Когда любовь сильнее.

      Через два часа ровно, успокоив Хана как раз ко времени, Минхо стоял перед Хёнджином. —Где Хани? —будучи не сильно заинтересованным, уточнил Хёнджин, разглядывая кончики собственных волос, которые перебирал пальцами. —Умывается. Он сейчас придёт. —Хорошо. Расскажи все, что мне следует знать.       Минхо кивнул, зависнув головой в слабом поклоне и, когда наконец поднял голову, ровным голосом начал отчёт: —Вчера случилось происшествие в Оранжерее. В мой бокал подсыпали что-то, вместе с фоссенсумом. По своей ошибке я не заметил. Я полагаю, это была угроза. Или можно так расценивать. Жертвой стал я неслучайно. Пэнгфей написал, что других это не коснулось. —Как они пробрались в Оранжерею? —уточнил Хван, пока имея слабо представление, кто такие "они". —Пока выясняется. —Стоит поторопиться, — хмыкнул Хван — Ты сдавал анализы? Знаешь, что тебе подмешали? —Ещё нет, — Минхо опустил голову, зная что дальше скажет младший. —А, ну да, ты же был так занят. Твой альфа лежал под боком, тёплое утро. Какая уж тут работа! — Хёнджин поморщился больше от самого себя, крутанулся на стуле, скрываясь от встревоженного взгляда друга — Не хочу ждать Хани. Передай ему, чтобы ехал забирать Феликса. У него закончилась течка. Ты не отвечал, он написал мне. —Он знает, что.. —осторожно попытался собрать вопрос Минхо, но получалось скверно. —Он написал Джинни-хёну, — стул повернулся в пол оборота, Хёнджин подмигнул — И пусть думает так дальше. Я сам ему всё расскажу. —Как пожелаете, — кивнул Ли. —А ты поедешь к профессору Со. Пусть возьмёт у тебя анализы и предоставит результаты максимально быстро. —У Феликса только закончилась течка. Я не уверен, на сколько нормально Джисон сможет реагировать на его запах, если отпустить его одного. —Ну, он же тебя любит, — на лице младшего растянулась мстительная улыбка — Значит вытерпит и не накинется на юного омегу.       Минхо нахмурился. Понимал, что возразить толком и не сможет. Не имеет права. Он не должен. —Речь не только о Джисоне. Если он не справится с собой, что будет с Феликсом? —Не верю, что тебя правда беспокоит этот мальчик сейчас. Не ври мне, Минхо. —Я просто.. —Как я и сказал. Если Хан постарается, он будет держать себя в руках. И если захочет, он постарается. Вернее, если не захочет. Ты свободен.       Старший позволил себе выдохнуть лишь когда тихо прикрыл за собой дверь. Конечно Хёнджин был зол. Он был прав в своей злобе. На нем большая ответственность, которую он делил со своими близкими людьми. А те подвели его. Хоть это и не привело ни к чему критичному, да и вообще не создало даже маленьких проблем — они слишком рисковали. Они рисковали Хёнджином, своей драгоценностью. Он был задет не только как глава, но и как их друг.       Ли нашёл альфу в своей комнате. Хотя, видимо, уже в их комнате. Джисон просто сидел на постели. —Прости, я не хотел его видеть, — буркнул Хан, когда омега присел рядом с ним —Ну, то есть, ты не подумай.. Но он так выбесил меня.       Стало тревожно. Ли коснулся чужого аккуратного колена и не сильно сжал, привлекая к себе внимание, которым и без того владел полностью. —Джисон, — осторожно начал старший, упорно смотря в глаза, чтобы не упустить ещё один повод тревожиться — Наш господин — это важнее меня, важнее тебя. Это важнее, чем мы вместе. И выше, чем то что между нами. Если ты хочешь быть вместе, ты не должен об этом забывать.       Джисон проглотил то, что сказал любовник. Отвернулся и глядя в стену спросил: —Хёнджин или Феликс, кого бы ты спас? —Хёнджин, — твёрдо ответил Минхо не колеблясь. —Хёнджин или Чонин? —Хёнджин, — несокрушимая уверенность омеги заставила Хана улыбнуться. —Я или Хёнджин? —Хёнджин. И тебе лучше сделать такой же выбор, если... —Я или Чимин? —перебил Джисон заглядывая в глаза.       Минхо неосторожно вдохнул и замер с приоткрытыми губами. Он смотрел отчаянно и искренне надеялся, что Хан его правильно поймёт, что не нужно будет пояснять, а значит, признавать то, к чему он не готов. —Чимин, — с сожалением выдохнул Ли.       Джисон улыбнулся. Широко и открыто. Потрепал Минхо по волосам и притянул к себе, чтобы лоб коснулся лба.       Было приятно. Минхо никогда бы не позволил себе поставить в приоритет то, что дорого именно ему. Он привык жертвовать самым ценным во благо других. Получается, Хан бесконечно ценный.       Минхо жмурился от стыда. Он соврал. Если бы был случай, он бы не смог перебороть эгоизм и лишить себя Джисона. «Дерьмо, — шикнул на себя Минхо — Я люблю его»

***

      Бывают дерьмовые дни. И иногда даже случается, что на одну компанию приходится слишком много дерьмового. Дом Хван, семью Со и двух австралийских братьев сложно назвать компанией, или хотя бы приятелями. Но этот день знатно потрепал всем нервы.       Следующей жертвой, после Минхо, стал Чан. Он бросил свою машину немного раньше, чем была точка геолокации Чонина, на ближайшем свободном месте. Подъезжать ближе и рисковать временем в попытках отыскать парковку было страшно. Конечно, это Чонин. Не маленький ребёнок. С ним все будет в порядке, не так ли?       Но это ведь Чан. И Чан временами паникер. И подгоняемый собственной паникой, альфа опрометчиво выскочил на проезжую часть, не увидев машин. На первый взгляд ограничился лишь испугом, да руганью от водителя. Но чем ближе он подбирался к двору, где его должен был ждать младший, тем больнее было шагать, левая нога западала и ступала твёрдо через раз. До младшего добрел почти без сил, рухнул к нему на траву и,отдышавшись в два шумных вздоха, приложился виском к чужому. —Хён, ты дурачок, так бежать? —прошептал Чонин, поглаживая чужое колено и добавил ещё тише, — Спасибо.       Альфа закрыл глаза и вдохнул полной грудью, теперь уже успокаивая сердцебиение, которое не на шутку разошлось после столкновения. И вот, сквозь плотный запах собственного пота и кислые нотки своего любимого, Чан хорошо почувствовал что-то ещё. Это что-то, было прямо под носом, сложно было бы не заметить! Вернее, под носом у Чонина, а именно — у его губ.       Бутылка, из которой отпивал младший, разила хмелем. Дешевым. Глухо булькнула и оторвалась от губ со звонким чмоком. Тишина воцарившаяся на секунду была действительно комедийной. —Чонин, — предупреждающе и мрачно окликнул Чан. —Ой, —наконец осознав свой проступок отозвался младший.       Ян посмотрел на альфу сконфужено, с нервной улыбочкой и будто невзначай сжал пиво, в бумажном пакете, чуточку сильнее. «Дерьмо,» —устало констатировал Чан в мыслях, глядя в пьяные, блестящие глазки.

***

      Когда Минхо появился на пороге кабинета профессора Со, сам профессор не придал этому особого значения. Выслушал причину, прибирая бумаги, которыми и так занялся снова, кивнул на освободившийся стул и обещал скоро вернуться, когда принесёт необходимое.       Чанбин, который все ещё находился в кабинете мужа, напрягся. Сидел на кресле, уставившись на омегу и словно готовый реагировать на любое неосторожное движение. Альфа тешил себя надеждами, что смог бы успеть, если бы Минхо выкинул что-нибудь "эдакое" Минхо, откровенно посмеиваясь, не сводил ответного взгляда. —Мне кажется, ты пришёл не только сдать анализы, — произнёс Со.       Уже было невыносимо видеть эту молчаливую насмешку. —Это касается больше профессора Со. Я же правильно понял, он теперь тоже в деле? —Чанбин медленно кивнул, пытаясь вспомнить, когда сообщил об этом — Так что вы можете идти. —Я не оставлю вас один на один, — решительно рыкнул Со.       Ли усмехнулся, запрокинув голову. Так, просто фыркнул под нос. —Если бы у меня была цель убить одного из вас, я бы убил обоих, — омега передернул плечами, придавая сказанному пустяковое значение — Ваше долго и счастливо стоит закончить в один день. Вы действительно сказочная пара. —Я должен сказать тебе спасибо? —раздражённо гаркнул старший и в довершение своей неприкрытой угрозы, подался вперёд всем телом.       Было глупо и очень по-детски вот так лезть на Минхо. Чанбин, в силу идеализма, походил на ребёнка. Благо, всегда рядом был взрослый Сынмин. Он как раз вошёл в кабинет, аккуратно держа небольшой голубой чемоданчик. Оглядел двоих с подозрением, выдохнул и подошёл к Минхо. —Давай сначала кровь, — ласково улыбнулся профессор.       Младший омега на такую улыбку отреагировал искренним недоверием. —Вы разве не злитесь на меня, Сынмин-ним? Вам бы стоило. Я не дал вам связаться с Чонином. —Как его папа, я был, честно, зол, — беззаботно продолжал Сынмин.       Он так глубоко засел в бумаги, что был искренне счастлив сейчас заняться практикой. Хоть и такой простой, как сбор анализов. Руки ловко и привычно обработали кожу спиртом, занялись распаковкой иглы и шприца. Сынмин не мог не улыбнуться шире — руки помнят. —Но злился не больше пары секунд, если честно. Поработай кулаком.. Ага... Хорошие вены. А перестал злиться потому, — Сынмин говорил почти не меняя интонации, безупречно выполняя работу, будто вгонял в людей иглы последние пять лет каждый день с интервалом пятнадцать минут — Что я могу понять тебя. Ты же его друг, — старший бросил короткий взгляд на глупое от удивления лицо Ли — И как его друг, ты защищал его в первую очередь. Кроме как сказать, что ты молодец, я ничего не могу, — Сынмин заглянул в глаза и Минхо требовалось много усилий, чтобы не отвернуться — Быть хорошим другом, значит защищать не только от плохого и опасного. Иногда и от родных людей нужно защитить.       Хо сглотнул, медленно кивнул и метнул взгляд на шприц в руке профессора. Который как-то незаметно для всех, кроме Сынмина, уже наполнился и был не нужен.       Почти в тишине, Сынмин унёс кровь для тестов и вернулся довольно быстро, не дав омеге и альфе снова сцепиться.       Профессор приступил к осмотру младшего, чтобы, как он сам признал, лишь убедиться, что вещество не нанесло явного вреда. —У Феликса закончилась течка, — произнёс Минхо, не вставая со стула, хотя по мнению Чанбина уже должен был уйти. —Вот как? Замечательно. Когда он приедет, чтобы я начал работу? —Сынмин проверял его рефлексы, прощупывая суставы. —Я думаю, вам стоит посетить дом Хван на несколько дней. Рискованно будет возить его сюда. Учитывая внимание журналистов. —Ты говоришь про журналистку Кан Сииль? —прищурился Чанбин. —В Сеуле не один журналист работает. —Минхо прав, не стоит привлекать внимание к компании. Хорошо, я приеду сразу, как немного закончу здесь с работой. На следующей неделе. —Хорошо, я передам господину. —Я тоже поеду! —встрял Чанбин. —Если вы так желаете, — передернул плечами Минхо и, следуя молчаливым указаниям профессора высунул ему язык. —У Феликса стабильный цикл, ты не знаешь? —уточнил профессор и на мгновение отсранился, чтобы услышать ответ. Впрочем, он уже закончил —Мы не обсуждали.       Сынмин вздохнул, откатился от Ли на стуле и стянул резиновые перчатки. —Немного жаль пропускать его гиппер-актив. Так мы могли бы обратиться в одну из этих организаций, по поиску истинных. —Зачем нам искать истинного? —Чанбин немного напрягся.       Он не сказал Сынмину про их с Феликсом ситуацию. Он надеялся, что это не важно. Достаточно не важно, чтобы не говорить об этом супругу и не плодить в его голове ещё больше сомнений насчёт его верности. Но теперь... Как Сынмин отреагирует, если узнает? Стоит ли сказать сейчас? В любом случае сказать самому. Но не при Минхо же. Не сейчас! —Мы же хотим сделать из Феликса альфу. Организм альфы, с которым идеально сочетаются его гены был бы очень кстати. Конечно, нужно было бы сильно постараться, чтобы не вытягивать его во все это, но получить анализы. Если честно, я впервые делаю подобное, но лучше больше информации, чем вообще никакой, — спокойно пояснял омега, складывая портативную лабораторию и частично успокоив Минхо, что все в порядке хотя бы поверхностно.       Он скажет вечером. Обязательно скажет вечером, в уютной атмосфере, после ужина, перед телевизором, крепко обняв своего, хоть и не истинного, но бесконечно любимого омегу. Чанбин так глубоко залез в мысли, что упустил момент, когда Минхо посмотрел на него и улыбнулся. Опасно улыбнулся. Хищно. —Надо же, а вы очень полезны в этом деле, Директор Со, — мурчал Ли.       Он не смотрел на профессора, но почувствовал не понимающий взгляд. И сказал, так звонко, как свистит гильотина, падая на смертника: —Директор Со, разве вы не сказали профессору, что вы истинные с Ликси?       Чанбин с запозданием поднял голову, которую неожиданно для себя, держал опущенной. Широкими глазами встретился с вопрошающим и несколько растерянным взглядом мужа. И вместо роя мыслей осталась одна—«Вот дерьмо»

***

      Феликс постоянно дёргался на заднем сидении, приложившись лбом к стеклу. Подрывался на месте, садился удобнее, снова вжимался в окно, косился на Хана и не мог успокоиться. —Бро, кончай дёргаться, я же не закапывать тебя еду, — фыркнул альфа, поймав очередной тревожный взгляд через зеркало. —Извините, — пискнул Ликс и сжался, будто пытаясь спрятаться в этом небольшом салоне. —Да че ты, давай на ты. Нам жить, как-никак, вместе. Ещё и Минхо ты понравился, мне следует поладить с тобой. Ты, кстати, будешь жить в моей комнате. —А может я лучше с Минхо? —осторожно предложил Ли и на недовольный взгляд поспешил объясниться — Если бы я мог выбирать конечно! Проблема не в тебе, не подумай. То есть немного в тебе. Просто ты же альфа. А я омега пока что. И я не знаю, как-то это все... Джисон засмеялся и зажмурился. Феликса охватила паника, ведь альфа не сбавлял скорость. Омега совсем побледнел, когда Джисон, придерживая руль одной рукой, обернулся на него, перевешиваясь через сидение. —Да не со мной ты будешь жить. А в моей комнате. А с Минхо буду жить я. Это буквально дверь напротив, так что заходи если что. Хан наконец занял положенное ему водительское место и Ли позволил себе немного выдохнуть. Но взгляд с этого, едва ли адекватного, парня, решил не сводить. Дёргаться омега действительно стал меньше. Его как прибило к заднему сидению. На мозг давили страхи за себя, беспокойство за Чонина. «Еб твою мать, как ты вообще ввязался во все это, Феликс?» —истерично кричал мозг, только теперь кажется, осознав все происходящее. —Можешь... Сразу сказать, чего стоит опасаться? В вашем доме. —Ясен-красен, что господина, — необъяснимо весело и бодро отозвался Джисон — Если он не в духе. Сейчас он немного зол из-за нас с Минхо, но это не страшно. Я думаю, когда ты приедешь, он будет очень счастлив. Он очень хочет увидеть тебя. Бредит, практически. —Я под вашего господина не лягу, — хмуро и бойко отозвался Ли, сразу думая о плохом — Мне не нравятся альфы. —Не проблема. Наш господин — омега.       Джисон становился веселее с каждым произнесенным "господин". Так непривычно и глупо было называть друга подобным образом. Но раз уж попросили, Хан будет подыгрывать. Феликс озадаченно свёл брови. Мыслительный процесс омрачил лицо. —Вашему господину нравятся омеги? —неуверенно протянул младший Вот теперь Хан потерял улыбку. Он даже свернул на обочину. Машина затихла. Альфа откинулся на спину, сложил руки на груди и уставился куда-то прямо перед собой. Был ли это островок неба или крыша салона, Феликс не мог разобрать. —Джи... Джисон? — настороженно окликнул Ли и на всякий добавил — Джисон-хён? —Тихо, тихо, — быстро шикнул Хан.       Он отмахнулся от омеги парой лёгких движений кисти, и снова сложил ладони на груди. —Ну... Слушай, — протянул Джисон — На самом деле... Хуй его знает.       Старший посмотрел так серьёзно и кивнул несколько раз, будто считал свой ответ более чем исчерпывающим. —Да ему как-то все равно? Но знаешь, не могу сказать, что ему вообще кто-то нравится. В сексуальном плане нет никакой разницы. Да там и в принципе похуй. —То есть... Как? —Ну блин, а так, — дернул плечами Хан и сказал громче, чем собирался — Есть секси альфы, есть секси омеги, есть супер-секси беты. Наш господин просто секси всё и сразу. Если два человека нравятся друг другу, они идут и трахаются.       Ли таращился на Джисона, словно он был из другого мира. Невероятного мира, в котором омега мечтал бы жить. Где действительно всем плевать. Где можно было бы не бояться, не прятаться, не притворяться. В голове было много вопросов. Хотелось узнать про прекрасный мир, в котором жил Джисон. Узнать все. Из всех вопросов, Феликс выбрал самый, на его взгляд, не подходящий: —А если это больше, чем нравится? —Тогда они любят друг друга дольше, чем трахаются, — подмигнул Хан — Вот мы с Минхо пока не спали. Нам это пока рано. Я же его даже на свидание не сводил! —Джисон отвернулся и снова завёл машину — И он меня. Пусть не думает, что за мной не надо ухаживать. Я тоже хочу вот эти прикольчики: цветы там, колечки, плюшевых уродцев. Так что пусть проработает, чтобы затащить меня в постель. —Давно вы встречаетесь? —Ликс обрадовался шансу поговорить о чем-то отвлеченном и нормальном. —Мы вместе. Это больше чем встречаться. Мы просто вместе и это было всегда.       Феликс кивнул. Джисон говорил о чем-то, но о чем конкретно омега не понял. Слишком много всего, да и метафоры, которые так далеко уходили от сути, что уже становились персональной темой для рассуждения и важной частью бесконечного монолога альфы. И Феликс перестал слушать.       Он замечтался. Вот если бы его мир был такой же? Где всем плевать. Где было бы и ему плевать кто он такой. Он мог бы быть просто счастлив.       К дому Хван Феликс приехал даже счастливый. Ведь теперь, когда он будет бетой или альфой, он будет счастлив. Мягко и робко улыбаясь следуя за Джисоном, который, кажется, затих, Феликс думал, что поступает правильно. И радость от собственной уверенности даже позволила забыть о грядущей встречи.       Он опомнился, когда Хан постучал в дверь, — и когда мы успели прийти? Уже?! —одной из комнат и осторожно приоткрыл перед омегой. —Проходи.       Сделав большой шаг в полумрак, Ли согнулся в уважительном поклоне и скороговоркой выпалил: —Добрый день, господин Хван, благодарю за помощь и приношу извинения за доставленные вам и вашему дому неудобства. —Ох, Ликси, милый, совсем не стоит, — мягко рассмеялся голос из темноты. Ли настороженно вскинул голову и сразу выпрямился. —Джинни-хён! —опознал он приятеля — Ох, я так рад тебя видеть! Я думал, что тут будет... —Ликси, Ликси, — прервал его старший подняв ладонь — Пока мы в доме и при других людях, лучше обращайся ко мне "Господин Хван". И если ты будешь с такой же напуганной моськой, с какой ты сюда вошёл, будет просто замечательно. Прости, но статус обязывает.       Феликс замер. Таращил глаза. Он не глупый, чтобы не понять значения слов. Он просто не хотел принимать. Он пробежался по старшему, стараясь нащупать намёк на ложь. Искал свитер, но вместо него была чёрная рубашка, расстегнутая в верхних пуговицах и закатанная до середины предплечий. Под столом, вместо носков и спортивных штанов он разглядел брюки и кожаные туфли на босую ногу. А взгляд был такой же пугающий и властный. И Феликс должен был понять ещё тогда. Ещё по взгляду. —Нет, — выдохнул Феликс, забывая моргать. —Да, — с маниакальной улыбкой протянул Хван и закусил губу от удовольствия, наблюдать такое лицо. —Боже,блять, вот дерьмо, — плачущим голосом воскликнул Феликс и хлопнул себя по губам, сильно зажмурившись.       Все что только могло быть в его голове вытеснил громкий, пугающий как громовые раскаты, смех господина Хван. Феликс никогда не слышал выстрелов, но он уверен, что любое оружие несёт в себе смех этого человека.

***

      Минхо уже собирался домой. Нужно было увидеть Феликса, Хёнджина, Джисона. Ему не нравилась идея господина, но он молчал. Просто для себя решил, что поддержит Феликса и извинится, что не сказал сразу. Может, младший Ли даже поймёт и простит. Но Кан Сииль не давала покоя.       Он стоял у её дома, как-то бессознательно до него добравшись. Смотрел на окна, игнорировал напряжённый взгляд кого-то из машины, припаркованной неподалёку. «Наверное, Чонгук,» —хмыкнул Ли, но не обернулся. Нужно узнать что там с бетой. Сейчас? Да можно и сейчас. Хмыкнув снова и опустив голову, Минхо набрал Хёнджина. —Приветики, — весело отозвался Хван, контрастируя голосом с истеричными всхлипами на фоне — Что-то срочное? Я занят. —Я хочу проверить Кан Сииль. Она не выходит на связь почти сутки. —Окей. —Я сейчас у её дома. Поднимусь. —Чудненько. Пока! Жду дома.       Господин сбросил вызов. Минхо и кто-либо ещё не были важны теперь. Хо улыбнулся лишь губами, убрал телефон и прошёл в подъезд. ***       Что случилось с Кан Сииль, Минхо понял ещё на лестничной клетке. Этот запах. Он знает его как никто. Запах крови. Смерти. Гниения. И вряд ли он единственный, наверняка соседи уже вызвали полицию и значит, у него мало времени.       Не медля, Ли мягко толкнул не запертую дверь локтем и шагнул в коридор. Запах выбился в ноздри, вплелся в каждую нитку рубашки, облизал каждый волос и смешался с запахом омеги. Было душно. Невыносимо и не нормально.       Минхо посмотрел на регулятор температуры в комнате. Он был выкручен почти на максимум. Кто-то сделал это специально, чтобы тело быстрее сгнило, начало вонять и его заметили. Для кого это шоу? Для него или для полиции? Кан Сииль была случайностью, или именно она должна была умереть?       Кровь была старательно растерта по всему коридору, звала в комнату рубиновым ковром. Следов борьбы не было, бета либо до последнего не знала, что кто-то в доме, либо знала конкретно того, кто к ней пришёл. На всякий случай Ли заглянул в ванную и спальню, но там все было не тронутым. Значит, гостиная.       Он спокойно двинулся вперёд, хмурясь от липкого звука под ногами. Нужно все осмотреть, запомнить и передать. И желательно, быстро.       В главном зале был заготовлен настоящий перфоманс. Кровавый, ужасный и завораживающий.       От дряхлого тела, будто кожа была натянута на слабо походящую на скелет конструкцию лучами расходились полосы, привлекая ещё больше внимания к центру комнаты. Указателем была и расставленная симметрично по стенам мебель. Всё, казалось, сходилось на Кан Сииль. Но и она была лишь указателем. Её раскинуты руки с грубыми надрывами по артериям, — да, для всей этой картины потребовалось много её крови — распахивали тело перед чем-то, обращались к чему-то. Голова была зафиксирована в одном положении серебряной стрелой, вбитой в стену через горло, глаза, лишённые век, уже высохли и своим бледным взглядом смотрели над собой, почти в потолок. Женщина была последним Указателем на экран, висевший прямо над ней. Его не коснулась кровь. И Минхо думает, что дело совсем не в случайности. Его, наверное, отмыли. Чтобы особенно чётко и значимо на нём красовалось густой розовой краской: "Вы не в безопасности. Оно началось"       Минхо шикнул брезгливо и присел на корточки перед телом. —Ебучие Итзи, угрожать решили? — бросил он, косясь на послание.       Оглядев стрелу, омега убедился, что это не подделка и не подражатель. Это была их фирменная подпись. Задумчиво дёрнул металлические перья кончиком пальцев и заглянул во впалые глаза.       Было немного стыдно перед трупом женщины, что Минхо не может почувствовать жалости, скорби. Ведь, кто мог бы скорбеть по ней? Разве, что-то осталось в её жизни человеческое?       Минхо не знал. И не хотел знать. Он хотел уйти, но тело не случалось. Он осмотрел все по второму кругу, сфотографировал и отправил Чимину, попросил отозвать Чонгука, ведь скоро приедет полиция. Скоро приедет полиция. И нужно уматывать. Но Минхо не слушает разум и снова возвращается к телу. Он уже закончил здесь, но словно что-то забыл. Что-то забыл...       Осознание подкашивает ноги. Ли снова почти на коленях, но упирается руками в пол. Со страхом оглядывает вывернутый от боли рот. И его губы тоже выворачивает от незнакомой раньше боли, когда он озвучивает свое прозрение: —Я ведь... Обещал защитить тебя. Помнила ли ты об этом, когда...? —Полиция Сеула, — строго раздалось за спиной — Поднимите руки, держите так, чтобы мы их видели, — Ли чувствовал, как ему целятся в лопатку,—Медленно поднимитесь и повернитесь к нам. Не делайте резких движений и выполняйте приказы. Минхо осторожно поднялся на ноги, даже не покачнувшись, обернулся, равнодушно заглядывая в лицо капитану. «Вот же дерьмо»

***

      Никто бы не поверил, если бы сказали. Да даже если бы увидел — скинул бы на...да на что угодно. Просто не может быть, чтобы Господин Хван притаптывал у ревущего во все горло омеги и с лёгкой паникой в движениях сюсюкался, пытаясь прекратить истерику. Нет, это не возможно. Господин Хван заткнул бы бедолагу пулей, спущенной с лёгкой руки и все тут. Он бы никогда...       Хёнджин и сам не верил, что мог оказаться в таком положении. Но когда Феликс ревел перед ним так отчаянно и прятал уже красное лицо в ладонях, Хёнджин не мог быть господином Хван. —Ликс, не плачь, не пла-ачь, — повторял Хёнджин пытаясь ткнуть салфеткой под глаза и утереть слезы, но Феликс уворачивался. —Ты убьешь меня, — заревел ещё громче младший. —Не убью! Конечно не убью, спокойно... С чего мне вообще тебя убивать? —Потому что я сделал тебя в уно. Я умру из-за уно, какой пиздец.       Ли уткнулся лицом в колени и протяжно завыл. Хёнджин, воспользовавшись его невнимательностью, крепко схватил сжавшееся тельце и прижал к себе.       Младший брыкался, отчаянно пытался вырваться, оторвать от себя руки и даже умудрился поцарапать чужие плечи через рубашку. —Феликс, тихо, — рявкнул господин Хван       И Феликс затих. Неспокойное дыхание в грудь старшему, глаза бегают и не видят ничего, кроме рубашки и узкой полоски света между их телами.       Ли далеко не сразу осознал что происходит. И почему его беспокойно бьющий импульса и мозг вдруг расслабился, растекся и больше не мог воспроизвести ни одной тревожной мысли. Да и вообще никакой мысли. Феликс не мог понять, почему тело стало вялым, а голова тяжёлой, почему так захотелось лечь и лёг он на Хёнджина, заваливаясь всем телом.       Осознание пришло, когда Ли уже не владел собой и потому даже не шокировал его. Он просто почувствовал, кто щеки его розовые уже не от напряжённого рыдания, а от внезапного смущение. Кроме запаха терпкого вина в комнате больше ничего не осталось. Возможно, было слишком рискованно со стороны Хёнджина вот так выпускать феромоны, но за то Феликс стал тихим и податливым, мягким. Его легко можно было разложить на постели, осторожно подоткнув подушку под голову. —Ты правда меня не убьёшь? —вялыми губами прошептал Ли. —Правда. Никогда не убью. И никто из моих людей не сделает этого. Я могу поклясться, это много значит, — с мягкой улыбкой произнёс Хван, наслаждаясь наступившей тишиной. —Почему?       Младший напряжённо хмурил брови, но это было тяжело при таком расслабленном теле. Ещё и недавняя течка ухудшала положение и вынуждала быть слабым. Ликс сам не заметил, как сжал кончиками пальцев рукава чужой рубашки. Хёнджин покосился на этот жест и, честно, его немного даже тронуло. —Потому что живой ты или мертвый, ты не представляешь никакого интереса, Феликс, — спокойно проговорил Хван, вновь заглядывая в глаза — А я не люблю попусту марать руки. —Это было немного больно, — признался Ли, дернув бровью. —За то честно.       Хван улыбнулся чуть шире, зажмурив глаза, прежде чем отвлёкся на звонок, который наконец можно было услышать без истерики младшего. Феликс из-под ресниц наблюдал, как Хван хмуро что-то угукает в динамик и почти вздрогнул, когда получил внимательный и острый взгляд в ответ. —Не беспокойтесь, Минхо прекрасно знает, что делать. Доброго вечера, господин Ким. Спасибо за ваше участие, — произнёс Хван холодно, прежде чем откинуть телефон. Феликс, кажется, услышал, что тот прошипел "дерьмо" или что-то вроде. Но не смог сфокусироваться на этом, когда Хёнджин строго произнёс: —Я не на долго. Не выходи из комнаты. Душ там, если понадобиться. А потом за ним закрылась дверь, а у Феликса закрылись глаза.

***

      Чанбин запустил пальцы в волосы, сильно сжал и на пару секунд зажмурился прогоняя сонливость. Прижался губами к чашке с чёрным кофе, словно это было противоядие, а ему осталось не так много. Вздохнул и подцепил пальцами новую страницу отчёта. —Ты всегда такой забавный перед бумажками, — мягко усмехнулся Сынмин в дверях — Такой же отчаянный взгляд, как у Чонина перед учебником английского в младших классах.       Альфа улыбнулся широкой улыбкой, совсем прогнав усталость и выкатился на стуле из-за стола. Сынмин сразу подошёл к нему, касаясь коленом колена, кончиками пальцев пробежался по волосам и хрящику чужого уха. —Поедем домой? Все уже ушли из офиса, — шепнул омега. —Мне нужно работать, — улыбка стала виноватой.       Чанбин говорил это много раз, когда врал. И тогда он даже один раз смотался к Феликсу. Это и тогда было стыдно, а теперь душила. У Ли ведь, ещё и течка была. —Ладно, я поеду домой, — дёрнул плечом Сынмин и сразу отстранился.       Чанбин, не скрывая страха, схватился за ускользнувшие пальцы. Конечно, омега не должен его ждать тут до последнего. Но до их ссоры всегда ждал. И перестал, как раз когда все стало не в порядке. Неужели, после слов Минхо сегодня, все снова стало не в порядке? —Просто Чан же уехал. Я не думал, что он вообще не вернётся в офис. И не рассчитал время. Я быстро закончу просто торопливо начал объясняться альфа, кивая на бумаги, аккуратно разложенные на столе. —Хэй, я верю, — мягко окликну младший Со — Всё в порядке. Я поеду домой, чтобы приготовить нам ужин. И буду ждать тебя. Обещаю не ложиться. Чанбин долго вглядывался в тёплый и мягкий взгляд мужа, пока не успокоился. —Хорошо. Возьми машину. Не хочу, чтобы ты ехал на такси. —Хорошо, — Сынмин взял ключи и мягко коснулся губ альфы, прежде чем собраться уходить.       Альфа смотрел ему в спину, взглядом обнимая осунувшиеся от усталости плечи и сказал быстрее, чем подумал: —Насчёт Феликса, — под взглядом мужа он немного смутился — И нашей... Истинности... —Поговорим дома, ладно? Я тебя выслушаю. Просто не прямо сейчас.       Чанбин кивнул и подкатить обратно к столу. Когда он думал, что Сынмин уже ушёл, тот позволил себе ещё поразглядывать мужа через прикрытую дверь. И все же решился сказать напоследок: —Эй, я тебя люблю, ладно? —Ладно, — Усмехнулся Со, вскинув голову — Я тоже тебя люблю, Минни.       Дома было грустно от тишины. Сынмин скинул с себя ботинки не так зло, как хотел бы и прошёл в гостиную, сразу врубая телевизор и выкручивая громкость достаточно сильно, чтобы слышать из кухни.       Он действительно не злился на Чанбина. Не ревновал. Не рвался выяснить, почему тот снова соврал, как оказалось. Но не потому, что верил. Верил, конечно. Вернее, очень старался. Но причина была не в этом. Кажется, подсознательно, Сынмин решил просто плыть по течению и принимать пока ту правду, которую ему дают. Отправив все, что нужно вариться и жариться на плите, омега перевёл дух и наконец в его сознание проник голос диктора новостей. —Сегодня убитой в собственной квартире была обнаружена известная скандальная журналистка Кан Сииль Сынмин вздрогнул. Уставился перед собой. —Жестокая картина убийства привела следователей к выводу, что Кан Сииль убили на почве ненависти. Убийца был пойман на месте преступления... Сынмин побежал в гостиную и сильно ударился бедром о диван, падая на него. Глаза расширились до болезненного, когда смог опознать в человеке под полицейским сопровождением лицо Минхо —... И решил пойти следствию навстречу, признав свою вину. Точная дата суда пока не известна. По словам капитана Ким, ведущего это дело, преступнику гарантированно пожизненное заключение и суд является лишь формальностью, — девушка перевела дух, стараясь скрыть некоторую горечь в глазах — Смерть Кан Сииль стала большой трагедией для всего нашего профессионального сообщества. В память о ней... Сынмин прослушал перечень передач, сюжетов и прочего, совсем уже не важного теперь, которые озвучила ведущая. Мысленно он поставил выпуск на стоп. На том самом коротком кадре с Минхо. Профиль Минхо. Убийца. Профиль Минхо... Убийца. —Вот же дерьмо, — выдохнул Со, закрывая лицо ладонью.