pick up any money

-Д...Дазай!? Зачем тебе оружие?-напуганные и покрасневшие глаза не отрывались от металлического револьвера, что крепко сжимал в руке парень. -Для самообороны, все же я не бессмертен,-прокрутив барабанчик с пулями, пояснил Дазай,-будет сопротивляться и пуф...-изобразив выстрел, он сдул воображаемую пыль с дула. Страх совсем одолел меня. Я не могла пошевелиться, не могла выдавить и слова. Я не допущу, чтобы Федора убили... -Дазай! Пообещай мне, что его не тронут! Просто пообещай и выполни любой ценой! Слышишь!?-мой крик был слышен на всю окрестность, но тем не менее, Осаму выпрямился и убрал ствол подальше в карман. -Хорошо, Николь, я обещаю, что он не умрет от моей руки, насчет остальных...думаю, они не настолько глупы, чтобы убивать Федора. Он нужен нам живым. Темноволосой подошел и начал меня успокаивать. Но слезы все равно стекали по лицу, обжигая щеки. Я не смогу себя простить... *** Прошла ровно неделя с тех ужасных событий, по новостям, во всех соц.сетях, то и дело, выкладывали посты, видео, с поздравлениями, что наконец-то пойман серийный маньяк и абсолютный психопат. Ничего он не маньяк, обычный человек, я сама в этом убедилась. В Россию я не вернусь, возможно только за вещами, полностью обоснуюсь здесь, начну работать в агентстве, может тогда жизнь обретет смысл...Пока я его потеряла. После взятия "преступников", я и Дазай еще не виделись. С Чуей пару раз встречались, расспрашивал, но я все время отходила от темы. Мне было больно вспоминать... Последние слова Достоевского врезались мне в память, наверное навсегда... "я сам приду за тобой, только дождись и никому ничего не говори." Но никто так и не пришел, и не придет, я предала его, а это был порыв эмоций, вот и сказанул лишнего. *** Спустя год. Я обзавелась съемной квартирой, хорошей работой и верными друзьями, удивительно, но это было не счастьем, это оказалось неким дополнением ко мне, чтобы окончательно не упасть в бездну страданий. Примерно пол года назад, я начала задумываться о смерти, совершая грех, нельзя даже в шутку о таком думать. Но я не могла не представлять, как лечу с высокого здания или меня просто, быстро убивают, выпустив пулю в мозг. Дазай тоже думал об этом, но в отличии от меня, умирать не собирался, по крайней мере, искал безболезненный способ. По мне, умереть без боли нельзя, хоть какой, но нельзя. Пусть это будут не физические страдания, а душераздирающие муки внутри, внутри тебя самого, о которых знаешь только ты, никто вокруг не сможет тебя понять, почему ты плачешь, зачем это сделал. Некоторые просто хотят уйти от проблем, я же от себя. Мысли давно покинули мое тело и больше не радовали шуточными глупостями. В край очерствело сердце, не было той жалости. Поставив холст на мольберт, я тонкими линиями начала выводить чей-то портрет, пока это только набросок, но я уже знаю, прекрасно знаю, кто получиться в конце. В дверь постучали, без всякого антуража и азарта, я ее открыла, даже не посмотрев в глазок. Чуя стоял с тортом в руке и бутылкой дорогого вина. Я пропустила его в квартиру. -О, кого рисуем?!-он сразу обратил внимание на лист с едва заметными линиями. -Да так, знакомый попросил, кстати насчет картины для Дазая, она готова, можешь ее забрать,-да, именно так, Осаму все же попросил нарисовать ему вазу с яблоками. Достав картину из шкафа я передала ее Чуе. Хрустальная вазочка стояла на белоснежной скатерти, храня в себе три кровавых яблока. -Красотище! И где ты только так научилась?-Нахакара не мог оторвать взгляд от картины. -Самоучка я, сколько раз могу повторять...-я закатила глаза и плюхнулась на диванчик рядом Все давно привыкли ко мне такой, едкой язве, которая одним словом могла поломать тебе жизнь. Но я была верным другом, я никогда не предам друзей. Налив в бокалы вино, мы сидели на диване и смотрели какое-то кино по телевизору. Оно быстро наскучило, да и времени уже было много, завтра на работу, нужно выспаться. -Чуя, я наверное спать пойду... -О я понял, хорошо, до новой встречи,-рыжеволосый встал с дивана и вышел в коридор одеваться. Убрав все лишнее с гостиной, я закрыла за приятелем дверь, а сама пошла в ванну. После душа, кровать встретила меня теплыми объятиями, я каждую ночь обнимала подушку лежащую рядом и вспоминала Федора. Все это сопровождалось горькими слезами. Никто и никогда не увидит моих слабостей. Это я повторяю по сей день. Утро, такое неприятное и душное. На улице лето, а под окном бегают ребятишки и играют в песочнице. Как бы мне хотелось все бросить и тоже убежать от всех проблем. Но работу никто не отменял. Одевшись и заколов, теперь уже светлые волосы, я вышла с квартиры. Да, я перекрасилась, мне наскучил мой темный цвет и я решила обновить образ. Отстричь все таки не решилась, а красную ленту ношу до сих пор в кармане. Гоголь и Гончаров сейчас неизвестно где, возможно прячутся, но они бы не захотели меня видеть. Особенно Иван, он чуть шею мне тогда не своротил. Забавно, но я помню тот день, словно это было вчера. Грустные мысли отвлекли меня от дороги, машина пронеслась мимо меня с бешеной скоростью, но в тонированных стеклах, я смогла разглядеть два разных глаза. Один голубой, другой желтый.