(не)идеальные напарники

«Люди боятся смерти, и все равно их всегда к ней тянет. Они постоянно продолжают к ней возвращаться — в городах, в литературе. Она необратимо приходит к каждому, хоть и всего раз».

      Не имеет значения, как сильно ты будешь стараться, всех не спасти. Не имеет значения, как отчаянно ты будешь бороться, люди все равно погибают. Так устроен реальный мир.       Куникида усвоил данную истину уже давно. Эта жестокая правда всегда бросала тень на его идеалы, влекла за собой боль и пустоту, однако, невзирая на все неудачи, Доппо продолжал упорно стремиться к идеальному миру. На его пути встречалось множество трудностей, Куникида терпел неудачи, иногда вообще казалось, что он попадал в настоящий ад, но продолжал шагать вперед, ведь такая у него работа.       И он соврет, если скажет, что было не так уж и сложно двигаться дальше после очередного провала. Порой хотелось сдаться и остановиться. Опустить руки, бросить это все. Но он не позволял себе поддаваться слабостям, не собираясь идти коротким путем. В конце концов, его имя — Куникида Доппо. Он – член Вооруженного Детективного Агентства, и он – истинный поклонник идеалов, за которые всегда будет готов бороться.       В то время как Куникида гнался за жизнью, Дазай предпочитал гнаться за смертью; Доппо никогда не одобрял отвратительные суицидальные наклонности напарника, и хотя каждая попытка Осаму в итоге с треском проваливалась, это не отменяло того факта, что Куникиде всякий раз приходилось переживать за одного бинтованного идиота, потому что никогда не знаешь наверняка, что может произойти. А произойти может всякое. Даже то, чего ты мог совершенно не ожидать.       И то, чего никто не ожидает, происходит на очередном задании. Куникида, который не мог допустить того, чтобы на его глазах погиб человек, бросается спасти заложника, не слушая совершенно, как напарник кричит ему остановиться. Было уже слишком поздно, но Доппо все равно не мог не предпринять что-нибудь, собираясь самолично подставиться под пулю, вот только...       Слышится выстрел. Перед глазами в ту же секунду появляется Дазай, после чего следует ещё один выстрел.       — ...какого черта?! — срывается с губ прежде, чем приходит осознание ситуации.       Глаза Куникиды раскрываются широко, он видит, как преступник резко оседает на землю, выпуская из рук пистолет. Противник больше не двигается, под его телом образуется лужа крови, и взгляд Доппо переводится в сторону Осаму, который вот-вот тоже собирается упасть. Но Куникида не позволяет этому случиться, подхватывая напарника и заглядывая в его лицо.       — Дазай? Ты... Ты такой идиот! — Куникида с силой стискивает зубы, замечая струйку крови, стекающую из уголка рта напарника, и опускает глаза ниже, видя, как Осаму затыкает рукой рану на груди. На чужом лице – улыбка. На собственном – шок и нежелание принимать действительность. Доппо собирается вызвать скорую, но рука Дазая останавливает его, хватая за запястье.       — Не нужно, Куникида-кун.       — Тц! Даже не думай, что я позволю тебе умереть!       В глазах Осаму на мгновение проскальзывает сожаление.       — Прости, Куникида-кун. Не в твоих руках, так в ее.       Слабая усмешка с горьковатой иронией.       — Дазай! Не смей! Ты не можешь, я... — Куникида замолкает, видя чужое спокойствие.       — Спасибо.       Эта благодарность – последнее, что слышит Доппо. Осаму закрывает глаза, выглядя крайне умиротворенно. Он наконец отправляется в столь желанные объятия смерти, освобождаясь от нужды продолжать играть в человека.       Хотелось кричать. Кричать громко, кричать так, чтобы сорвать голос, да только невидимый ком в горле не позволяет. На глаза наворачиваются слезы; Куникида не ожидал, что еще способен на рыдания, особенно, после всего пережитого, но слезы сами текут по щекам, обжигая, падая на землю, разбиваясь об асфальт.

«Смерть — не противоположность жизни, а лишь один элемент из бесчисленного множества. Нельзя познать жизнь во всех красках, если смерть не будет маячить поблизости».

      Не имеет значения, как сильно ты будешь стараться, всех не спасти. Не имеет значения, как отчаянно ты будешь бороться, люди все равно погибают. Так устроен реальный мир.       Куникида усвоил данную истину уже давно. Но мириться с ней не собирался. Он не должен был позволить дорогому человеку погибнуть. Он обязан был сделать все, чтобы спасти его. Он...       В итоге он потерял его. И это приносило адскую боль.       В его идеальном мире никто не должен был умирать на его глазах. Однако только что Доппо позволил этому случиться.       Он любил, любил и потерял его. И это адски больно.