Квартирант

Да, я пообещал, что высплюсь, но госпожа Тревожность соизволила явится. Это похоже на традицию, она всегда приходит перед важными событиями и кладет свои худые костяные руки мне на плечи. От их холода бегут мурашки, а в голове рой из плохих мыслей начиная жужжать отвлекает меня от того, что сама Тревожность уже впивается в шею своими когтями, образуя ком в горле и не давая и секунды подумать. Ладно, я приукрашиваю, но чем ближе к самому событию, тем руки сильнее трясутся, ноги отнимает, а перед глазами проносятся все возможные исходы событий включая самые худшие. Из-за этого, естественно, проснулся раньше обычного, точнее на два часа. Суммируя, я проспал около шести часов. Это мало для запланированного события, но исправить эту ситуацию уже не могу. Надеюсь, хоть Ару выспится, а ему может и нужнее будет. Если вы не спали в 4 утра летом, то знаете, как приятно в это время вот так спокойно лежать на кровати и наблюдать, как комната очень медленно наполняется светом. Естественно, если вы не болели или вас не мучала бессоница. Я закрыл глаза и вслушался в тишину дома. Услышав посапывание Ару в соседней комнате, я не смог сдержать улыбки. Дверь не была закрыта и я выглянул посмотреть как он там. Я не знаю чего я ожидал увидеть в полном мраке, но по звукам, он перевернулся во сне. Так как спать все равно уже не хотелось, то пройтись по дому было первой мыслью, которая моментально перешла в действие. В задумке почитать книжку, но в реальности посмотреть как будет меняться небосвод. Уселся, несмотря на то что обошел всю квартиру, на окне той же спальни. Хотя, уже с кружкой горячего чая. Мысли растворили в утренней атмосфере. Я оперся на стекло лбом, ибо тяжесть головы для такого спокойного утра была просто невыносимой и даже обычный вздох был прерывистым, беспокойным и нарушающим прекрасную тишину. Безразличное настроение поглотило меня и, кажется, я просидел так достаточно долго, шорох с комнаты Ару был внезапным и моментально освободил от этого состояния. Я повернул голову и увидел, как он сонно ковыляет потирая глаза. Максимально разлохмаченный и неряшливый и такой милый. Улыбка снова появилась на лице, и её не сможет убрать уже ничего на свете. Вспомнив, что у меня есть чай, я сделал глоток, и видимо мой “сюрп” меня выдал. У меня было хорошее место, темные плотные занавески не спрятали моё присутствие, а не застеленная кровать, если не присматриватся, делала вид, что я еще сплю. Так вот, соквартирник мой дернулся, и я ну не мог не рассмеяться, когда он выругался одним лишь шепотом, закатывая глаза. – Сколько еще будет подобных засад? – сказал он шепотом, тоже не горя желанием нарушать утреннюю тишину. – Если я о них расскажу, это уже не будут засады, – улыбнулся и сделал последние “сюрпы”, после чего поставил кружку на подоконник. – Разве ты не должен был проснутся в шесть? – А сколько сейчас? – проигнорировал я его вопрос, опираясь уже подзатыльником о оконную раму. – Пять, – фыркнул Ару, уже говоря не шепотом, а тихим голосом, что был по утреннему ниже обычного его тона. – Ну смотри, – начал я уже подавляя смешки, - в шесть я уже спать не буду, значит задачу свою выполнил. А тебя чего так рано подняло? – Сам не знаю... может из-за нервов. – Вполне весомая причина, нервничай больше, может так режим появится, – хмыкнул я, отвернувшись к видам на город. – Иди-ка ты со своими шуточками, – в отражении оконного стекла промелькнуло то, как он улыбаясь вышел из комнаты. Сегодня день будет нервным, но пусть это станет символическим началом новой жизни в Курограде. По спине пробежали мурашки от того, что я случайно задел оконное стекло оголенным предплечьем. Я засучиваю рукава, когда что-то делаю. Не помню откуда у меня эта привычка, но это немного мешает, когда я дома заполняю бумаги, само предплечье дотрагивается к холодному столу. Я вернул рукава на их законное место, потер руки, пытаясь их согреть. Лето, а у меня руки мерзнут, какой кошмар. – Может от нервов, – предположил сам себе вслух и от этого улыбнулся. Взгляд сам потянулся к шкафу, там был приготовлен костюм для Ару. Рубашка была не чисто белой, а кремовой. "Только не белую!", – это единственное, что мы в одновременно сказали продавцу и где наши мнения сошлись. Я настоял на этом цвете ведь ему идут светлые оттенки, но не белый. Лишь спустя какое-то время я узнал, что он просто белый не любит. Я случайно задел ногой чашку, чем напомнил себе, что ее нужно отнести на кухню. Медлить с этим делом не стал и как-то на автоматическом режиме преодолел комнаты и уже привычно мне, первым, что словил мой взгляд – это Ару. Он сонно жевал кашу, глядя на верхние линии зданий за окном. Тарелка была на подоконнике. У меня никогда не выходило успешно бороться с тем, чтобы он ел не на подоконнике, а за столом. Зато физически он здесь на диванчике, а вот мыслями где-то там за окном. Ему не важно какая на улице погода, он всегда будет где-то там за стеклом. Услышав меня, он вяло обернулся. Я улыбнулся ему, но он лишь так же вяло отвернулся. Как-то неспокойно. У меня зачесалось запястье. Есть такая моя особенность по жизни, плохое предчувствие от какого-то события, и у меня чешется запястье. Я не суеверный, но не было такого дня, чтобы эта особенность не была правдивой. В мысли пробралась тревога, но голос Ару оторвал меня от нее: – Проведи меня, пожалуйста, сегодня снова, а то... я забыл куда идти, – Ару как-то неловко прикрыл лицо и несколько раз выбирал, как именно поставить ему руку. Меня больше смешит сам факт того, что он помощи просит. Он мог упереться в гордость и хоть всё королевство обойти, но найти нужное здание самостоятельно. Да, я и так планировал его провести, но если он так просит, то так уж и быть сделаю вид, что это чисто его идея. Улыбаясь самому себе, я ответил: – Как будет угодно. У меня как раз время есть, собрание ведь на час позже начинается чем твой рабочий день, ну ты помнишь. – Не помню, – тихо посмеялся Ару. – Значит теперь знаешь. Подойдя к окну, попытался словить взглядом ту точку, на которую смотрел Ару. Он наблюдал за девушкой из соседнего дома. Возможно, я уже упоминал, но у неё есть собака, которую она выгуливает рано утром и как раз тогда, как я прихожу с работы и ужинаю. Удивительно, но когда я с работы бы не приходил, то она всегда именно в то время ее выгуливала. Я даже подходил познакомиться, но беседа была уж очень неловкой. В результате мы некоторое время даже старались не пересекаться с друг другом, но быстро вернулись к “О, это тот незнакомец, которого я вижу каждый день”. – Пошли собираться, – выдохнул я, когда девушка скрылась ушла за угол дома. Ару ничего не сказал. Он убрал тарелку в раковину и вышел из кухни. Запястье вновь зачесалось. “Не добрый знак… ужасный знак”. Следующий час пролетел достаточно быстро, я и не вспомню всех деталей. А вот что я точно помню это то, как я пытался привести в порядок его волосы. Сколько же тогда возмущений было в мою сторону, но мы таки смогли сделать всё более менее красиво пусть и стоило это несколько сотен нервов. Боковые длинные прядки я завел назад, конечно не без помощи заколок “невидимок” и несколько пшиков лака для того чтобы эта “абракадабра” держалась. Ару стал выглядеть чуть моложе и его можно было с легкостью принять за школьника-выпускника. Когда колдовство с волосами закончилось я отошел в сторону, чтобы посмотреть на работу в целом. Кремовая рубашка, варулэндский “галстук”, темные кофейного цвета штаны, прическа. Последним штрихом был пиджак, но даже без него он уже выглядел прекрасно. Еще как приятное глазу дополнение, что его новая прическа выделила его лицо, в частности глаза. Самого Ару даже от зеркала не оторвешь. Квартирант внимательно изучал свое отражение и будто впервые понял, как он по настоящему выглядит. Времени смотреть на то, как он смотрит на себя у меня не было, хотя и не за чем мне на это было смотреть. Мои сборы были быстрее, и когда я вышел, он до сих пор разглядывал себя, но уже с заметной тоской. – У тебя такое лицо, будто ты только что увидел беспомощных детей сирот, – он посмотрел на меня сквозь зеркало, не меняя выражение лица. – Это не…, – начал мысль Ару, но моментально устремил взгляд в пол и глубоко вздохнул, – Как думаешь, что будет дальше? – он повернулся ко мне, и от этого полного тоски взгляда становилось не по себе. – Всё в порядке? – Не отвечай вопросом на вопрос. – Дальше.., - я не знал почему задумался, сколько себя помню вначале всегда видел позитивные исходы событий, лишь потом прокручивались все возможные варианты. Улыбнувшись, я представил, как сегодняшний день может повлиять на нас обоих, – дальше ты наконец обзаведешься работой, мое собрание принесет перемену в политику страны, сделав ее лучше и всё потихоньку будет налаживаться. Всё будет хорошо. Хотел найти одобрение во взгляде Ару к моим словам, но он лишь будто бы больше ушел в свою тоску. От этого было не по себе, но он попытался выдавить улыбку. – Прости, что спросил. Да, всё будет хорошо. Запястье чешется. Ужасный знак. Остальные сборы забрали не так уж и много времени, но он не сказал ни слова. Это на него не похоже. Мы вышли – он молчал. Мы шли – он молчал. Даже когда пришли и я пожелал ему удачи, он отмахнулся лишь простым “угу”, оставив меня одного с моими мыслями. В груди что-то неприятно сжалось. Почему у меня такая странная реакция? Я впервые задумался над тем, как сильно к нему привязался. За это казалось бы... ничего. Я болен на голову. Это не очень хорошо. Что-то явно отравило мой разум, нужно побыстрее найти как вылечится, мне нужно здравое мышление. Лишь подойдя к зданию заседания, я избавился от изучения этих странных перемен. Впереди ждёт длинная нервотрепка мне нужно было бы лучше подготовится к ней. Спустя какое-то мгновение само здание и присутствующих в нём окружило множество журналистов и репортеров. Много внимания, любая ошибка будет запечатлена и не забыта. Хреново, но я сам знал на что иду. В сам зал заседания пустили не всех, я не знаю по какому они принципу действовали, когда выбирали представителей СМИ, но это и не сильно меня волновало в тот момент. Само заседание проходило более менее спокойно, как всегда пытаешься уловить сказанную информацию и составить свой адекватный вывод. Я и не заметил, как подошла моя очередь, сердце будто в пятки ушло, когда меня представили. Поднялся. Прошел к месту презентации, лишь на мгновение окинул зал взглядом и начал свой рассказ.