Песня влюбленного карпа

      Наступивший вечер не принес долгожданной свежести. По всем прогнозам, дождь должен был начаться ещё утром, но быстро приближающиеся к южной границе города серые тучи в последнюю минуту меняли своё направление и обходили его стороной, как будто натыкаясь на невидимый защитный купол. В воздухе отчётливо пахло грозой.       Небо только-только сменило голубой цвет на фиолетовый, а его западный край всё ещё был расчерчен жёлто-красными полосами, оставленными уходящим за край земли солнцем, когда в парке зажглись фонари.       Вэй Усянь перевесился через край фонтана и опустил голову в воду. Рядом, погружая руки по самые плечи, свесился Не Хуайсан. Свой веер он заботливо вручил одногруппнице, щёки которой от смеси пива и летнего пекла стали похожими на красные помидоры. Из прохладного кафе они вышли практически трезвыми, но тридцатиградусная жара сделала своё дело, подогрев алкоголь в их крови и слегка затуманив головы.       Около фонтана было приятнее: вода в каменной углубленной чаше не успевала перегреваться, и от неё веяло хоть какой-то прохладой. Фонтан располагался в отдаленной части парка на небольшой, окружённой кустарником чайной розы площадке. К ней был подведён только один фонарь, который не столько освещал, сколько мягко подсвечивал, создавая отдыхающим интимный уют. Одно из лучших мест для свиданий, куда их компанию уверенно вывел Вэй Усянь. — У меня шорты прилипли к заднице, — простонал Не Хуайсан и пошевелил ягодицами, пытаясь привести в движение розовую ткань. — Уверен, что дело в жаре? — Цзян Чэн зачерпнул ладонями воду и брызнул себе в лицо, заодно окатив и Не Хуайсана. — Слышал, что шорты не обязательно должны быть похожи на тайтсы*? — Если из-за своей дурости ты всё-таки останешься один — присмотрись к моему брату, — стряхивая с себя капли, решил дать ему дружеский совет младший Не. — Из вас получится отличная парочка старых ворчащих пердунов. Слышал, что у счастливых пар должны быть общие интересы? — Я тебе сейчас ноги переломаю, — не разгибаясь, повернул к нему голову Цзян Чэн.       Не Хуайсан самодовольно кивнул. — Ты только что накинул аргумент в пользу моего предложения, — ответил он на угрозу и со смехом рванул в сторону, увидев в глазах друга желание убивать.       Вэй Усянь с улыбкой наблюдал за их потасовкой. Он не был пьян, но выпитое пиво ввело его тело в режим ленивой расслабленности.       Лань Ванцзи, сгрузив их винный запас на скамью возле фонтана, тоже наблюдал. Но только за одним человеком, который сейчас выглядел совсем как мальчишка. Озорной блеск серых глаз Вэй Усяня, его слипшиеся в тёмные ресницы и лёгкий румянец на гладкой коже безжалостно перемалывали в невесомую пыль остатки равнодушия Лань Ванцзи. — Лань Чжань! — как будто услышав мысли о себе, парень подскочил к нему, заполняя собой чужое пространство. — Я знаю, почему вас клонит в сон! Это…- он щёлкнул пальцами в воздухе, — сонная доза. Меня самого сейчас разморило, поэтому…       Вэй Усянь потянулся к рюкзаку и плавными движениями фокусника начал доставать из него вино. — Слишком тёплое, — досадно протянул он, трогая по-очереди бутылки, и задумчиво почесал кончик носа. — Лань Чжань, ты любишь глинтвейн?       Запыхавшийся, но сумевший сохранить в целости ноги Не Хуайсан перекинул руку через шею Вэй Усяня и повис на нём, как коала на дереве. — Его невозможно не любить! Правда, Лань Ванцзи?       Тот зацепился с ним взглядом. Не Хуайсан мягко повёл плечом, прикрывая лукавую ухмылку, и, придав своему виду невинности, повторил вопрос: — Правда, Вэй Ин?       Он притянул Вэй Усяня за шею и громко чмокнул друга в ухо. — Правда! — смеясь ответил тот. Его ослепительная улыбка была лучшим доказательством. * — С ними вечные проблемы, — бесился в ожидании Цзян Чэн. Женская часть их компании свернула к туалету в сопровождении Лань Сичэня и Не Минцзюэ и до сих пор не вышла к фонтану. — Что там можно делать столько времени? И что за дурацкая привычка ходить всей толпой? — Не злись. Прими это как данность, — с лёгкой улыбкой медленно проговорил Вэнь Нин. — Ты всё равно никак не сможешь на это повлиять.       Не Хуайсан выставил на скамью пластиковые стаканчики под вино и уверенно заявил: — Они обсуждают мужчин. — Лю вообще их не понимает, — фыркнул Цзян Чэн, — каких мужчин она может с ними обсуждать? — Вызовись в следующий раз переводчиком, тогда и узнаешь, — младший Не достал небольшие контейнеры из своего рюкзака. — Заодно и нас просветишь.       Цзян Чэн с подозрением принюхался. — Нахрена ты это купил? — заглянул он в один из контейнеров, в котором лежал спелый нарезанный дуриан. — Тебе сказали купить нормальных фруктов!       Не Хуайсан подцепил пальцами «ароматный» кусочек и с удовольствием положил себе в рот. — Этот божественный фрукт оттеняет вкус вина, — чувственно сказал он, раздавливая сладкую мякоть на языке и развратно показывая его другу. — И вкус поцелуя тоже.       Вэнь Нин рассмеялся, смотря на скривившегося в отвращении Цзян Чэна. — Вроде, немного охладилось, — Вэй Усянь приложил мокрую бутылку к щеке, проверяя температуру вина. Они с Лань Ванцзи держали его под водой, лежа животами на бортике фонтана. — Нет, — ровно ответил его добровольный помощник. — Ещё рано.       Вэй Усянь вернул бутылки под воду и, повернув голову к Лань Ванцзи. Его лицо само собой растянулось в улыбке. Лань Чжань всё-таки был очень красивым. Наверное, даже самым красивым из всех парней, которых видел Вэй Усянь. В мягком свете фонаря и не до конца сгустившихся сумерках он вообще казался каким-то неземным. Таким, что Вэй Усянь залюбовался. Он всегда ценил красоту и учился передавать её через архитектурные формы, а Лань Ванцзи сам по себе был произведением искусства –изящной статуей из каррарского мрамора, которую согрела и оживила любовь мастера. И несмотря на то, что младший Лань был очень похож на своего брата, в нём было что-то неуловимо цепляющее, за что Вэй Усянь бы отдал ему первое место в этих странных рейтингах красоты, если бы ему вдруг пришлось выбирать.       Думая об этом, Вэй Усяню захотелось дотронуться кончиками пальцев до уголка сомкнутых губ Лань Ванцзи. Узнать, напряжены они или расслаблены, потянуть их немного вверх, безмолвно прося улыбнуться, и придать этому красивому бесстрастному лицу хоть немного эмоциональности. Например, симпатии к себе.       Вэй Усянь никогда не стремился нравиться всем и он совершенно не переживал, если его кто-то откровенно недолюбливал. Но он понимал, что не желал бы оказаться в таких отношениях с Лань Ванцзи. И как показало их недолгое общение, его даже не устраивало дежурное равнодушие от этого ко всем равнодушного парня. Прямо сейчас Вэй Усяню хотелось, чтобы Лань Ванцзи тоже признал его своим другом. Объяснения этому желанию он не искал. Он так чувствовал. Всё. Ему было достаточно этой причины. — Лань Чжань, — растягивая гласные, шаловливо позвал Вэй Усянь, — посмотри на меня.       Лань Ванцзи сразу же повернулся: — М? — Улыбнись, — Вэй Усянь широко улыбнулся сам, показывая пример, как это нужно делать, и расхохотался, разглядывая парня напротив. Как? Как этот человек мог с таким серьёзным лицом делать такие несерьёзные вещи? С каким видом тот упаковывал Мо Сюаньюя в сумку, с каким пытался хоть немного остудить его любимое вино, лежа кверху задом в городском парке, с таким же он стоял бы на каком-нибудь международном саммите, пожимая руки главам других государств. — Ай! — распахнув глаза, вскрикнул Вэй Усянь и выдернул руку из воды. Две бутылки тут же ушли на дно. — Что? — обеспокоенно оглядел его кисть Лань Ванцзи. — Меня кто-то потрогал.       Вэй Усянь быстро поставил в ноги оставшееся вино и всмотрелся в тёмную воду. Лань Ванцзи, повторив его действия, включил на телефоне фонарик, и парни, соприкасаясь плечами, склонились над чашей. — Может, там фонтанный гуль? — хихикнул Вэй Усянь на ухо Лань Ванцзи. — Я читал про таких в книге мифических существ. Правда, там были речные. Но вдруг они мутируют из-за плохой экологии?       В воде что-то блеснуло. Вэй Усянь в охотничьем азарте схватил Лань Ванцзи за запястье, чуть не отправив чужой телефон вслед за вином. Через некоторое время в столбе рассеянного света мелькнуло что-то похожее на хвост, а ещё через несколько секунд в нём встала крупная рыба, пуча глаза в ожидании угощения. — Карп! — удивился Вэй Усянь. В небольших прудах парка водились карпы и их подкармливали отдыхающие. Но как этот немаленький экземпляр оказался в фонтане? Парень не придумал ничего лучше, чем спросить об этом у самой рыбины. Та предсказуемо промолчала. — Он похож на тебя, Лань Чжань, — усмехнулся Вэй Усянь. Они всё ещё находились очень близко друг к другу. — Ты тоже почти всегда молчишь. — Вэй Усянь качнул его плечом и доверительным мягким голосом сообщил. — А девушкам нравится, когда с ними разговаривают и шепчут в их нежные ушки всякие глупости. Тебе надо тренироваться. — Вэй Усянь вскинул голову к другу, чуть не задев его носом, и от всей души предложил. — Хочешь, научу?       Свет телефона погас.       Лань Ванцзи продолжал смотреть на тёмную воду, как будто обдумывая щедрое предложение «Лао Вэя», а потом повернулся к нему и, понизив голос, спросил: — А что нравится тебе, Вэй Ин?       Между их лицами оставалось не больше трёх цуней, но ни один из парней не спешил отстраниться. Вопрос казался простым, однако Вэй Усянь замешкался. Губы ожидающего ответа Лань Ванцзи были слегка приоткрыты, и Вэй Усянь подумал, что они всё-таки расслаблены.       «Мне бы понравилось, если бы ты улыбнулся», — уже собралось в предложение на кончике языка, когда Цзян Чэн с громким негодованием встретил отбившуюся часть их компании, ругая женское пристрастие к медлительности и коллективизму, и под бесстрашный девичий смех окликнул брата: — Вэй Ин, заканчивай плескаться. Несите вино. Не Хуайсан, убери это из-под моего носа, пока я не задохнулся! *       Первую бутылку «Улыбки императора» Вэй Усянь и Цзян Чэн стащили из домашнего бара, собираясь на гулянку по поводу завершения учебного года. Выбирали по принципу приятного дизайна и приемлемой для неискушенного организма крепости. Они были уверены, что родители даже не обратят внимания на отсутствие всего одной, затерявшейся среди остального алкогольного разнообразия бутылки. Из добытых одноклассниками трофеев их вино оказалось самым вкусным: с ненавязчивым ягодным ароматом и приятной терпкостью.       Вэнь Нин тогда угощал друзей русской водкой, перелитой для конспирации в термокружку. Водки было немного, но по глотку этого дьявольского напитка хватило всем, тем более что некоторые не смогли проглотить и его. А под конец весёлого вечера пошатывающиеся девчонки раздали всем мятных жвачек и имбирного корня, заверяя, что это стопроцентный лайфхак, и ни одна собака не сможет учуять запах алкоголя. Вэй Усянь и Цзян Чэн чуть не сожгли себе рот, тщательно пережёвывая и набивая за щёки освежающие ингредиенты, но исходя из реакции мадам Юй на их появление, вывод напрашивался сам собой: лайфхак не рабочий.       Пропажа бутылки вскрылась, когда у мадам Юй закончились кубики льда для умывания, в которые, по какой-то нелепой случайности, она добавляла это «незаменимое по своим омолаживающим и отбеливающим свойствам вино». — За одно и то же преступление нельзя наказывать дважды, вы же юрист! — уворачиваясь от цепких пальцев мадам Юй, попробовал отстоять их с Цзян Чэном права Вэй Усянь. Но им тут же доступно объяснили, не на пальцах, а на ушах, что кража и употребление алкоголя несовершеннолетними относятся к разным проступкам.       «Знания приходят к нам различными путями, — хохоча, искал во всём позитив Вэй Усянь, успокаивая себя и своего красноухого брата. А выстраданная «Улыбка императора» с тех пор так и осталась его любимым вином. *       Вино было тёплым, но приятным на вкус. Лань Сичэнь редко пил алкоголь, поэтому даже несколько глотков некрепкого красного напитка разлились по его телу горячей рекой. Он предпочёл бы не пить вообще, потому что знал — после того, как первый жар в груди утихнет, он начнёт бороться с зевотой. Но когда Лань Ванцзи не смог противостоять искреннему желанию Вэй Усяня угостить его своим любимым вином, аккуратно принимая из рук улыбающегося парня первый наполненный стаканчик, Лань Сичэнь тоже решил не отказываться.       Вместе с алкогольным жаром в груди Лань Сичэня разливалось чувство вины. Похоже, что он ошибся, неправильно расценив интерес младшего брата к Вэй Усяню. Тот так внезапно появился рядом с ними, оглушая своей живостью, что под его очарование попали все: и Лань Сичэнь, и Юлия, и Лань Ванцзи. Да даже сварливый Не Минцзюэ с удовольствием находился в его шебутной молодой компании, хотя ни за что бы в этом не признался. Может быть, поэтому интерес младшего брата Лань Сичэнь увидел через призму своих чувств и желаний. Подумал, что Лань Ванцзи нужен именно такой друг: живой, языкастый, неугомонный, который перезагрузит воспоминания брата об этом городе, оставив на их месте новые — яркие и радостные.       Лань Сичэнь снова отпил вина, наблюдая, как Вэй Усянь в лицах рассказывает историю про украденное вино; как смеётся застенчивый Вэнь Нин над упоминанием о нём самом и о том, как ему влетело за отлитую водку и провальный лайфхак с имбирём, а на следующий день им троим досталось по полной уже от Вэнь Цин; как заливаясь от смеха, потешаются над неудачливыми парнями девчонки; как против воли усмехается Не Минцзюэ; как кокетливо складывает губы Лин-Лин, присаживаясь к Вэй Усяню на колени; как приподнимаются нижние веки брата, как сжимаются в напряжении его губы и каменеют скулы, когда он видит обнимающую девичью талию руку Вэй Усяня, как он отводит взгляд и, как не в силах сдержаться, снова поворачивается к манящей его улыбке.       Да, Лань Сичэнь, ты точно ошибся. * — Это была последняя, — двумя пальцами поднял за горлышко пустую бутылку Не Хуайсан и отправил её в урну в компанию к другим.       Девушки жалобно захныкали. Они уже порядком захмелели, но внезапно закончившееся вино только усилило их желание продолжить этот прекрасный вечер. — Спокойно! — оборвал причитания Вэй Усянь и ловко запрыгнул на бордюр фонтана. — У нас с Лань Чжанем есть для вас сюрприз. Сейчас.       Он ухватился за низ футболки и потянул её вверх, одновременно с этим пытаясь скинуть кеды. — Вау, — восхищённо поддержал друга Не Хуайсан, — уверен, что сюрприз нам понравится. А почему Лань Ванцзи не раздевается?       Китаянки восторженно захлопали. Лю нетерпеливо дёрнула за руку Цзян Чэна. — Я понятия не имею, что он делает, но это начало их совместного сюрприза с твоим дружком Лань Ванцзи, — перевёл он для немки. — Не Хуайсан спросил, почему он тоже не раздевается. — Лань Ванцзи! — Юлия грозно посмотрела на друга. — Ты почему не раздеваешься? Хочешь испортить сюрприз?       Младший Лань терпеливо прикрыл глаза, оставляя без комментария хмельные нападки Лю. Он понимал, что хочет сделать Вэй Усянь, но отреагируй он на шутку Не Хуайсана и претензии Лю, и младший Не ухватится за любые его слова, как горластая чайка за кусок брошенной ей рыбы. Жирная рыба всё-таки прилетела от запутавшегося в горловине футболки и опасно шатающегося на краю фонтана Вэй Усяня: — Небеса, что ж так узко-то?! Лань Чжань! Мне не протиснуться! Помоги.       «Вэй Ин!» — мысленно простонал Лань Ванцзи, стараясь не обращать внимания на повизгивающий смех бесстыдника Не Хуайсана. Он аккуратно придержал за голый торс Вэй Усяня, стараясь не затягивать прикосновения к горячей коже, и тот с готовностью опустил к нему обмотанную футболкой голову. — Что там? — доверчиво спросил парень. — Цепочка перекрутилась и намоталась на пуговицу, — Лань Ванцзи быстрыми уверенными движениями начал выпутывать его из плена. На площадке заиграла медленная тягучая музыка, чересчур эротичная для случайного выбора. Он бросил взгляд в сторону довольного Не Хуайсана, держащего в руке светящийся телефон. Из футболки наконец-то показалось счастливое раскрасневшееся лицо Вэй Усяня. — Фух, спасибо, Лань Чжань! — Мгм, — тот сразу же отступил в тень к скамейкам, пряча руки в карманы шорт.       Вэй Усянь выпрямился и посмотрел на неестественно притихших друзей. Девчонки неотрывно глазели на него с одинаково томными лицами. – Хей, — показательно возмутился парень. — Вы плохие девочки! Я просто хотел достать вино со дна фонтана! Но, ладно, — он соблазнительно прищурил глаза и плавно качнул бёдрами, — не могу отказать, когда на меня смотрят такие красотки. — Не смотри на этого придурка, — закатив глаза, перевёл Юлии Цзян Чэн. — Точно? Я переспрошу у Лань Сичэня, — недоверчиво ответила Лю и пересела к другу.       Музыка в телефоне Не Хуайсана сменилась с откровенного секса на мягкий обволакивающий лаунж и…блядь, Цзян Чэн тоже смотрел.       Вэй Усянь слегка приподнял подбородок и прикрыл глаза. Несколько секунд он внимательно слушал музыку, позволяя ей соприкоснуться с каждой клеточкой своего тела, и когда бархатный женский голос пропел первое «Hush, don't say a word»**, он начал двигаться.       Вэй Усянь делал это медленно, мягко, скользя ладонями по гладкой коже с нежностью тёплой вечерней волны, накатывающей на тихий песчаный берег. Его пальцы, иногда несильно постукивая в такт музыке, поднимались вверх от самой границы шорт, обводя ямку пупка и грудные мышцы, оглаживали шею и аккуратные мочки ушей, прятались в отросших волосах и ласкали затылок, чтобы затем быстро спуститься обратно и приобнять талию.       Места на узком камне фонтана было немного, поэтому Вэй Усянь только неглубоко приседал, выписывая бёдрами знак бесконечности. Несколько раз он прошёлся раскрытой пятернёй по передней части ног, дразняще съехал на внутреннюю и, очертив обеими руками пах, стал медленно расстёгивать молнию. Слегка приспустив бежевую ткань, он засунул большие пальцы за широкую резинку боксеров и немного их оттянул, оголяя вершины паховых треугольников. Шорты постепенно соскользнули вниз, и Вэй Усянь аккуратно выбрался из них, сбрасывая ненужную одежду к подножию фонтана.       Песня закончилась. — Всё, — неожиданно громко и радостно сообщил отработавший стриптизёр и вытянулся перед друзьями в одних светло-серых боксерах, довольный собой и своим шоу.       Все молчали. — Кхм, — откашлялся Лань Сичэнь, — спасибо, Вэй Ин. Это было…красиво.       Девчонки и Не Хуайсан восторженно завизжали, поддерживая артиста аплодисментами.       Лань Сичэнь посмотрел на брата. Что ж, иногда выдержка Лань Ванцзи несомненно спасала его от необдуманных поступков. — Теперь можно отвернуться, — Вэй Усянь взялся за резинку трусов. Но, вопреки его ожиданиям, на него продолжали смотреть. — А что, их обязательно снимать? — уточнил Не Минцзюэ. — Конечно, я не хочу потом весь вечер ходить в мокрых шортах, — парень предупреждающе потянул резинку и вопросительно приподнял брови.       Все смотрели.       Хмыкнув, Вэй Усянь повернулся к друзьям задом и, недолго думая, стянул трусы, оголяя крепкие ягодицы. Под предобморочные вздохи подруг он, наконец, опустился в воду и в блаженстве прикрыл глаза, наслаждаясь её освежающей прохладой.       От начала его импровизированного танца и до этой секунды, когда он оказался в воде, Вэй Усянь явственно ощущал на себе взгляд. Конечно, на него смотрели все, но его он выделил среди прочих за жадность, с которой тот оглаживал его обнаженное тело. И если взглядом можно было трахать, то Вэй Усяня только что бессовестно оттрахали. При всех.       «Интересно, девочки, — задумчиво улыбнулся парень. — Кто же из вас такой страстный?»