Джонни из Мексики или моя заводная лошадка

      — Сегодня я хочу надраться в сисю, — решительно заявила я, идя под руку с Хуаном.       От него, как всегда, приятно пахло парфюмом, рубашка была выглажена до того аккуратно, что можно было почувствовать возрождение собственных, не существующих ранее комплексов. Белоснежные кроссовки ослепляли встречные автомобили, а я шла и удивлялась, как этот чёртов испанец умудрялся сохранять обувь такой белой даже в дождливую погоду.       — С чего вдруг? — он посмотрел на меня с сомнением.       — Пора начинать новую жизнь! — с энтузиазмом воскликнула я и вскинула кулак в воздух.       — Джонни вдохнул в тебя жизнь, и теперь ты хочешь помереть от алкоголя? — усмехнулся друг.       — Нет, я, правда, чувствую себя лучше! Я даже… э-э-э… — пытаясь подобрать слово, задумалась я. — Воодушевлена! Вот!       — Кис, ты всю неделю торчала дома, не высовываясь из пижамы и выискивая себе мужа для иммиграции.       Я ядовито засопела.       — Чёртовы стариканы! Чем я им не угодила? Неужели сложно приютить красотку?!       Хуан рассмеялся.       — Ты лучше расскажи про своего нового дружка, — перевела тему я, коварно заулыбавшись. — Кто он?       — Я же тебе сказал уже: встретились на гонках, — отмахнулся он.       — Ага, «встретились»! — я показала пальцами кавычки в воздухе. — Как обычно зажал где-нибудь бедного паренька и не дал ему выбора?       Друг агрессивно оскалился, и я захохотала в голос, потому что так, скорее всего, и было.       — Так это его дом?       — Да, стерва, — хмыкнул парень. — Сказал, что будет какая-то топовая закрытая тусовка.       — Надеюсь, там будет топовый алкоголь.       — Ты мне нравишься такой больше. Пелена одиночества в твоих глазах не испарилась, но зато стала более весёлой, — ухмыльнулся он.       — Тогда нажрёмся?! — в предвкушении представив, как передо мной мелькают бутылки с алкоголем, воскликнула я.       — Тебе не кажется, что это напугает всех потенциальных мужчин-жертв на тусовке?       — Зато сразу покажу им своё истинное лицо.       — Я бы не рисковал.       — А ну захлопнись! Я прекрасна.       — Ты всё ещё пытаешься поверить в силу аффирмаций даже после того, что тебе не написал тот твой горячий мексиканец Джонни?       — Ещё секунда, и я выпущу убийцу сегодняшнего вечера — ПМС!       Хуан цокнул языком, закатив глаза.       Мы подошли к хай-тек дому, из которого струился яркий свет и громыхала музыка. На подвесных креслах в небольшом углублении садика шумели люди вокруг кальяна. Кто-то стоял на порожке, громко разбираясь в отношениях по телефону, а кто-то вальяжно выпивал алкоголь на улице, стуча кубиками льда о гранёные стенки рокса.       На душе было какое-то наплевательское отношение ко всему. Мне было всё равно уже, где быть: дома или на тусовке. В обоих местах я чувствовала себя одинаково отстранённо и одиноко.       — Ты в порядке? — друг остановил меня, повернув к себе лицом.       Наши взгляды встретились, и я заметила, как парень постарался прочитать в моих глазах хоть что-нибудь.       — Да, почему ты спрашиваешь? — я посмотрела в сторону, якобы увлекшись компанией друзей, вышедшей из дома.       — Ты была не против сюда прийти. Ведёшь себя так, будто всё круто. Веселишься. Меня это напрягает. И сегодня ещё…       Я устало закатила глаза и вовремя перебила его.       — Определись уже, что тебя напрягает больше: моё подавленное состояние или желание оттянуться на тусовке.       — Это меня и пугает, — вздохнул испанец, заставив поднять на него глаза. — Это две крайности. Тебя раскачивает как в шторм.       Внутри начало подниматься раздражение.       — Хуан, я в порядке, — немного грубо ответила я. — Просто дай мне время, вот и всё. Я пришла на тусовку и даже не спорила с тобой! Разве не этого ты хотел?       — Ладно, прости, corazon. Я просто беспокоюсь.       — Смени пластинку. Ты это говоришь каждый день.       Не обращая внимания на друга, я вошла в дом, и в нос тут же ударил яркий запах крепкого алкоголя, сигаретного дыма и каннабиса. Гогочущие парни, от которых разило по́том вперемешку со стойким парфюмом, вывалились на меня, пытаясь пройти через дверной проём, не разрывая объятия. Мне пришлось поднять их руки и протиснуться между разгорячёнными телами, попадая в соседнюю комнату, где стоял непрекращающийся ор под песни. Огромный дискошар крутился в темноте, погружая танцующих в разноцветные проблески темноты, кружа пьяные головы и создавая трансовое состояние вместе с музыкой.       — Не хочешь меня подождать? — догнал меня друг.       — Только если ты знаешь, где алкоголь, — недовольно пробурчала я и вдруг встретилась взглядом с баром.       Слюнки мгновенно заполонили рот, и я, потирая руки, как муха, нацелилась на добычу. Но Хуан, чтоб его, оглянув комнату, вдруг увидел кого-то в зале и, резко потянув меня за ладонь, потащил в противоположную сторону. Обернувшись, я бросила полный сожаления и грусти взгляд на барную стойку, буквально ощутив себя львом, у которого из-под лап убежала желанная жертва.       — Лео! — испанец улыбнулся своей самой обворожительной улыбкой из имеющихся и обнялся с парнем, который радостно подскочил с места. Я недоверчиво взглянула на них, чуть ли не скорчив гримасу ненависти к другу.       — Хуан, я рад, что ты приехал. Здорово, что у тебя получилось, — златовласый явно был очарован им, и я закатила глаза, потому что уже сейчас могла предугадать, что у них ничего не получится.       — Плюс одно разбитое сердечко в твоей копилке, — вяло протянула я на испанском, и Хуан сердито наступил на мою ногу, прошипев что-то вроде «заткнись».       Чертыхнувшись, я привлекла к себе внимание Лео, который еле отвёл взгляд от соблазнителя:       — Ты, должно быть, Мэри? Очень приятно.       Натянув улыбку, я поблагодарила за приглашение и одновременно прошипела в сторону испанца:       — Знаешь, это как лечить животное на скотобойне. То же самое ощущение. Вроде делаешь доброе дело, но всё-таки понимаешь, что нет смысла.       Друг выдал огромный спектр матов на испанском в мою сторону, при этом стараясь выглядеть мило и дружелюбно, так как за нами с интересом наблюдал Лео.       — Кисулькин, такой уговор, — по-деловому начала я. — Давай я не буду мешать тебе, а ты — мне. Не жалей меня, не беспокойся и даже не пытайся меня ни с кем познакомить.       — Но…       — Ты меня понял? Иначе… — я незаметно кивнула в сторону бедного Лео и провела большим пальцем вдоль шеи.       — У тебя отвратительный характер.       — Te quero!* — довольно улыбнулась я, послала парням воздушный поцелуй и стала пробираться сквозь толпу в сторону алкоголя.       Натолкнувшись на целующуюся пару в проходе, я попыталась её обойти, но голубки даже не обращали на меня внимания.       — Кхе-кхе. Извините, можно пройти?       Показалось, что они не то чтобы не смутились, но даже залезли друг другу в глотки ещё глубже. Я стояла некоторое время напротив парочки, наблюдая за ними и надеясь на то, что молодёжь образумится и прекратит сосаться у меня на глазах, но этого не случилось. Я отчаянно завыла и, оглянувшись, увидела стол, на котором стояло несколько пластиковых стаканчиков с выпивкой. Найдя самый неиспользованный, я перекрестилась и, не нюхая, зачем-то сделала сразу большой глоток. Тут же скривившись от отвращения, я вспомнила, что брать чужое нельзя, выплюнула жидкость обратно в стакан и поставила его на место.       — Гадость, — вынесла вердикт я и решила подняться наверх.       Там царил полный хаос: казалось, что самые живчики остались на первом этаже. На втором была chill zone: большинство зависало в креслах-мешках, играя в приставку, залипая в телефонах и куря кальяны. Мне приходилось переступать через сонных людей, удобно расположившихся прямо на полу. Все места были заняты, конечно же, парами, «сладко» обнимающимися и обменивающимися слюной, и я постепенно теряла надежду найти укромное пристанище для одиночки.       Но вернуть к жизни смогло лишь одно: мои глаза мгновенно загорелись, когда я увидела стоящую почти не начатую бутылку на угловом столике возле комнаты, из которой доносились стоны. Невозмутимо схватив пиво, я сделала глоток и в наслаждении улыбнулась, почувствовав во рту колючую пузырящуюся жидкость.       Достав пачку сигарет, я зажала одну между губами и подошла к ванной комнате. Дверь была приоткрыта, поэтому я уверенно вошла внутрь, убедившись, что там никто не занимался непристойностями, закрыла её на замок и, опустив крышку унитаза, села на неё. Облегчённо вздохнув, я откинулась на бачок и стала искать зажигалку. В этот момент кто-то судорожно стал ломиться в дверь, видимо, не понимая, что она закрыта.       — Занято, блять! — крикнула я, безуспешно вынимая всё содержимое из карманов. — Чёртова зажигалка, где ты опять?!       Перебирая вслух маты на испанском и английском, я припомнила пару арабских выражений и вдруг посреди всех ругательств внезапно услышала:       — Опять забыла зажигалку?       Я от испуга поперхнулась пивом и сломала сигарету. Шторка ванной отодвинулась, и я увидела выглядывающего из-за неё парня.       — Джонни! — удивлённо воскликнула я.       — Так и будешь высиживать крышку унитаза? Прыгай ко мне.       Он широко улыбнулся и подвинулся. Я залезла к нему, сев напротив, и, конечно же, тут же увидела перед собой протянутую зажигалку. Прикурив, я растянулась в благодарной улыбке.       — Луи-и-и, — в наслаждении протянула я. — Ты моё спасение.       — Мэ-э-эри, — не отрывая от меня глаз, он потянулся ко мне и, прислонив кончик своей сигареты к моей, затянулся и раскурил её. Алкоголь явно ударил не только мне в голову, но и ему.       — Я же подарил тебе зажигалку.       — Зачем мне носить зажигалку, если у меня есть ты?       Мы засмеялись, и парень, взяв в руку пивной бокал, потянулся к моей бутылке.       — За встречу, Мэри?       — За встречу, Луи.       Улыбнувшись друг другу, мы звонко чокнулись и сделали несколько глотков. Всё было прекрасно в этот момент: колючая горечь пива, мягкий привкус табака и смех парня, сидящего напротив меня.       — Что ты здесь делаешь?       — Как обычно, прячусь от всех. А ты?       — То же самое, — я довольно выпустила дым из лёгких и отпила алкоголь.       — В туалете? — усмехнулся Томлинсон.       — Серьёзно? Это спрашиваешь ты? — засмеялась я. — А если бы я пошла пи́сать?       — Я тебе так скажу: я тут сижу долгое время, и кто сюда только ни приходил. Так что ты бы меня не удивила.       Мы засмеялись.       — Я рад тебя видеть.       — А я — тебя.       — Но это безумие. Как ты здесь оказалась?       — Помнишь, я тебе сказала, что Хуан пошёл клеить мужиков? Вот, что из этого вышло.       — Только не говори, что его нового мужика зовут Лео, потому что он как раз-таки исчез с гонок по какой-то загадочной причине.       Не успел Луи договорить, как я громко рассмеялась, согласно кивая. Не выдержав, он засмеялся в ответ.       — Совпадение? — улыбнулась я.       — Очень приятное совпадение.       Удобно развалившись друг напротив друга в ванной, мы не обращали внимания на нетерпеливое дёрганье ручки двери и просто наслаждались общением, от которого становилось почему-то проще дышать и переносить одиночество.       — Мэри, ты не поверишь, но я всё-таки потерял твой номер.       — Что?! — я удивлённо посмотрела на знакомого и рассмеялась. — Ты шутишь!       — Нет, клянусь! Поэтому я просил тебя записать мне в телефон! Я как знал!       — Ты просто накаркал, — я махнула на него рукой и, посмотрев на опустевшую бутылку, вяло вздохнула. Голова немного кружилась, и внутри разгорался ураган веселья. — А ты что, хотел написать?       Наши глаза встретились, и Луи улыбнулся.       — А ты думала, что я просто не писал тебе потому, что не хотел?       — У меня даже других вариантов в голове не было, если честно, — без стеснения поделилась я.       — Ты что, такая пессимистка?       — Алло! — пьяно вскрикнула я. — Это ты валяешься в ванной за шторкой, как настоящий вуайерист, зарывшись в собственном одиночестве на тусовке друзей! Не я!       Томлинсон усмехнулся.       — Ладно, здесь с тобой не поспоришь.       — То-то же! — я скрестила руки на груди.       — Но я хотел написать тебе сразу в тот же день, поэтому ты не представляешь, как я рад, что мы встретились.       Я подняла глаза на парня и сощурилась. Открыто разглядывая меня, он добродушно улыбался, ожидая моей реакции.       — Ты что, флиртуешь со мной?       Он рассмеялся.       — Хочешь поговорить об этом?       — Вообще не хочу с тобой разговаривать. Ты разбил моё сердце. Я думала, что ты не посмотрел фильм. А ещё хуже: я представила, что ты его посмотрел и имел наглость не написать мне об этом!       Я явно забавляла Томлинсона в таком состоянии.       — Чёрт, что было в той бутылке? Это точно пиво? — щупая своё лицо, продолжила словесный понос я.       — Что ты пьёшь? — Луи захохотал.       — Да на столе что-то нашла. Я не могла достать себе алкоголь, поэтому пришлось стащить у кого-то эту бутылку, — взяв небольшую передышку, я ощутила, что очень важно сейчас же рассказать про свои страдания парню и, округлив глаза, схватила его за колени и затараторила: — Ты представляешь! Парочки оккупировали всё! Буквально каждый метр этого дома! Я даже не смогла пробраться к бару: они так сосались, что я думала, меня затянет, как в чёрную дыру!       Пока я в красках расписывала, через какие круги Данте я прошла, Томлинсон звонко смеялся и, видимо, расслаблялся рядом со мной всё больше и больше.       — Ну а где же сам Хуан?       — Наверное, уже давно на бильярдном столе с Лео, крутится, вертится с кием да забивает шары.       Переглянувшись с ним, мы одновременно засмеялись в голос.       — Мне так хорошо, — призналась я.       — И мне. Проведёшь со мной ещё одну ночь?       — А как же наши великие планы на одиночество?       — Мы можем быть в этом одиночестве вдвоём, — Луи вылез из ванной и протянул мне ладонь. — Согласна?       — Спрашиваешь ещё! — я уверенно взялась за неё и вышла вслед за парнем.