Меч воина. Книга первая

Натянутая тетива непривычно давила на пальцы, руки подрагивали от напряжения. По щеке стекала капелька пота. Глаза прищурились, но только на пару секунд, и мышцы век снова расслабились. Подул ветер и колыхнул собранные в хвост золотистые волосы. Медленный, осторожный вдох. Скольжение. Свист. Щёлк.       — Попала! Она попала в мишень! — Давен буквально подпрыгивал от радости. — Ты видел?       — Похоже она пополнит ряды лучших лучников Хинмунда, — Раймонд не реагировал так эмоционально, он в последнее время стал более сдержанным. Они с Давеном были словно две противоположности, и Дакира всё чаще задавалась вопросом, как они в принципе могли подружиться. Хотя была у них и общая черта — они ненавидели притворяться, особенно друг перед другом. Эмоции у каждого проявлялись по-разному, но были настоящими. Так и сейчас: когда один кричал от радости и весело смеялся, второй мягко улыбался, но наблюдал так внимательно и с нотками искрящейся нежности. Дакира же недоуменно смотрела на стрелу, воткнувшуюся в самый край линии, которая обозначала границы мишени на деревянной доске. С её появления в Хинмунде прошло больше двух недель, после пожара мальчики уже успели привести стрелковое оружие в надлежащий вид и даже продемонстрировать свои умения. Впечатлившись изяществом и отточенностью, которые прослеживались в каждом их движении, Дакира вскоре захотела сама пострелять. Она никогда не держала в руках оружие. Здесь, в этом необычном городе, все окружающие её люди носили самое разное оружие. Принц и его друг не были исключением, хоть они лишний раз не расхаживали с ним, но постоянно посещали тренировки, упражнялись с учителями или друг с другом — для них это было повседневностью. От размышлений девочку оторвал Давен, легонько потрепавший её по плечу. По правде говоря, она не понимала причину его радости. Ведь она едва попала в мишень, вовсе не с первого раза, вовсе не самостоятельно, — Давен помогал держать правильное положение, объяснял каждую деталь, ведь стрелять из лука на деле оказалось не так-то просто.       — Это же была шестая попытка…       — Я смог только с тринадцатой! К ним подошёл Раймонд.       — Надо попробовать с мечами.       — Эй! — друг не разделял его энтузиазма. — Она же только начала делать успехи в стрельбе, не стоит её так нагружать.       — Чтобы определить, какой вид оружия подходит, надо попробовать разные. Спор обещал быть долгим и бессмысленным, хотя ребята, как успела отметить девочка, никогда не ссорились всерьёз. Сейчас же каждый из них просто хотел показать Дакире как можно больше интересного и, возможно, похвастаться, разве что немножко. Для малышки город, люди да абсолютно всё, что её сейчас окружало, было новым. Как будто она познавала мир с нуля. И этот мир не переставал удивлять. Так много хотелось о нём узнать. К слову, она действительно прилагала для этого все усилия. Даже начала посещать с мальчиками уроки. Давен и Раймонд учились вместе по прихоти последнего. Вообще-то обучение принца существенно отличалось от стандартного, оно проходило быстрее, было сложнее, охватывало больше сфер. Для принца это было естественно, и он не собирался противиться системе. Однако этот сообразительный не по годам ребёнок поставил условие: его единственный друг будет ходить на занятия с ним. Иначе он отказывался от учёбы совсем. И такое заявление можно было считать серьёзным. Протестовал Раймонд редко, но когда подобное всё же случалось, его упрямство было подобно огромной каменной глыбе, об которую, будто пытаясь раскрошить, разбиваются морские волны. Едва ли эти самые волны в виде возмущений преподавателей и недовольных вяканий ещё каких-то там людей могли пошатнуть его позицию. Всё в этом государстве зависело от слова короля, и так повелось здесь давным-давно. Мэйдис тогда взглянул на своего сына, взглянул на Давена, хмыкнул и сказал что-то вроде: «Помню, был точно таким же в молодости…» А у всех присутствующих в голове пронеслась мысль, что с тех пор немногое изменилось. Больше Его Величество ни на кого не взглянул и ничего не сказал, а на следующий день мальчики пришли вместе на первое занятие. Теперь к ним присоединилась Дакира, только на этот раз Мэйдис первый отдал приказ, принц даже не успел продемонстрировать свои умения в ведении дискуссий. Девочку никто не принуждал ходить на уроки, ей было позволено заниматься чем угодно, но она не упускала ни единого шанса узнать или попробовать что-нибудь новое. Вскоре после своего появления в Хинмунде, Дакира занялась изучением местного языка. Раймонд с Давеном, учителя и ещё некоторые взрослые знали её родной язык, однако все остальные жители города использовали лакхайский, большинство книг также были на нём. Это создавало определенные трудности, ведь она даже не могла ни с кем познакомиться. Хотя одно случайное знакомство всё же произошло. Это был солнечный приятный день, который по большей части не отличался от предшествующих. Климат в этой местности мягкий, его даже можно назвать субтропическим. В зимние месяцы снег здесь редкий гость, а наступление холодов определяется сменой ветра на более сухой и холодный и учащением дождей. Сейчас длинное лето подходило к концу, и это значило, что даже в ясный полдень солнечные лучи не опаляли, а лишь заботливо согревали и окутывали своим теплом. После занятий Раймонд предложил прогуляться по городу, Давен, разумеется, сразу же поддержал эту затею (как эти двое всегда заранее были согласны друг с другом в том, что время надо проводить увлекательно и периодически вносить в жизнь разнообразие вроде внезапных маленьких шалостей и весёлых прогулок; хоть в чем-то они приходили к компромиссу). К тому же Дакире с непривычки некомфортно было столько времени проводить в башне. Этих причин было более чем достаточно, чтобы Тханет и Эриас теперь расхаживали по улицам. У обоих по счастливому и совершенно случайному совпадению сегодня был выходной, и они охотно согласились присмотреть за детьми, во что принц верил так же, как в то, что Давен ненавидел стрельбу из лука. Их немного несуразная компания свернула на короткую улочку, напоминающую маленький рынок. В это время суток здесь было относительно мало людей, но продавалось много всяких безделушек. Удачное место для прогулки: есть что посмотреть и самим можно избежать внимательных взглядов. Все, кому маленькая гостья попадалась на глаза, были не в состоянии просто пройти мимо. Люди бросали свои дела, как только видели ребёнка со светлыми волосами. Такое происходило постоянно и везде, и иногда девочка не знала, куда деваться от сопровождающих её глаз, хоть и понимала причину такой реакции. Лестари предупреждала. Раймонд также прекрасно всё это видел и понимал, но ему не нравилась уже одна мысль о том, что кто-то мог заставить Дакиру чувствовать себя некомфортно. Поэтому все любопытные взгляды неизбежно наталкивались на его резкий и недоброжелательный. Его Высочество почему-то стал раздражительнее в последнее время. Дакира подошла к одной из палаток. Бесконечное множество разного размера и формы камушков переливалось всеми цветами, которые только можно представить. Камни прозрачные, как вода в горных реках и насыщенные цветом, как плоды диковинных растений, сверкающие серебристыми вкраплениями и скрывающие внутри причудливые узоры. Здесь же были и украшения с этими камушками. Давен напомнил девочке (Раймонд и так повторял это постоянно): она получит всё, что ей понравится.       — Я просто… никогда не видела таких. Они прекрасны! Малышка лучезарно улыбнулась и подняла на него восхищённые глаза. Мальчик засмотрелся на её улыбку и не заметил, как к ним подошёл кое-кто ещё.       — Ого! — раздалось у Дакиры за спиной. Они резко обернулись. Рядом стояла девочка, судя по маленькому росту, ещё младше их. Она показала на волосы Дакиры:       — Солнце! Они как солнце! Впервые вижу такие. Ух ты! А глаза словно небо! О, привет.       — Привет, Иола. Давен в точности перевёл все восхищения местной девочки и объяснил, что она живёт с братом без родителей и все здесь её знают. Дакира кивнула и попросила переводить дальше.       — Привет, меня зовут Дакира. А тебя?       — Красивое имя и ты сама тоже красивая. Ой, меня зовут Иола.       — Очень приятно!       — Дакира, а можно потрогать волосы?       — Конечно. На этом моменте Раймонд, стоявший неподалёку, не выдержал:       — Тебе не обязательно делать всё, что она просит. Знаешь, Иоланте бывает капризной.       — Всё в порядке. Поскольку принц говорил на другом языке, Иола не знала, что он сказал, но на всякий случай подошла поближе к Дакире и продолжила бережно перебирать золотистые локоны, опасливо поглядывая на Раймонда, как будто он собирался лишить её этого удовольствия. Его Высочество недовольно вздохнул. Через какое-то время девочки переключились на россыпь украшений, возле которых стояли. Иола вдруг сказала:       — А у меня уже есть одно такое, — она нащупала на шее шнурочек, сняла подвеску и положила её Дакире в ладонь.       — Ох, а тебе можно давать это мне? Дакира осторожно держала небольшой беленький кристаллик. Ощущался он довольно лёгким, но прочным.       — Да, ты можешь посмотреть. Он маленький и простой, но такой миленький. Такой же есть у моего братика. Братик сказал, пока у нас эти камушки, мы будем вместе. Когда я смотрю на кристаллик, то вспоминаю братика, а он меня.       — А где твой брат?       — О! — девочка оживилась. — Братик сейчас на тренировке, он хочет поскорее вырасти и стать рыцарем, чтобы защищать меня! Хотя я думаю, он уже достаточно сильный. Неужели он правда вырастет быстрее, если будет тренироваться каждый день? Дакира задумалась над вопросом и вздрогнула от неожиданности, когда совсем рядом прозвучал голос Раймонда:       — Вырастет.       — Вот как? Здорово! Ох, мне уже надо идти. Дакира надела ей на шею подвеску, и они попрощались. Принц повернулся к ней:       — Возьми, это тебе. В руке у него был алый камень. Когда на него падал свет, камень был похож на полыхающий огонь, завораживающее зрелище.       — Спасибо, — она улыбнусь искренне и немного смущенно. — Но… что же мне с ним делать?       — Можешь просто смотреть на него. Я подумал, тебе подходит этот цвет.       — Ха! Да он же красный, — Давен не хотел упускать возможности подразнить друга. — Почему не синий или не жёлтый? Белый мог бы подойти.       — Много ты понимаешь! Красный ничуть не хуже, — он купился и уже начал беспокоиться. — Если хочешь, можем поменять на другой!       — Нет-нет, мне очень нравится! Красивый цвет! — Дакира взяла камушек и прижала его груди. Суровое и строгое в этот день лицо Раймонда словно озарил свет.

***

День подходил к концу, ребята гуляли по городку, разговаривали и смеялись.       — Золотой с красным… — Эриас задумчиво глядел в небо на медленно плывущие облака.       — Они ведь ещё не знают, что это значит, — его напарник неспешно шагал рядом.       — И что же по-твоему это значит? Лицо Тханета помрачнело:       — Возмездие…       — Вздор.       — Ты не веришь или не хочешь верить?       — Я мало во что верю, но одно знаю точно и говорю это тебе. Тханет, Возмездия не существует.        — В нашем жестоком мире существует всё, — его тонкие губы сжались в ломаную линию. — Я не хочу ничего для них из того, что довелось пережить нам, Эриас. Я надеюсь… нет, я жажду всей душой, чтобы эти прелестные цветы жизни обрели лишь счастье и безмятежность. Но ты же знаешь — не мы вершим судьбы. Мы можем только защищать их, но боюсь… Удручающим безмолвием оборвалась его фраза, безмолвием, не терпящим возражений и не признающим надежд. Однако самые громкие возражения и самые волнующие надежды прямо сейчас вспыхнули диким пламенем в сердце человека, которого многие знали здесь, как спокойного, рассудительного, но скорее бесчувственного, чем искреннего. Эриас не любил делиться своими переживаниями, но он чувствовал, как другие были не способны, и ещё…       — Нет. Ни за что! Пока есть кого защищать, мы будем защищать до последнего. И никак иначе! И ещё Эриас верил, даже когда не верил больше никто.        — Ты понял меня, Тханет? И именно за это Тханет его уважал.        — Да, мой друг. Ты абсолютно прав. Никак иначе.

***

Сидя на кровати, Дакира думала, что это место сильно отличается от того, в котором она жила раньше, но оно совсем неплохое, и люди здесь хорошо к ней относятся. Она чувствовала, что ей придётся остаться здесь на какое-то время. Верно, теперь всё будет по-другому. Девочка, которая не представляла, какие сильные перемены должны произойти в её жизни, положила красный камушек на столик возле кровати, спрятала ножки под лёгкое мягкое одеяло и почти сразу погрузилась в сон.