Чёрно-белый

Человек не для того создан, чтобы терпеть поражения. Человека можно уничтожить, но его нельзя победить. Эрнест Хемингуэй

«Я не хочу умирать» — проносится в голове Мина. И он вовсе не боится смерти, просто ему до безумия хочется снова увидеть Чимина, хоть на мгновение, перед тем, как покинуть этот мир. Сегодня Юнги уже второй раз на волоске от смерти, вот что бывает, когда ты играешь со своей жизнью. — Мне понадобилось время, но я всё же понял, кому принадлежал этот голос… Стальные, полные злости, глаза Сокджина, прошлись по Мину снизу доверху. — Стоять! Кричит человек из системы, что появился позже всех. Его голос кажется Сокджину чуть знакомым, он уже где-то слышал его. Но широкоплечий игнорируя крики, добегает до машины, открывая незакрытую переднюю дверь. — Только давай ты не будешь полчаса говорить мне, какой я засранец. Я сегодня это уже слышал много раз. Просто пристрели меня. Юнги поднимает руки к груди, тыкая кулаком себе в солнечное сплетение. Ему становится всё равно. Страх исчез. А вместо него пришло осознание. Чимин не простит его, а значит и смысла жить у него уже нет. — Не переживай, ты сдохнешь, как собака. Просто скажи, за что? Почему в вас нет человечности. За что ты убил Намджуна? — А за что ты сейчас убьешь меня? Всё это из-за правды, истины, которая у каждого своя. Намджун предал взгляды народа, кстати, как и ты. Тебе стоило быть благодарным, за то, что я сохранил тебе жизнь… — Заткнись! Ты просто чудовище! Какая правда может стоить жизни невинного человека?! Пистолет начинает дрожать в тонких пальцах Сокджина. Его лицо сужается от каких-то сильных чувств, которые заставляют Мина напрячься. Казалось, Джину нанесли такой удар, после которого он в буквальном смысле готов на всё, лишь бы заглушить боль, лишь бы хоть на чуть-чуть перестать чувствовать постоянную агонию. — Намджун не заслужил такой смерти. А ты, ты вообще заслуживаешь жизни, тварь? Сокджин перехватывает пистолет двумя руками, крепче зажимая его в ладонях. Указательный палец ложится на курок. Мин зажмуривается, готовясь к звуку выстрела. Но вместо этого слышится резкий вскрик широкоплечего, что внезапно начинает шататься на месте, выронив пистолет и прислонив ладони к лицу. Юнги, не понимая, что случилось, решает воспользоваться замешательством. Он ловко поднимает оружие и отскакивает подальше от Джина. Мин находит в кармане маленькое устройство, и нажимает кнопку «поддержки», смотря, как загорается огонёк света. — Я… Я ничего не вижу! Я НИЧЕГО НЕ ВИЖУ! Срывается на крик Сокджин, понимая, что глаза видят только сплошной чёрный. Его мозг охватывает панический страх, а тело начинает мотаться из стороны в сторону. Слышится рёв мотора и чёрная машина дрейфуя тормозит перпендикулярно дороги. Из неё выскакивает Чонгук, открывая дверь Чимину и Тэхёну. Все трое бегут к обезумевшему от страха Джину. — Что ты с ним сделал? Обвиняюще кричит блондин, видя стоящего Юнги с пистолетом. — Ну конечно. Теперь будешь винить меня во всех грехах человечества? Между прочим, это меня сейчас чуть не застрелили, как кролика… Мин пытается звучать иронично, хотя его сердце до сих пор не может перестать бешено колотиться. Юнги снова увидел Чимина, пускай этот мальчишка кричит, что хочет, проклинает его, как может, но он снова рядом. И это так жизненно необходимо сейчас Мину. Пак бросает взгляд на Тэхёна, тот кивает ему, подтверждая слова Юнги. Блондин опускает плечи, пытаясь сделать вид, что ни капли не переживает из-за него. А тем временем, Сокджин продолжает корчиться на месте, и только руки Чонгука помогают ему оставаться на ногах. — Тихо, Джин, тихо! Постарайся успокоиться. Дыши. Лепечет красноволосый, становясь перед широкоплечим, чтобы тот лучше услышал его слова. — Да я ни черта не вижу! Вы не понимаете… Я не могу вас вид… Сокджин обрывается на полуслове. Тело его резко находит контроль над собой. Глаза распахиваются и чётко фокусируются на Тэхёне, стоящем впереди. — Я вижу… Но клянусь, только секунду назад… — Мы верим. Это просто приступ. Ты переволновался, поэтому мы здесь. Когда ты позвонил и сказал, что хочешь отомстить мы… Я понимаю тебя… Тэхён подошёл ближе к Джину, глаза которого начали непослушно слезиться. — Я чуть, я чуть не убил человека… Только сейчас кажется Сокджин понял, что чуть не совершил преступление. Чонгук положил ему на плечо руку, и Джин опустил взгляд, чувствуя, что ничего уже не будет, как прежде. Будто смерть Намджуна послужила сигналом. Нет, не тот взрыв одного из зданий системы, и не те выстрелы, это началось раньше. Там, в тот день, когда ливень нещадно покрывал окровавленное тело учителя Чона. Именно тогда, что-то щелкнуло внутри Сокджина, отключая какую-то часть его. И Ким с испугом понимает, что ещё чуть-чуть и он бы без сожаления застрелил этого парня. Слышится приближающийся сильный рёв сирен, вовсе не скорой помощи, это был звук, что издавали машины органов системы. Устройство в кармане Мина неприятно завибрировало. — Чёрт! Уходите отсюда, живо! Чимин, срочно бегите! Юнги сердито вспоминает о том, что сделал, понимая, как подставил теперь своего человека и его дружков, к которым успел привязаться. Но вся компания успевает сделать лишь несколько шагов в сторону джипа Чонгука, как перед ними, шумя моторами, встала около трёх машин, из которых тут же повыскакивало по два человека в плащах, окружая их. Несколько автоматов направились прямо в головы Чонгука, Тэхёна и остальных. — Тебе повезло, Мин. Мы как раз закончили задание неподалёку. Один из людей в кожаных плащах, подошёл к Юнги, что стоял за кругом, в безопасности. — Вам нужен тот! Ким Сокджин. Остальных не трогайте, это просто гражданские. Равнодушно объясняет этому парню Мин, видя, как злобно смотрят на него в ответ Чимин и Чонгук, после его слов. — Так… Значит высокого грузим в машину. А… Ой! Парень в плаще, что по-щегольски держал руки в кармане резко вынул их, из-за чего что-то выпало оттуда и он досадно поднял это с асфальта. — Как думаешь, Мин, милая вещичка? И работник системы, вытягивает вещь, что поднял, после чего лицо Юнги наполняется ужасом. — Что это такое, Кёнг? Дрожащим голосом спрашивает Юнги, хотя кажется с первой секунды узнал предмет в руках своего коллеги. — Это? Это я забрал у трупа. Как раз наше задание, мы ещё даже от тела не избавились, сразу к тебе рванули, он ещё тёпленький, наверно… Сокджин чувствует, как что-то проваливается после слов этого парня. Он вытягивает шею, пытаясь рассмотреть вещь и тут же вскрикивает, безошибочно узнавая ту самую большую розу, что когда-то, так красиво украшала костюм Хосока. — ЧТО ВЫ С НИМ СДЕЛАЛИ, УРОДЫ? ЧТО ВЫ СДЕЛАЛИ С ХОСОКОМ?! Рвя глотку, кричит Джин, пытаясь накинуться на людей из системы. Чонгук изо всех сил держит его, чувствуя, какая зверская мощь вырывается из Сокджина. Тэхён начинает мотать головой, просто пытаясь убедить себя, что всё это не может быть правдой. — Что вы сделали с ним, Кёнг? Что вы с ним сделали? Грубо повторяет вопрос Джина Юнги, после чего тут же хватает за воротник плаща парня из системы, что от испуга роняет цветок. Роза безжизненно падает на холодный асфальт, что уже не греют лучи солнца. — Отвали от меня, Мин! Что на тебя нашло? Кёнг, рослый парень с кривыми ногами, отпихивается от рук Юнги, быстро отходя от него. — Чон Хосок был признан опасным. Он брат Чон Намджуна. Ты же в курсе, что бунтовщиками стали многие из наших, что были тогда с тобой во время операции, когда убирали этого учителя, поэтому его брат стал основной целью, поначалу мы не хотели его убивать, хотели узнать, что он знает о бунтовщиках. Но этот тип сопротивлялся, так что мы избавились от него, так проще… Но Кёнг не успевает договорить, так как в его лицо летит огромный кулак Мина. Парень шатается, отхаркиваясь кровью. — Ты что творишь, придурок?! Кричит разъярённый парень с кривыми ногами. Несколько человек из системы оставляют окружённых людей и бегут к Юнги, пытаясь оттащить его и Кёнга от друг друга. Чонгук странно смотрит, продолжая крепко сжимать руками Сокджина, что чуть ослабил давление, также наблюдая за происходящем. Чимин сделал тихий рваный вздох, вытирая потные ладошки об брюки. Его глаза не отрывались от Юнги, что вырвался из рук своих коллег, быстро расталкивая их в стороны. Ещё полминуты и он оказался в отцепленном кругу, плечом к плечу с людьми, что ненавидели его до кожи костей. Полумрак не поглотил улицу, так как фонари быстро зажглись друг за другом, начиная освещать тёмное пространство кусками света. Люди из системы внимательно наблюдали за одним из своих, что переметнулся на другую сторону баррикад. — Что это значит, Мин? Спрашивает низкий и монотонный голос мужчины шатена, что недовольно опустил автомат, что до этого направлял на Чимина. — А что, не видишь, Ли? Кажется Юнги тоже один из этих… Язвительно выплёвывает Кёнг, вытирая губу от крови. Чимин удивленно смотрит на Мина, что подняв пистолет, не сводит глаз с шатена. — Не будь идиотом, Мин. Ты один из лучших работников системы, на тебе полсотни удачных заданий. Если ты сейчас возьмёшь и опустишь пистолет, я клянусь, что заткну всех, даже Кёнга, и мы забудем об этом. Работник Ли предупредительно смотрел на Юнги, пытаясь найти в нём частичку здравого смысла. — Вы убили Хосока… А ведь он даже не помнил своего брата из-за которого вы его пристрелили… Мин непоколебимо держал прицел, лишь сильнее скаля зубы сотрудникам SBW. Чонгук незаметно дернул руку Тэхёна на себя, и они чуть отступили ближе к джипу. — Мин, ты же знаешь нашу работу. Между прочим, его брата, как раз ты убрал. Здесь не место эмоциям, ты же понимаешь это лучше всех, ты идеальное бездушное оружие, не глупи. Ли чуть сладостно улыбнулся, из-за чего Сокджин похолодел от ужаса. Теперь стало ясно, этот шатен был здесь главным. И вот, Юнги начинает колебаться, Пак чувствует, как руки его на дюйм опускаются. — Юнги… Совсем ещё детский голос Чимина, заставляет Мина застыть в оцепенении. — Я всегда думал, что в тебе есть свет, что ты не такой, каким хочешь казаться… Блондин грустно улыбается и тёмно-русый ощущает спиной, как мальчишка начинает плакать. — Щегол, морали тут читать вздумал?! Кёнг выскочил сбоку. Приклад автомата полетел прямо в голову Паку. Но несколько точных и быстрых движений Мина, что чуть ли не взорвался от злости, меняют ход событий, и вот уже дуло пистолета смотрит прямо в глотку парню с кривыми ногами. — Так что ты там хотел сказать? Юнги поворачивает голову к Чимину, ласково улыбаясь. И Чонгук впервые видит улыбку этого грозного парня. Она тёплая, тёплая, как плед или свеча. Тэхён тоже замечает это, но всё ещё не может поверить в Мина, как в человека. Они все ещё сомневаются в нём, все, кроме… — Я же знаю тебя… И может покажется, что я слабохарактерный, и что я каждый раз веду себя, как тряпка, но… Чимин всхлипывает, мягко дотрагиваясь до волос Юнги. Его пальцы спускаются по тёмно-русой пряди и задерживаются на щеке. Мужчина шатен, снова поднимает автомат. — Но если ты сейчас останешься со мной, то я… Я прощу тебе всё, слышишь? Эти слова тяжелым комом выкатываются из горла Чимина. Он чувствует, как тяжко выходили они из него. А Мин лишь сильнее сжимает пистолет, переводя мушку на Ли. Его лицо начинает дрожать, Юнги понимает, что готов снова заплакать. — Я не заслуживаю тебя, Чимин, я чудовище… Я причинил тебе слишком много боли, даже если ты простишь меня, то я не смогу простить себе этого… Губы Мина дрожат, а глаза начинают чувствовать горячую влагу. Чонгук снова делает шаг назад, мягко дотрагиваясь до Тэхён и Сокджина. — Поэтому я… Наконец выговаривает Юнги, после чего сразу два взгляда впиваются в него: один высокого шатена, другой школьника, но одинаково непрерывно смотрящие, каждый со своей надеждой. — Поэтому, не прощай меня Чимин. Как бы я не страдал, не делай этого. Я останусь с вами, даже несмотря на это. Как только Юнги договаривает это, раздаётся предупредительный выстрел в воздух. Высокий шатен отходит чуть назад, опуская автомат на Мина. — Ты сделал свой выбор, щенок. Мне лично придётся устранить предателя. А затем, всё происходит, как в тумане. Слышится громкий крик Чонгука: «БЕЖИМ». И все бегут. Они пытаются добежать до джипа, хотя бы для того, чтобы спрятаться за ним от выстрелов. Юнги остаётся прикрывать их, так как у него единственного есть оружие. Чимина под крики Мина уволакивает Тэхён, но тот сопротивляется, продолжая кричать и плакать. Кто-то, скорее всего тёмно-русый взрывает маленькую туманную шашку, из-за чего всё обволакивает липким туманом и воздух становится белым, как облако. Сокджин добегает до машины первым, тут же начиная заталкивать туда школьников. — Юнги, нет, Юнги! Пожалуйста, нет! Продолжает кричать Чимин, настолько душераздирающе, что Мин начинает проклинать свой почему-то появившийся альтруизм. Куда делся его инстинкт самосохранения, когда он так нужен ему сейчас, ведь Чимин так ревёт. Но как раз это и придаёт сил. Нескольких работников ему уже удалось подстрелить, двоих он оглушил, а сейчас он подобрался к бортику моста, чтобы отдышаться. Глаза слезятся и ни черта не видно, слышны только выстрелы и крики Чимина. Мин закрывает глаза, прислушиваясь. Сейчас стрельба утихнет и он побежит в сторону голоса Чимина. Рваный вдох и он приподнимается, оставаясь на чуть согнутых, готовых к бегу коленях. — Пожалуйста, Чонгук, там Юнгииии… Воет сходящий с ума Пак, после чего красноволосый, видя состояние друга, тоже начинает с надеждой смотреть на брюнета. И Чон кивает, быстро выпрыгивая из заведённой Джином машины. «Чёрт возьми, я притащу им этого засранца живым.» — проносится в голове Чонгука, что пытается хоть что-то разглядеть в тумане. А тем временем, Юнги делает несколько шагов в сторону звуков. Резкий удар в плечо отбрасывает его вперёд. Мин быстро оборачивается вблизи распознавая силуэт с кривыми ногами. — Привет, Мин. Как я рад, что именно мне удастся засадить в тебя пулю. Лыбится Кёнг приподнимая большой автомат. — Ну нет, не сегодня. Юнги вышибает оружие у парня, быстро толкая его руками, тот перехватывает пальцами его предплечья. Они долго балансируют на месте, пытаясь пересилить друг друга. Но вот, Кёнг подло делает подножку, и всё же Мин не выпускает захвата и они вместе летят на асфальт, продолжая борьбу на нем. Где-то вдалеке слышаться крики и одиночные выстрелы. Кёнг оказывается сверху Мина, вдавливая того вниз. Оба до безумия напряжены, и не один не хочет уступить. Руки Кёнга плавно всё-таки добираются до шеи Юнги и с новой силой начинают душить его шею. Мин пытается сопротивляться, но осознаёт, что воздух на исходе, а силы покидают его тело. «Надеюсь, ты уже далеко, Чимин.» — горько улыбается Юнги, чувствуя, что это уже в последний раз. Но слышится глухой удар и тело Кёнга падает чуть в бок с неприятным грохотом. Из тумана выплывает Чонгук, что быстро поднимает Мина, а тот пытается откашляться. — Где машина? Еле выговаривает Юнги, будто и не прощался секунду назад с жизнью. Чон указывает куда-то влево, после чего он подхватывает Мина и начинает ковылять с ним в ту сторону. Туман потихоньку рассеивается. Начинают проявляться силуэты людей. Сокджин нервно держит руку на предохранители, готовясь в любую секунду надавить на газ. Кёнг приоткрывает один глаз, ощущая тупую боль в затылке. Он видит ковыляющую парочку, что еле чешет к звуку мотора. — Чёртас два, ты сегодня уйдёшь живым. Парень с кривыми ногами, нашаривает рядом с собой автомат, чуть приподнимаясь и наводя прицел. Его, полный крови рот, открывается с вожделением. Чимин выпрыгивает из машины, начиная бежать навстречу Юнги с Чонгуком и Тэхён тут же перехватывает его, давая понять, что это трата драгоценного времени. Пять. Автомат перезаряжается. Четыре. Тэхён облегченно выдыхает, видя целого Юнги. Три. Сокджин готовится сорваться с места. Два. Чимин неожиданно видит лежащего Кёнга, что вот-вот готов выстрелить. Один. Глаза Пака наполняются смертельным ужасом. — Юнги, сзади! Успевает крикнуть Чимин, но у Мина уже нет сил, что либо понять. Зато вот у Чонгука они ещё остались. Брюнет силой воли выталкивает Юнги перед собой, отчего тот делает несколько шагов вперёд, падая в руки Пака. Тэхён успевает лишь раскрыть широко серые глаза. Ноль. Раздаётся сразу несколько очередей выстрелов. Красноволосый с ужасом видит, как Чонгук столько же раз вздрагивает на месте, его тело воротит. Чон падает на колени. Но карие глаза продолжают смотреть на Тэхёна, они до конца не теряют из виду его макушку. — Люблю тебя, чудик… Это произносится без звука, одними губами Чонгука, но Тэхён не может пошевелиться, он не может сделать ни одного чёртова шага. — Тьфу ты! Промахнулся. Теряя сознания, ругается Кёнг, падая лицом на асфальт.