Luminus

Великое Тейватское Мироздание, видимо, решило разом воздать мне за две недели лишений и обломов (надеюсь, что именно воздать, а не выдать в кредит под проценты, а то знаю я свою карму!). Всё сегодня для меня складывалось подозрительно удачно: я сдала относительно целые сесилии заказчику, получив бабла, чтоб заплатить все долги и ещё неделю жить беззаботной разгильдяйской жизнью, а сейчас вливалась в самую гущу интриг сюжетного лора. Словом, — времяпрепровождение ни чета предыдущим двум неделям, где я околачивалась на обочине повествования, как простой виртуальный боец-чернорабочий, вылавливая бандитов и ведя дипломатические миссии тейватским способом. Мы, с видом прошедших боевое крещение новобранцев, сидели в «Доле Ангелов» за столом в компании бывалых искателей приключений. Беннет жёг в прямом и в переносном смысле, так ловко рассказывая и так метко приукрашивая, что к концу истории мне казалось, что мы не просто завалили тупую громадину и выколупали из дымящегося металлолома вонючую железяку, а разгромили вражескую ракетную установку и завладели золотом нации. Опытные искатели снисходительно похмыкивали над красочным повествованием нашего великого подвига, а потом принялись припоминать свои заслуги, и разговор медленно перетёк в рассказы приключенческих баек. За столиком резко стало жарко и весело, даже Эмбер оживилась и принялась доказывать кому-то, что Ущелье Дадаупа очень даже можно перелететь на планере, и она хоть прям сейчас может показать как. Паймон, со всей своей хакнутой базой лора, живо включилась в дискуссию о природе каких-то там путеводных фей. Я попыталась прислушаться к рассказам Сайруса и его подопечных о приключениях, но быстро заскучала, потому что поддержать разговор, кроме как вставляемыми по кругу: «О!», «Ах!», «Ну и ну», «И вы тогда что?», мне было нечем. У меня, конечно, была и своя куча баек и историй, но по сравнению с путешествиями к Пепельному Морю они показались бы приключенцам играми в ясельках. — А вы уже слышали историю, о которой говорит весь Мондштадт? — спросил Сайрус, с таким загадочным видом, с которым старики обычно заливают детям сюжеты блокбастеров прошлого века как заслуги своей молодости. — Это что, одна из тех городских страшилок? — скептически спросила Паймон. — Нет, что ты, это совсем не страшная история, — добродушно заверил её глава приключенцев и, выждав театральную паузу, добавил, — для большинства людей. — Так что за история? — поинтересовалась я, всё ещё пытаясь влиться в общий разговор. — История о Полуночном Герое, — торжественно объявил Сайрус. Объявление, впрочем, фурора за нашим столом не вызвало и пафосного тона не оправдало. — И это не просто история, а настоящая городская легенда! Говорят, таинственный герой появляется в тёмное время суток, наказывает преступников и восстанавливает справедливость в городе. Еще ни один преступник не ушёл от его правосудия, это чистая правда! Ну, что сказать — парочка всё же уползла переулками. Хотя, чего я жалуюсь? Хвала Барбатосу, мы не повстречали этого мондштадтского Сейлор-муна во время нашего грандплие с соборной колокольни. Иначе огребли бы добра и справедливости по первое число. — А несчастным барменам этот ваш герой помогает? — саркастически спросил Чарльз, подошедший к столу забрать пустые стаканы. — А то сил иногда нет выводить перепивших клиентов из таверны. Вот где нужны настоящие геройские подвиги, — хмыкнул он, обведя шумные компании удручённым взглядом. Я, сутки назад собственными глазами видевшая, как хозяин сего прекрасного заведения одной левой вышиб из руин дипломатическую делегацию Фатуи, честно удивилась проблеме. — А начальству пожаловаться не пробовал? — осторожно поинтересовалась я, передавая Чарльзу пустой графин. — Господин Дилюк не будет в это вмешиваться, — бармен махнул рукой и ушёл к следующему столику. — Кто-нибудь видел этого Полуночного Героя? — воодушевившись больше всех, спросил Беннет. — Некоторые говорят, что видели, — кивнул Сайрус, — вот только, много ли можно разглядеть глубокой ночью? — Тогда, может быть, им всего лишь показалось? — спросил Ройс. — Эй, вы говорите о Полуночном Герое? — в отличие от приключенцев, желающих слушать только о своих подвигах, этим таинственным индивидом заинтересовалась компания стражников, до этого времени мирно бухающая за соседним столом. — А вам о нём что-то известно? — включился в разговор не особо дружелюбный приключенец по имени Стенли. — Я один из немногих, кто видел его собственными глазами, — похвастался рослый рыцарь. Звали его, кажется, Лоуренс или что-то около того, всех мобов по именам запомнить я даже не пыталась. — Я был в ночном дозоре, услышал какой-то звук и пошёл проверить, — начал межу делом рыцарь, повернув стул к столику приключенцев. — За углом я увидел нескольких человек, замышлявших что-то недоброе. Я уже хотел было вызвать подмогу, но тут появился он — одет был во всё чёрное с головы до пят, разделался со злоумышленниками и исчез. — И это всё? — скептически поинтересовались за столом приключенцев. — Я и Вират тут же побежали проверить казармы Ордо Фавониус! — Так это кто-то из ваших? — Сами подумайте! Такое чувство справедливости, и такое желание защитить Мондштадт! Где ещё найти таких ребят, как не в Ордо Фавониус? Но все рыцари были либо в казармах, либо на постах. — Вот загадка… И почему тогда этот не присоединится к рыцарям? — Не знаю, сложно сказать… Разговор мобов меня ни капельки не заинтересовал. Первое время я любезно слушала, но когда начали перечислять всех спасённых жителей Мондштадта с подробной родословной, мне стало совсем тоскливо. Я вовремя прикрыла рот рукой, силясь подавить душераздирающий зевок, отвернулась от стола и заметила, что с перил второго этажа на нашу компашку пялится… капитан Кэйа собственной персоной. Явился-таки дознаваться по мою душу… а может и вовсе надеялся выследить барда. Но ни Дилюка, ни Венти сегодня в «Доле Ангелов» не было, так что можно сказать, облом огребли мы оба. Мне стало меньше обидно, но желания общаться с Кэйей тет-а-тет не прибавилось. Знаете, по молодости и неопытности я как-то сидела на женских пикап каналах, где стервозные девицы обучали неудачниц вроде меня разным штукам, топ из которых — «приглашающий взгляд» — ну, такой вот, смотришь на парня и взглядом показываешь своё расположение, даёшь зелёный свет на знакомство и дальнейшее общение. Дело я забросила, когда инструкторша канала сказала, что в моём взгляде ничего, кроме «отвали, мудак» не читается, и предложила не парня искать, а отпугивать маньяков на районе. Но сейчас я решила, что случай извлечь талант весьма подходящий, и очень выразительно посмотрела на Кэйю. Гламурный капитан явно не смотрел каналы по женскому пикапу и не понял моего фирменного «отвали», для пущей убедительности приправленного суровой миной. Кэйа мне приветливо кивнул, оттолкнулся от перил и через минуту уже непринужденно подпирал плечом балку аккурат напротив нашего стола. — Слушаете байки о Полуночном Герое? — спросил он, плавно качая в руке стакан с винцом. — Тебе-то что? — всё ещё неприветливо спросила я. — Любопытно стало, — Кэйа непринужденно повёл плечом. — Давно выслеживаю… этого героя. — У тебя мания преследования… всех в этом городе, — буркнула я и, чтобы под благовидным предлогом избежать компании капитана-дознавателя, взяла кошелёк и пошла к бару. — Можно нам ещё сока, пожалуйста? — спросила я Чарльза, отсчитывая мору. — Сока? — бармен глянул на меня как-то раздосадовано. — Для таких особенных гостей у нас есть особенное предложение. — Особое? — Пряное вино, — ответил Чарльз и подмигнул мне. — Соблазнительно, конечно, — сказала я, искренне вздохнув, — но сегодня мне только сок. — Жаль, — Чарльз пожал плечами и нехотя потянулся за кувшином. — Напиток — наша новинка. Сделан из полусладкого вина, выдержанного дополнительный год на фруктовой настойке и пряностях. — Но мне нельзя… — протянула я, скрипнув зубами. — Потрясающий букет и неповторимый вкус, в котором даже крепости не чувствуется! — Дери тебя черти, Чарльз! Клянусь, тебе не хватает только хвоста и рогов! — беззлобно протянула я, поняв, что этот бармен-искуситель всё равно уже поймал меня в сети. Чарльз самодовольно усмехнулся в густые усы. — Я попробую… Только налей мне его в стакан для сока, — понизив голос, сказала я и покосилась на Эмбер, но скаут была всецело поглощена беседой и, судя по обрывкам фраз, уже вызывала кого-то на лётное состязание. Бармен мне понимающе подмигнул и протянул в высоком стакане с соломинкой красный напиток, дивно пахнущий, словно глинтвейн. Я вернулась за стол, на всякий случай обосновавшись подальше от Эмбер, снова удивляясь своей удаче и предвкушая, что сейчас вечер пойдет веселее. — Прости меня, Барбатос, — тихо сказала я, блаженно вдыхая аромат напитка, — надеюсь, с тебя не убудет. Я поднесла стакан к губам, но не успела сделать и глотка, как ко мне подлетела Паймон. — Твою ж! — шикнула я на бота. — Ты чего творишь? — Смотри, господин Дилюк! — сказала она. Я глянула на бар и увидела, что Чарльз поднимается наверх, а за стойку, уже сняв сюртук и накинув полотенце на плечо, заступает сам хозяин заведения. — Ну так и дай Барбатос ему здоровья, — сказала я, театрально поднимая бокал. — Ой, что это у тебя? — снова не дав мне продегустировать хвалёного пряного вина, Паймон с любопытством нависла над моим стаканом. — Морс из огнефруктов, — болтнула я первое, что пришло в голову, отодвигая руку со стаканом подальше от прожорливого компаньона. — Пахнет вкусненько! Дашь Паймон попробовать? — У Паймон кувшин сока, — недовольно сказала я, — пусть поимеет совесть. — Сок уже кончился, — бот развела руками. — Паймон поделилась с ребятами из гильдии. — Ну так иди и купи себе… — я уже была готова запустить в неё кошельком, но краем глаза заметила, что Кэйа уже закончил травить байки за нашим столом и, подойдя к бару, лениво облокотился на стойку. — Ладно, куплю тебе сама… Подержи, — я сунула Паймон свой стакан. — И это, слышь, не смей пробовать! — предупредила я. — И никому не давай даже понюхать, особенно Эмбер! Оставив Паймон на страже вина, я отправилась на разведку. Буквально подкрадываясь к бару, я видела, что Кэйа с Дилюком о чём-то говорят. Разговор, конечно, был совсем не моего ума дела… но отказаться от идеи погреть на нём уши я не могла. Какая кара постигает каждую Варвару мне было хорошо известно (батя однажды наглядно демонстрировал), и воображения мне вполне хватило, чтобы представить Дилюка выводящего меня за нос из таверны, но как недавно выразились приключенцы, если не рисковать, то зачем вообще жить? — … просто спросил, — ответил Кэйа на очередной недобрый взгляд рыжего. — Ты часто подменяешь Чарльза в «Доле Ангелов» в последнее время. — Это мешает тебе напиваться? — хмыкнул Дилюк, выставляя стаканы на специальную подставку. — Найди другое заведение. — Зачем, здесь отменное вино, — капитан пожал плечами и провёл пальцем по краю своего бокала. — Вероятно, твоё прокисшее лицо создаёт особые условия брожения, — усмехнулся он и глянул на брата сквозь сверкнувший в свете лампы стакан. — Ну как, я разгадал секретный ингредиент «Рассвета»? Готова спорить, что Кэйа не получил по наглой морде, только потому что Дилюку лень было потом заново отстраивать таверну. Не удостоив капитана даже фирменным убийственным взглядом, он внезапно зыркнул прямо на меня. — Чего тебе? — Я в очереди стою, — как можно наивнее ответила я, к своей чести даже не вздрогнув. — Можно мне, пожалуйста, кувшин яблочного сока, если заказ молодого человека вы уже выполнили? — Вижу, вы с Люминус и правда знакомы, — Кэйа обернулся на меня через плечо и улыбнулся. — Да, видел вчера, — словно нехотя ответил Дилюк, взяв с полки пустой кувшин и повернувшись к бочкам напротив стойки. — Одну? — спросил Кэйя. Я всеми силами попыталась послать Дилюку мысленное послание не сдавать меня своему братцу со всеми потрохами. — С бутылкой вина, — ответил Дилюк, поставив на стойку полный кувшин. — Впрочем, рыцарей, даже самых почётных, я вижу исключительно со стаканом в руке. — А с чем ещё проводить вечер в баре? — обиделась я за всех рыцарей. Ну, серьёзно, он бы ещё проктологом устроился и обижался, что люди поворачиваются к нему исключительно обратной стороной лица! — Например, с бардом, — вместо брата ответил Кэйа и отпил вина. За его спиной я обратила к Дилюку умоляющее лицо. — Был один, — не поведя и бровью, сказал рыжий. — Устроил представление, чтобы договориться о платном выступлении. — И договорился? — Он неплохо поёт, — ответил Дилюк, облокачиваясь на стойку, — но выступления бардов у нас расписаны на два месяца вперёд. — Жаль, — Кэйа залпом осушил свой стакан и поставил прямо перед братом, недвусмысленно постучав по ободку пальцем, — хотелось бы послушать… — Поищи в другой таверне, — ответил Дилюк, потянувшись за бутылкой вина с полки. — Нет, не выступление, — капитан улыбнулся фирменной коварной улыбочкой. — Его объяснения на счёт одной любопытной детали, — сказал Кэйа и из сумки вытащил очередной ботинок Венти, мятый и скукоженный. — Что это ещё? — Рыбаки выловили в Сидровом Озере сегодня днём, — ответил Кэйа. — Он собирает ботинки по всему Мондштадту, — сказала я, наконец-то отсчитав плату за сок. — Может, это такой флешмоб? — Люминус, первый ботинок я показал только тебе этим утром, — протянул Кэйа, сверкнув ледяным глазом, — а днём его пару находят в озере, словно кто-то… спешил избавиться от улик. — За уши притянуто, — возмутилась я, — ботинок могли выкинуть в озеро и вчера ночью! — Значит, вы избавились от улик сразу? — хмыкнул капитан. Я побледнела и замерла с каменным лицом. Кэйа внезапно добродушно рассмеялся. — Люминус, — он покачал головой. — В Мондштадте есть поговорка: «Мои уста запечатаны, как бутылка вина». — И что? — Это не про тебя. — Не наливайте ему больше, — сказала я, смотря, как Дилюк ставит перед капитаном полный стакан. — Он и так уже в дрова. Ещё немного и зелёную фею увидит. Будет потом искать по всему Мондштадту. — Он занимается ерундой, — равнодушно ответил мафиози. — Впрочем, как и всегда. — Я ловлю воров, — Кэйа пододвинул стакан к себе. — Такая работа. — А я думал, твоя работа — просиживаешь штаны в барах, — сказал Дилюк и, сдёрнув с плеча полотенце, принялся протирать выставленные на стойке стаканы. — Иногда это требуется, — не обидевшись, усмехнулся капитан. — В таверны часто бегут преступники, надеясь раствориться в толпе и получить алиби. Я думаю, воры, укравшие Небесную Лиру, поступили точно также. — Оставь свои подлые намёки, — резко сказал Дилюк, и в холле таверны стало слишком уж жарко. Я отпрянула от стойки от греха подальше, а вот спокойствию Кэйи могли позавидовать все удавы мира. — Люмин и её друг вчера весь вечер были здесь, под моим присмотром. — Вот как… Значит, под твоим присмотром? — самодовольно протянул Кэйа и улыбнулся. — Ну что ж… Надеюсь, ты знаешь, что делаешь… брат. Дилюк выразительно опустил взгляд на стакан, который протирал. — Я делаю свою работу, — отчеканил он и громко поставил стакан на стойку. — Иди уже, делай свою. — Твою работу? — хмыкнул Кэйа и, напрочь игнорируя угрозу в голосе хозяина, беспечно устроился на высоком барном стуле. — Я думал, это работа бармена, а не Мондштадтского магната. — Так подумай ещё раз, — сквозь зубы процедил Дилюк, а Кэйа снова весело рассмеялся. Клянусь, если рыжий мафиози не треснет его по морде, это сделаю я: довёл нас, гад, до белого каления и радуется! — Все в Мондштадте такие ответственные, так и рвутся делать чужую работу, — капитан пожал плечами. — Вот путешественница из другого мира вызвалась сражаться с Ужасом Бури, а некий Полуночный Герой так упорно выполняет обязанности Ордо Фавониус. — Полуночный герой? — спросил Дилюк с такой кислой миной, что я отодвинула от него свой сок… ну так, на всякий случай. — Брось, — хмыкнул Кэйа, потягивая вино, — в тавернах последний месяц пересказывают эту историю на все лады. Неужели бармен и не услышал? — Это ты собираешь сплетни. — Но ты… — Да он просто за парнями бегает, — не удержалась я. — За бардами, за героями-полуночниками. Ц-ц, Кэйа, Кэйа, — я покачала головой, — не зацикливайся ты на мужиках, займись учёбой, работой и всё само сложится. Знаю, в эту минуту я была похожа на мелкого детсадовского пакостника, строящего всем обидные рожи из-за спины воспиталки. Но устоять и безнаказанно подразнить Кэйю, спрятавшись за его брата-мафиози, я просто не могла. — Люминус, — Кэйа рассмеялся и потрепал меня клешнёй по голове, — такой острый язык и до беды доведёт. Не каждый день за тобой будут… присматривать, — многообещающе предупредил он, но, хвала всем боженькам, отвалил. — Спасибо… что не выдал, — едва Кэйа ушёл, я нервно сглотнула и, самовольно взяв один из стаканов со стойки, плеснула себе сока из кувшина. — Не за что, — ответил Дилюк, не обращая внимания на то, что я так нагло похозяйничала. — Проблемы с ним? «Да!» — хотело завопить всё моё существо. Но мой внутренний ябеда уже получил по шее и теперь сидел тихонечко в уголке сознания. — Нет, что ты, — я махнула рукой, — обожаю твоего брата, дай архонт ему здоровья, а мне терпения, — я подняла стакан и опрокинула его залпом. — Если будет досаждать, просто скажи мне. Я кивнула, хоть крышеваться у мафиози в моих планах не было. Вопросов же к Дилюку у меня было море, но к бару уже подошли другие посетители, и я, решив больше не злоупотреблять расположением хозяина, вернулась к компании. За столом продолжались горячие споры, тосты, — словом, всё шло своим чередом. Только кое-что меня насторожило. Первое, что я обнаружила, поставив на стол кувшин сока, это то, что Эмбер уже смоталась, а приключенец, с кем они спорили за полёты, теперь скучал, слушая чужие разговоры. Любопытно, у меня глюк, или ретируется Эмбер всегда, как только на горизонте появляется Кэйа? Но развить эту многообещающую шипперскую теорию мне было не суждено, потому что что-то вцепилось мне в рукав и потащило вниз. — Паймон! — вздрогнула я, обернувшись. — Ты блин… ты чего? Паймон?! Бот смотрела на меня отсутствующим взглядом и висела в воздухе, странно покачиваясь. По её раскрасневшемся щекам и носу я предположила страшное… Запоздало выхватив у обжорки свой стакан с пряным вином, я обнаружила его полностью пустым Вот ёкламн! — Паймон… ик! — вздрогнула бот и ровным штопором пошла вниз. Я едва успела подхватить её у пола. Ну, жопа… Ох, боженька-пиздец, за что мне это?! Да за спаивание ребёнка мне таких звидюлей пропишут — и рыцари, и мафиози, и приключенцы! Я опасливо оглянулась, но лишнего внимания мы, вроде, не привлекли, но надо было срочно валить. Так как Эмбер со мной не попрощалась, я решила, что не такое уж и большое свинство в Мондштадте уходить по-английски, поэтому, схватив икающую Паймон как ребёнка, я захотела ретироваться, хоть веселье в баре только начиналось. Ещё пробираясь к столу, я заметила, что внизу стало слишком людно. Оказалось, на импровизированную сцену напротив барной стойки вышел какой-то бард, и местные пьянчуги с отдалённых столиков стали стягиваться поглазеть. Бард зарядил незамысловатую весёлую песенку, под которую подпитые рыла тут же начали приплясывать и подпевать, усложнив мне логистику до двери. — Пусти Паймон! — пропищала главная пьяная звезда и заёрзала у меня на руках. — Паймон любит эту песню…ик! Паймон хочет послу… ик! — она замахала руками во все стороны, и мне пришлось её выпустить, чтобы не привлекать внимания. Оказавшись на свободе, бот принялась хлопать в ладоши — совершенно мимо ритма и что-то подпевать совершенно не в тему. Воззвав ко всем своим божествам разом, я уронила ладонь на лицо. Знаете ли вы, как вытащить пьяную подругу из клуба, если она настроена кутить и куролесить? Очень просто: никак! Всё, что можно сделать — это отвалить и наснимать видосов обо всех её подвигах. Но такой роскоши я позволить себе сегодня не могла. Я осторожно схватила бота за руку и потащила к выходу. — Куда ты ведёшь Паймон? — возмутилась она, едва ли не перекрикивая певца. — Туда, где нет труда, — огрызнулась я, притягивая бота к себе, — и хлеб буханками растёт! — Мы что, ик, уходим?! — возмутилась Паймон, едва спасительным прямоугольником впереди замаячила дверь. — Ну да! — шикнула я на неё — Не можем же мы так открыто и нагло изменять Венти и слушать других бардов! — Нагло, ик, изменять? — Паймон непонимающе моргнула глазами. — Ага, у всех на виду. — Но Паймон… Что она там собиралась мне возразить я не узнала, потому что наконец-то добралась до двери и навалилась на ручку всем весом.

* * *

— Мать, ты вконец охренела! — уже на улице, облюбовав кусты потемнее, я перехватила Паймон за шкирку и хорошенько тряхнула. — Я же сказала не трогать мой стакан! — Паймон… ик… только попробовала… — залепетала она заплетающимся языком. — Паймон… ик… голова болит… — Горе ты моё… — протянула я, поняв, что качать права и взывать к совести можно теперь только утром. — Пошли в гостинку, там разберёмся и с тобой, и с твоей головой. Ночку я предвкушала весёлую. У меня, конечно, огромный опыт отпаивания пьяных подруг, но пьяных детей и упитых до заклина в программе ботов я ещё на приводила в чувства. — Люмин? — Аа! — я вздрогнула, подхватив брыкающуюся Паймон подмышку, но в просвете двери таверны оказался всего лишь Беннет. — Вот вы где, — виновато протянул приключенец. — Просто вы так внезапно ушли, и я подумал, не случилось ли чего. — Всё нормально, — заверила я, молясь всем боженькам, чтобы Беннет не допендрил «чего» на самом деле случилось. — Просто Паймон устала, ей нужно спать. — Паймон не… ик… не устала! — возразила начинающая алкашня, заехав мне крыльями по лицу. — Паймон… ик… собиралась изменить Венти, но… ой! То есть Паймон… ик! — от греха подальше я зажала ей рот рукой. — Давайте я вас провожу, — вызвался Беннет. — Да мы сами дойдём, — попыталась увильнуть я. — Тут недалеко. — Мне не сложно, я как раз живу около Гёте. — Ладно, погнали, — придумывать благовидную отмазу мне было лень, а неблаговидная только вызвала бы ещё больше подозрений. Мы пошли по тёмным улицам Мондштадта. Я держала Паймон подмышкой, головой вниз. На её редкие стоны и нещадные икания Беннет по-джентельменски не обращал внимания. Я делала вид, что так и надо, надеясь, что компаньона не стошнит прямо посреди улицы. — Эм, Люмин, — нарушил тишину Беннет. — Я хотел спросить… Ты правда не против остаться в «Отряде Бенни»? — А чем мне это грозит? — уточнила я на всякий случай. — Ну, — Беннет растерялся. — Так мы будем ходить вместе на поиски приключений. — Обычно это дерьмо меня само находит, — попыталась отшутиться я, — никуда ходить не надо. — Ты не отвечай сразу, можешь подумать, — спохватился командир-неудачник. — Я просто хотел сказать, что сегодня для меня всё было по-другому. Моё приключение не обернулось катастрофой, и всё благодаря тебе. — Мне? — Да! У тебя особая удача и… «Отряду Бенни» она бы не помешала… Уж не знаю, что он там имел в виду под «особой удачей», но лично я чувствовала себя, будто бы перманентно притягиваю к себе самогенерирующуюся жопу. — Ладно, Бенька, — вздохнула я, чтоб не омрачать его светлых надежд. — Давай так, я разгребу свой геморрой, а потом пущусь во все тяжкие мира приключений, идёт? — Супер! — от радости парень даже подпрыгнул. — А, может быть, тебе нужна какая-то помощь? Ответить я не успела. Впереди у северных ворот привлекая моё внимание, сверкнула яркая голубая вспышка, а через секунду перед нами возникло невиданное мною ранее существо — длинноухое, большеглазое, с пушистым сине-белым мехом. — Ой, — я остановилась, перехватывая икающую Паймон. — Какая симпатяжка… Кто это? — я обернулась на Беннета, но приключенец уже выхватывал меч. — Ты чего? — Это маг Бездны, — бледнея, сказал он. — Осторожно, Люмин! Хорошо усвоив из злоключений последних дней, что «Бездна» — это очень и очень плохо, я сиганула в сторону, и аккурат через секунду на место, где я стояла, упала ледяная глыба. — Ах ты тварь ушастая! — ругнулась я. Существо резко перестало казаться мне миленьким и симпатичным. Я отбежала к стене и пристроила Паймон у кустов. — Люмин, что прои… ик! — Сидеть, — сказала я нетрезвому боту, вынимая меч и мышку. Беннет во время моих манёвров попытался атаковать мага с наскока, но, в отличие от неповоротливого стража руин, эта зараза была куда проворнее и хитрее. Маг выжидал, пока Беннет накопит энергию в мече, прыгнет, и исчезал в последнюю секунду, мгновенно появляясь у парня за спиной. Я выждала момент и попыталась атаковать с другой стороны, но ушастая зараза оказалась окружённой едва заметным, но плотным шаром. — Твою ж мать! — вырвалось у меня, когда меч с неприятным звуком чиркнул о преграду. Маг же издал неприятные скрипучие звуки, походившие на издевательский смех. — Ну, козлина, сейчас ты огребёшь! — пообещала я и со всей злости надавила на мышь… Хрен вам. Как и на поляне со стражем руин, мышку заклинило. Я нажала ещё несколько комбинаций, но увы — ни хлопка, ни парашюта. — Беннет! — обреченно простонала я. — Я понял! — воскликнул приключенец. Что он понял, я не догадалась, но парень резво перемахнул вправо и снова атаковал. Маг бездны без труда увернулся, махнул миниатюрным, увенчанным снежинкой посохом, и вокруг нас заклубился ледяной туман. Меня в считанные секунды до костей пробрало лютым холодом. — Вот же чёрт! — кашлянула я, не зная, то ли продолжать держать меч, то ли обхватить себя руками в попытке хоть немного согреться. Пока мы выползали из тумана, маг веселился. Теперь эта скотина не только противно смеялась, но и еще бойко приплясывала и строила обидные рожи, пуляя в нас ледяными сосульками, от которых с каждой секундой всё страшнее было уворачиваться. Но по-настоящему страшно мне стало, когда в тумане мелькнула белая макушка. — Паймон… ой, — я видела, как бот вздрогнула и, поддерживая сваливавшуюся диадему, осела прямо перед магом. С противным смешком он поднял свой посох. Добежать до Паймон я бы не успела. Отчаянно соображая, что делать, я повернулась к Беннету. — Бенька, прости, ничего личного! — сказала я и с размаху въехала ему по подбородку и по уху. Комбо, которое по заверению роликов по самообороне должно вырубить кого угодно, изучалось и отрабатывалось в подарок Юрке (впрочем, он своё тоже ещё огребет, клянусь!). Беннет не успел ничего понять, только пошатнулся оглушённый ударом, но этого хватило, чтобы его баг неудачи снизил своё действие и разблокировал мою мышь. Чуть запоздало, но из моей руки вырвался анемо поток, и добил бедного приключенца, отправив в полёт на стену. Он рухнул на мостовую, а я следующим плевком воздуха отфутболила Паймон обратно в придорожные кусты и победоносно застыла с мечом в руке и кровожадным выражением лица. От такого поворота охренел даже маг бездны. Он перестал противно ржать и вытаращил на меня лупоглазые глазища. Я очень надеялась, что эта тварь сейчас в красках представила, что я сделаю с врагом, раз так обошлась с союзниками. Разочаровывать скотинку я не стала. Я резко подскочила к нему и лупанула мечом по броне-шару, и тот с противным хрустом треснул. Тварь подпрыгнула, пропищала что-то нечленораздельное и исчезла. — Ну и катись нахер… — разочарованно буркнула я (очень уж хотелось зарядить скотине по первое число) и кинулась к Паймон. — Ты жива? — Ик… — раздалось мне вместо ответа. Впрочем, несмотря на то, что Паймон улетела в кусты и животом пропахала пол газона, на ней не было ни царапины. Вот, воистину, пьяному море по колено! Надеюсь, с Бенькой тоже всё в порядке. Но рвануть к приключенцу я не успела. Придя в чувства, Паймон осела на бордюр и схватила меня за рукав. — Ик… У Паймон всё кружится, — протянула она, хватаясь за голову. — Это вертолёт, детка, — хмыкнула я. — Бухать меньше надо. — И Люмин… ик… Люмин, — лепетала бот, упорно тыкая в меня пальцем. — Ну Люмин, дальше что? Давай встать помогу, — я потянула к ней руку, но Паймон замотала головой, простонала и снова ткнула в меня пальцем. — Люмин… ик… злой… спина. — Что ещё у меня со спин… — я обернулась и сразу поняла «что». К сожалению, слишком поздно. Пока я возилась с пьяным компаньоном, ушастая скотина беззвучно нависала сзади, кастуя очередную гадость за моей спиной. — Твою ж… — но разразиться проклятьем напоследок я не успела. Кавайная козлина, издав что-то вроде «ня-ня-ня», крутанула посохом, и наколдованная сосулька ударила меня в грудь. От неожиданности я ахнула, выдыхая из лёгких весь воздух, а во рту захолодило, словно я проглотила снежок. Ноги потеряли силу, подогнулись, и я рухнула на мостовую, больно приложившись коленями. Впрочем, боль я вскоре чувствовать перестала, как и вообще всё тело, когда изнутри меня обдало ледяной волной. Я запоздало попыталась скастовать ответочку, но пальцы не послушались и даже не шелохнулись. Маг противненько хихикнул и, пританцовывая, начал раздувать вокруг густой холодный туман. — Паймон, улетай отсюда, — еле выговорила я, со скрипом повернув к ней голову. Бот вздрогнула, махнула крылышками, рванула в сторону… и вписалась в стену. Мне хотелось изобразить напоследок фэйспалм, но рука едва согнулась в локте. Так тупо оканчивать свои виртуальные подвиги было обидно. Заваливаясь на бок, я уже подумывала о том, что обязательно переподключусь и отомщу этой ушастой гадине… В обволакивающей меня темноте сверкнула огненная вспышка. Угасающим сознанием я подумала, что очнулся Беннет и взял реванш, но приключенец лежал мешком на мостовой на прежнем месте. Огонь вспыхнул с удвоенной силой, и мага смело волной бушующего пламени. В ту же минуту сковывающая меня мерзлота отступила. Надрывно кашляя, я схватилась рукой за грудь и приподнялась. Маг бездны исчез, зато над полем битвы возвышалась фигура, опасливо сливающаяся с ночной темнотой. — Тебя слишком легко застать врасплох, — сказал мне Чёрный Плащ, спрыгивая со стены. — Обычно моя паранойя срабатывает раньше, — кашлянув, ответила я, вставая на ватные ноги. Тело тряслось — не сколько от удара ледышкой, сколько от паники — я действительно не почувствовала опасности! То ли аура Беннета насолила, то ли просто отвлеклась на нетрезвую Паймон. Кстати, о птичках… Я посмотрела на стену, но бот уже выползла из кустов и по зигзагу летела ко мне. — Вы целы? — Паймон… ик! Ой! — на очередном зигзаге бот влетела в незнакомца в чёрном. — Вы спасли нас! Ик! Вы наш Полуночный Герой! — Полуночный Герой?! — опешила я, пытаясь заставить свой мозг соображать. Паймон, конечно, пьяна, но всё остальное сходится: появляется ночью, весь в чёрном, побеждает зло и спасает попавших в беду неудачниц. Ну нихрена себе… Выходит, это не выдумка! — Полуночный Герой? — хмыкнул виновник городских легенд. — Что за идиотское прозвище? — А какое вы предпочитаете? — осторожно уточнила я. — Капитан Справедливость! — объявила Паймон, повиснув на руке спасителя. — Нет, Капитан Бесстрашие! — Оставьте при себе эти пошлости, — брезгливо сказал он, пытаясь отцепить бота от своей руки. Но ни тут-то было. — Вы же такой добрый, не обижайтесь на Паймон, пожалуйста, — протянула она, и полезла обниматься. — Что с ней? — Просто испугалась, наверное… Нервы, — я пожала плечами и быстро сгребла Паймон в охапку. — Эй! — возмутилась бот, когда её разлучили с новым предметом воздыхания. — Паймон… ик… ещё не отблагодарила господина… От греха подальше я зажала ей рот рукой. Полуночный Герой, освободившись от очередной навязчивой поклонницы, посмотрел на мокрые следы, оставшиеся от магии мага бездны, поковырял лужу носком сапога, хмыкнул и скрестил руки на груди. Внезапно всё в нём — и сапоги, и перчатки с красноватым узором, и поза показались мне дико знакомыми… Едрит же твою налево! — Дилюк? — спросила под беззвучный аккомпанемент дернувшегося глаза. Словно понял, что спалился, герой откинул капюшон. Передо мной и правда стоял бармен-мафиози, и его рыжая шевелюра, казалось, горит в ночи. — Никому об этом не говори, — то ли попросил, то ли пригрозил он. Я кивнула, нервно сглотнув. — Господин Дилюк! — воспользовавшись моей ослабшей хваткой, Паймон снова рванула к нему. — Дайте я вас… ик! — Паймон, пойдём проверим Беннета… — отойдя от шока, что я дважды торчу своё спасения мафии, я перехватила бота за шкирку. Дилюк в её благодарностях явно не нуждался, да и, к тому же, если он узнает, что в его баре моими стараниями спаивают малолетних, он меня убьёт. Всё ещё неровно летя, Паймон спикировала к Беннету, который как раз простонал и перевернулся. Я пошла к нему, но Дилюк перехватил меня за локоть. Я вжала голову в плечи, предполагая, что сейчас мне прилетит по шапке, но мафиози только многозначительно кивнул на лужу. — Маги бездны никогда раньше не совались в Мондштадт. Что-то сегодня их привлекло, что-то особенное… — Они знают, что мы намерены освободить Двалина? — почти шёпотом спросила я. — Возможно, — ответил Дилюк, обходя лужи вокруг. — Но более вероятно… они приходили за тобой. — Чего? — Это не похоже на передовой отряд, — герой-мафиози остановился напротив и стрельнул в меня огненным взглядом. — Это разведка, у который были чёткие инструкции. — На счёт меня? — то ли от возмущения, то ли с перепугу мой голос дрогнул. — Да я его впервые в жизни видела! И о Бездне вашей только слышала! — стало как-то не по себе. В целом логично, что, если я игрок, то для генерируемых событий я основная мишень, в этом и суть. Но если раньше я думала, что виртуалка — это подключиться и побегать за монстрами, то сейчас мне подумалось… а вдруг цель именно этой виртуалки — выжить? Кавайное приключение для тех, кому в жизни не хватает адреналина? Ведь зачем-то же Юрка создал себе эти чит-коды… — А вот они тебя, похоже, знают. — Откуда? — спросила я слабым голосом. — Слышала, что маг сказал тебе, когда ты применила свои способности? — спросил Дилюк, прищурившись. — Скрипучую белиберду? — Он сказал: «Эта сила такая знакомая». — Ну и что… — протянула я, силясь изобразить равнодушие, но внутри всё равно шевельнулось что-то мерзкое и скользкое, потому что картинка в голове начала складываться. — Они могли сталкиваться с моим братом… — У вас одинаковые способности? — Нет, я просто… одолжила часть его, — я попыталась ответить обтекаемо, прикрыв факт, что я нагло спиздила Юркино мега-оружие… Оружие, которое он создал себе, чтобы выжить здесь. Мне вдруг стало тошно и жутко. Чтобы не осесть на мостовую, я прильнула спиной к стене. — Люмин? — Моего брата похитили, — ответила я, обхватив себя руками. — Совершенно внезапно, и я даже не знаю, кто… — Посланники Бездны не похищают людей, — сказал Дилюк леденящим душу тоном. — Они их уничтожают. Что-то внутри меня надломилось и глаза заслезились. Стиснув зубы, я мысленно отвесила себе пощёчину. «Светка, не смей раскисать!» — приказала я себе. Это всего лишь виртуалка! Просто. Глупая. Виртуалка! Я выберусь отсюда. Выберусь, и Юрку вытащу! Дилюк тем временем прошёлся вдоль луж. — Маг бездны мог быть не один, — сказал он, обернувшись. — Нужно проверить. — Люмин, — позвала меня Паймон, отвлекая от мыслей о Бездне. — Беннет очнулся. Я обернулась. Приключенец полусидел, прислонившись к стене, а Паймон, снова икнув, осела рядом и уткнулась в его плечо. Ну просто картина маслом по колбасе. И что вы мне прикажите с ними делать? — Эх, где мои семнадцать лет… — спросила я, опускаясь на колени. Так как в нашей компании я обычно пьянела тяжелее и медленнее, то опыта по растаскиванию по домам пьяных подруг у меня навалом. Хоть что-то из моих умений пригодиться в виртуалке. Я взяла Паймон подмышку, а руку Беннета перекинул себе через плечо и кое-как встала. — Вас проводить? — спросил Дилюк, скептически оценивая мои шансы дойти до дома. — Нет, уж теперь мы точно сами, — сказала я сквозь вымученный смешок. Если честно, мне было страшно до чёртиков идти по тёмным переулкам, но признаваться в этом я не собиралась. Мне и так было стыдно, что Дилюк увидел меня в таком размазанном состоянии. — Люмин… — я обернулась. Дилюк накинул на голову капюшон и приложил палец к губам. — Никому ни слова. — Мои уста запечатаны, как бутылка вина, — хмыкнула я. — Завтра после полудня, приходи на винокурню «Рассвет». Поговорим о твоём брате… и о том, что здесь произошло, — сказал герой-мафиози, прежде чем театрально исчезнуть в ночи.