Тайны "Мириам"

***

      Компания сидела в VIP-ложе. Золотая люстра висела на лепном потолке и освещала большое помещение. Позолоченные стены с вышивкой визуально увеличивали пространство. Панорамные окна пятого этажа открывали ночной вид Нью-Йорка, который горел множеством огней от зданий, машин и электричек.       На чёрном мраморном круглом столе, стоявшем посреди ложи, находились разные блюда — от запечённого поросёнка до фуа-гра. А бутылка вина 1890 года уже была разлита по бокалам. — Вы хозяйка? — спросил Энджел у Вегги. — Да, — сухо ответила девушка. — Я Аластор, это мои коллеги по работе — Хаск и Энджел. Отмечу, что ваш ресторан бесподобен. — Благодарю за комплимент. Я Вегги, подруга Шарлотты. Она мне рассказала, что вы предлагаете своё покровительство, — подруга подозрительно сощурила глаза. На её руку упала ладонь Шарлотты, просящая быть тактичнее с мужчинами. — Извините, если Вегги показалась грубой. — Не переживайте, мисс Магне, всё хорошо.       Никто не спешил приступать к трапезе, будто выжидая действий друг друга. Аромат яств заполнил комнату, отчего живот Энджела скрутило, разряжая своим урчанием обстановку.       Наркодилер не стал играть в эти дурацкие игры с гляделками и положил себе круглой картошки и ножку поросёнка, вгрызаясь зубами в мясо. Ему было пофиг на удивлённые глаза окружающих его людей. Он два дня не ел нормальной еды и лишать себя таких деликатесов не собирался. Рука попутно уже тянулась к красному лобстеру. После действий Энджела остальные тоже решили приступить к еде. — Чем объяснима ваша доброта? Вы не кажетесь святым отцом, — саркастично спросила Шарлотта у Аластора, отпивая глоток красного вина, что приятно обжигало горло, расползаясь вниз. Голова уже протрезвела, а сознание было ясным. Шарлотта не отводила свои изучающие глаза с мужчины, что сидел напротив. Аластор, чувствуя на себе женский взгляд, лишь ехидно улыбался, прикрывая глаза, прожёвывая и глотая новую порцию салата. — Вам не показалось. Я действительно не святой отец. Но святости в моих делах не занимать, — после произнесённой Аластором фразы Хаск подавился вином, разрывно кашляя обратил на себя внимание. — Видимо, ваш друг так не думает, — исподлобья смотрела Вегги, отрезая кусочек стейка. — Мой друг любит пить что-то покрепче. — Что-то крепкое уже давно не продают. — Возможно.       Вегги сощурила подозрительные глаза. Отложив громко вилку и нож, отчего раздался неприятный звон, девушка посмотрела на напротив сидящих мужчин, что продолжили трапезничать, как ни в чём не бывало. — Может, другие покажутся вам дурами, но не мы. Думаете, я не заметила? Вы не кажетесь законопослушными гражданами Америки. У этого вот, — Вегги показала на сосущего солёный маринованный сок из раковины лобстера Энджела, — торчит лупара. — указала Вегги пальцем на обрез. — Как ты? — удивился Энджел, переставая есть. — Почаще поправляй своё пальто. У того на роже написано всё, первый вышибала на районе.       Хаск самодовольно улыбнулся, но, посмотрев на Вегги, озадаченно увёл взгляд на окно, будто нашёл там что-то интересное. — А твоя аура прямо трезвонит из всех щелей! Думаешь, я не заметила твой взгляд? Даю гарантию, что под боком ты тоже носишь не проездной, — наконец-то сказала Вегги всё, что думала о молодых людях. Девушка всегда говорила прямо и по делу, чтобы лишить себя неприятных последствий в будущем. Эта черта характера отталкивала от неё, но была очень хорошим помощником в бизнесе. — Вегги хотела сказать, что мы знаем, кто вы, и говорите прямо, что вам нужно, — подключилась к разговору Шарлотта, наблюдая, как мужчины перестали ужинать.       Вдруг все как один поменяли свои выражения лица с придурковатого на серьёзные. Хаск потянулся к серебряной портсигарнице и достав одну, положил себе в рот. Взяв горящую свечу, что стояла на столе, он поджёг фитиль сигары и томно затянул в лёгкие аромат древесины, выпуская столб дыма. Полуприкрыв веки от накатившего удовольствия, Хаск внимательно изучал напрягшиеся лица девушек.       Энджел достал из кармана тёршую всё это время лупару и положил рядом с собой. Тяжёлый древесный приклад ударился о поверхность стола. Девушки обратили внимание, что на металлическом двухствольчатом стволе были выгравированы инициалы Э.Д. Такое не часто можно было встретить в мафиозном мире. Лишь пару итальянских семей из Сицилии наделяли свои оружия жизнью, вкладывая в них душу. Они становились одним целым с огнестрелом. — С самого начала хотел сделать, расчесал мне весь бок, паршивец.       Аластор прикрыл глаза и, взяв в руку бокал вина, облокотился на махровую красную спинку стула, сделав одинокий глоток алкоголя. Полуоткрытые карие глаза минуту изучали девушек. Лица дам были напряжены, но не смели дать слабину. Шарлотта и Вегги не отводили взгляда с мужчин, будто ожидая от них что-то. — Ха-ха-ха, — неожиданно Аластор засмеялся. Громкий смех прорезал тихое полотно комнаты, впуская свой звон. Девушки судорожно дёрнулись со своих мест от хохота. — Смотри, какие глазастые, да? — повернулся Ал к Хаску, всё ещё смеясь. — Тогда говорить будем в другой атмосфере. — Аластор достал из-под пальто револьвер системы Нагана, как ранее сделал Энджел. Массивный металл лёг рядом с тарелкой Аластора. — Вот мы и безоружны. Можете расслабиться. — С трудом верится, — скалилась Вегги. — Попросить Хаска достать стилет? — Давайте уже перейдём к делу. Что вам нужно? — Шарлотта хотела как можно быстрее решить вопрос и уйти из этой комнаты. Они и так растянули всё на несколько минут. — Предлагаю услугу за услугу, мисс.       Шарлотта выжидающе молчала, не смея перебивать мафиозника. Возможно, где-то в глубине она боялась его, но слишком много было в этом мире, что пугало девушку. Чарли понимала, что, зайдя за стены больницы, её жизнь больше не вернётся в прежнее русло.       Можно забыть о каждодневном дне сурка и спокойных выходных. После того как она проникла и собрала компромат, а после выпустила его в своей газете, жизнь Чарли перевернулась на триста шестьдесят градусов.       Каждый день, когда она шла на работу и домой, за ней ехал чёрный кадиллак. С новым днём Чарли всё сильнее и сильнее становилась мнительной. Переживая о своей безопасности, Шарлотта сходила по-тихому с ума.       А после её увольнения, как гром среди ясного неба. Жизнь девушки разрушилась. Директор даже не пытался её выслушать, лишь высокомерно пыхтя себе под нос, выкинул Чарли, как дворовую шавку, в секунду позабыв о всей её принесённой пользе для издания. Сердце девушки с обидой на этот мир сжималось всё сильнее. Аппетит и вовсе пропал, кусок не лез в горло, готовясь выйти наружу. — Я так понимаю, вам что-то нужно от меня, а взамен вы предоставляете мне защиту? — Чарли устала прятаться, бояться за свою жизнь. Если жизнь даёт ей возможность, нужно ухватить её и не отпускать, вцепиться, как кошка когтями. — Я рад, что вы не обделены умом, — Аластор сделал ещё один глоток красной жидкости и звонко поставил в тишине пустой бокал. Никто не смел издать звука в их диалоге. Все покорно слушали, какой будет итог разговора между Аластором и Шарлоттой. — Я предлагаю своё покровительство. Вас будут защищать мои люди, и я. Так что можете не беспокоиться о своей жизни больше. — Аластор на секунду замолчал, — Взамен я хочу забрать "Нью-Йорк Трибьют" себе, — хищно скалясь, первобытно прорычал Ал. Шарлотта удивлённо выгнула тонкую бровь. — Если я спрошу, зачем вам издание, вы мне не ответите так? — Всё верно, дорогая, но единственное, что я скажу: если издание станет моим, это облегчит мою работу, и всё благодаря вашей помощи, мисс Шарлотта. — В смысле, моей? — Именно вы поможете мне захватить "Нью-Йорк Трибьют".       Девушка звонко засмеялась, из глаз полились слёзы. Девушка искала салфетку, чтобы вытереть их. Хаск и Энджел вылупили на неё глаза. Аластор же оставался спокойным, не теряя всё такое же расслабленное лицо. Лишь Вегги нервно перебирала конец своего платья. "Лишь бы тушь не размазалась", — подумала про себя Чарли. — Я? — наконец успокоившись, спросила Шарлотта, — Вы, наверное, ошиблись. Я обычный гражданин, который соблюдает закон, я ничем не смогу вам помочь в ваших мафиозных делах, — слегка передразнивая, саркастично сказала последнюю фразу Шарлотта, разводя в разные стороны руки. — Разве правопорядочный гражданин проникает в больницу и пишет желтизну про неё, основываясь на косвенных уликах? — теперь начал дразнить её Ал, так же разводя руки. Шарлотта злобно стрельнула глазами. — Вы дразните меня? — Ни в коем случае, просто указываю на вашу опрометчивость, — Аластор слегка выдавил смешок. Наклонившись ближе к девушке, мужчина одарил её широкой улыбкой, на щеках выступили ямочки, а в уголках глаз появились морщинки, — Мисс Шарлотта, не знаю, что вы там увидели, но это не понравилось одному человеку. И вот какое счастье: этот человек не нравится мне. Поняли, к чему я веду? — Да. — Чарли напряглась. — Когда я уберу директора, вы сможете спать спокойно. Возможно, я вам даже помогу раздуть скандал. Но взамен выполните просьбу для меня. — Аластор сжал руки, которые были выставлены по обе стороны и упирались ему в колени.       Шарлотта не видела озадаченное лицо подруги, сидевшей рядом с ней. Ни хищный оскал собеседника. Она будто провалилась в свой внутренний мир, где была лишь она одна. Что ей даст эта сделка? Точно не спокойную жизнь. А помнит ли она, когда спокойно просыпалась, гуляла и работала? Такие далёкие воспоминания покрылись толстым слоем паутины. Каждую ночь Чарли вздрагивала от судорожно долбящей двери, сильнее закутываясь в своё одеяло, сжимая щипающие глаза. Лишь бы это закончилось.       Скажите, почему она не пошла в полицию? Это первое, что сделала девушка, как заметила за собой слежку. Но что сделали правопорядки, которые чтят конституцию и уголовный кодекс? Правильно. Ни-че-го.       Им было плевать на Шарлотту, ведь не она платит чёрную зарплату, не она даёт премии за хер пойми что. Если свыше пришло письмо не брать дело, значит, нужно делать вид, что Шарлотта — параноик.       Злость, обида тогда окатили Чарли, и когда она возвращалась обратно домой, за ней опять следил чёрный автомобиль. Если бы девушка тогда не почувствовала неладное и не рванула со всех ног в подворотню, которую знала как свои пять пальцев, то давно получила бы пулю в лоб и удобряла почву города.       И почему сейчас она должна отказываться от предложения? Из-за того, что нарушает закон? Тогда что насчёт полиции? Как люди могут проворачивать чёрные дела, игнорируя присягу, которую поклялись выполнять?       Чарли никому ничего никому не давала. Единственное, что она хотела, — это жить обычной жизнью, помогая людям, совершая справедливость. И вот такую благодарность она получила?       Если государство не может защитить своих граждан, а проплаченная полиция закрывает на Шарлотту глаза, тогда она будет искать помощь в другом месте и у других людей. — Хорошо, господин Аластор. Что мне нужно сделать? — Шарлотта вернулась в реальный мир, хорошо обдумав предложение. — Чарли, ты уверена? — забеспокоилась о подруге Вегги. Девушка взяла ту за руку. — Да. Если государству чхать на меня, то мне чхать на него. Единственное, что я хочу, — это разворошить осиное гнездо и сжечь его! — девушка больше не боялась. Теперь она может спать спокойно. Вставать с первыми лучами яркого солнца и наслаждаться прекрасным утром.       Аластор самодовольно оскалился, наблюдая за поменявшейся Чарли. Мужчина отмечал, что горящие злобой глаза идут ей куда больше. — Хорошо, я поняла, — Вегги тяжело вздохнула и медленно повернулась к Аластору, который сидел выжидающе напротив. Закусив изнутри губу до крови, она сказала: — Я хочу заключить с вами сделку. — Что?! — Чарли подорвалась с места и посмотрела на подругу, не веря услышанным её словам. — Ты решила ступить в преступный мир, я не смогу отпустить тебя одну, — Вегги опустила голову, крепко сжимая руки подруги, причиняя маленькую боль. Серебристые волосы упали с плеч.       Вегги очень любила Чарли и дорожила ею, и не могла видеть, как подруга уходит во мрак. Если она уйдёт, то навсегда исчезнет из жизни Вег. Чарли была единственной и самой близкой ей подругой, да что говорить — она была ей сестрой, самым родным человеком на земле. И она не может её потерять. Она ни за что не потеряет Шарлотту.       Аластор вопросительно выгнул бровь. Не промолвил и слова. Он всё ждал: добыча никогда не попадётся в капкан, если не выждать немного времени. — Почему ты думаешь, что мы заинтересованы в твоём ресторане? — сказал за него молчавший до этого Хаск. — Мой ресторан — элита, каких только чинов не обслуживают мои люди, и какие только сплетни не крутятся в его стенах. Я первая узнаю о новых новостях, — девушка собранно посмотрела прямо в глаза Ала, не смея отводить их, и начала один за одним загибать пальцы. — Отличное расположение в Нью-Йорке, разношёрстные гости, а также у вас появится большая точка для вашего алкоголя. Плюс вам будет где собираться и совершать сделки. — Откуда ты! — хотел усмирить её Хаск, но был остановлен рукой Ала. Мужчина уже более мягче улыбнулся. — Внимательная, — почти мурлыкая, изучал девушку Ал. — Хаск, принеси мой футляр. Мужчина послушно встал со стола и пошёл на выход. И пока Хаск вышел за вещами хозяина, мужчина вернулся взглядом к Чарли. — Дорогая, твоя задача будет избавиться от мистера Джеймса.       Услышав имя своего бывшего начальника, из-за которого сейчас страдает девушка, грудь приятно согрело. Хоть это просьба Аластора, но девушка сама не прочь избавиться от этого мужчины. А если это будет и её руками, то удовольствие будет приумножено. — Завтра я познакомлю тебя с одним человеком, которому после передам "Нью-Йорк Трибьют". — Я думала, вы сами встанете на пост директора? — Зачем? — Ал посмеялся. — У меня и своих дел достаточно, а Воксу давно не терпелось прибрать издание в свои когтистые лапы. — Вы говорите про телеведущего новостей и директора телевидения? — У девушки округлились глаза от шока, с какими людьми Аластор общается. — Он работает на вас? — А, а, а. — Аластор, прикрыв глаза, помахал указательным пальцем в знак ошибки девушки. — Мы работаем вместе. Хоть я и не поддерживаю его страсть к телевидению, отдаю предпочтение старым технологиям.       В комнату вновь вошли. Хаск принёс лакированный, из крокодиловой кожи, чёрный футляр, ставя его перед лицом Ала. Мужчина открыл заклёпки и вытащил оттуда лист с контрактом, пропечатанный чёрными чернилами, а также перьевую ручку и красные чернила. — Изучите его и подпишите внизу, свою подпись я поставил. — Ал пододвинул лист ближе к Вегги. Но девушка даже не стала вчитываться в текст, взяв белую перьевую ручку с золотым концом, поставила размашистую подпись там, где ей сказал мужчина.       Самодовольно улыбаясь, Аластор забрал договор и положил его теперь уже с другого края в футляре. Чарли и Вегги отметили, что у мужчины было достаточно прилично подписанных договоров. — Что ж, коль в этой комнате теперь присутствуют коллеги. — Ал громко закрыл свой футляр и вернул его Хаску. Смочив горло вином, мужчина спросил: — Энджел, когда мы можем вывезти кокаин из Нью-Йорка?       Чарли и Вегги раскрыли от ужаса глаза и прикрыли рты от услышанного, повернувшись друг к другу. Увиденная картина сильно позабавила Хаска, от чего мужчина не смог сдержать смеха. — А что такое? — Ал непонимающе наклонил голову вбок, как сова. — Эм, нам, наверное, нужно уйти? — слегка заикаясь, спросила Шарлотта. — Это ещё зачем? Решим все вопросы разом. — Аластор всё не понимал. И тут раздался низкий, гудящий смех от правого плеча мужчины. Хаск заливался громким смехом, стуча кулаком об мрамор стола. Низкий бас заполнил помещение. — Я что-то пропустил? — Ох, Ал, они думают, что подслушивают наш разговор. — не унимался Хаск. В эту же секунду смехом залились Ал с Энджелом. Последний держался за живот, что разболелся от надрыва мышц. Аластор же покраснел и облокотился на спинку стула, стряхивая слёзы с глаз. — Что смешного? Мы ведь реально подслушиваем ваши дела. — не выдержала Вегги. — Красотка, вы теперь одни из нас, значит, обязаны присутствовать в такие моменты. Кто знает, что взбредёт в голову Алу, может, он захочет мой кокаин толкать в твоём ресторане? — Отличная мысль! — Я против! Алкоголь — да, но наркотики — нет! — Вегги понимала, что её слово больше ничего не решают, но испортить репутацию своего ресторана она не могла позволить. — Да мы шутим, дорогуша, — смеялся Ал, — Твой ресторан будет для другого дела, у меня куча других мест, где я продаю кокаин. — А давно вы занимаетесь наркотиками? — Шарлотта не знала, ответят на её вопрос или проигнорируют его. Но попытаться стоило, если теперь они вместе, как говорят мужчины. — С сегодняшнего дня. — наконец-то успокоился Ал. — Что? — Чарли и Вегги ответили хором. — Энджел работает на нас с сегодняшнего дня, как и вы. Но обговаривать все нюансы и моменты мы начали несколько месяцев назад. — поддержал диалог Хаск. — Я и моя семья — итальянцы из Сицилии, мы занимаемся контрабандой оружия и наркотиков. Не буду вдаваться в подробности, но я покинул семью и решил работать на Аластора. — Итальянская мафия самая лучшая. — почесал подбородок Ал. — Ну так вернёмся к вопросу. — Если связной прав, то завтра в два часа ночи нас будет ждать паром с торговыми ящиками с рыбой. От тебя мне нужен грузовик, а также лицо, к которому можно довериться. Люди у меня есть, они без лишних вопросов загрузят пакеты.       После разряженной атмосферы смехом девушкам было проще находиться в компании мафиозников и слушать неприятные разговоры. Они могли прямо сейчас побежать в полицейский участок и сдать их, но зачем им это делать? Теперь они сообщники. — Отлично. Вот тебе адрес, там тебя встретит Пентиус. Скажешь, что от меня, он предоставит тебе один из своих грузовиков. — Аластор протянул маленький листочек с адресом дома и именем. — С тобой поедут Хаск и Валентино, им как раз нужен паром для алкоголя, может, договоримся о двойной сделке.       Когда вопрос наркотиков был решён, Аластор наконец-то повернулся к девушкам. Теперь нужно решить другую задачу. — Вег, коль ты теперь работаешь на меня, я поменяю твою охрану. — Но меня всё устраивает, — озадачилась девушка, зачем мужчине менять её охранников? — Теперь это не обычный ресторан. Поменяй его функционал, оставь тех, кому по-настоящему доверяешь и знаешь, что тебя не предадут. Я приставлю к тебе некоторых людей, они будут наблюдать за совершением сделок, а также охранять тебя и твоё здание. Мне нравится этот этаж, приятная атмосфера. Сделай его местом, где я могу заключать сделки. Четвёртый — для слухов, сплетен и информации. Что на третьем этаже? — Просто что-то типа большого зала с несколькими комнатами. — Оставь его для нас, — Аластор не останавливался, загиная пальцы и давая задания девушке. Голова Вегги загудела от изобилия информации, что росла, как снежный ком. — Второй и первый будут прикрытием, мало кто решит придти в гости. В подвале будет храниться алкоголь, а его будет очень много. Ключ от помещения будет у тебя и у меня, больше ни у кого. — А ты не боишься хранить его в центре города? — забеспокоился Хаск. — Хаскер, Хаскер, люди не видят дальше своего носа. Почему все привыкли думать, что контрабанда хранится в сараях за городом? — Потому что это безопасно? — Неверно. Как раз такое решение и небезопасно, никто и в жизни не догадается, что в центре города, в стенах элитного ресторана с хорошей репутацией будет контрабандный алкоголь. — Теперь ты управляющий? — наконец-то спросила мучающий её вопрос Вегги. — Я твой покровитель, ты заключала со мной контракт. Я не претендую на твоё место, да и честно, оно мне не нужно. Единственное, что я хочу, чтобы каждая шестерёнка в механизме не ломалась, а исправно работала. Через несколько дней я дам тебе задание. Хаск и Валентино должны договориться с шотландцами об ящиках первоклассного скотча. В зависимости от того, как пройдут переговоры, ты должна будешь встретить их фургон. К тому моменту мы проведём чистку твоего персонала, мои люди займутся всей работой. От тебя лишь — также вести налоговые декларации, отчитываться мне и подготовить подвал. Надеюсь, ты не подведёшь.       Вегги одобрительно кивнула. После нескольких часов нахождения здесь она уже примерно имела представление, что за человек этот Аластор. Демон. — А, и так, маленькое моё желание. Поменяй в меню ресторана поросёнка на оленину. Ненавижу свинину. Ну что ж, дорогая, теперь ты. — Аластор потянулся, разминая забитую спину от долгого сидения на стуле. Шарлотта внимательно слушала мужчину, запоминая каждое произнесённое из уст слово. — Пока тебе не безопасно находиться у себя дома, после ужина мы поедем и соберём твои вещи, у тебя есть место где жить? — Нет. — Это плохо. — озадачился мужчина. — Хаск, предоставишь комнатку? — мужчина изумлённо вылупил глаза. — Чего? Может ты её ещё на свою радиостанции потащишь? — Там только одно спальное место. — Подождите, у вас что нет, ну как там обычно у мафии бывает, большой особняк, дворецкий, служанки. — Шарлотта была в шоке от услышанного. Ей всегда казалось, что мафия живёт иначе, а правда ли Аластор из преступного мира? Может он решил подшутить над ней? — Я не из Нью-Йорка, а дорогу я перешёл многим. Все хотят найти меня, поэтому, не в моих интересах, чтобы мои недоброжелатели знали, где я живу. — Поэтому этот дурень не нашёл решения, как поселиться на радиостанции, в которой он ещё и подрабатывает. — сдерживал смешки Хаск.       Весь властный образ Аластора начал сыпаться, как карточный домик. Перед Чарли появлялся обычный мужчина, со своими проблемами, и желаниями. Не было этой мафиозной личины, и тяжёлой мрачной энергетики. — Хаск, я не просил тебя вдаваться в подробности моей жизни. И между прочим, людям нравиться слышать мой голос по утрам. — Знали бы они его хозяина ещё. Может на тебя ментов натравить? Авось тогда ты согласишься снимать со мной комнату, всё дешевле аренда будет. Энджел сдержал смех в кулак. — Эм, если ваши люди будут здесь работать, то Чарли ничего не угрожает верно? Может она поживёт в ресторане, я и сама здесь живу, как раз на третьем этаже. — Отличная мысль! А можно и мне?       Все присутствующие вылупили глаза на итальянского мафиозника, который как ни в чëм не бывало, потирал салфеткой свою Лупару. — Я жил со семьëй. А как Хаск сказал, аренда в городе дорогая!       Вегги тяжёло вздохнула, и словно, что-то обдумывая несколько раз прикрыла глаза. Взвесив все за и против, девушка открыла веки с длинными ресницами. — На третьем этаже есть пара комнат, если вдруг что, знайте.

***

      Шарлотта ехала в автомобиле вместе с Аластором к себе домой, чтобы, как они и договорились ранее, собрать свои вещи. Чарли не знала, насколько затянется её жизнь в ресторане, но вернуться в съёмную квартиру предстоит ей не скоро.       Припарковавшись возле двухэтажного здания с красным кирпичом, Хаск заглушил мотор. — Давай быстро.       Девушка кивнула Аластору и вышла из машины, скрываясь за деревянной дверью, которую подсвечивал одинокий уличный фонарь. Шарлотта поднялась на второй этаж по старой лестнице. Быстрым движением Чарли повернула ключ до щелчка и, открыв дверь, не разувшись, начала быстро складывать вещи по сумкам и чемодану, то и дело перепроверяя, не забыла ли она ничего.       Глазам бросились копии документов из больницы, которые она украла перед тем, как уйти из её стен. Реквизиты налогов, множество разных договоров, которые девушка ещё не успела изучить. Решив, что такие ценные бумаги опасно оставлять здесь, Шарлотта положила их в сумку, прикрывая сверху вещами. Когда девушка упаковала печатную машинку и закрыла чемодан, снизу раздались выстрелы. Сердце девушки глухо пропустило удар за ударом. Тело бросило в пот, а глаза забегали. "НЕУЖЕЛИ?" — Чарли с двумя большими сумками и таким же чемоданом спускается на первый этаж и видит незнакомца с пробитой головой. Тело облокотилось о серую стену, марая её вязкой багровой жидкостью. Из большого отверстия в голове кашей тянулась неизвестная субстанция. Шарлотта не хотела знать, что это могло быть. — Чего стоишь!? Живо в машину! — кричал ей Хаск, но, заметив кучу сумок, мужчина, закатив глаза, ринулся к Чарли, забирая из рук сумки и чемодан. — Чёртовы женщины, садись давай!       Аластор выстрелом в голову добил ещё одного нападавшего, впечатывая его в землю, что был в паре метров от их машины. Убрав револьвер, мужчина подошёл к Хаску, чтобы помочь с сумками. — Куда ей столько вещей? — Дамы.       Когда, наконец, мужчины вдвоём смогли утрамбовать нажитое имущество девушки, они быстро тронулись с места. Звук шин и мотора заполнил спальный район своим гулом. — Придётся немного покататься, мало ли, может быть, хвост, — предложил Хаск и выехал из района, где раньше жила Шарлотта. — Это были те люди? — с волнением в голосе спросила девушка. — Да, и если бы ты сегодня отказалась от моего предложения и вернулась домой, то лежала на их месте, — безэмоционально, смотря в окно, сказал Ал. — Должна ли я сказать... — Нет. Не люблю это слово. Отблагодаришь действиями, — мужчина наконец-то посмотрел на Чарли, подмечая, что выглядит она теперь так же, как и в их первую встречу на лавке. Волосы паклями спадали на плечи, тушь слегка потекла от пота. Видимо, Чарли очень быстро старалась вывезти почти весь свой дом. Иного ответа Ал не находил, смотря на количество сумок и их массу. Как она вообще дотащила их до улицы с таким-то телом? — Хаск, давай, наверное, не будем откладывать дела, которые можно сделать сегодня. — Понял.       Шарлотта непонимающе посмотрела на Хаска, а потом на Аластора. Что они имели в виду? Но стоит ли ей теперь волноваться? Теперь она в безопасности. Теперь ей оставалось только заплатить за спокойный сон.

***

      Ехали они часа полтора, пока не завернули за угол добротного района, из деревьев показался, выложенный белым кирпичом коттедж. Ворота были открыты, поэтому автомобиль без проблем заехал на облагороженную территорию. Глуша двигатель, Хаск не стал выходить из водительского. — Мы быстро, — Аластор вышел, и Шарлотта последовала за ним. Пара стояла напротив массивной двери из красного дуба. Две лампы подсвечивали её, и Шарлотта подметила ручную резку двери.       Аластор сделал пару ударов кулаком. Сначала было тихо, будто хозяина нет дома, а потом кто-то грохотом начал спускаться со второго этажа по лестнице.       Через секунду дверь открылась, и перед девушкой и мужчиной стоял в синем халате хозяин дома. Мокрый от кросса, мужчина тяжело дышал, прикрыв глаза. Нос с горбинкой недовольно морщился, когда мужчина затягивался кислородом. Когда незнакомец открыл глаза, Шарлотта сдержала удивление. У мужчины была редкая, почти не встречающаяся гетерохромия. Девушка хотела убить себя за то, что откровенно пялилась на его зелёный и голубой глаз. Прочистив горло, хозяин наконец-то заговорил. — Ты хоть знаешь, сколько сейчас времени? Для чего придумали телефонные будки, дебил!? — Шарлотта вытаращила глаза, как нахально позволял себе общаться с Аластором мужчина. Девушка хотела раствориться на атомы, чтобы не находиться здесь. — Ну ты же не пристрелил? — в своей манере ответил Ал, ехидно щуря глаза от улыбки и разводя руки. Пройдя вовнутрь, не получая разрешения хозяина дома, Ал первым делом направился на кухню. Чарли оставалась стоять на месте, не зная, куда деть себя от неловкости. — О боже! Какой же ты всё таки олень... — мужчина наконец-то посмотрел на девушку, что всё это время стояла рядом с Аластором. Вокс не сразу её заметил из-за маленького роста. Мужчина думал, что Ал пришёл один. — Чего встала, как прокажённая? Проходи давай.       Шарлотта болванчиком забежала во внутрь коттеджа. Хозяин громко, с силой закрыл массивную дверь, выражая на ней свою злость. — Я Шарлотта, приятно познакомиться, — решила заполнить накатившую и давящую тишину девушка. Аластор предательски бросил её с незнакомцем. Некая неловкость была в её протянутой руке, но хозяин принял хрупкую ладонь в свою. — Винсент Уитмент, — представился мужчина, но после того, как с кухни раздался грохот бьющейся посуды, ураганом, стреляя молниями, побежал к Аластору, тоже оставляя одну Шарлотту.       Девушка закатила от недовольства глаза, стягивая губы в напряжённую линию. "У них это в порядке вещей — оставлять девушку одну?" — подумала Чарли и осмотрела дом.       Дорогое убранство. У хозяина был отменный вкус: голубые обои, светлый ламинат и стоящий на тумбе очень дорогой телевизор с маленьким экранчиком.       Чарли могла по пальцам пересчитать, у кого были телевизоры. Эта техника была редкостью, так как не выпускалась в массовое производство ещё; позволить его могли только избранные. И именно этим избранным вещал Винсент со своего канала. Рабочий класс довольствовался же старым добрым радио.       Услышав мужскую ругань и истерический смех, Шарлотта решила пройти к мужчинам на кухню. Когда Шарлотта зашла на кухню, ей открылась забавная картина: разбитые тарелки и смеющийся Аластор. Вокс хватал себя за волосы и материл мужчину всеми матами.       Кухня была небольшая, но для одного человека вполне комфортная: небольшой белый кухонный гарнитур и прямоугольный дубовый стол с парой стульев из того же комплекта были покрыты белым лаком, не выбивались из общей картины. Голубые стены и кафель с мелким расписным узором. — Ты ходячая катастрофа! Тебя на минуту оставить нельзя. Какого хера ты полез ко мне в шкаф! — Ты же не предложишь кофе, поэтому решил заварить его сам. — Правильно, девушке я предложу, а тупой олень пойдёт нахер! — Вокс собрал пару разбитых тарелок и выкинул в мусорку. Вытащив из нижнего ящика зерновой кофе и турку, мужчина включил плиту. — Не обращая на него внимания, я всегда знал, что он злобный гном, — делая вид, что шепчет Чарли под ухо, Аластор сказал специально громко, чтобы друг его услышал. Вокс сжал рукоятку турки и повернулся к Аластору. Ал же одаривал своего знакомого невинной улыбкой, слегка наклонив голову набок. — Знал бы, каким ты козлом окажешься, не в жизни бы не работал с тобой. — Пару секунд назад я был Оленем? Определись уже.       Шарлотта не смогла сдержаться и засмеялась, прикрывая красное лицо ладонями. Аластор вопросительно посмотрел на дёргающуюся девушку. — Чего это с ней? — Аластор наклонился к Чарли, пытаясь посмотреть, что она скрывает у себя на лице. — С тебя, придурка, угорает.       Когда Шарлотта убрала ладони с лица и открыла смеющиеся глаза, она встретила прямой, озадаченный взгляд Аластора, что находился в опасных миллиметрах от её лица.       Девушка была готова поклясться, что почувствовала горячее дыхание мужчины и могла рассмотреть каждую морщинку и волосок на его лице. В нос ударил аромат одеколона, которого раньше девушка не слышала. Слишком опасная для них близость. Глаза Шарлотты пропустили в радужке блик, когда девушка всмотрелась в горячую пустыню Аластора. — Поцелуйтесь ещё, — хмыкнул Вокс, выключая плиту и разливая приготовленный кофе по фарфоровым кофейным чашкам. — Что? — Шарлотта отпрянула от Аластора, а мужчина продолжил, как ни в чём не бывало, улыбаться, выгибаясь в ровную осанку. — Скажешь тоже! Ну как, она тебе понравилась? — принимая из рук Вокса чашку с кофе, Аластор сделал глоток. Приятная горечь, отметил мужчина, стреляя глазами в сторону Шарлотты. — Милое личико, — ставя чашку перед Шарлоттой, отметил хозяин и, подойдя к той за спину, Вокс, как это сделал пару минут Аластор, наклонился к девушке, заглядывая своими разными глазами в душу на опасном расстоянии. — Может, хватит издеваться надо мной? — Чарли сжалась, как кролик в стул, оказавшись в клетке с двумя хищниками. Если от Аластора было приятное тепло, которое распыляло её, то Вокс охлаждал её жар, который Аластор разжёг в девушке. Вокс сел рядом с гостями и протянул третью кружку с кофе себе. — За сколько? — Что? — глаза девушки округлились.       Но ответа не последовало. Ал увёл взгляд куда-то вдаль, не собираясь встречаться с глазами девушки. И тут до девушки дошло, что имели в виду мужчины. Лицо девушки вспыхнуло, румянец залил щёки, а глаза расширились. Голос и вовсе пропал. — Стоп, я не!? — Все девушки прекрасны, вне зависимости от своей профессии, — начал оправдываться Вокс. — Да нет же, я... Я не... — язык Чарли заплетался, глаза бегали по столу. Аластор звонко засмеялся и упал на спинку стула, прикрыв одной рукой лицо. Ситуация его очень сильно позабавила. То ли Шарлотта своей наивностью, то ли Вокс, что спутал её с проституткой. — Вокс, какой же ты всё-таки извращенец! — Аластор залился новой порцией звонкого смеха, долбя уже кулаком его дубовый стол. И тут до Винсента дошло, почему его друг гогочет, как конь. — Чего? Ах, блять! — Вокс взялся за тёмные локоны волос и, подорвавшись со стула, стал тыкать в смеющегося Ала пальцем. — Козёл, олень, самодовольный придурок, да просто хуй!       Аластор всё не переставал смеяться, живот заболел, а воздуха стало не хватать. Шарлотта должна была обидеться, но обстановка была такой уютной, что обидная шутка казалась и не обидной вовсе. И это Вокс, о котором она была наслышана? Как и с Аластором, фундамент, выстроенный у неё в голове, сломался. Она представляла Вокса расчётливым, холодным и серьёзным человеком.       Но перед ней обычный мужчина в домашнем халате, что уже душит Аластора. Стоп, он душит Аластора! Девушка вышла из своих мыслей и подбежала к двум взрослым мужчинам, разнимая их.

***

      Сейчас они сидели в гостиной у Вокса. Мужчина в очках изучал какие-то документы, которые принёс ему Аластор. Когда Вокс закончил с изучением, он снял очки, положил на стеклянный кофейный столик и потёр уставшие глаза. — Она с нами? — получив одобрительный кивок от Ала, Вокс продолжил. — Когда ты планируешь начать? — Завтра.       Шарлотта догадалась, о чём был разговор. Сейчас решалась судьба её издания. И бумаги, которые принёс Ал, скорей всего, были декларациями по "Нью-Йорк Трибьют". — Вельветт готова? — Да. — Могу я знать, о чём вы говорите? — вклинилась в диалог Чарли. — Вельветт — моя подопечная. Я подделал её документы, она уже месяц работает секретарём на двадцатом этаже "Нью-Йорк Трибьют". Завтра она встретит тебя и передаст налоговые вычеты и ещё пару бумаг. И мы с тобой поедем в налоговую.       Шарлотта смутно помнила одну странную секретаршу, что до поздна оставалась в издании. Но лица девушка вспомнить не могла. Помнила лишь, что дружбу девушка ни с кем не водила и только работала. — Если повезёт, то завтра мы наконец-то сможем сдвинуть дело с мёртвой точки, — устало сказал Ал и облокотился на дорогое кожаное чёрное кресло. — Передай Валентино, что за ним заедет в двенадцать Хаск. — У вас получилось договориться с шотландцами? — Ещё нет, вопрос решится на месте. Но с наркотрафиком наконец-то улажено. — Мне напела одна птичка, что семья Энджела точит на него зуб из-за предательства. — Посягнуться на мою территорию — будут уничтожены.       Вокс слегка ухмыльнулся и посмотрел на Чарли, что смотрела на документы, которые недавно он читал. — Ну а ты, пташка, что такого сделала, что тебя попёрли? Шарлотта перевела взгляд на Вокса и, думая, стоит ли ему говорить или умолчать, вздохнула. — Полезла туда, куда не стоит. — Помнишь, несколько недель назад в газетах печатали о больнице "Мириам"? — Вокс хмыкнул в знак согласия. — Это была она. — Да ты что! — глаза Вокса загорелись опасным огоньком. — Ну вы, милочка, даёте, на опасную дорожку встали.       Девушка грустно улыбнулась. Прошлая она никогда бы не подумала, в какой ситуации окажется и что будет завязана в преступных делах. И вот сейчас Шарлотта сидит перед мафиози и работает на них. — Мне нужны такие люди в моём издании, — Вокс оскалился. — Твой заголовок вернётся на первые полосы, а ты будешь лучшим журналистом. — Что, простите? — девушка округлила глаза и смотрела то на Вокса, то на Аластора, не веря услышанному. — Когда я заберу издание себе, а Вокс станет директором "Нью-Йорк Трибьют", он вернёт тебя на твоё положенное место, — девушка не могла поверить услышанным словам от Аластора. Казалось, что это злая шутка, но, смотря на серьёзные взгляды мужчин и их лица, девушка поняла, что они серьёзны в своих намерениях.       Чарли встала с такого же дивана, как и кресло, на котором сидел Ал, подошла к Воксу и протянула ему руку. — Я Шарлотта Магне, редактор и журналист. Мой опыт в сфере — десять лет. Надеюсь на плодотворное сотрудничество, директор Винсент Уитмен.       Вокс поднялся с дивана и подошёл к девушке. Ростом мужчина был такой же, как и Аластор. Сжав её маленькую руку в своей, словно хищник он пожал. Оскал на лице увеличился, а в глазах пробежал возбуждающий огонёк от предстоящего дела. — Приятно познакомиться, Шарлотта Магне. Для друзей, я просто Вокс. Надеюсь, вы не разочаруете нас и хорошо поработаете.