Осколки…

Серкан сидел в своём кабинете и не мог ничего делать, потому что сильно нервничал. Он смотрел на свои часы, считал, сколько времени прошло с начала рабочего дня и посматривал в проход, надеясь, что в нем появится брюнетка, засевшая в его мыслях. Но этого не происходило на протяжении уже нескольких часов. Эда вошла в помещение, когда он совсем потерял надежду. Девушка аккуратно, почти неслышно поздоровалась, отодвинула своё кресло, поставила стакан из-под кофе на стол и села, закинув ногу на ногу. – Доброе утро, – Серкан выкрикивает так, чтобы она наверняка услышала, а потом с ухмылкой, осторожно ударяя себя по голове, продолжает, – хотя уже добрый день. Она же на это обращение никак не отреагировала, даже не подняла голову, продолжая вносить какие-то данные в компьютер. – Я к Вам обращаюсь вообще-то, – он моментально реагирует на угнетающее молчание, и даже его глаза будто краснеют, наполняясь злостью. – Господин Серкан, Вы что оглохли после аварии? – брюнетка наконец бросает взгляд на партнера, отвечая ему милым до невозможного голосом. – Я же с Вами поздоровалась, когда вошла. – Вы опоздали, – мужчина, кажется готов продолжить читать мораль, но ему не дают такой возможности. – Мы, кажется, вчера обсудили все, – она наигранно задумывается, водя глазами из одной стороны в другую, а потом, усмехаясь, продолжает, – Вы не мой начальник, поэтому не можете указывать мне, что делать. – Ладно, – Болан отрезает, смотря на неё исподлобья, а потом резко встаёт и подходит к ее части стола и садится рядом, почти напротив. – На самом деле, я хочу с Вами поговорить на очень серьезную тему. – Нет, – она произносит это короткое слово, пока перебирает бумажки, чем вызывает недоумение в его глазах, и, когда замечает это, решает объясниться. – Я не продам Вам свою часть акций. – Почему? – он, не ожидавший такой реакции, откашливается, из-за чего девушка начинает немного переживать. Сначала Эда молчит, прожигая его загадочным взглядом, а затем резко встаёт и подходит ближе к собеседнику, аккуратно садится на край стола – так, что ему открывается вид на ее ноги и немного поднимающееся платье. – Просто не хочу, – она пожимает плечами. – Только не нужно злиться на меня сейчас. Вымещайте злость на невесту, из-за которой акции Вашей образцово-показательной компании превратились в переходящее знамя. – Обязательно вмешивать Селин? – он говорит, несмотря на комок в горле, хоть и отлично осознаёт правоту девушки, идеальные ноги которой ещё вчера заняли его мысли. – Нет, – Эда приближает своё лицо к его и следующие фразы шепчет прямо ему в губы. – Просто хочу, чтоб Вы поняли, что иногда источник проблем стоит искать в своём окружении, а не винить всех остальных. Хочу заметить, что за последние месяцы я уже четвёртый акционер. – Я заплачу на двадцать процентов больше рыночной стоимости, – он сглатывает, ослабляя галстук, потому что в кабинете становится очень жарко. – Ваша невеста рассказала, кто я? – брюнетка отодвигается от него, обставляет руки назад, опираясь на них, и ждёт ответа. – Да. Кажется, флористка, – он начинает смотреть в пол, пока вспоминает слово. – Вы абсолютно правы, господин Серкан, – она делает громкий вдох, чем привлекает внимание партнера. – Я веду к тому, что человека, который жил на зарплату флориста, мало интересуют деньги. Во-первых, я вообще не собираюсь продавать акции этой компании, – девушка берет время, чтобы немного подумать, и сразу же оказывается нагло перебитой. – Даже интересно, что будет вторым, – он понимает, что проиграл, но признавать это не хочет, и тогда собеседница делает последний выстрел. – Во-вторых, если я вдруг соберусь продавать акции, чисто из принципа не отдам их тебе. Ни за что. Я подарю их кому-нибудь, лишь бы ты страдал из-за удручённого самолюбия так же, как я из-за тебя, – она говорит это очень быстро и эмоционально, чем даже успевает напугать мужчину. Затем, желая хоть немного успокоиться, тянется за кофе, немного ложась на стол. – Госпожа Эда, у Вас платье поднялось, – он, поняв, в каком положении находится, думал, как можно перевести тему, и тут сама судьба подсказала. Правда надо признать, что Болату стало очень дискомфортно из-за поднявшегося до неприличного сильно платья. – Джентельмены о таком не говорят, кажется, – она делает глоток из стакана, наигранно задумывается, щурится и бросает в него следующую фразу уже с улыбкой на лице. – Но и я сегодня не вела себя как леди, они ведь не сидят на столе. Кажется, эти двое прожигали друг друга взглядами ещё очень долго, если бы их покрасневшие лица не оторвал друг от друга телефонный звонок. Эда достала телефон из сумочки, стоящей рядом, посмотрела на экран, специально натянула на лицо улыбку влюблённого подростка и ответила: – Да, Дениз, – девушка, забросив голову назад, мило беседовала с молодым человеком, из-за волнения очаровательно болтая ножками. – Подъезжай тогда за мной после работы. Целую. Только она перестала говорить, Серкан начал что-то бормотать, однако никто не слушал. Эда лишь категорично заявила, когда он остановился: – Господин, мы, кажется с Вами закончили. Теперь я хочу немного поработать, не отвлекайте, пожалуйста. Она спрыгивает со стола, проходя прямо мимо его лица, а потом оборачивается, делая вид, будто что-то вспомнила. – Кстати, отчёт, который я должна сегодня вечером сдать, уже у Вас на почте, – рука брюнетки невольно начинает поправлять галстук, что смущает молодого человека. Серкан после этого разговора очень хотел понять, что в голове этой удивительной девушки, больше он не отождествлял ее с оскорбительным «девица», чего она хочет от него и его компании, что чувствует, кого любит, а кого ненавидит. Кроме того, Болат ещё весь день думал, почему все его друзья и знакомые так расположены к ней. Что подкупает их в этой брюнетке? Чего не видит он? Что ищет, но не может найти.