Волк для лиса

С криком во всю глотку младший из близнецов, — чьи глаза были охрового оттенка, — весь в поту просыпается, начиная тяжело дышать. Озираясь, он в панике начал искать брата, даже не замечая где они находятся. В слезах, он начал тормошить и звать спящего брата. — Саму! Саму, очнись! Прошу! Пожалуйста! Осаму! — мальчик буквально начинает истирить. — Ммн, — мычит старший, а после открывает глаза. — Цуму… Что?.. Стоп. Где мы?! — Что?.. Я не… Не знаю… — уже успокоившись и оглянувшись, шепчет охроглазый. И тут, с шаркающим звуком, открываются фусума, из которых появляется мужчина с серыми волосами и чёрно-белыми кончиками на них. На его лице была черная маска лисы с красными узорами. Дети тут же сжались в страхе, как только к ним протянулась рука. Саму прикрыл собой Ацуму, в надежде, что ему достанется больше брата. Но ударов не последовало, как и самого касания. Лишь лёгкий и тёплый бриз, — пахнущий, как молоко с мёдом, — окутал всё их тело и они приоткрыли глаза. Перед собой они увидели лишь поднос с двумя чашками с молоком, от которых шёл тёплый аромат мёда и корицы. Чайник также был с ароматом мёда и молока, а из его носика так же шёл пар. Человека (?) в маске и след простыл, будто он и не приходил. Ацуму хотел было взять чашку, но его брат не дал это сделать. Осаму с опаской посмотрел на напитки и осторожно посмотрел на дверь, откуда показался лис. — Мистер Лис?! — удивлённо восклицают близнецы. Тот лишь садится напротив чашек, слегка нюхает белый напиток, и делая пару мазков языком. Тем самым показав, что нет там никакого яда. — Точно?.. Уточняет Осаму, а после получает утвердительный кивок. Они аккуратно берут чашки трясущимися руками и делая глоток, выпивают всё сразу. Вкусно. Чуть позже, когда всё было выпито, в комнату вошёл зверь побольше лиса. Черный волк, с виляющим хвостом, подошёл к детям и начал играючи приставать. Радуясь что те проснулись. — Вау! — подает голос лис, в момент когда дети и волк разыгравшись посмеиваются. Волк и дети посмотрели на серошерстного зверя, что недовольно хлопал хвостом по татами комнаты. — Вуф, — выдыхает волк, а после переглянувшись с детьми, мол 'давайте и с ним? ', на что они соглашаются и тут же кидаются обнимать его. По детям было видно, что большей свободы они не ощущали до сели. В груди словно бабочки порхали от счастья, словно они наконец обрели дом, о котором давно мечтали, о котором видели яркие и тёплые сны. — Вау, вау, — слышится за фусама и волку с лисом приходится выбраться из объятий уснувших детишек. — Всё хорошо, Ирико, они уснули, — говорит Кита, в момент, когда и он и Терушима обращаются в человеческую форму. Фусама открывается и в комнату входит женщина с головой рыжеволосой лисицы, а со спины выглядывают восемь хвостов. Она что-то сказала Шинске, из-за чего тот в торапях, но так чтобы не разбудить детей, засобирался. Юджи же пообещал присмотреть за ними, так как от его тела так и веяло теплом и они к нему тянулись. Не хотя оставлять его с ними на долго, Кита пообещал, что постарается закончить побыстрее, что они ещё и вечером повеселятся. На что Теру лишь помотал головой, мол не торопись, и отправил побыстрее Главного Мику по его делам. Дети странно замычали, переворачиваясь с одного бока на другой. Из-за чего оками устроил их на своём хвосте, как за место подушки. А после и сам, уснул так и не вернувшись в волчью форму.

***

Проснулся Юджи почти перед тем как очнулись дети. И чтобы те не испугались, вновь обратился в звериную форму. Ёкаям, работающих в этом храме, попросили пока оставаться в своих изначальных, животных, формах. Мало ли, дети ещё испугаются. Храмовники же, с интересом наблюдали за детьми, что хвостиком гуляли за Терушимой, которого называли 'Братец Волк'. После чего они подшучивали над ним, какое-то время, но вмешался Кита, сказав, что его дети зовут 'Мистер Лис'. И так же уточнил, не собираются ли они точно так же подшучивать над ним из-за этого. Была тишина и теперь Юджи смеялся над маленькими кицунэ, сетуя о том, что Кита лучший. Ни для кого не секретом стали и тёплые отношения между оками и Главным Мику. Им было как-то всё равно, особенно что среди ёкаев распространены однополые отношения ведь «особые» могут быть того же пола. — Братец волк, Братец волк, — говорит Цуму, когда они сидели около персикового дерева в розовом саду. Оками смотрит на мальчишку и тот пресланяясь ближе шепчет ему на ухо. — Мне кажется, что за мной следит ворон с белыми перьями. А Саму говорит что у него так же, но ворон с чёрными перьями. А после говорит что это лишь воображение… — Грм? — уточняет не злобным рыком Терушима, чуть склонив голову. Цуму смотрит наверх и тут же вздрагивая прячет лицо в пушистой и мягкой шерсти живота волка. Юджи смотрит наверх, проследя за взглядом, и фыркает чуть смеясь про себя. У Киношиты слишком ответственная подружка. После, телепатией подзывает её ближе, чтобы ребёнка не пугала. Лёгкий тычок в макушку светлой капны волос, и охравый взгляд падает на спину волка, где находилась та самая белая ворона. О господи, сколько крику было и страха в маленьких глазах, что Чихо расплакалась. — М-мистер волк? П-почему он?.. — Вуф! — осекает его на фразе Теру, а после ребёнок тупо всматривается в белую ворону, что одиноко и обиженно смотрит в землю, ковыряя её лапкой. — Стоп, сестричка ворона хочет со мной дружить? — вот что выдавливает из взгляда ярких фениксовых глаз волка мальчишка и ворона тут же оборачивается, машет неистово крыльями, делая кульбиты в воздухе. — Так, это «сестричка»… Понятно! ~ И Ацуму не нужно больше ничего. Наивности в малыше всегда было больше, чем в его брате. И что-то такое было в нём, в них — детях, что хотелось защитить от всего и вся в этом мире. Чихо радостно и в нетерпении кружила вокруг Цуму, пока тот старательно плёл цветочный венок. — Вау, — слышится мягкий лисий голос, и шатен видит прекрасную с осиной талией лисицу с рыжей шерстью. — Вуф, — кивает на что-то Братец Волк, и аккуратно встаёт с земли. Отрехается от пыли, что-то гавкает двум воронам и следует за лисицей. Ацуму порывался следовать за ним, но Теру остановил его оперевшись лапой о лицо мальчишки, мол нельзя, помотал головой. Тот наступился, конечно, но тихо угукнул кивнув головой. Волк выдохнув, лишь мазнул языком об его щёку, подбадривая. — Я понял, — говорит, шмыгнув носом владелец охровых глаз с золотистой радужкой. — Я поиграю пока с сестрицей и её другом, но ты вернись побыстрее и Мистера Лиса приводи, хорошо? — Уф, — фыркнув, не злобно, Юджи подтверждает свой уговор с мальчишкой, обещая вернутся побыстрее.

***

Уже уйдя с глаз ребёнка в левом крыле храма, в которое детям запрещалось ходить, они переняли облик людской. Юджи как-то выглядел взволновано, от сказанных ранее слов Ирико… Его соклановцы, его братья и сестры, были живы… И явились в храм Инари-ками-сама, чтобы забрать его? Разве он не был изгнан из него старейшинами Родзю? Что происходит? — Я как зам.главы клана, Казума Бобата, требую немедленно вернуть нашего главу! — рыча на всех присутствующих, не унемался один из оками. — Бобата, заткнись! — голос Терушимы прервал склоки клана оками с кицунэ. И все присутствующие оками, как один склонились, сев на колено. — Бабуля, я ж говорил, — не вернусь… — Хо-хо, но это же не я привела их сюда… Юджи лишь оставалось цыкнуть языком и пройти мимо склонившихся волков. Бобата, как ранее названый, с восхищением смотрел на нового лидера. Он стал более элегантным, более величественным, более… Более… Казума не мог подобрать нужного слова, он просто не находил. Он слепо восхвалял его, с самого их рождения, самого начала их знакомства. — Кита-сан, ты в порядке? Но этот вопрос, обращённый в сторону кого-то постороннего, а не их клана, выбел его из равновесия. Что произошло с его командиром, пока он был среди лис?! — Я… Да, в полне, — отвечает главный Мику и с мягкой улыбкой гладит блондина по макушке. А Юджи и не против, вот только… — Гр-ар! Да как ты смеешь обращаться с лидером, будто с ребёнком?! — взбешённый действиями главного кицунэ, Бобата лишь успевает подумать о нападении на него. — Гха-кха!!! — Я же сказал тебе — заткнись!.. Это злое лицо волки Дзозенджи никогда не видели. Его зрачки фениксовых глаз были сужены до предела, уши стояли торчком, хвост метался в разные стороны. А когти выпущенные им, впивались в шею шатена сжимали и можно было заметить как маленькие струйки алой жидкости стекали на пол. Оками затихли, лишь Аоба, старейшая из Родзю, знала что же происходит с юным главой. — Довольно, Терушима, — голос старушки раздался в гробовой тишине, стук её трости также сильно отрезвляет затуманенный разум юнца, только понявшего, что значит «любить». — Не прекратишь, будут куда более серьёзные проблемы, не у тебя, так у твоего партнёра… — Кх! Тц, — лишь не складные звуки в ответ. Юджи ослабляет хватку и Казума вновь может дышать, закашлевшись он с непониманием смотрит на старейшину. — Госпожа Первая Родзю, приносим свои извинения за недостойное приветствие, — Шинске сразу кланяется, как только его «особый» фырча встал за его спину. — Хо-хо, что ты, юный Мику, мне приятно что вы лично встретили, столь незначительный клан. — старушка, с полуприкрытыми глазами по-доброму улыбается, видя, всё же, что изменило в лучшую сторону их главу — их малыша оболтуса. — Что вы, госпожа, это нам стоит вести себя со столь уважаемой личностью, как -ум! — взволновано начал говорить Кита, после чего его прерывают. — Хватит, мы здесь не для обмена любезностей, — переходя на серьёзный тон, старушка как-то мрачнеет. — Нам нужна помощь, госпожи Инари-ками-сама… На этих словах, Юджи напрягается и мрачнеет вместе с другими членами клана. Аоба стукает вновь тросточкой, говоря мол — долой траур. Чёрный волк сжимает кулаки до побеления костяшек, после чего ударяет о стену пугая окружающих, всех кроме старушки. — Терушима, — её голос твёрд и стоек, как всегда. — Я же говорил вам не впутывать Киту-сана и остальных в это! Это не их дело, не их битва и тем более не их ошибка!.. — О чём вы?.. — тут уже встревает Ирико, с гневом смотря на присутствующих. — Наш бог… Гх! — с хрипцой говорит зам-главы клана, а после смотрит в сторону гневного взгляда Юджи, сжимая в защите шею. Там всё ещё было фантомное чувство когтей главы клана. — Молчи, Бобата, иначе не отделаешься только ранами на шее!.. — шипит Юджи, за что получает подзатыльник от его Шинске. — Ай! За что?!.. Кита…сан?.. Он видит, как сероволосый сдерживая слёзы сжимает руку в кулак, где остаточным чувством осталось ощущения волос оками. Кита отворачивается и что-то говорит Ирико, что не нравится огнено-рыжей кицунэ, но приказ — есть приказ. — Кита-сан?.. — Лучше не подходи какое-то время ко мне, волк, — «волк»… Не Терушима и не тем более «Юджи». Кажется, они поссорились…

***

Терушима сидит под сакурой в звериной форме и смотрит на звёздное небо. Рядом с ним сидел Осаму, который перебирал кубики, предоставленные друзьями Братца Волка и Мистера Лиса, а Ацуму в сторонке резвился с Сестричкой Вороной и Братиком Вороном в догонялки. Саму прекратил перебирать их и посмотрел на профиль чёрного волка. — Ты поругался с Мистером Лисом? — Юджи вздрогнул, от зоркого с серебристым отливом взгляда не укрыть их недомолвок. Осаму как более умный из близнецов, был более догадливым и смышлёным. Так же у Терушимы и Киты были догадки о том, что тот догадывается об их настоящей сущности. Но кажется, он не спрашивает об этом, как и о том, где они. Что очень озадачило их, так как давно бы спросил. — Я… Как и Ацуму, пусть и не показываем этого, но очень признательны вам… Вам Всем, — Мия подчеркнул последнее слово, словно он знает что его окружает множество помощников, друзей. — И даже если мы не готовы видеть вас в… Настоящем облике. На этом Юджи поворачивает морду и с каким-то благоговением смотрит на дитя. Он фыркает в лицо парня, а после щекочет его, а тот сдержанно смеётся. С этими недо-людьми (?) им с братом действительно спокойно, им хорошо, они в безопасности. За это он благодарен Ками-сама, что приютила их. — Вау! — Терушиму окликнула огнено-рыжая лисица он прекратил играть с Осаму и смотрит на лисицу. — Иди, вороны присмотрят за нами, — спокойно отвечает Мия, с тёплой улыбкой на лице, какую тот редко показывает. Юджи машет хвостом, а после лижет мальца в щёку, мол, спасибо. После чего удаляется следом за Ирико. Не замечая бурю, что вот-вот нагрянет…

***

Бобата и другие члены клана, кроме естественно старейшин, не могли понять что произошло с их лидером за эти месяцы отсутствия. Приближался зимний сезон, время когда силы их когда-то господина полу-бога дракона становились сильнее. Время когда нужно остановить их. Близился момент, когда нагрянет битва меж богами, когда они должны решить свои судьбы раз и навсегда. В потрёпанной от многочисленных сражений одеждах, они дружно сидели у тёплого огня, дружно попивая чай, что любезно предоставили им демоны-лисы. — Я видел кое-что, что может принести беду… — говорит шатен, один из разведчиков их клана, Ринтаро Нумаджири. — Что ты имеешь ввиду, Нумаджири-кун? — обеспокоенно интересуется одна из немногих выживших девушек их клана — Хана Мисаки. — Неужто белую ворону видел? — чеканет раздражённо Казума после чего смотрит на парня. Его лицо было нечитаемым, а сам он будто трясся от страха. Явно дело не в белой вороне, а в чем-то другом. Но в чём?.. — Грядёт бедствие… Лишь эта маленькая фраза из уст оками коричневого окраса говорило о многом, об одном единственном. — Ты хочешь сказать, что эти чёртовы лисы!.. И Аоба не успевает сказать слова как проблемный мальчишка, ведясь на свои эмоции, в образе большого бордового окраса волка выбигает из достаточно большой пристройки, что им отвели по-дружески кицунэ. — Ара~ара~, Хана-тян, передай Терушиме о случившемся, вместе с достопочтенным Мику. А остальные, остановите негодника, иначе беды не миновать, — стук трости и оками Дзозенджи дружно кивнули, тут же ретировавшись. — Бобата-кун, не делай поспешных решений, которые изменят судьбы многих зависящих от тебя ёкаев… Смотря в даль, проговорила старушка, а остальные старейшины, начали подготовку к грядущему. Грядущему хаосу, что предсказывают близнецы.

***

— КАР-КАР?! Отбиваясь от напавшего на детей волка, чтобы те могли сбежать в безопасное место, Чихо и Киношита кружили над «гостем», чётко кливая клювом его в открывающиеся точки. Чихо, видя что дети убежали подальше, обращается в человеческое обличие, чуть еле дыша сжимает кунаи в руках, пока видит как оками бардового окраса весь с ранами из которых сочится кровь, становится более человекоподобным. — ПР-РОЧЬ!!! Грр— Рычит сквозь клыки Казума, когда напротив него встаёт второй тенгу-воин. Они переглядываются, что-то решив для себя кивают и вновь напрягаются беря один катану в руки, а вторая летит прочь, к детям. — ГРАУРРР!!!!! Раздаётся боевой клич Бобаты, но на него тут же налетает его стая. Он вырываясь что-то кричит о том, что дети должны умереть, что полу-бог придёт сюда из-за них и что-то ещё о цунами и прочей опасности. Конечно, клан Дзозенджи славился своими сильными и могучими воинами, но ни кто не мог сравниться по силе со вторым по силе, после главы клана, с Бобатой Казумой. — Уходи, долго его не сдержим, — крикнул один из волков, после чего Хисаши пряча катану в нлжны улетает к Чихо и близнецам. — Ч-черт! Успокойся, Бобата-кун! Иначе Терушима не простит нас! Гха! — Казума вырвался из их хватки, раскидав всех в сторону, не многие остались стоять на ногах, но многие не хотели ссорится с лисами, что приютили их, не смотря на их многовековую вражду. — Бл*ть! Утырки! Не понимаете что эти обортыши только беду несут?! Или мне напомнить, что наш некогда добрый господин, был зол на наше селение как раз из-за таких же близнецов?! Разарялся Казума, когда почувствовал резкую боль в пояснице, а после чего замечает себя лежащего в обломках от некогда прекрасно цветущих деревьев. На его грудь со всей силы поставили ногу в чёрных гэта. Над шатеном возвышался Юджи с яростью в глазах и отвращением на лице. — Я предупреждал тебя, Бобата, первый и последний раз… — рычит Терушима, после чего складывает руки в рукава хакама, и смотрит на стоящего недалеко от них двоих волка. — Такехару, ты временно станешь моим заместителем, в то время как Бобата отстраняется от дел клана, до тех пор пока мы не решим наши проблемы. Затем, я сообщу что его ждёт… — Так точно, глава! — все, сев на одно колено и отдали честь. — А теперь– Не успел договорить Юджи как из стороны леса раздался драконий рёв. А после появился столб голубого пламени возвышающегося в небеса, полные звёзд. Юджи понял, его любовь… — ШИНСКЕ! И лишь пыль ставшая столбом, осталась от него. Члены клана лишь недоуменно смотрели в сторону где исчез их лидер.