив новоприбывшего вниманием. — К сожалению, не сильно…       Но не сдержавшись, Алан Эванс повернул голову, одаривая Роберто пренебрежительным взглядом. Ответом стал негромкий смешок, растворившийся в звуке рации.       — Агент Чон Син, приступайте! — как только Грег дал добро, начался штурм дома. Но стоило только группе А, выбив дверь, проникнуть внутрь, железная дверь гаража со скрежетом поднялась и от туда рванул красный жук. Застигнутые врасплох люди ФБР, занявшие позиции на выезде из участка, успели отскочить в стороны, спасаясь от удара о капот. Агенты, успевшие отреагировать, бросились стрелять по колесам. Но лихо дрифтующий ниссан снёс двух стреляющих людей, заставив их прокатиться кубарем. А он сам, со скрежетом голого диска об асфальт виляя задом, рванул по Ривер-роуд.       — Группа А и С по машинам! — не теряя ни секунды крикнул Грег.       Кинувшись к своей машине, детектив пулей влетел в авто. Прокручивая ключ зажигания, Алан хотел было снять его с ручника, но резкий хлопок пассажирской двери привлёк внимание. Роберто, юркнув на сиденье, ловко застегнул ремень безопасности, делая это будто не в первый раз.       — Какого хрена ты пошёл за мной?! — не сдерживаясь, перешёл Алан на крик.       — Лучше тебе поторопиться, детектив, а то упустите убийцу,.       Не меняясь в лице, Скульптор уставился на детектива.       — Чтоб тебя! За твою безопасность я не отвечаю, — только и смог прошипеть водитель, срываясь с места.       Провалившаяся штурмовая динамическая атака переросла в погоню. Более быстрые и маневренные легковые служебные машины не отставая неслись за петляющим жуком. Но как бы не старался уйти от погони Андреа, его ждало разочарование в виде патрульных машин, перекрывших единственный путь к свободе. Адреналин, играющий в крови беглеца не смог того вдохновить на безумный, но единственный поступок — протаранить баррикаду. Вдавливая педали тормоза в пол, Андреа, поддаваясь движущей силе, не смог остановиться и врезался вспотевшим лбом о рулевое колесо. Подоспевшие федеральные машины перекрыли дорогу назад, схватив красный жук в тиски.       Выскакивая из автомобилей, вооружённые люди направили стволы в дымящийся авто, откуда из салона вывалился беглец. Сквозь пальцы, сжимающиеся лоб, пробегали тонкие дорожки крови.       — Немедленно поднимите руки за голову! — выкрикнул агент Чон.       — Я не тот! Это ошибка, я ничего не сделал! — задыхаясь, из последних сил хрипел мужчина, кое-как стоявший на трясущиеся ногах. Его лицо исказилось в ужасе, а широко раскрывшиеся глаза залитые каплями пота и крови бегали по взволнованным, но сконцентрированным лицам собравшихся людей.       — Андреа Форд, поднимите руки! Вы подозреваетесь в жестоком убийстве шести людей.       — Что?! Нет! Это ошибка, это не я! Меня подставили! — крики человека пробили до мурашек детектива. Ему казалось, что все это неправильно, что не так должно было быть. Разве человек, убивший и сделавший из своих жертв ужасающие «произведения искусства», так бы себя вел? И это тот самый гениальный мерзавец, который скрывался все эти пол года от полиции и ФБР, водя их за нос? Разве такое чудовище может быть настолько жалким? Сомнительно.       — Вы имеете право хранить молчание. Всё, что вы скажете, может и будет использовано против вас в суде. Ваш адвокат может присутствовать при допросе. Если вы не можете оплатить услуги адвоката, он будет предоставлен вам государством. Вы принимаете свои права? — не обращая на бессильные мольбы трясущегося мужчины, агент Чон направился к тому, приготовившись надеть наручники на подозреваемого.       Не выдержав, детектив, найдя громоздкую тяжёлую фигуру, бросился к ней. Он чувствовал, что тут что-то не так и желал, как можно скорее поделиться своей догадкой с Грегом. Лихорадочный взгляд зелёных глаза полоснул стремительно удаляющуюся спину.       Рассталкивая людей и перепрыгивая через машины, Алан почти добежал до Грега Харриса, внимательно наблюдавшего за арестом. Как вдруг, послышался громкий хлопок, раздавшийся эхом в небе и застревая где-то в высоких домах. Оцепенев, Алан словно марионетка, нерешительно повернулся к главной «сцене». Агент Чон, все так же стоявший с наручниками, его напарник, и уже лежащий Андреа, в виске которого зияла дыра. Тишина окутала собравшихся людей. На лицах каждого было видно непонимание.       — Кто стрелял?! Я, мать вашу, спрашиваю, кто стрелял?! — Грег разъяренный, словно дикий кабан, оглядывался по сторонам, стараясь выцепить ту сволочь, которая спустила курок.       — Прочесать всю территорию! Любого подозрительного человека отправить под арест, машины не выпускать и не впускать! — пробасил шеф и бросился прочь, оттесняя столпившихся агентов.       Детектив, не решившись пойти следом, остался там, где и остановился. Мысли яростно ревели в его голове отдаваясь болью, да так, что та обещала в любую секунду взорваться. Он не мог понять кому нужно было убивать подозреваемого, в его отделе вряд-ли найдутся такие ублюдки, а значит, кто-то хотел избавиться от него, чтобы ни он — Алан Эванс, ни ФБР ничего не узнали.       Сжав кулаки до побелевших костяшек, Алан пробежался по фигурам в форме, натыкаясь на Дио. Повернутый в профиль итальянец выглядел очень холодно и отчужденно. А он сам смотрел в ту сторону, где лежало безжизненное тело.       Почувствовав на себе холодный взгляд, Скульптор обернулся, натыкаясь на неотрывно наблюдающего за ним агента. Столь бдительное внимание к его персоне заставило чёрное сердце сделать пару резких кульбитов и замереть в длительном томлении. То, как смотрел Алан на Роберто, он не мог ни с чем перепутать, это взгляд зверя. Зверя, который почувствовал запах крови исходящий от перепачканного в ней Дио. И если бы кого-то другого сей факт напугал, заставляя торопливо замести следы в попытке скрыться от гончей федералов, то Скульптор жаждал того самого момента, когда Алан наткнется на его след и явится за ним. Так было бы намного интереснее. Безумие, что овладело художником, заставляло его наблюдать за этим человеком до самого конца. До того момента, когда детектив Алан Эванс испустит последний вздох или же он сам…       Не прерывая контакт, Роберто приподнял руку, подзывая Алана к себе. Хоть такое фамильярство и не по душе было детективу, но он и сам хотел переговорить с чужаком. Не оставляло в покое его холодное спокойствие и сложность всей сложившейся ситуации. Оставляя между ними расстояние в свободно вытянутую руку, Алан задал тревожащий его вопрос:       — Роберто, ты уже видел, как убивают? — в ожидании ответа, агент впился пристальным взглядом в мужчину напротив.       — Я солгу, если скажу, что нет, — многозначительно ответил итальянец, поворачиваясь всем корпусом к напряжённо детективу. Изумрудные глаза уловил тот момент, когда крепкие руки Алана, как бы невзначай, легли на бедра, где покоился в кобуре пистолет.       — Я служил и меня даже отправили на фронт, поэтому для меня не ново видеть мертвецов.       — Не знал, что ты воевал… Я бы хотел об этом побольше узнать, — вместе с облегчённым вздохом выдал агент.       — Ты много чего про меня не знаешь… — скользнув маслянистым взглядом по смягчившемуся лицу, Дио последовал примеру Алана и расслаблено засунул руки в карманы брюк, оттягивая плотную ткань штанов. — Но для тебя я могу сделать исключение и рассказать о себе все, что тебя, детектив, интересует.       Невольно проследив за действием художника, Алан себя одернул, цепляясь за сказанное Роберто:       — И почему же?       — Ты мне нравишься, Алан… Ты не тривиальный человек, поэтому я бы хотел с тобой наладить «дружеские» отношения, — фривольно проговорил Роберто с игривым акцентом, выделяя предпоследнее слово.       Не ожидав признания, Алан впал в ступор, пялясь на смуглое застывшее в лёгком волнении лицо.       — Вот от кого угодно, но от тебя, я такого не ожидал… — не желая отвечать на латентный вопрос Роберто, детектив повернул разговор в другую сторону. — Обычно я слышу обратное.       Чуть не подавившись смехом, Скульптор уступил агенту, оставляя их маленькую игру до того момента, когда они окажутся наедине. И тогда уже придётся поддаться Алану.       — Ну так что, Алан, есть догадки?       — К моему сожалению да, — отчеканил детектив, вытаскивая из кармана ветровки сигареты и зажигалку. — Андреа явно закрыли рот… И кто-то пытается утаить правду от ФБР… — прикурив сигарету, Эванс предложил Роберто тоже, но тот лишь молчаливо покачал головой, ожидая продолжения.       — Но, что паршивее всего, так это то, что если найдут улики доказывающие, что Андреа причастен к этому, то дело Скульптора закроют. А это скверно, потому что кто-то явно этого хочет.       Словно завороженный Дио наблюдал за встревоженным мужчиной, за таинственными серыми глазами, которые, как стеснительная девица, прикрывались чёрными сияющими в отражении бледного неба ресницами, за в меру пухлыми губами, что обхватывали фильтр и глубоко в лёгкие втягивали дым. Ему стало жарко, но больше всего он испытывал дискомфорт из-за отсутствия хоть какой-либо техники, который он смог бы запечатлеть эту завораживающую картину. Он было хотел дотронуться до потерянного в своих мыслях, такого близкого, но и в тоже время такого далёкого, детектива, но высокий голос остановил слегка подрагивающую от возбуждения руку.       — Алан, ты должен на это взглянуть! — выскочивший из толпы агент Стюарт подбежал к мужчинам. Глаза блестели у того так, будто он нашёл клад.       — Стьюи, что там? — спросил Алан, заглядывая тому через плечо, от куда прибежал его друг.       — Плоды твоей работы, — закончил Стюарт кривой недоброй ухмылкой.       Развернувшись, белобрысый направился к красному жуку, где двое агентов по поручению Грега осматривали содержимое багажника. Детектив же последовал за ним, оставляя за спиной замолкшего итальянца, который вцепился в фигуру удаляющегося агента Стюарта тяжёлым прожигающим взглядом, но так же направился следом.       Двое агентов, Боб — рослый бородатый парень европейской внешности и Кристофер — мужчина среднего возраста, уже с виднеющейся залысиной, заприметив Стюарта и Алана, махнули тем рукой, подпуская парней к машине.       — Что тут? — приблизившись в плотную, брюнет принялся рассматривать содержимое сумки.       — Походу все-таки этот псих оставлял себе трофеи, — пробасил Боб потирая рыжую бороду. — Стюарт, с тебя пятьдесят баксов.       — Закатай губу обратно. Посмотрим, что скажет Алан, — пихнув в бок бородача, блондин ткнул пальцев в дерматиновую коричневую сумку. — Алан, взгляни на это.       Тяжело вздохнув, детектив предварительно натянул синие резиновые перчатки, которые ему подсунул Кристофер. Дио же, незаметно приблизившись к стоящему к нему спиной детективу, заглянул тому за плечо, цепляясь взглядом за завернутый в газету небольшой кулек в кучке оборвышей. Взяв свёрток в руки, Алан убрал развёрнутый первый слой. На открывшуюся картину, у Эванса в течение нескольких мгновений к взлетевшим бровям и распахнутым широко глазам добавились поддавшиеся вниз уголки губ. В миг посерьёзневшее лицо, спрятало остатки удивления сочетающихся с отвращением. В свертке из бумаги лежали отрубленные пухлые окровавленные человеческие пальцы рук и ног. На трех более длинных отростках детектив сразу заметил перстни. Заляпанные черно-бурыми пятнами золотые изделия уже не казались такими роскошными, какими были в первозданном виде.       — Когда обыскивали машину, нашли эту сумку, а внутри помимо вещей и важных документов был этот свёрток, — проговорил Стюарт, поглядывая за спину своему другу.       — Мистер Дио, вам лучше на это не смотреть… — ровняясь с обернувшимся Аланом, Робинсон нарушая границы личного пространства, похлопал слегка влажной ладошкой по плечу итальянца.       Ответом на такое дерзкое со стороны агента поведение стала не искренняя улыбка, за которой пряталось колючее раздражение. Медленно без резких движений, Роберто взял жилистое запястье Стюарта, убирая его руку с темной ткани пальто.       — Благодарю за волнение, но все в порядке, агент Стюарт.       Украдкой наблюдая со стороны за столкновение двух противоположностей, Алан, подметив безмолвное удивление друга и не искренний вежливый такт со стороны Дио, задумался:       — «Итальянец всегда скрывает неприязнь за улыбкой… и сколько же скелетов в его шкафу таится за ней.»       Шальная мысль, заставить показаться настоящему Роберто, ошеломила Эванса, отрезвляя того от очередного непроизвольного анализа и направляя все его внимание на свёрток в руке.       — Ну так что думаешь, детектив? — поторапливая того, спросил Карл.       Цепляясь холодным взглядом за недовольного мужчину, Эванс тяжело вздохнул присаживаясь на фаркоп багажника автомобиля. Сделал он это специально, чтобы смог видеть лица присутствующих людей, внимательно следящих за ним.       — Я не знаю чьи это пальцы. У шести жертв Скульптора все конечности на месте. Да и эти… — взглянув с неприязнью на отрубленные кусочки, Алан с усмешкой продолжил. — К их хозяину, он явно не испытывал тех чувств, что и к другим.       — Как ты это понял? — не веря словам детектива, поинтересовался бугай.       — Раз он считает себя художником, то руки для него не просто часть тела, а главный рабочий инструмент, которые переносят его эмоции и чувства в реальность. И если пошевелить мозгами, то становится ясно, что большой любви к этому человеку у маньяка не было.       Изумрудные ухмыляющиеся глаза с нескрываемым удовольствием наблюдали за Аланом. Слова сходящие с уст мужчины, приводили итальянца в восторг. То, что его понимают, было для него выше всякой похвалы. Роберто подмечал, как брюнет изредка бросает на него короткие, но цепкие взгляды, смотря и прощупывая каждого из присутствующих. Для Алана это стало привычкой, он не мог не анализировать людей, но для Роберто это было настоящим искушением.       — Может ты ещё знаешь зачем этот психопат оставил их себе? — почесав бороду, продолжил допрос Боб.       Чёрные расширенные зрачки с зелёным ободком перескочила на мужчину, больше напоминающего шкаф.       — А этот вопрос не ко мне, а к нашему убитому другу, — пряча злорадную ухмылку от чужих глаз за смуглыми пальцами с зажатой в них новой сигаретой, Алан, прикурив, продолжил. — Старик, умеешь проводить спиритические сеансы? А то боюсь он нам ничего больше не скажет.       Наградив присутствующих грустной дымящийся ухмылкой, Алан встретился с чёрными сощуренными глазами, но взгляд не отвёл.       — Паршивец… — проскрипел сквозь сжатые зубы старший агент, но не по званию.       — Прошу прощения господа, что прерываю вашу дискуссию, но это колечко мне кажется знакомым, — привлекая внимание людей на себя, Роберто, до этого поближе подойдя к детективу, чтобы рассмотреть содержимое кулька, указательным пальцем ткнул в один из отрубленных пальцев.       — Мистер Дио, вы уверены? — спохватился Стюарт.       — Я, конечно, могу ошибаться, но такой перстень был выпущен в малом тираже, он из зимней коллекции Тиффани и Ко.       Изучая заляпанное украшение в смуглых руках, итальянец прошёлся взглядом по синей федераловской ветровке с шевронами. Невольно всплыла картинка того, что же именно под ней находиться, чётко и в деталях. Блеснувшие глаза смазано прошлись по оголенной смуглой шее и наткнулись на удивлённое лицо детектива, которое через секунду приобрело мягкие одобрительные черты.       — Выходит, что этот психопат успел ещё кого-то кокнуть… — серьёзный голос Боба с железными нотками оглушил всех присутствующих.       — Вы Грегу сказали? — аккуратно завернув пальцы в кулёк, спросил Алан, убирая свёрток обратно в сумку с такой осторожностью будто там лежит бомба замедленного действия.       — Ещё нет. Решили тебя сначала позвать, в итоге все равно шеф скажет, что нужно твоё мнение, — озвучил блондин.       Позабыв о пожирающем огнём сигарете, Алан почувствовал, как пальцы пронзают сотни иголок. Разжал руку и краснеющий окурок полетел на асфальт, ударясь об него фильтром. Обожженная кожа ныла и пульсировала, но детектив не подал и виду, лишь затушил окурок ботинком.       — Я пошёл, — бросил детектив парням на прощанье.       — К шефу?       — Ага.       Быстро отдаляясь от машины, Алан услышал за своей спиной звонкий стук каблуков. Не успел тот оглянуться, как с ним поравнялась высокая статная фигура.       — Ты теперь везде будешь таскаться за мной? — выплюнул недовольно эмпат.       — Si', Mio caro detective! (Да, мой дорогой детектив) — тонкие губы взметнулись к острым скулам.       — Что ты про меня только что сказал?..       — Кто знает, — зелёные глаза, оторвавшись от лицезрения сконфуженного лица, уставились на их конечную цель. Шеф криминального отдела был окружён другими федералами и, говоря по рации, отдавал приказы. Рядом с ним был и старший агент Чон.       Не дав закончить Грегу договорить, Алан бесцеремонно его прервал:       — Грег, там ребятки нашли отрубленные пальчики.       Окинув того невозмутимым взглядом, полный мужчина приказал Чону возвращаться в дом подозреваемого и вместе с оставшимися там агентами провести тщательный обыск. А в рацию отдал приказ всем свободным постам провести патруль близ лежащих территорий.       — Что вы нашли, — оторвавшись от рации, обратился Харрис к Эвансу.       — Пальчики.       Подняв руку в верх, Алан поиграл пальцами, привлекая внимание мужчин к руке с покрасневшей кожей на указательном и среднем.       Изумленно приподняв брови, грузный мужчина насупился, прокручивая в голове жертв убийцы.       — Чьи они?       — Седьмой жертвы.       — Седьмой… Пресса точно нас не оставит в покое. Куда же он тогда дел тело?       — Это мы с мистером Дио, как раз и хотели выяснить, поехав к нему в офис, где работал Армандо и он же Андреа Форд! — медленно растягивая слова, Алан иронично улыбнулся в конце, повернув голову к стоящему рядом мужчине.       До этого всегда чуть сощуренные лисьи глаза, приобрели более округлую форму, а прямые брови приподнялись вверх. Но всего лишь на пару мгновений. После же вернулись на место, рождая в глубине чернеющих зрачков смазанный блеск.       — Это будет весьма уместно. Алан, жду от тебя отчёт, — суровые черты лица приятно смягчились доброй, но короткой улыбкой.       — Да и к тому же, мистер Дио опознал кольца на пальцах, — продолжая гнуть свою линию, детектив фривольно похлопал Роберто по спине, заставив того вытянуться ещё больше, а грудную клетку, обтянутую хлопковой рубашкой, вздыматься, натягивая ткань чуть ли не до треска.       — Хорошо, это очень хорошо. Мистер Дио, вы и так нам сильно помогли, но прошу вас помочь ФБР ещё немного, — потерев белый щетинистый подбородок грубой ладонью, Грег Харрис мягко обратился к замешкавшемуся итальянцу.       — Я польщён, — закрывая туманно-зеленые глаза, художник демонстративно наклонил голову. Выбившиеся короткие пряди тут же обрамили лоб.       — Кстати, насчёт случившегося с Армандо… — хотел было начать Алан, но его прервал Грег.       — Знаю… Это дело пока что не закроют. Поговорим об этом позже.       Не задерживаясь ни на секунду, детектив вместе со Скульптором покинули место преступления, оставляя расследование на шефа и других агентов.