Звоночек из прошлого

Нацуки лежала на сиденьях, наблюдая за быстро меняющейся картинкой за окном. Голова болела, было противно, грустно и безумно страшно. Страшно за свою жизнь. Пока они ехали в машине, мужчина не проронил ни слова. Нацуки потерялась во времени, а когда машина остановилась, она поднялась на локтях, посмотрев в окно. Осознав, что отец привёз её к какому-то озеру, девушку охватила сильнейшая паника. Шатен вышел из салона машина, захлопнув за собой дверь. Распахнув дверь Нацуки, он схватил руки дочери, перевязывая их толстой и плотной верёвкой. Розоволосая рычала, брыкалась, но отец был непреклонен. — Да зачем ты всё это делаешь? — вырвалось у Нацу, которая чувствовала жгучую боль в руках из-за плотной верёвки. Мужчина, проигнорировав вопрос Нацуки, вытащил её из машины и потащил к озеру. Тело дрожало, во рту всё пересохло, а из глаз вдруг потекли слёзы боли и отчаяния. — Никогда бы не подумала, что умру от руки собственного отца, — прохныкала розоволосая, смотря на синее небо. Людей, к сожалению девушки, не было. Помощи было ждать не от кого, но она всё ещё надеялась на своих подруг. Остановившись, отец вдруг заговорил, держа свою дочь за плечи: — Знаешь, а я ведь и правда любил твою мать. Нацуки закусила нижнюю губу, чуть ли не до крови, и тихо спросила: — Тогда зачем? Зачем ты убил её? И почему ты всё ещё не в тюрьме? Шатен закатил глаза и нервно цокнул языком, надавив на плечи Нацуки, из-за чего она взвизгнула. Отец Нацуки должен был всё рассказать, а потом избавиться от лишнего свидетеля, наплевав на то, что свидетелем окажется родная дочь. — В тот вечер, мы с твоей мамой очень сильно ссорились. Мы кричали друг на друга, срывая глотки, но в один момент, — отец девушки сделал паузу, — я толкнул её с лестницы, и она упала, сильно ударившись головой. Врачам не удалось спасти Момо. Нацуки стояла и слушала, всё ещё смотря на чистое небо, мысленно проклиная своего отца. — Из-за чего надо было так ссориться, что ты столкнул её с лестницы? — скалилась Нацу. — Она чертовски сильно ревновала меня к моим коллегам на работе, бывало, что приходила в офис и закатывала истерики на пустом месте, позоря меня. Мне это порядком надоело, и я решил с ней об этом поговорить, но снова эта истерика… Я больше не мог этого терпеть, правда! Я не хотел, чтобы так всё получилось! — шатен кричал, всё сильнее сжимая Нацуки. Розоволосая была потрясена причиной убийства. С одной стороны, она понимала, что с такими людьми, как её мать, сложно жить, ведь не каждый сможет терпеть постоянные истерики, а с другой ‐ слишком жестокая расправа. — Ты убил её и не понёс наказания. Вопрос: как? Отец снова замялся, не желая ничего отвечать. — Я тебе уже рассказал причину смерти матери, неужели мало информации? — воскликнул он, повернув дочь лицом к себе. Нацу взглянула своими розовыми глазами в глаза напротив. В них не было ни сострадания, ни сожалению — лишь гнев и яд. Нацуки отвела взгляд в сторону, грубо спросив: — А я-то чем не угодила? — Ты очень похожа на Момо, а потом ты стала всё больше и больше интересоваться про неё. Вот я и придумал эту историю с родами, — честно признался мужчина, закрыв свои глаза. Да, Нацуки считала отца монстром и самым настоящим порождением Сатаны; ненавидела, хотела засадить на всю жизнь в тюрьму, но не могла ничего сделать. Даже если бы она не была сейчас связана, вряд ли бы смогла справиться со всем этим одна. Ей нужна была помощь. — Надеюсь, что ты сдохнешь, когда будешь сидеть за решёткой, — пнув отца в живот, заорала розоволосая, отпрыгнув в сторону. Шатен, схватившись за больное место, тихо выругался, смотря на Нацуки агрессивным взглядом исподлобья. — Ты меня не тронешь! — выставив ногу вперёд, заявила она, подняв высоко голову. Мужчина внезапно схватил Нацуки и стал подходить к краю озера всё ближе и ближе. — Уверена? Тогда зачем я привёз тебя именно сюда? — ехидно улыбнувшись, спросил он. — Понятия не имею, почему именно это место, но ты и правда ублюдок, пап, — выплюнула гневно Нацу, начиная давиться. Отец схватил её за капюшон толстовки, подняв над водой. Девушка стала дёргаться, хрипеть и плакать. Руками, которые были связаны, хотелось схватиться за горло, но, увы, это было невозможно. — Нацуки! — послышался взволнованный голос Юри и звук машины. Синхронно обернувшись, они увидели трёх девушек, выбегавших из серого автомобиля. — Д-девочки, — прохрипела Нацуки. Увидев своих подруг, которые пришли к ней на помощь, Нацу убедилась в силе дружбы, о которой вечно писали в книгах. — Отпусти её, за тобой уже выехали, мерзавец! — воскликнула Сайори, скрестив руки на груди. Отец хитро улыбнулся, заявив: — Убедил, что Момо упала случайно — смогу убедить и в этот раз, что был несчастный случай. К слову, это место я выбрал, потому что именно тут я познакомился с твоей матерью. И после этих слов он отпустил капюшон девушки. — Нет! — закричала Нацуки во всё горло, погружаясь под воду. Розоволосая опускалась на дно, словно большой и тяжёлый камень. Она открывала рот, пытаясь в последний раз закричать, но выходили непонятные звуки, будто ребёнок баловался с трубочкой, которая была погружена в стакан с водой, пуская в неё воздух. Перед глазами всё плыло, дышать было невозможно, а мысли рассеивались, как тучи. Закрыв свои глаза, девушка стала прощаться с жизнью, в которой ещё ничего не успела сделать. Перед глазами всплыл образ той розоволосой девушки из сна, что помогла разгадать страшную тайну отца. Нацуки улыбнулась уголками губ, поняв, что это и была её мать. Умереть ей не дали чьи-то сильные руки, что схватили её. Приоткрыв глаза, Нацу увидела фиолетовые длинные волосы. Успокоилась, снова закрыв очи.

***

Нацуки очнулась на берегу озера. Её голова располагалась на коленях Юри, которая выжимала свои длинные волосы. Вся одежда и волосы девушек были мокрыми и неприятно прилипали к телу, из-за чего становилось очень сильно холодно и противно. Резко поднявшись, Нацу стала кашлять, и чуть ли не давиться. Руки были развязаны. Придя в себя, любительница манги, посмотрела по сторонам: возле них стояла полицейская машина, а в тёмном окошке Нацуки смогла разглядеть силуэт своего отца. — Нацуки, ты очнулась! — ласково улыбнулась Юри, смотря на розоволосую. Сайори и Моника подошли к девушкам, радостно заявляя: — Вот и всё, Нацуки, теперь ты в полной безопасности. Всё ещё не веря в происходящее, Нацуки, полностью мокрая и холодная, прижалась к Юри, закрыв глаза. Со стороны Нацу это было неожиданным поступком, но фиолетоволосая, не растерявшись, обняла Нацуки, проведя рукой по её мокрым волосам. — И правда, теперь ты в полной безопасности. Полицейская машина тронулась, а из окна вылетел жёлтый дневник, открывшись. Сайори, подойдя к дневнику, взяла его в руки. На последней странице было написано огромными буквами. «Я никогда не любил свою дочь»‎