Звоночек из прошлого

Сайори сидела на голубом чемодане, болтая своими ножками в разные стороны и широко улыбаясь. Рядом стояла Моника, читая какой-то новый журнал. Девушки находились в аэропорту, ожидая самолёт и Юри с Нацуки, которые, как обычно, опаздывали. С того страшного происшествия прошёл месяц: отца Нацуки посадили, чему все были очень рады, однако Нацу испытывала смешанные чувства; Нацуки целую неделю просидела дома в полном одиночестве, думая о своей жизни; подруги пытались её поддержать. Юри с Нацуки, когда розоволосая стала оправляться после произошедшего, серьёзно поговорили по душам. Нацуки сидела на кровати, укрывшись розовым пледом и поджав под себя ноги. Она смотрела на Юри, которая ходила по комнате из стороны в сторону, держа руки в карманах чёрного пальто. Было видно, что фиолетоволосая хочет о чём-то поговорить, но боялась начинать диалог. — Юри, не мельтеши перед глазами! Что случилось? — пробубнила Нацу, после чего Юри остановилась у окна. Юри жевала нижнюю губу, постукивая указательным пальцем правой руки по подоконнику. Ей было страшновато. — Нацуки, нам с тобой надо серьёзно поговорить, — тихо начала девушка. — Согласна, — кивнула любительница манги. Юри облокотилась спиной о стену и прикрыла глаза. — Что ж, Нацуки, мы начнём разговор с нас, или тебя интересует Макс? — упомянув имя покойного парня, Юри покрылась мурашками и сглотнула противный комок в горле. Нацуки, повернув голову в сторону Юри, прошептала: — Давай лучше про Макса, а то история непонятная. Фиолетоволосая, глубоко вздохнув, начала рассказывать: — У нас с Максом были прекрасные отношения, мы очень дорожили друг другом, хотели даже в скором времени пожениться, но… мои родители были против Макса. Голос девушки дрожал, а рука, которой она держалась за батарею, похолодела. Нацуки удивилась. — И что было дальше? — похлопав пару раз глазками, поинтересовалась главная героиня. — Когда я привела Макса к себе домой, чтобы познакомить с моими родителями, они будто сорвались с цепи: стали кричать и на меня, и на Макса. К слову, мой парень был очень ранимым, поэтому все оскорбления в его адрес, принял всерьёз. Два дня он не выходил на связь, а потом его мать сообщила мне, что Макс, — тут Юри начала кашлять, сдерживая слёзы, — Макс повесился. Упав на колени, Юри стала горько плакать, держась за голову. Нацуки, испугавшись поведения девушки, бросилась к ней, накрыв её своим пледом. — Юри, м-милая, не плачь, успокойся, — тараторила обладательница розовых глаз, поглаживая Юри по голове. — Пожалуйста, успокойся. Юри, перестав сильно плакать, вытерла слёзы и посмотрела на перепуганную Нацу. — Прости, Нацуки, мне так жаль, что я тут разрыдалась, мне, — договорить Юри не дали тёплые объятия Нацуки. Девочка, прижавшись к Юри, уткнулась носом ей в шею, вдыхая аромат вкусных духов. Фиолетоволосая покраснела, отведя взгляд в сторону. — Нацуки, я так долго страдала из-за смерти Макса, что даже начала резать руки, надеясь, что все мои проблемы скоро пройдут — так и вышло! Повстречав тебя, я совсем позабыла про моего покойного парня. Ты вскружила мне голову! — восклицала Юри, обнимая Нацуки всё сильнее и сильнее, а та, в свою очередь, слушала историю девушки. — В тот день, когда ты увидела бинты на моих руках, я резалась из-за того, что влюбилась в тебя. Мне казалось, что я предаю Макса, а ещё считала, что раздражаю тебя. Нацуки, в сотый раз удивившись, отстранилась от Юри и посмотрела ей в глаза; в её чудесные и добрые глаза. — Юри, мне очень жаль, правда, — запинаясь, говорила девушка с розовыми волосами. — Знаешь, ты мне тоже очень нравишься, но я даже не представляю, как вести себя в отношениях и всё в этом роде. У меня их никогда не было. Нацу нервничала, отводя от девушки взгляд. Юри лишь широко улыбнулась, громко воскликнув: — Я всё понимаю, Нацуки, потому и не собираюсь на тебя давить. Розоволосая поднялась на ноги, потянув за собой Юри, которая всё ещё лучезарно улыбалась. Нацу не сводила с неё глаз, но вдруг задалась вопросом: — Юри, а что будет, когда твои родители узнают обо мне? Фиолетоволосая положила ладонь на голову Нацуки, зарывшись ею в мягких волосах. — Мне всё равно, после того случая я переехала, не желая с ними общаться, хоть они и просили у меня прощения, — прошептала Юри, прикрыв глаза. — Если что — я не простила их. Нацу улыбнулась уголками губ, взяв ладонь Юри, что гладила её по голове, и нежно прикоснулась губами. Юри будто током ударило, из-за чего она отдернула руку с красными щеками. Сердце билось, как ненормальное. — Спасибо тебе за всё, Юри.

***

— Скоро самолёт, а их всё ещё нет! Между прочим, Нацуки обещала приготовить нам несколько кексов, — недовольно ворчала Моника, закрыв журнал. — Ой, Моника, да не переживай, вот увидишь, девочки скоро придут, — подбадривала коралловолосая Монику, широко улыбаясь. — Наверняка сидят сейчас дома и смотря свои сопливые сериалы, после которых Нацуки будет рыдать Юри в плечо! — всё не унималась Моника, поглядывая на свои наручные часы, которые показывали одиннадцать часов утра. Да, Юри и Нацуки стали встречаться, чему вторая была ну очень рада. Для неё все эти новые чувства, действия и эмоции — были в новинку. Юри дарила милые и красивые подарки своей пассии; готовила ей завтраки, оставляя их на прикроватной тумбочке, а сама бежала в магазин за новой пачкой свежевыжатого сока; чистила зубы, сонно обнимая Нацуки, которая еле-еле шевелила рукой, держа зубную щётку во рту. Юри была счастлива, что повстречала такую удивительную и приятную девушку, которая залечила все её раны. Нацуки и подумать не могла, что когда-нибудь в её жизни произойдёт столько изменений: друзья, первая любовь, разрыв с отцом, но девушка знала, что жизнь — штука сложная, в ней всегда много странностей и неизвестности. Каждый раз, просыпаясь ранним утром, Нацу смотрела на спящую Юри, которая обнимала розоволосую за левую руку, обжигая своим горячим дыханием её белоснежную кожу. Нацуки очень любила расчёсывать шелковистые волосы Юри, постоянно останавливаясь, чтобы зарыться носом и вдыхать чудесный аромат мятного шампуня. Нацуки обожала тихо постанывать под телом Юри, изредка прикусывая язык до крови, чтобы их поцелуй приобретал металлический привкус. Нацуки так нравилось, когда Юри кусала её за плечи и ключицы, оставляя бордовые следы. Знак того, что Нацуки занята. — Девочки, простите за опоздание! — послышался голос Юри. Моника и Сайори, повернувшись в сторону, откуда были слышны крики, увидели Юри и Нацуки, которые бежали к своим подругам. Прибежав, девушки стали часто дышать, восстанавливая своё дыхание. — Что, опять за телевизором засиделись? — хихикнула Моника, подойдя к Юри и Нацу, держа руки в карманах белого пальто. Сайори залюбовалась ярко-розовой курткой Нацуки, в которой она стояла, доставая из белого рюкзачка, с большим количеством брелков и значков, коробочку с кексами. Протянув их Монике, та охотно приняла гостинец, поблагодарив подругу. Сайори взглянула на Юри, на которой было надето чёрное пальто, но её внимание привлекли серёжки в виде головы котика. Девушка весело проговорила: — Девчонки, вы такие красивые, я прямо не могу. Нацуки, у тебя безумно миленькая куртка, а у тебя, Юри, прикольные серёжки! Девушки не ожидали такого внезапного комплимента, почему и смутились, отведя взгляд в сторону, а девушка с красным бантом всё улыбалась да улыбалась. Счастлива она была. — Вы на долго улетаете в Америку? — тяжело вздохнув, спросила Юри, взглянув на своих подруг. — На три месяца, так что не скучайте тут без нас! — ухмыльнулась Моника, поправляя свои волосы. Сайори подошла к Нацуки и резко её обняла. — На-а-ацуки, я буду очень сильно по тебе скучать! Ты такая классная и хорошая подруга, — прохныкала девушка в бежевом пальто, всё ещё обнимая фанатку манги. Юри похлопала свою подругу по плечу, негромко проговорив: — Нечего скучать, милая, ты же со своей девушкой будешь три месяца проводить, да ещё где? В самой Америке! Фиолетоволосая посмотрела на Монику, которая, скрестив руки на груди, закатила глаза с улыбкой на лице.

***

Стоя около самолёта, девушки по очереди обнимались, а Сайори готова была вот-вот расплакаться. — Ах, девочки, как же это прекрасно, что вы решили вдвоём куда-то отправиться! — воскликнула Юри, радостно хлопнув в ладоши. — Это что, намёк, да? — изогнув бровь, ухмыльнулась Нацу. Обладательница фиолетовых глаз пожала плечами, ответив: — Возможно, милая, возможно. Голубоглазая, достав из кармана два значка с сердечками, дала их Юри и Нацуки, которые в очередной раз очень удивились. Попрощавшись ещё раз, девушки зашли в самолёт. Дождавшись взлёта, писательницы смотрели вслед улетающему самолёту. Нацуки, закинув на себя рюкзачок, обратилась к Юри: — Слушай, а не слетать ли и нам куда-нибудь подальше? — Давай на Луну! — заявила Юри, взяв девушку в куртке за руку. Нацу недоверчиво посмотрела на Юри, после чего, встав на носочки, поцеловала в уголок губы. — На Луну, так на Луну, — закончила девушка, направляя их путь домой. Нацуки никогда не была счастливым человеком.

Юри была самым счастливым человеком, пока в её жизни был Макс.

Нацуки обрела друзей, надеясь, что станет счастливой.

Юри «умерла» вместе со своим счастьем, которое не уберегла от жизненных проблем.

Нацуки гнила и страдала из-за мыслей о смерти её матери, а когда узнала правду, попала в грязные лапы отца, что хотел её убить.

Юри становилась счастливее с каждым днём всё больше и больше, ведь рядом постоянно была девчушка с розовыми волосами.

Обе девушки были несчастны, отчаянно желая поменять свою жизнь в лучшую сторону — у них вышло.

Теперь им ничего не угрожает.