Тайны "Мириам"

***

— Ну и козлы они! Шарлотта, ты самый лучший журналист, которого мне доводилось видеть. Не смей бросать эту статью! — громко говорила рядом сидящая пепельно-волосая девушка, чьи длинные прямые пряди приятно прилегали к лицу и к оголённым плечам, видневшимся из-под вечернего золотисто-фиолетового платья. Своим кроем оно делало и без того фигуристое тело девушки точёным. Белоснежные перчатки были по самые локти и слегка велики, из-за чего незнакомка часто поправляла их.       Сделав глоток шампанского, она приятно облизала остатки капель с ярко-красных губ и медленно подняла большие светлые, почти горящие глаза на подругу. Многим нравились её глаза, возможно, из-за качественного макияжа, который всегда был при ней, и пышных ресниц, которые своим обрамлением делали глаза ещё больше и сексуальнее. Но у всех этих связующих была единственный кандидат, которая мог по-настоящему назвать себя изюминкой в её внешности. Это нос, именно он выделялся. Нет, он не отталкивал, а наоборот, манил в паутину женской страсти мимо проходящих мужчин, навсегда оставляя чувство недосягаемости.       Место, в котором находились девушки, было под стать богатым людям. Приятная и в то же время заводная, на тот момент новая, появившаяся музыка в исполнении лучших музыкантов. А также изысканная кухня и алкоголь. — Знаешь, я тебе не говорила, но когда я впервые очутилась в стенах «Мириам», мне казалось, что я попала в ад. Это не описать словами, какой ужас там происходит с пациентами. И всё перед нашим носом, — смотря на подругу, говорила Шарлотта, крутя в руках бокал с газированной нежно-пшеничной жидкостью. Теперь Магне выглядела лучше. Видимо, девушка забежала домой и вернула в прежнюю форму свои на тот момент растрёпанные волосы. Также на лице виднелся яркий макияж, что подчёркивал достоинства лица Шарлотты. Нежно-розовое платье с мехом, который был украшением образа, приятно лежало на руках, ласково щекотало кожу. — Что ты имеешь в виду? Хочешь сказать, что толстосумы закрывают глаза на тот факт, что там происходит? И уволили тебя из-за этого? — удивлённо спросила девушка своим слегка низким и хрипловатым голосом, но это никак не мешало слушать приятно поставленную речь. Шарлотта сделала глоток шампанского. — Заметь, Вегги, не я это сказала. — Твою мать, Шарлотта, куда ты вляпалась, если за психиатрической больницей стоят люди с выше, то ты в полном дерьме. — странная создавалась картина. В дорогом ресторане с хорошей выпивкой и музыкой сидели две симпатичные девушки и вели не очень приятную беседу. — Вегги, я выбрала для себя путь. Пусть меня и уволили, и у меня остался лишь доллар в дырявом кошельке, но я чувствую, что обязана со всем разобраться. — Нет, ты не понимаешь, во что влипла. Послушай меня. Я каждый день встречаюсь с такими сволочами, как они, и ты представить себе не можешь, на что эти животные пойдут, лишь бы выйти чистыми из воды, — пыталась сдержать волнение за подругу девушка. Внутри стоял неприятный ком, но, как она смогла заметить, Шарлотта не сильно и переживала за себя и за своё будущее. Как она может вот так спокойно сидеть и пить шампанское? Это осталось неприятной тайной, покрытой мраком для Вегги. — Это ты не понимаешь. Конечно, как тебе понять? Ты живёшь в своё удовольствие, держишь такой роскошный ресторан, а твоя музыка расходится за пределы стен. Но поставь себя на место тех пациентов и их родственников, — с нотками агрессии сказала девушка. Она никак не хотела обидеть подругу, просто она очень сильно устала за этот день.             Увольнение и проблемы со статьёй — всё это навалилось и выросло, как снежный ком, и Вегги прекрасно понимает её и не смеет обижаться. Просто сейчас блондинке нужно отдохнуть, и завтра, с трезвой и свежей головой, она уже будет решать, что делать дальше. — Извини. — Всё в порядке. В твоих словах есть доля правды. Я не вижу дальше своего носа, и если вдруг у меня выпадет шанс изменить себя, я обязательно воспользуюсь им, — Вегги мягко и чарующе улыбнулась, дав понять подруге, что всё в порядке и слова Магне никак не задели её, а наоборот, дали почву для размышлений. — Кстати, насчёт того, что я тебе говорила по телефонной линии, — видно, что эту тему Шарлотта не сильно хотела развивать, но коль она заикнулась про визитку незнакомца, нужно уже довести мысль к логическому завершению, — Как думаешь, стоит ли соглашаться? С виду он был похож на одного из тех директоров строительных компаний, с которыми мне доводилось работать, или же владельца ресторана или ещё каких-либо заведений. — Дай сюда.       Вегги вырывает коричневый, аккуратный, прямоугольный кусок бумаги, на котором большими чёрными прописными буквами виднелось имя владельца, адрес и номер телефона. Видно было, что это ручная и очень качественная работа, и стоила она крупных денег. Девушка пронзительно смотрела своими большими глазами, будто пыталась увидеть то, что не видят другие. — Этот человек точно должен был посещать ваш ресторан. Выглядел богато. — Если незнакомец стильно одевается и со вкусом, это не говорит, что он богат. Извини, Шарлотта, я его не знаю, но если вдруг согласишься с ним встретиться, будь аккуратна.       Магне тяжело вздохнула и положила визитку в карман сумочки. Внутри все ощущения смешались, теперь она не знала, что ей делать: соглашаться на предложение господина или отказать ему? Девушка ходила по лезвию ножа.

***

      Новенькое, до блеска отполированное Бугатти, тёмно-смолянистого цвета, не спеша, будто рассматривая здешние красоты, ехало по Таймс-сквер, направляясь в сторону хлопковой фабрики. — Что делать с тем парнем? Он ведь не выплатит двести тысяч долларов? — Задал вопрос Хаск, что аккуратно поправлял взлохмаченные чёрные волосы, прилизывая их назад.                   Местами он замечал лёгкую седину, но мужчину это не сильно волновало, как и его внешность в целом. Безэмоциональные тёмные глаза, в которых невозможно прочитать, что чувствует их носитель, изредко смотрели в зеркало на человека, что фамильярно сидел, раскинувшись на заднем сиденье бордового кожаного салона авто.             Лёгкая щетина водителя слегка поблёскивала от встречных фар и огней города, когда автомобиль ехал вглубь центра Нью-Йорка. В салоне тихо играл спокойный блюз. — Убей, — разрезая воздух, сказал брюнет без каких-либо эмоций. Создавалось впечатление, что такие вещи он говорит каждый день и в этом нет ничего ужасного. Достав серебряный гравированный футляр с сигарами, он вытащил одну и положил себе в рот. — Огонёк? — Пожалуй.       Салон дорогого автомобиля заполнился дурманящим дымом с нотами цитруса, что жадно поглощал кислород, придавая обстановке умиротворëнность. — Ал, ты уверен, что хочешь встретиться с этим Энджелом? — Что-то не так, мой друг? — спросил мужчина, будто не понимая, о чём говорит его приятель, делая новую затяжку приятного на вкус табака. — Я порылся в его биографии, он состоял в наркоторговной мафии «Рочестер», а они держат Лексингтон-авеню, Белт-Паркуэй и Третью авеню. Это не какие-то любители, а серьёзные ребята, — холодным тоном констатировал факты мужчина, заворачивая руль влево, всё ближе и ближе приближаясь к тёмной от ночного света огромной фабрике, что появилась на виду. — Хаск, мы тоже работаем с серьёзными парнями. Но такого как, Энджел, нам не хватает, если мы хотим продвигать кокаин в Лас-Вегас и Орлеан. На днях я встречался с Воксом, он пообещал замять недавний скандал в новостях. —Аластор хищно прищурился, а на лице появился оскал, — В следующий раз, заметай следы лучше.       Хаск нервно сглотнул ком в горле, и увёл взгляд с зеркала переднего вида, обращая свой взор на дорогу. Да, мужчина очень сильно накосячил в тот вечер, когда на точку, где Хаск принимал Итальянское бренди нагрянули копы. Ему с Валентино пришлось обстреливаться, чтобы выбраться из амбара живыми. Тогда Хаск просрал ящикики дорогого бренди на несколько тысячь долларов, а после в новостях во всю были заголовки о незаконной торговле алкоголя во время "сухого закона". — Валентино, после вашей оплошности, заново занялся вопросом поставок виски с Италии. Видишь ли, эти ребята очень пекуться о своей безопасности. Через неделю у него переговоры с Шотландией, ты пойдëшь с ним, и если всё пройдёт хорошо, то у нас будет ещё и шотландский скотч. А дальше его можно будет, продавать в барах, и попытаться выйти на внутренний рынок США, — брюнет сделал новую затяжку, в последний раз будто наслаждаясь вкусовой палитрой, а после, приоткрыв окно дверцы автомобиля, выкинул сигару. — Кстати, какого тебе сдалась та девка? Она журналистка? — вновь, после длительной паузы, задал вопрос Хаск. — Да, она была журналисткой «Нью-Йорк Трибьют».       Когда Аластор произнёс название газетного издания, в котором работала Шарлотта, Хаск резко остановился, отчего машина слегка качнулась, и повернулся к удивлённому Алу. Глаза мужчины недобро засверкали, словно пламя огня в сухую погоду, а на лбу красовалась надувшаяся жилка от нервов. — «Нью-Йорк Трибьют»? И зачем тебе эта жëлтая пресса, я думал Вокса достаточно с его связями в телевидении? — Если собираешься пускать корни, то заполнять ими нужно всё. — брюнет надрывно улыбнулся, обнажая белоснежные зубы, подобно Чиширскому коту, — Издание держит тип, который очень часто суëт свой нос, туда, куда ему не стоило. И работает с людьми, которые переходят мне дорогу. Я планирую избавиться от него, и передать "Нью-Йорк Трибьют" под контроль Воксу. А с этой задачей мне поможет мисс Магне. — Аластор поправил прядь волнистых волос, — Ты читал последнюю газету? Там упоминалось про психиатрическую больницу, что находится при выезде из города?       Хаск недобро мотнул головой в знак согласия на вопрос мужчины. — Ну так вот, эта милашка проникла за её стены и напечатала про ужасы, что творят врачи, санитары и сам владелец больницы. Да, признаю, слог у неё приятный, но только вот он не понравился ублюдку, что промывает деньги через больницу. Мой человек, сказал, что её сегодня уволили. Видимо этот человечек позолотил ручку директору, а это значит, что она больше не сотрудник «Нью-Йорк Трибьют». К тому же, теперь она не сможет спокойно жить. Владелец больницы попытается убрать её как можно скорее, — сказал саркастично Ал, поправляя пальто, будто надеясь найти там какую-то пылинку. Но на самом деле он радовался исходу этой истории. — Но это не значит, что мы должны ей помогать. Мы не благотворительное агентство. — Похоже, ты не уловил суть, мой дорогой друг. Я планирую стать покровителем мисс Шарлотты, и использовав её, поглощу "Нью-Йорк Трибьют". Когда самое большое печатное агентство Нью-Йорка станет моим, о головной боли со СМИ можно распрощаться навсегда. Когда я выйду в большую игру, эти грешники будут плясать под мою дудку! Их души станут моими, и только мне решать, что с ними будет.       Что сейчас испытывал Хаск? Ужас? Потрясение? Волнение? Да всё сразу. Он знал, что Аластор подонок, и падок на власть, но мужчина усвоил один единственный закон в их преступном мире: «Никогда не показывай свою слабость перед сильным». Но Ал не жил по такому принципу. Единственное, чему он верит, так это только себе. Своим возможностям и силе. Аластор любил сделки, когда он вступил на путь преступности, мужчина заключил их дюжино. Но вот не задача, перед тем, как заключать сделку, читай внимательно договор, даже самый мелкий шрифт. И сейчас эти невнимательные личности кормят рыб и крокодилов в водах Миссисипи. Ал с бешенной скоростью стал наращивать мощь. А когда ему стало мало Орлеана, мужчина подобно болезни, перебрался в Нью-Йорк, заражая того своим вирусом. В первый же день много голов полетели. Его силу признавали и уважали. Но этого было не достаточно, Нью-Йорк большой, и ещё многих Аластору придётся подчинить. — Допустим. А что ты предлагаешь взамен? Поможешь с той больницей?       Хаск волновался за девушку? Они работают вместе уже давно, он знает, на что способен этот человек. Единственное, что он может сделать в этой ситуации, так это пойти за Аластором, признавая его силу и власть. Этого он хотел и для Шарлотты, чтобы девушка была в безопасности. — Хм, почему бы не овладать и больницей тоже? Я не насытен. — Аластор пригрудно засмеялся. Но это не было смехом, скорей рëвом дикого зверя. — Ты же не благотворительноë бюро. — Выезд из города, большая площадь, четырёх этажное здание... — Аластор задумчиво замолчал, — Можно сделать из него отель. Да, сделаю отель.

***

      Двое элегантно одетых мужчин в чëрные костюмы, неторопливо шли по тёмной улочке Бивер-стрит. Ветер слегка задувал под пальто, но это не вызывало неприятных ощущений, наоборот, проветривало и держало в тонусе. — Долго. — раздался мелодичный, приятный мужской голос из темноты, а после вышел и его обладатель.       Молодой парень был одет в длинное светло-коричневое пальто, под которым находилась серая жилетка, а под ней — бордовая рубашка с горизонтальными белыми линиями по всему крою. Средней длины блондинистые пшеничные волосы были уложены в элегантную причёску, дополняя дерзкий вид.             Парень то и дело крутил в руке фамильный нож из стороны в сторону, видимо, эта запланированная встреча сильно трепала и без того слабые нервы. — Прошу нас извинить джентльмен, пришлось задержаться из-за того, что мой друг был не в курсе нашей с вами встречи. — Зови меня Энджел, и давай на ты, — парень оскалился в улыбке и подошёл вперёд, протянув руку в знак приведствия. — Я знаю кто ты.       Ал незамедлительно принял жест рукопожатия, отмечая крепкую руку Энджела. — Ну что-ж, плодотворного сотрудничать, Энджел. Я слышал, неподалёку есть хороший ресторан с прекрасной выпивкой и музыкой. Давайте отпразднуем это дело.

***

      Шарлотта всё так же сидела за столиком и грустно смотрела, как поднимаются пузырьки газа вверх. В ресторане вовсю играла заводной джаз, но это ничуть не радовало блондинку. Она серьёзно начала подумывать о том, чтобы позвонить незнакомцу и попросить у него помощь, но, скорее всего, это были всего лишь пьяные мысли. — Ты долго сидеть собираешься? Не хочешь развеяться? Может, потанцуем? — Нет, настроение паршивое. — Шарлотта, сюда приходят веселиться, а не сопли пускать. Знаешь, если у тебя всё так плохо, то спускайся вниз и звони этому помощнику, — слегка заплетаясь языком, тороторила Вегги. Видимо, девушка прилично выпила стаканов игристого. — Знаешь что! Ты права! Он с виду приятный человек, а значит, он сможет прекратить эту бессмысленную слежку и умять сплетни. Как только я встану на ноги, то обязательно оплачу его доброту! — Девушка, полная решимости и непоколебимости, хотела уже спускаться вниз к телефонной будке, как вдруг столкнулась с крепкой грудью проходящего посетителя. От чего ватные ноги от алкоголя подкосились, и Шарлотта неприятно упала на кафельный пол, слегка подвернув ногу, от чего та неприятно заныла. — Мисс Шарлотта? — как в вакууме, раздался низкий, прокуренный мужской баритон. Вроде он назвал всего лишь имя, но почему-то внутри неприятно щёлкнуло.       Девушка подняла затуманенные от градуса глаза и увидела его. Сознание стало проясняться, отрезвляя девушку. Аластор стоял и смотрел на неё сверху вниз, как волк, что поймал и загнал в угол зайца, не выражая при этом никаких эмоций, лишь улыбаясь. — Господин… — Магне хотела назвать его по имени, но забыла, как зовут этого человека. Мысли будто уплыли от неё, оставляя Шарлотту далеко позади. Неприятное чувство поселилось внутри: то ли стыд, или же смущение, а может, то и другое. — Аластор, вам стоит запомнить, ведь мы будем теперь часто видеться, — мужчина прищурил глаза, будто разглядывая все вырожаемые девушкой эмоции. — Это Шарлотта Магне? — спросил Хаск, что стоял ссади Аластора, рядом с Энджелом.       Подав элегантно руку в перчатке, брюнет дождался, пока Шарлотта неуверенно примет её и стойко встанет на ноги. Каблуки слегка скользить по кафеле, но девушка стояла устойчиво. — Да, это мисс Шарлотта. — ответил на вопрос Хаска Ал. — Это и есть тот господин, про которого ты говорила? — недавно нетрезвая Вегги теперь стояла крепко на ногах и вовсю разглядывала гостя, что был почти под два метра ростом.       Из широкой спины брюнета показалась светлая макушка улыбающегося Энджела, а за ним следом вышел недовольный Хаск, что уже скурил третью сигару после встречи с Дастом. — Вам не кажется, что нам стоит всем уединиться и поговорить в более приятной обстановке? — начал злиться Хаск, что они привлекли много лишнего внимания. — Пройдёмте в VIP-комнату, там нам не помешают. — сказала Вегги и направилась на 5 этаж ресторана. Приглашая гостей пройти за собой.