Космическое сокровище

Медленный огонь страсти, который Иван и Альфред ранее намеренно тушили в себе, стал постепенно увеличиваться в силе и размерах благодаря тому, что они нашли друг в друге что-то, что давно искали. И если Франциску для удовлетворения его желаний вполне хватало совершенно незнакомого человека, то в случае, по крайней мере, Ивана это так не работало. Но теперь же, когда Иван знал, что они оба готовы были перейти, пожалуй, к первой наивысшей точке их отношений, мужчина ничего особо не боялся. Альфред, как оказалось, достаточно сильно любил целоваться. И тогда, ещё в палате, в самый первый раз, Иван задел всевозможные чувства парня своим внезапным и давно желаемым Альфредом поцелуем. О, Альфред действительно мечтал об этом, но тогда поцелуй означал привязанность, скорее, душ, чем тел. Теперь же парень желал, чтобы близость была физической. Альфред и Иван лежали в объятиях друг друга. Их ноги были сплетены, а тела приятно прижимались, согреваясь общим теплом. Парень прятал лицо в области между плечом и грудью мужчины, но затем резко поднял голову и посмотрел Ивану в глаза. — Иван, — проникновенно прошептал Альфред, приблизившись к лицу мужчины. — Что, Фред? — тихо ответил Иван, поглаживая большим пальцем скулу парня. — Я же могу остаться у тебя на ночь? Иван слабо засмеялся. — Боишься? — Нет, с чего ты взял? Иван хотел было ответить: «просто решил поддразнить», но Альфред быстро добавил: — С тобой… очень приятно находиться рядом. Иван не отвечал какое-то время, а затем коротко поцеловал Альфреда в губы, заставив того слегка покраснеть. Иван отлично запоминал, что сильнее действовало на парня. — Хорошо. Оставайся, — прошептал мужчина. Альфред вдруг посмелел и сам поцеловал Ивана в губы: теперь уже жарче и крепче. После этого мужчина снова издал слабый и короткий смех. — Так вот, почему ты хочешь со мной ночевать. — Ну почему же сразу только из-за этого, — смутился парень. — Я так хочу быть близким кому-то, — прошептал он после, сильнее прижимаясь к Ивану. И только подтвердил этим слова мужчины. Иван начал чувствовать, как его охватывал жар предвкушения. — Ты уже близок мне как никто другой. — Я… хочу быть ближе телом. Иван немного тяжело вздохнул. Он давно понял, что Альфред любил больше телесными ощущениями, нежели умственными, душевными. Было ли в этом что-то плохое? Скорее нет, чем да. Конечно, им обоим сначала было очень трудно понять друг друга, но теперь они осознали, как прекрасно могут дополнять общее чувство привязанности с двух разных сторон. — Останусь? — снова спросил Альфред, видя, что Иван погрузился в размышления. — Я же сказал, что да. — Вдруг ты передумал, — парень вновь стал прятать лицо где-то в плече мужчины, но на этот раз руки Ивана по-хозяйски начали поглаживать спину Альфреда. Иван уже успел узнать, что это эрогенная зона парня. Прикосновения Ивана были сначала лёгкими, как бы щекочущими, но затем стали более напористыми и уверенными. Он гладил чужие лопатки, слегка выступавшие под белой футболкой, а потом решил провести указательным пальцем по всей длине позвоночника. Альфред изогнулся, тем самым сильнее прижавшись к Ивану, и тихо ахнул. — Ого, — прошептал Иван. — Я и не думал, что ты так остро отреагируешь. Альфред не нашёл слов, почувствовав дурманящее, доводящее уже почти до эйфории возбуждение. Иван, кажется, даже себе не представлял, насколько на самом деле страстным являлся Альфред. Парню так хотелось, чтобы Иван стал смелее, начал касаться увереннее, но пока оставалось только давать на это намёки. Альфред, осторожно взяв Ивана за плечо, заставил того лечь на спину, а сам быстрым и лёгким движением сел на его бёдра. Но, даже будучи, казалось, в ситуации, когда должны существовать какие-то определённые роли, Альфред и Иван пока оставались неким смешанным целым, и ни один из них не был ни ведущим, ни ведомым. Иван, заметив, как Альфред с его бёдер медленно перемещался к месту расположения полового органа, усмехнулся. — Твоё терпение уже лопнуло? — Давно. Моя первая сексуальная фантазия о тебе была ещё во времена Фульгуры, когда я впервые увидел тебя на озере в одном нижнем белье, — немного смущённо говорил Альфред, но такой характеристики нельзя было дать его действиям: парень совершенно без всякого стеснения проводил руками по телу Ивана, гладя по животу и груди. — Значит, у тебя их было несколько? — снова в голосе Ивана послышалась усмешка, но она не была злой. Мужчина совершенно спокойно позволял трогать себя, наблюдая параллельно за чужой реакцией. Оказалось, что даже в такой ситуации можно было что-то узнать про характер человека. Или, по крайней мере, про то, как он умеет вести себя в более интимной обстановке. — Вообще, да, — кивнул Альфред. — Что насчёт тебя? — Совру, если скажу, что не представлял себе нас в таких обстоятельствах. Альфред довольно улыбнулся после этого ответа, но затем, словно вспомнив про что-то, встревоженно начал говорить: — Ты же, — парень вдруг запнулся, отчего-то боясь быть отвергнутым. — Тоже хочешь попробовать? — Хочу, но я не уверен, что знаю достаточно. — Самое главное — хотеть, — усмехнулся Альфред. Единственное, что себе немного по-другому всегда представлял парень — реакции Ивана. В жизни тот оказался чересчур спокойным, что даже немного расстраивало Альфреда. Он ожидал каких-то ответных действий, «взрывных» эмоций, хоть чего-нибудь, в конце концов, но Иван продолжал просто лежать, позволяя парню делать, что хотелось. Альфред не знал, что Иван всего лишь не достиг ещё, в отличие от него самого, «отправной точки», после которой словно что-то менялось в голове, заставляя действовать более активно. Альфред вдруг потёрся нижней частью туловища о тело Ивана, поджав губы. Иван увидел, что парень возбудился и стал как-то неравномерно дышать, и затем положил руки ему на бёдра, осторожно гладя. О, Альфред отдал бы, наверное, всё, чтобы ладони Ивана коснулись совсем другой части тела. И парень намекнул на это, переместив чужие руки на свою талию. Альфреду в какой-то степени повезло, что Иван оказался достаточно догадливым, потому что мужчина сразу же «подхватил», поняв, чего от него желали, и немного приспустил брюки парня, а затем принялся поглаживать нижнюю часть его живота. Но Ивану отчего-то надоело лежать. Он привстал, опираясь на локоть, и Альфред позволил ему сесть удобнее. Так, они оказались в большей близости друг к другу. Однако и этого показалось мало Альфреду, который, потянув Ивана за собой, заставил встать того на колени, при этом держа корпус вертикально. Иван не знал, что в голове Альфреда уже был особый сценарий, который тот стремился воплотить в жизнь. И, следуя одной из своих фантазий, Альфред затянул Ивана в очередной поцелуй, совершенно не давая тому думать и проявлять инициативу. Да и не то чтобы Иван собирался, потому что не особо понимал, что делать. И Альфред не ограничился одним лишь французским поцелуем, позволив себе опустить руки на ягодицы Ивана. Мужчина стал «разогреваться» изнутри желанием, чувствуя, как его тело охотно отзывалось на ласки. Он даже и не подозревал до этого, что любил, когда кто-то более уверенный проявляет больше активности, а он просто наслаждается. — Я тебя по-другому представлял, — сказал тихо Альфред после поцелуя. — И чем же я отличаюсь от твоих фантазий? — с лёгкой усмешкой спросил Иван, смотря на парня, который из-за разницы в росте оказался немного ниже Ивана. — Я думал, что ты будешь более… активный в действиях. Иван ничего не ответил на это замечание, решив показать свою готовность удовлетворить чужие желания с помощью этих самых действий. По телу Альфреда пробежались мурашки, когда Иван вновь стал водить ладонями по его спине после того, как снял с него футболку. Прикосновения Ивана были аккуратными и по-своему внимательными, потому что мужчина касался немного особенно определённых мест: лопаток, например. И это вынуждало Альфреда невольно выгибаться и тихо стонать. Ладони Ивана остановились на копчике, он не решался спускаться ниже. Альфред затуманенным взглядом окинул мужчину, не понимая, почему тот остановился. — Тебе уже… надоело? — как-то обречённо спросил парень. — О чём ты? Я просто, — Иван сделал паузу, подбирая слова. — Я просто не знаю, что делать дальше, — честно ответил мужчина. Альфред поборол в себе желание высмеять ту, казалось бы, патовую ситуацию, в которую они оба попали. У Альфреда не было отношений настолько далеко заходящих, и ему, наверное, стоило предупредить об этом, но и Иван в силу амнезии, даже если и имел за плечами хотя бы какой-то опыт, вряд ли о нём помнил. — Я… смотрел кое-какие фильмы, знаешь, — Альфред прикусил губу, также намереваясь снять с Ивана футболку. — А я читал кое-какие книги. И что? — Иван усмехнулся, позволяя парню раздеть себя. — Книги — это скучно. В них многое может быть пропущено, а вот кино, — мысль Альфреда осталась незаконченной, потому что, оставшись без футболки, Иван немного посмелел и переместил руки со спины парня на его грудь. — Кино тоже неидеально, — Иван поцеловал ключичную ямку Альфреда, несильно сжимая его соски пальцами. Парень оказался не в состоянии ответить, слегка запрокинув голову и застонав. Иван осыпал непродолжительными и лёгкими поцелуями грудь Альфреда, пока тот нервно держал Ивана за волосы и плечо. — И вообще, откуда у тебя были фильмы такой направленности? — спросил Иван с усмешкой, приблизившись к лицу Альфреда. — Франциск любезно просвещал. Не только фильмами, конечно. — Ах, вот оно что, — Иван взял лицо парня в свои ладони. — Теперь я понял, что за дело у вас было когда-то, — Иван проникновенно шептал это, обдавая своим горячим дыханием лицо Альфреда. Парень не выдержал и резким движением начал целовать Ивана в губы. Иван был удивлён тому, что Альфред достаточно хорошо умел целоваться. Это казалось слишком удивительным, учитывая то, каким колким и не расположенным к романтике парень выглядел. Быть может, с кем-то всё-таки были отношения или кто-то научил. А, может, из-за одной лишь природной страсти оба они получали удовольствие от близости, какими бы ни были их умения. — Шрам? — удивился Иван после, гладя оголённые плечи Альфреда и смотря на его бок, где виднелся длинный, но неширокий шрам. — У тебя тоже есть один, только на шее. И после этих слов парень легко коснулся губами нижней части шеи, где находился шрам. Иван вдруг ахнул, а Альфред довольно ухмыльнулся, наконец, узнав, куда ему направить ласки. Однако вскоре парень выяснил, что Ивану нравились поцелуи не исключительно в шрам, а в целом в шею. Быстро приняв это к сведению, Альфред стал с особым любопытством ласкать именно этот участок тела Ивана. «Есть что-то особо привлекательное в том, чтобы узнавать друг друга не только душевно, но и физически», — пронеслось вдруг в мыслях мужчины. Он был в какой-то степени даже рад, что Альфред как бы помог ему раскрыться именно с этой стороны. Иван резко схватился обеими руками за плечи Альфреда, когда почувствовал прикосновение его губ к своему адамову яблоку. Он едва сдерживался, чтобы не начать стонать, и Альфред, судя по всему, заметил это. — Нет нужды давить в себе желания, — словно прочитав чужие мысли, сказал парень. И, хотя эта фраза могла трактоваться и в общем смысле, Иван почему-то посчитал, что она относилась к его стремлению не показывать своё удовольствие. — Нас могут услышать, — как-то пугливо отозвался Иван. На этот раз усмехнулся Альфред. — Жаль, что мы не в моей каюте. У меня там звуконепроницаемые стены. Альфред почти грубо вцепился в плечи Ивана пальцами, покусывая его шею в некоторых местах. Соприкасаясь телами, Альфред и Иван были столь близки, что физически чувствовали чужие возбуждения, но не могли прекратить столь долгую прелюдию, наслаждаясь доступностью друг друга. — Только у тебя? — на выдохе спросил Иван, приоткрыв закрытые от удовольствия глаза. — Да. Из-за моего увлечения музыкой. Люблю громкую, — чеканил Альфред, чередуя отрывистые предложения с поцелуями Ивана в шею. Едва ли их волновало то, что на коже мужчины могли проявиться засосы. О таком думалось в последнюю очередь, если вообще думалось. — А я, наоборот, шёпот люблю, — абсолютно бессознательно проговорил Иван, но Альфред увидел в этом огромный и жирный намёк. Совершенно случайно Альфред однажды прошептал на ухо Ивану что-то злобное, и тогда мужчина путём долгих изучений и даже покупки некоторых книг понял, что шёпот сильно возбуждает его. И вот настало время Альфреду снова найти это слабое место Ивана, пусть ему в этом направлении и дали подсказку. Альфред прильнул к уху Ивана, прошептав для начала его имя. На этом парень, конечно, не собирался останавливаться, но хотелось посмотреть на реакцию партнёра. А она оказалась довольно яркой — Иван закрыл глаза, подавив стон удовольствия прикусыванием губы. И пусть шёпот не был единственным, что могло положительно повлиять на Ивана, именно он оказался довольно сильным рычагом воздействия на мужчину. Альфред почувствовал странное удовлетворение просто от того, что он узнал, как лучше сексуально взаимодействовать с Иваном. А пылкость парня явно не остановится на одном лишь разе. Альфред инстинктивно прижался своим телом к Ивану, чуть заметно тёрся, чувствуя почти безумную жажду, и медленно и осторожно поглаживал внутреннюю сторону его бёдер, а затем приблизил ладонь к его половому органу. Иван жарко выдыхал ему на ухо, чем сильнее заводил Альфреда. Иван ещё не успел узнать, что парень любил, когда его ушей касались. Альфред даже не смотрел на лицо мужчины, немного испытывая стыд, и с небольшим напором стал надавливать ладонью на участок тела между ног. Парень не только видел, но и чувствовал, как сильно возбуждён Иван, и хотел удовлетворить в первую очередь его. Альфред медленно спускал брюки Ивана, смотря вниз, а не в лицо мужчине. Он пожелал раздеть сначала Ивана, а только потом себя. Крепкое тело Ивана, чувствовавшего лёгкое смущение от чужого пристального взгляда, виделось Альфреду совершенно прекрасным. И если футболки оказались сброшены за ненадобностью на пол, то брюки Иван снять до конца не поспешил, оставшись в них, спущенных до колен. Альфред, позабыв про себя, сразу потянулся рукой к члену Ивана, но мужчина остановил его, перехватив запястье и прошептав: — Я полагаю, ты тоже должен раздеться до конца. Альфред, встрепенувшись, неловко улыбнулся и быстро снял с себя одежду, чтобы не испытывать ненужное смущение слишком долго. Парень, несмотря ни на что, всё равно оставался довольно «диким» в сексуальном отношении из-за отсутствия опыта. И, наконец, оголив «необходимые» участки тела, Альфред снова попытался исполнить свои намерения. Неуверенно обхватив рукой член Ивана, Альфред сделал пару небыстрых движений, будто для «разогрева». Иван стал повторять за парнем и, почувствовав тепло чужого тела рукой, вдруг неосознанно поцеловал его куда-то в край щеки. — Это то, каким ты мне нравишься, — как бы выдохнул слова Иван, невольно двигаясь бёдрами в ритм с рукой Альфреда. Парень поднял немного удивлённый взгляд на мужчину, и тот пояснил: — Неуверенный, но жаждущий. — Ты такой же. Иван не стал отвечать, ни подтверждая, ни опровергая слова Альфреда. Вообще, когда они перешли к более физическому взаимодействию, мужчина понял, что его голова странным и удивительным образом стала работать совсем не так, как он привык. Воображение рисовало ему смутные и горячие картины, в то время как аналитические способности, казалось, совсем отключились. В целом Иван посчитал, что он совершенно ни о чём не думал и не мог. Были важны только быстрые и приятные движения чужой руки, которые ощущались, как нечто давно желаемое и безмерно правильное. Их спокойное, плавное взаимодействие не вызывало у Ивана, не говоря уже об Альфреде, несколько ночей не спавшем из-за мечтаний о подобном, никакого предполагаемого отвращения. Почему-то мужчина думал, что ему будет в какой-то степени неприятно, противно, но ничего подобного он не ощущал. Первая близость, в каком бы возрасте они оба не были, по-своему пугала. Но Иван чувствовал себя вполне хорошо. Даже отлично. Когда Иван несильно укусил Альфреда за мочку уха и вместе с тем сделал пару отрывистых движений, мастурбируя ему, парень, отвлёкшись от удовлетворения Ивана, кончил со стоном. Он обессиленно рухнул на кровать, ложась спиной на мягкую спальную поверхность. Иван в смятении слегка улыбнулся, потерявшись в своём непонимании ситуации. Но вскоре мужчина немного успокоился, когда Альфред, удивительно запасливо прихвативший с собой какие-то салфетки, вытерев себя ими, с прежним огоньком в глазах посмотрел на Ивана. Всё это происходило достаточно быстро, но Иван мысленно отмечал каждую деталь, быть может, поэтому-то его мозг и отказывался анализировать что-либо. Хватало просто наблюдать и откладывать в сознании. Альфред не собирался оставлять Ивана без удовольствия. Разгорячённый видом на чужое возбуждённое тело, несмотря на недавний собственный оргазм, парень вдруг осторожно толкнул Ивана, заставив опрокинуться на подушки. Иван непроизвольно раздвинул ноги не слишком широко и смутился, заметив хищнически блеснувшие глаза Альфреда. Нависнув над ним, парень потянулся к его ногам, чтобы до конца снять брюки и затем возобновил движения рукой, мастурбируя ему. Иван немного съёжился по какой-то причине, слегка зажмурившись. Но, открыв затем глаза, он увидел Альфреда, пристально смотревшего на него. Альфреду показалось, что Иван стал более страстным после того, как лёг на спину и принялся смотреть на него, нависавшего и доминировавшего. «Кажется, что ему нравится такое положение. Надо будет воспользоваться этим в следующий раз», — думал Альфред, коснувшись ладонью одной из рук Ивана. Они сплели пальцы, и, когда Альфред сделал несколько быстрых и резких движений, Иван застонал, сильно вцепившись пальцами в руку парня. — Не… смотри так, пожалуйста, — прошептал Иван после. — Не могу отказать себе в удовольствии, извини. Ты такой прекрасный подо мной, — Альфред прошептал последнее предложение Ивану на ухо для большего эффекта. Когда губы Ивана пересохли, он быстро облизнул их, но Альфред тут же припал к его лицу, горячо целуя. Иван ответил на глубокий поцелуй, и Альфред сразу ускорил движения своей руки. Чувствуя истому, Иван кончил, а парень после этого разорвал поцелуй, решив как бы полюбоваться «картиной». Лёгкая нега после оргазма не дала, впрочем, Ивану быть совершенно против очередного пристального взгляда. Проявив некоторого рода заботу о партнёре, Альфред снова прибег к использованию салфеток. И Вселенная весть, как парень догадался взять их с собой и понял, что обычный разговор с Иваном перерастёт в одну из самых незабываемых ночей.