Королевские братья

На следующее утро Андайн и Альфис поднялись аж в шесть утра, чтобы всё успеть. Слуги тоже не спали. Трон Альфис и особые места для Андайн и Папируса были начищены до блеска, в скором времени должно было быть готово и третье. Зал, дворец, площадь, балкон, с которого королева будет произносить речь - всё было украшено, как нужно. Регалии лежали под плотным стеклом на шёлковой подушке, которую должен будет поднести один из слуг. И тогда Андайн оденет корону на голову своей подруги. Девушки забрали у портного последние комплекты одежды для братишек и направились домой. Мальчики ещё спали. Андайн зашла к ним в комнату, повесила им на изножье кроватей новые наряды для сегодняшнего праздника и стала их будить. Подойдя по очереди к каждому, она коснулась их щёк (или скул) холодной рукой, ласково приговаривая: — Санс, Папи, вставайте. Сегодня важный день, надо подняться пораньше. — Скока время? — послышалось мурчание с постели Папируса. — Восемь утра уже, дорогой мой. — Ещё десять минут... — пробубнил Санс. — Ладно. Через десять минут я к вам приду — и вы встаёте. - Ага. Андайн не стала закрывать к ним дверь, но они, как назло, уснули еще крепче. Не мешал им ни стук посуды, ни разговоры девушек. Через десять минут рыбка снова зашла, только чтобы обнаружить Санса и Папируса всё еще спящими, даже не пытающимися проснуться. — Так, мальчики, вставайте. Я вам дала время, давайте, хватит дурака валять. — Нье-е-ех... — Рыб, ещё пятнадцать минут... — промычал человек, отворачиваясь к стенке. От такой наглости терпение девушки лопнуло. Она вдохнула и сложила руки рупором: — РОТА ПОДЪЁМ!!! Парни вскочили на кроватях, как ужаленные, и, распахнув глазёнки, сразу же стали жмуриться от света. — Сколько мне еще вас поднимать? Я же даже накануне сказала: встаём рано, у нас много дел! — Ну Андайн... — всё таким же голосом сказал Санс, завалившись снова. — Я соня по жизни, я не люблю рано вставать! — Обещаю, завтра я дам вам выспаться столько, сколько хотите. А сейчас быстро одеваться, кушать, репетировать выход, переодеваться в это, — она указала на новые наряды, висящие на кроватях. — И к двенадцати чтобы всё было готово и отработано на двести процентов! Монстрик вскоре проснулся и, заправив постель, стал натягивать на себя майку и джинсы. Человек же с трудом сел на кровати, протёр глаза, неторопливо потянулся и, зевая во весь рот, начал медленно одеваться. Завтракали тоже медленно, все так же благодаря Сансу, который клевал носом и ковырял талерку вилкой. Только когда Альфис стукнула кулаком по столу, что ей обычно несвойственно, дети прибавили темп. Когда выходили из дома, Папирусу вдруг приспичило одеть не сапожки, в которых он ходил практически постоянно, а кроссовки. Появилась проблема ещё и со шнурками. — Нгаааах, Папс, давай быстрее! — Ну, Андайн, я не могу! Не знаю почему! — Уже девять часов, пока придем туда, будет пол десятого. Это кажется, что времени много, а на деле нам этого времени может не хватить! — Ну правда! Они не хотят!.. — Гррр. Давай я! Когда пришли в замок, туда, где и будет проходить торжество, было и правда пол десятого утра. Санс наконец пришёл в себя, и они с Папсом после отчаянной драки стали бегать по всему замку, разглядывая украшения и едва не сбивая ничего. — Так, Альфис, вставай сюда. — командовала Андайн в то время, как один из слуг держал корону на подушке. — Мы всё это уже обговаривали, давай. Альфис послушалась. — Теперь я... Почему корона еще не принесена сюда? Когда Альфис подойдёт, корона уже должна быть здесь! — девушка-рыбка агрессивно указала пальцем в пол, показывая, где должен стоять слуга. — Кому я говорила это уже десять раз?! Тот с извинениями подошёл к Андайн, и та приняла регалию в руки. Пока девушки отрабатывали движения, порядок действий и речь, мальчики едва удерживались, чтобы не устроить гонку по главному залу. — Хей, Папирус, а что это за знак, который везде нарисован? — Круг с крыльями и треугольниками? — Ага. — человек указал на висящий с потолка гобелен. — А, так это символ нашей страны. Только, страна не имеет названия. Альфис не заморачивалась над этим. Так вот, этот знак... — Папирус задумался, как бы преподнести это. — В общем, круг с крыльями — это "Ангел, повидавший поверхность", а треугольники — это мы, монстры, которые должны отдаться этому ангелу. Есть предание, что этот ангел "избавит нас от мук здешних". Я думаю, это значит, что он спасёт всех. Но я слышал, что есть какой-то другой смысл, который мне не говорили. Думаю, там что-то плохое, и сёстры не хотят меня — Что он... заберёт всех с собой? — Это тоже можно понять неоднозначно. — Хех. Может, ты и прав. — Мальчики! Идите сюда, репетируем ваш выход! — позвала Андайн. = Идём! Девушки показали им, как и когда нужно выходить. Аароны в это время двигали троны. Дети покорно двигались, как и куда им говорили, и даже успели ещё немного посражаться, за что получили выговор. В пол двенадцатого у Андайн зазвенели часы на руке. — Чёрт... Бегом переодеваться, у нас пол часа! Семья быстрым шагом дошла до дома, и там разделилась на две половины. Сёстры стали наряжаться в свои пышные красивые платья, у Альфис — чёрно-оранжевое, с огненным узором и кучей блестяшек и оборочек, у Андайн — сине-фиолетовое, подол которого напоминал русалкин хвост. Прилагались жемчужные бусы, что очень подходили к её рыбьей внешности. Так же на Альфис нацепили длинный оранжевый блестящий плащ. Волосы рыбки были распущены и мягко струились по плечам. А у братишек возникли проблемы. С кофтами справились, шорты Санс тоже быстро сменил на штаны, а вот накидки... У человека застряла голова в горловом отверстии из-за того, что он боялся сбить все те бинты, что всё ещё покрывали его лицо. Монстрик же никак не мог понять, что это вообще такое ему дали, а когда понял — не смог застегнуть ремень вокруг "талии". В итоге просто очень туго завязал его узлом, стянув плотно вокруг позвоночника. В таком виде они пришли в комнату к сёстрам. Девушки, будучи уже практически полностью одетыми, в шоке распахнули глаза. — Не дети, а наказание! Альфис, помоги Сансу, я боюсь навредить ему на нервах. — Хей, Альфи. — начал Санс, сощурив глаз, когда ящерка помогала ему просунуть голову в отверстие накидки. — Ты сегодня прям ОГОНЬ.) — Чт-что? А!.. Хехе. С-спасибо, Санс. — она немного смутилась, ей никогда не делали подобных комплиментов. — Санс, пожалуйста. — раздражённо произнесла Андайн, наконец застегнув ремень на Папирусе. — Что, не нравится? — человек широко улыбался. — Не сейчас. Альфи, давай мне этого чуду. Когда с одеждой наконец было покончено, до церемонии оставалось десять минут. Бегом добравшись до замка короткими путями, четвёрка ввалились в зал, тяжело дыша. С балкона доносился шум толпы, собравшейся на площади. Всех расставили по местам, все кое-как успокоились, и заиграла парадная музыка. — Дамы и господа! Приветствуем вас всех на сегодняшнем торжестве, посвящённом коронации нашей великолепной Альфис! — Звёзды мои! — ныла она, когда её имя и заслуги на всю толпу озвучивал церемониймейстер в микрофон. — Встречайте её! У Андайн было желание поддать подруге "физического приободрения", но она находилась на балконе, в то время как ящерка — внутри зала. Переборов стеснение, без-нескольких-секунд-королева чинным шагом вышла на широкий балкон. Слуга в этот момент с безупречной точностью подал помощнице шёлковую подушку, с которой рыбка взяла корону и торжественно возложила на голову Альфис. Монстры галдели под оглушительную музыку, выражая признание королевы. Та ледяными руками взяла скипетр, постояла так перед ликующей толпой и щелкающими камерами и положила его обратно, откашлявшись. Народ смолк в ожидании речи. Королеве подали микрофон на подставке. — Д-дорогие жители Подземелья! Я оч-чень рада видеть вас в столь з-знаменательный день! Спасибо, что поддерживаете меня. ... Кхем. М-мы прошли с вами ч-через многое. Я невероятно рада иметь т-таких прекрасных монстров под своим крыллом. Н-но я бы не справилась без моей п-прекрасной подруги и помощницы, и п-по совместительству нового министра обороны, Андайн! Монстры апплодировали и кричали, когда к краю балкона подошла и Андайн, сверкая жемчугами. — Именно она вела войну п-против людей. Она достойно сражалась. Была нашим героем, нашей надеждой. И так получилось, что мы оказались рядом в к-критический момент. Я искренне выражаю ей с-свою любовь и признательность. В-всё же, она не одна, кто помогал и поддерживал меня. Во время войны мы нашли маленького монстрика. Ему было всего девять лет. Андайн в-вывела его из опасной зоны вместе с кучей других детей, оставшихся без дома, семьи и надежды. И этот монстрик изъявил ж-желание остаться с нами. Теперь он числится нашим названым братом и будущим королём Подземелья. Принц Папирус! — Великий Папирус! К балкону подбежал Папс, поправив слова подруги в микрофон, и радостно начал махать толпе. Альфис немного подождала, пока толпа угомонится, так сказать, выдержала интригующую паузу. — В-вы ведь все знаете, что означает символ нашего государства. Ангел, повидавший поверхность, спустится к нам и избавит от мук здешних. Мы все ждали, когда этот ангел придёт к нам. И вот, я считаю, мы д-дождались! Два дня назад Папирус нашёл в Руинах доброго человека, и настоял на том, чтобы мы оставили его у себя. Санс, стоявший все это время в сторонке, вдруг вытащил руки из карманов брюк и поднял голову. Андайн жестом подозвала парня, и он, спотыкаясь, пошёл на балкон. Когда мальчик вышел, весь народ тут же узнал его, ведь все видели, как двое шли через всё подземелье, и вчера шатались по столице. Альфис продолжала. — Р-разве это не знак, друзья мои? Вот он, ангел с поверхности! Будущее Подземелья в его руках! Этот человек... он ровестник Папируса. И т-теперь он т-тоже часть нашей маленькой семьи! Принц Санс! Гробовая тишина сменилась ликованием. Но для Саса время будто остановилось. Пару дней назад его избивали и морили голодом, а сейчас он уже принц целого народа монстров, названый брат ящерки, рыбы и скелета. Стеклянным взглядом он смотрел куда-то сквозь толпу, стараясь хоть как-то переварить происходящее и принять свою новую судьбу. Ящерка снова подала монстрам знак, чтобы успокоились, и человек тоже вышел из транса, взглянув на королеву. — Я о-обещаю вам, что вскоре мы покажем людям на поверхности, что мы тоже достойны жить с ними бок о бок, как было раньше! М-мы покажем им, что наши надежды и мечты тоже имеют место быть! Люди с поверхности падут перед нами! Мы выйдем на поверхность и будем жить там счастливо! — Здравия королеве Альфис! Здравия помощнице королевы! Здравия юным принцам! - вопила толпа, надрывая глотки. Бахнули салюты, хлопушки, начались гуляния. Санс и Альфис, будучи интровертами, поспешили быстро ответить на вопросы толпы и уединиться, хотя у них этого не вышло. Андайн по обыкновению пошла осматривать вокруг, всё ли в порядке, попутно отбиваясь от прессы. Папирус был в центре веселья. Он танцевал (как мог, конечно), взрывал хлопушки, играл с другими детьми. К концу дня вымотались все. Санс, укравший по привычке на празднике несколько вкусняшек, дошёл до дома, спрятал украденное под подушку, прямо в одежде завалился на кровать и сразу уснул. Андайн и Альфис тоже пошли в свою комнату переодеваться в мягкие привычные кофты и штаны, думая, что ждёт их теперь, кроме кучи бумаг и обязанностей. Папс тоже зашёл к себе в комнату, переоделся, "немного" поговорил со спящим Сансом и заснул уже к полуночи.