Even after the Hurricane comes the Sun

POV Ханна Проходили дни. Все это время я провела с Джошом. Мне не ставало скучно. Мы всегда находили, чем заняться. Однажды парень приволок гавайскую гитару, чтобы я пела. Я не отказалась от такого заманчивого предложения и каждый день в десять часов мы собирались на террасе на белом диванчике, чтобы погорланить в две глотки. М-да. Не думала, что у Хатчерсона плоховато с голосом. Слух у него определенно был. Кто же мне помогал гитару настраивать? Но чистые ноты тянуть у него не получалось. Иногда он играл, а я снова заводила свою любимую Kings and Queens. Расслабившись от музыки, он каждый вечер поднимал меня на руки и нес в спальню. Очень часто я просто вырубалась, ибо утро и время после обеда мы проводили в море, а уж если я оставалась бодрой, то Джош не позволял мне просто так уснуть. Днем просто сидели в доме или шли в центр городка, погулять, развеяться. Я сделала пару набросков тех мест, которых собиралась осмотреть. Позже я заметила, что у меня больше портретов, чем пейзажей. Я не могла удержаться. Мне хотелось его рисовать. Иногда я делала зарисовки Джоша, когда он этого не замечал, от чего картинка получалась просто изумительной. Было даже такое, что юноша пытался научить меня играть в баскетбол. Ну…мне больше волейбол по душе. Я еле выдержала первый тайм. Я просто подыхала на спортплощадке. Слава Богу, что он не решился это повторить. Все было просто прекрасно. Словно в сказке. Я не хотела, чтобы она кончалась. Но даже в сказках бывают темные времена. Одного вечера я сидела со своим ноутбуком и разговаривала с мамой. Она просто не унималась, спрашивая, как я поживаю, не скучно ли мне, хватает ли мне денег, и все такое. Сначала я получила от нее выговор, за то, что уехала с кем попало. Но после разговора Хатчерсона с моим отцом, проблемы решились сами собой. Я до сих пор не представляю, что Джош мог сказать моему папе, чтобы тот повелся. Теперь я занималась «убийством времени». Мой парень был занят готовкой и не позволял мне даже приближаться к кухне. Сама не знаю почему. Иногда он выглядит повернутым. Особенно в моменты приготовления сюрпризов. Со временем, мне пришлось привыкнуть. Я устала его ругать. Мне пришло новое сообщение от Сэма. – Дорогой, иди сюда. –закричала я с гостиной, открывая все присланные файлы. Оторвавшись от своего кулинарного шедевра, он зашагал ко мне. – Эй, а тебе не жарко? –с издевкой посмотрела я на парня. Я-то просто подыхала от жары, а он ходил в футболке и джинсовых шортах. Вызывающе взглянув мне в глаза, Джош тут же снял с себя футболку, отбросив ненужную ткань в сторону. Слишком сильно этот юноша любит дразнить меня. Я схожу с ума от него. А чтобы выбить меня из колеи, ему достаточно выкинуть какой-нибудь фокус. Теперь я снова глазела на его голый торс. Ну ничего с собой поделать не смогла. Я встала, чтобы пустить его на свое место, но он только нежно обнял меня, зарываясь лицом в мои волосы. Я мягко провела подушечками пальцев по его груди, вырисовывая непонятные узоры на его коже, утыкаясь в его ключицу. Я вдохнула его запах. Такой родной и приятный. – Мм. Мои любимые духи. –заметила я, целуя его шею. – Ты слишком внимательна к мелочам. –с улыбкой на губах промолвил парень. Это была ложь. Я была внимательна только к нему. Ничто больше меня не интересовало. Моя ладонь остановилась на ключице Джоша. Я встала на носочки и поцеловала его податливые губы, оттягивая нижнюю губу на себя. Он утробно простонал. Я прекрасно знала, как реагирует его тело на мои прикосновения. Наши языки снова сплелись в страстном танце. В голове тут же помутнело, как от алкоголя. Я уже успела забыть, почему его звала. Продвигаясь к диванчику, я запуталась, и мы оба упали на мягкие подушки. – Так что ты хотела мне показать? Или может сделать? –соблазнительно облизав губы, промолвил парень, прожигая меня взглядом этих каре-зеленых удивительных глаз. Я подхватила его игру, хитро улыбаясь, не отвечая, я прошлась ладонями по его спине, продвигаясь ниже. Когда я отодвинула немного ткань джинсов, запуская руки в его шорты, парень был готов сдаться. – Сэм прислал нам фотографии. –неожиданно выпалила я, выбираясь из объятий Джоша. Он в недоумении посмотрел на меня. Только потом до него дошло, что я сделала. – Плутовка. Ану вернись! –пригрозил он, пытаясь поймать меня. Я же отскочила от него, потом снова подбежала, целуя его в губы и отходя на безопасное расстояние. Он только покачал головой и сдался. Когда я заметила, что он остыл, я придвинулась к Хатчерсону, листая фотографии. – Прекрасная работа, я тебе скажу! –с восторгом промолвил парень, просматривая каждый кадр. О да! У Сэма определенно был талант к фотоискусству. Мы рассматривали наши совместные фотографии. Вот мы в гостиной на Рождество: я обреченно смотрю в глаза Джошу, когда он пытается узнать, чего я так отреагировала на его родителей; вот мы дико целуемся над Сеной (это моя любимая фотография), когда я запрыгнула на Хатчерсона на мосту у всех на виду; вот мы играем в боулинг… Я была, мягко говоря, в шоке. До сих пор не могу понять, как Сэму удалось запечатлеть все эти моменты. Вдруг мне в нос ударил приятный запах дыма. Да. Я любила дым, но в этот момент меня он насторожил. – Милый, у тебя еда горит! –воскликнула я, толкая парня в плече. Я знала, что он не пустит меня на кухню, поэтому пихнула его. Тихо выругавшись под нос, Джош побежал спасать свою стряпню. Бедняга. Я еще немного полистала фотографии. Потом сохранила их на диск и зашла на фейсбук проверить не получала ли я каких-либо сообщений от Эми. Новых уведомлений не было и я, по привычке, зашла в группу новостей музыки и звезд. Мои любимые Парамор вернулись в Америку, у них тур по стране, Марсы выпустили новый альбом… Неожиданно на глаза попалась запись с фотографией Джоша. В моей голове пронеслась мысль о том, что Джош тут просто красавчик. Хотя, какого черта о нем пишут статьи? Меня это заинтересовало. В этой записи было несколько ссылок. Я открыла все. На мгновение, я почувствовала гордость за моего парня. Но не тут то было. Это чувство я держала в себе до тех пор, пока не увидела заголовки статей. «Рыбка попалась на крючок или еще одна жертва красавца-брюнета», «Новая девушка Хатчерсона – простушка», «Еще одна пассия звезды Голодных Игр»… Я с отвращением перечитывала статьи, не отрываясь от экрана. Грязные журналюги! Интерес был превыше всего и я продолжала пересматривать фотографии. Сайты так и мелькали перед глазами. Фото, статьи, сколько я их уже пересмотрела? Похоже, только что я перечитала все сплетни, собранные в и-нете. Хотя почему сплетни? Он ведь действительно завел себе новую пассию – девочку, с которой можно поиграть и выбросить. Этой девочкой была именно я. А я ведь ему верила! Отдалась ему полностью, до последней капли, а меня всего лишь использовали. Сердце болело, как никогда. Я больше не чувствовала себя безопасно. Я поняла, что нас преследовали с того момента, как он заговорил со мной на Эйфелевой башне. Мы были всего лишь мишенями для гадких сплетен. Как они посмели вторгнуться в нашу личную жизнь? Черт, мы же никогда не задергивали штор и кто угодно мог снимать нас с близкого расстояния. Мне показалось, что за окном что-то мелькнуло. Это была вспышка? Меня передернуло. Похоже, именно с этого начинается паранойя. Они смогли словить нас на мосту возле Нотр-Дам де Пари, в супермаркете, просто на улицах. У них даже была фотография, где я целую Джареда. Какие же комментарии были под ней. Господи! Во что я вляпалась? Я не отрывала глаз от экрана, поглощая всю эту дрянь, варясь в собственном соку, душа себя своей же болью. А наши совместные фотографии… Это уму не постижимо. И эти поцелуи, поцелуи, поцелуи, объятья. Еще бы в кровати нас застали. Я резко остановилась, перестав листать дальше. Ведь там действительно могли быть и такие фото, а больше подобного дерьма я видеть не хотела. Насколько люди могут быть мелочны и тщеславны, чтобы наживаться на том, что лезут в жизни других. Я была парализована. Пульс участился, дыхание сбилось. Я была готова разнести весь дом вдребезги. Готова была провалиться в небытие, только бы избавиться от этого противного и липкого чувства предательства. Он ведь точно обо всем знал! А еще смел мне говорить о доверии. Да какое тут может быть доверие? Черный пиар – лучше любой рекламы, особенно когда оскорбляют человека, который любит тебя всей душой. А чего стоили все его слова? Сколько мы пережили вместе? Почему я раньше не услышала в его «люблю тебя» истинное «поиграю – выброшу»? Господи, какой же я была глупой! – Ужин готов, родная! –позвал меня Джош, но я не ответила. Я замерла напротив ноутбука. Ярость застряла в горле. Я даже точно не знала, что чувствовала. Боль и обиду, или же ярость и злость. Наверное, все сразу. А я полюбила этого мерзавца. Теперь же я ненавидела его всеми фибрами души. – Ты где там? Мне что, нести тебя на руках? Хотя я не против. –пошутил парень, входя в гостиную. Он с интересом посмотрел на меня и подошел ближе. Отчетливо были слышны его шаги и дыхание позади меня. Я яростно сцепила зубы. Кулаки были с силой сжаты, костяшки пальцев побелели, ногти впились в кожу. Сейчас я чувствовала в руках огромную силу. Мне казалось, что я с легкостью могу сломать ему челюсть, только бы он не приближался. Я хотела отодвинуться от него, но тело не слушалось. Я не могла пошевелиться. Слезы пытались вырваться, но я не позволяла себе такой слабости. Его до одури горячая ладонь коснулась моей руки. – Что случилось? –обеспокоенным голосом спросил юноша. Вот тогда меня будто током ударило. Я со злостью взглянула на него и встала с дивана. Меня била дрожь. Я взялась за голову, продолжая судорожно дышать. – Как же я ошиблась, как же я оплошала, когда впустила тебя в свою душу. Я еще никогда не чувствовала себя столь уязвимой. Что же я за дура-то такая? –нервно промолвила я, отворачиваясь от Хатчерсона. Я не могла его видеть. Я знала, что он пересматривает сейчас тот материал, который поверг меня в дикий шок. Спустя пару минут он подал голос: – Ханна, обернись. Послушай, ты все не правильно поняла. –начал оправдываться парень. Его голос, словно гром, разнесся по всей комнате, убивая меня, разрывая на части. Я резко развернулась к нему, сверля глазами, не позволяя сказать и слова. Как ему еще хватает смелости говорить со мной? – Вижу как ты «любишь» меня. Какая ирония! Я дала тебе больше времени, а ты так отплатил мне. Доверие. Господи, да как я себе позволила расслабиться? Как я повелась на это? Я должна была слушать Джареда. Ты такая же дрянь, как другие. Ничем не лучше. Переспать хотел? Подумаешь. Я могу дать тебе еще раз, если сильно хочется. Все равно уже не девственница. Кому я открылась? Я ведь знала, что буду жалеть! Идиотка. –корила себя я, повышая голос на брюнета. От одного его вида мне хотелось удавиться и, в то же время, я мечтала, чтобы он сказал, что это все вранье. Я бы поверила. Даже если это ложь. Я слишком сильно любила его. Сейчас мое лицо исказилось от боли и отвращения. Я была права: они все одинаковые. Им нужно только зрелищ и секса. Все. Джош встал с дивана и попытался подойти ко мне. Я же, словно ошпаренная, отшатнулась от него. – Я не хотел этого. Прекрати говорить глупости. Ты знаешь, что я люблю тебя! –тише прежнего сказал парень. Ярость наполнила каждую клетку моего тела. Да как он может? – Я не верю тебе! Я никогда больше не поверю тебе! Ты использовал меня. Я же подарила тебе свою душу, сердце и тело. А ты! –с отвращением осмотрела я его, переходя на крик. Мне больше не удавалось контролировать эмоции. Я направилась к выходу из комнаты. Он звал меня обратно, но тут я снова развернулась в проходе, встречаясь глазами. Его зеленые глаза были полны боли и сожаления, но меня теперь вела злоба и я просто не обратила на такую мелочь внимание. Мне было на него наплевать. – Скажи мне одно. Только честно. Ты правда не имел к этому отношения? –прищурилась я, довольно спокойно спрашивая его. Я не позволяла своим глазам оторваться от его лица. Я не хотела упустить малейшего изменения на нем. Эти секунды тянулись, словно вечность. Сейчас я узнаю, какой путь мне придется выбрать. Скоро свершиться моя судьба. Пришло время расставить все точки над «и». Я мучительно перенесла этот момент. Внутри все полыхало огнем. Казалось, голова вот-вот взорвется. Парень опустил глаза, немного поджимая губы. Обреченность – вот, что я прочла на его лице. Я одобрительно закивала головой. Все ясно. Не надо никаких слов. Он был в этом замешан. Я была всего лишь куклой в его руках. Первое, что пришло в голову это – убраться чем подальше от него. Как говорят: «первое решение всегда самое верное». Джош побежал за мной и когда его руки снова настигли мою талию, обвивая и прижимая к себе, я развернулась и залепила ему сильную пощечину. Я не хотела, чтобы он прикасался ко мне. Его руки и слова казались грязными, какими и были на самом деле. Просто я, ослепленная любовью, не замечала этого. Он погряз в обмане. Что ж, пусть сам теперь все расхлебывает. Я больше не собиралась в этом участвовать. – Уйди! –сквозь стиснутые зубы прошипела я, наблюдая, как его глаза застилает пелена невыносимой боли. Конечно, я могла кричать на него, орать о том, что он использовал меня, но делать я этого не стала. Так как этот гад не стоит больше ни одного моего потраченного нерва. «Мне все равно. Мне все равно. Мне наплевать.» - продолжала уверять себя я. На лице абсолютное спокойствие, когда душа рвется на части. Сердце болит и кровоточит. Никакой врач не нужен, чтобы определить, что оно разбито. Я доверила его не тому человеку. Он всего лишь пережевал его и выплюнул. Яркий след на его щеке только подчеркивал то, что мне больше не место здесь. Как же я хотела ударить его еще раз, за то, что обманул. И еще раз за то, что использовал. И еще раз за то, что причинил столько боли. Наверное, ему хорошенько заплатят за этот фокус. Рейтинги тоже взлетели до невозможности. Хоть что-то хорошее я ему сделала. Он отпустил меня, но не переставал твердить свое. Я же только отмахивалась и затыкала ему рот. Я не хотела слушать его выдуманные истории о чувствах, любви, дружбе. Все, что произошло со мной в последние 2 недели, казалось сном. Как я допустила такое? Как за эти несчастные четырнадцать дней я смогла потерять себя, растворившись в нем? Как я смогла свалиться на самое дно? Как я могла сыграть роль еще одной шлюшки? Ведь кто влюбляется за такое короткое время? Верно, никто. Раз он меня не любит, я его тем более. Направившись в «свою» комнату, я собрала сумки и пошла на выход. Хорошо, что у меня не было много вещей. Большую часть Эми сама повезла домой. – Господи, да ты выслушаешь меня наконец? –неожиданно крикнул Хатчерсон в мою сторону. Стоп. А вдруг я тоже ему сделала больно? Нет, Ханна. Ты ведь видела, ты знаешь, что он использовал тебя, что он лгал тебе. Он не любит тебя. Уходи. Уходи пока можешь. Уходи и не сдавайся. Внутренний голос не утихал. Я с интересом глянула на парня. Но потом добавила: – Дай подумать. Скорее всего, я намерена дать отрицательный ответ. – я сделала задумчивое лицо, пытаясь выйти, но он снова начал твердить свое. Эти дурацкие слова «люблю тебя» просто меня бесили. Нет, они скорее мерзили меня. В них не было никакого смысла, никакого содержания. – Останься! –со страхом в голосе громко попросил парень. Его голос вывел меня из себя окончательно. Только бы этот голос не звучал у меня в голове. Только не это. Я со всей силой схватила первую попавшуюся под руку вещь и запустила в него. Я даже не обратила внимание, что это было. Услышав звук бьющегося стекла, я поняла, что это была ваза. – Что тебе терять? У тебя ведь были десятки таких как я. Мой уход никак не отразиться на твоей жизни. Ведь завтра ты будешь зажиматься уже с другой. –на глаза все это время наступали слезы. Но я со всей силы старалась не плакать. Господи, как же это было тяжело. Соленый ком застрял в горле и просто душил меня, не давая сказать ни слова. Джош продолжал что-то говорить, оправдываться. Я перестала слышать его крики, только видела, как губы шевелятся. Прямо перед выходом, собрав всю волю в кулак, я остановилась и презрительно посмотрела на него: – Знаешь, не такой ты и красивый, как говорят другие. Трахаешься ты, как девственник, да и готовишь дерьмово. –грязно лгала я. Мне ведь не с кем его сравнивать. Хотелось сделать ему так же больно, как он мне. Это было низко и мелочно, но эти слова никак не сравняться с тем, что он сделал. Что самое обидное, так это то, что я не жалела ни о малейшей секунде проведенной с ним. Душа разрывалась только от того, что он перечеркнул все наше счастье одним махом, убив при этом меня. Я больше не стану прежней. Перед глазами тут же появилась картинка другой девушки, намного лучше меня, которая сидит у него на коленях, раздвинув при этом свои стройные ноги, прижимаясь всем телом к его телу. Она без всякого стыда целует его, он же обнимает ее за талию, задирая пальцами ее ничтожную маечку, больше похожую на тряпку. Без нежности, без любви, без чувств она проходиться своими губами по его, таким родным, губам. Просто потому, что так надо. Они сидят на той самой кухне, где мы когда-то, тысячи и тысячи лет назад, кушали блинчики и шутили друг над другом. Это все другие люди. Я вновь уверилась в том, что он прекрасный актер. Я бы ему Оскара дала. Да что там дала, зарядила! Он снова повторил: «прости, Ханна». Даже не успев разглядеть его лицо, я хлопнула дверью прямо перед его носом. Не разбирая дороги перед собой, я зашла за угол. И тут все эмоции вырвались наружу. Я упала на колени и отчаянно зарыдала. Слезы, смешанные с неудержимой яростью мучили меня, как никогда прежде. Я не могу быть сильной. Я слабая. Я безнадежна. Главное забыться, напиться, накуриться. Не важно. Еле соображая, я подняла сумки с песка и подошла к дороге. Желтое такси несло меня назад. Туда откуда все началось, давая шанс все исправить. Вернуться в семью, вернуться к работе, вернутся к друзьям, вернутся ко всему светлому, что у меня было. Мой мир обрушился. Я останусь калекой. Я никогда не полюблю снова. Мое сердце уже давно принадлежит этому мелочному человечишке. Оно загнивает у него в прихожей, брошенное на комоде возле входа. Скоро от него ничего не останется. Казалось, все плывет, словно в замедленной съемке. Я натянуто улыбнулась, скаля зубы в темноту, в неизвестность. Вскоре, через несколько часов я уже была дома. Больше ничего нас не связывало. Мы разные люди. Он не мой любимый. Я не его птичка. Телефон долго еще трезвонил. Лежа на своей кровати, почти без чувств, без дыхания, без мыслей я машинально достала карточку со своего телефона, отбросив в сторону. Никакой связи. Ничего. Больше ничто не будет мне напоминать его. Я не позволю. Когда я думала, что просто чокнусь от этой боли, что разъедала каждый орган, каждую венку, каждую клетку, судьба позволила мне отключиться. Я засну. Надолго. Никто больше не разбудит меня. Хоть я и буду существовать, но никто не сможет разбудить во мне ту, которая может так сильно любить. Я стану стервой. Я стану бесчувственной скотиной. Но мне все равно. У меня сердца нет. Души тоже. Даже дьявол не может забрать ее у меня. Она разбита на маленькие осколочки. Мне нет пути назад. Мне нет пути на небо. Мне нет пути в ад. Мне путь только вперед. Ничего больше. Какая ирония. А мне всего шестнадцать. P.S. Народ, пишите мне. Я ведь не просто так выкладываю. Мне важно знать мнение. Спасибо всем, кто меня читает.))