Разделяя судьбу

      Амари ошарашенно уставилась на своего хозяина, не зная, как реагировать на его последнюю реплику, повисшую в воздухе. Он ведь только что назвал ее милой? Или ей послышалось? Девушка не могла найти в себе силы спросить, что шиноби имеет в виду.       — Милая и очень скромная, — снова заговорил Мадара, продолжая ее разглядывать. Затем он удосужился сесть более ровно, нацепив на себя непринужденное, слегка насмешливое выражение лица. — У тебя ведь нет одежды, насколько мне известно. Даже сокутай, в который ты облачилась — был позаимствовал у куноичи из моего отряда, — теперь помимо удивления Амари испытывала еще и дикое смущение. У нее и вправду нет одежды. И ни одной личной вещи, которые тоже были необходимы. Мадара тем временем продолжал. — Сперва я подумал о том, что с тебя будет достаточно делать хозяйственную работу и не беспокоить меня лишний раз. Сейчас я думаю, что этого не вполне достаточно для того, чтобы отплатить мне за одолжение, которое я для тебя выполнил, забрав с собой, — теперь он взял свою чашку по-садистки долго напиваясь своим чаем. Неужели он не видит, что Амари вне себя от любопытства и непонимания? — Ну так вот. Раз я пошел тебе навстречу — будь добра отплатить тем же.       Амари подумала о том, что понимает, о чем ведет речь Мадара-сама. Ведь она сама предложила ему пользоваться ее телом так, как ему будет угодно. Но девушка слегка ошиблась.       — Я желаю, чтобы дома меня встречала красивая нежная девушка, в опрятном милом кимоно, и улыбкой на лице, — молвил он, отставив чашку в сторону, не мигая воззрев в ее блестящие очи. — Говорила со мной без нажима и притворства, скрашивала мое одиночество…       Амари слушала его волю, понимая, что все это было тем, о чем она и сама мечтала! Дело было даже не в том, что лидер клана Учиха нравился ей, обладал таким сильным мужским притяжением, но и в том, что ей и самой всегда хотелось вернуться в то самое время, когда она не была одна во всем мире. То, о чем просил Мадара-сама, не унижало ее, заставляя себя почувствовать бесправной слугой, а наполняло ее сиротливую жизнь смыслом. Думая об этом, Амари даже не заметила, как чайник, что все еще удерживала в руках, накренился и обдал все, что было у Мадары ниже пояса, кипятком. Слава ками — не крутым.       — Ох, простите! Простите, господин! — спохватилась девушка, испуганно замахав руками, осознав, что мечты завели ее совсем не туда. Страдальческое выражение лица Мадары-сама говорило ей о том, что он прикладывает недюжие силы, чтобы не застонать, и, возможно, не отшлепать ее хорошенько. Сама не понимая, что она делает, девушка принялась стаскивать со своего покровителя одежду. — Сейчас я помогу вам охладится!       — Не надо! — воспротивился Мадара, сумев справиться с жаром внизу своего тела, пока еще от кипятка. Но теперь он понял, что Амари буквально уселась на его колени и задрала его сокутай непозволительно сильно, оголив грудь. Ситуация имела крайне двусмысленный оттенок. — …Беру свои слова назад. Не такая уж ты и скромная.       — Я…я просто хотела… — потеряла дар речи от смущения девушка, стараясь прийти в себя от стыда. Что она себе позволяет? Кажется, она совсем рассудок потеряла от радости.       Мадара дождался, когда служанка соизволит слезть с него и отпустить его одежду из своей хватки, и теперь ему стало еще веселее. Она и впрямь забавная. Как бы прошел его вечер, если бы он все же расправился с ней у того сгоревшего дома? Прошел в свою спальню, не зажигая свет, и, утомленный скорбными мыслями, забылся в тревожном сне. Было так спокойно на сердце оттого, что он сделал верный выбор.       — Мне так жаль, что я разочаровала вас в первый же день, как появилась здесь… — тихо молвила девушка, виновато склонив голову. — Могу я хоть чем-нибудь загладить свою вину?       Мадара лишь улыбнулся, но в этот раз улыбка его была такой странной. Будто бы в голову ему пришла какая-то занятная мысль, которая имела определенный пикантный оттенок. Амари показалось, что этот помутневший взгляд обсидиановых глаз явственно дал ей понять, чего бы хотелось попросить у нее этому мужчине. Что ж, девушка уже давно решила, что не была бы против. Особенно сейчас, под действием его очарования, сидя так близко…       — Есть кое-что, чего мне бы хотелось попросить у тебя, Амари, — сказал он приглушенно, и кожа девушки неизбежно покрылась мурашками. Ей казалось, что силу ее сердцебиения ощущает и сам Мадара-сама, так сильно была взволнована эта особа, неуверенно воззрев на хозяина своими дрожащими зрачками.       — Все, что хотите… господин…       — Тогда, — приблизился он к лицу девушки столь близко, что Амари при желании могла почувствовать его дыхание на себе. Но сейчас ей было не до таких тонкостей. — Набери-ка мне ванную.       — …А?!       Амари казалось, что умрет от страха, когда он озвучит ей свое желание. В голову так и рвались картинки того, что она себе нафантазировала. Но почему тогда девушка ощутила такое острое разочарование?! Стоило выдохнуть от облегчения, а на деле она чуть было не спросила, не хотел бы ее хозяин чего-нибудь еще?       Мадара же, пристально наблюдая на своей служакой, откровенно веселился. Только посмотрите на это раскрасневшееся испуганное личико. И все же он сказал явно не то, что она ожидала услышать. Впредь он решил постоянно изгаляться над крошкой подобным образом, это было слишком мило и забавно.       — Ты ведь испачкала меня, — непринужденно ответил на ее немой вопрос мужчина. — Теперь мне в любом случае придется принять офуро. Ну же, поторопись. Я уже в достаточной степени устал. Ты же не хочешь, чтобы я уснул прямо в фурако?

***

      — Давно мне не было так хорошо… — сказал сам себе Мадара, откинувшись на чистых свежих подушках, закинув руки за голову. Казалось бы, ничего в его жизни кардинальным образом не поменялось. Но теперь, сытый, чистый, уставший после тяжелой миссии, он чувствовал себя на своем обновленном матрасе, как на облаке. И сам себе казался действительно важной шишкой. И почему ему не пришла в голову идея нанять служанку ранее? Кажется, не было подходящих кандидатов на эту, казалось бы, непритязательную роль. Можно было бы сказать, что он желал бы видеть в этой ипостаси именно такую девушку, какой была Амари, но, разумеется, он бы не стал искать специально. Как и всегда в нашей жизни — действительно значимые встречи зачастую происходят совершенно случайно. — Кажется, я ей нравлюсь, — продолжал размышлять о ней Мадара.       Могло ли у них завязаться что-то более интересное, нежели отношения служанки и господина? Хотелось ли ему этого? Она ведь не Учиха. Для каждого члена клана чистота крови стояла в приоритете над всем остальным, особенно когда дело касалось отношений и рождения детей. Но он ведь не собирается жениться на ней. Или даже присваивать статус наложницы. Все, что происходит за стенами дома главы клана вполне может оставаться и в секрете, но… Честно ли это будет по отношению к самой девушке? Мадаре не хотелось обижать ее или использовать. Ей и так досталось… Одно дело — пользоваться ее способностями вести быт, или даже ее вниманием, и совсем другое — пользоваться самим телом. Нет, лучше этого не делать. Как ни крути — постыдно это.       С этими мыслями он уже почти уснул, пока не почувствовал назойливое чувство жажды, и через силу поднялся, дабы пройти в кухню.       Какого же было его удивление, когда в гостевой он вдруг увидел Амари, лежащую на полу на голых татами. Девушка не спала, хоть и было понятно, что она старается заснуть здесь, и сразу же подскочила на ноги.       — Господин, вам что-нибудь нужно?       — …Почему ты спишь на полу в гостевой? — задал резонный вопрос Учиха. — Разве я не сказал тебе занять одну из спален на втором этаже?       — Да… Но, видите ли, ваш дом такой большой, — принялась сбивчиво объяснять девушка, разведя руки в стороны, — я не смогла найти времени и сил, дабы привести в порядок еще хотя бы одну спальню. Решила сделать это завтра… Я прошу прощение за свою нерасторопность.       — Причем здесь нерасторопность? — начинал раздражаться Мадара. Получается, если бы он не спустился в кухню — она бы спала на полу? Какой же она все-таки ребенок. Лучше бы вместо той же гостиной занялась своей будущей спальней. Разумеется ей было важнее удивить хозяина, о своем комфорте Амари не думала. — Если ты будешь спать в таком положении — ты не отдохнешь, и с утра будешь нехорошо себя чувствовать. И твоя работа просто встанет, — разумеется, Мадара не мог признаться, что просто по-человечески беспокоится о ней. — …Иди за мной.       Амари послушно последовала вслед за хозяином, до последнего не понимая, что Мадара-сама задумал. Но вот он пригласил ее жестом войти в свою комнату, и девушка снова потеряла способность говорить или двигаться. Не то чтобы ее напугало предложение хозяина, просто то, как он это сделал… пробрало до мурашек. С той самой точки зрения, что Амари захлестнула волна трепета, что обыкновенно сопровождает восприятие юных влюбленных особ.       — Проходи. Сегодня ты будешь спать у меня.       Если до этого девушка еще могла найти в себе силы хотя бы делать вид, что она в полном порядке, то теперь, после его слов, буквально задрожала. Слава ками, Мадара-сама этого не увидел, уже проследовав внутрь своей спальни.       — Это… это так неожиданно… — все еще стоя в пороге, пролепетала Амари, наблюдая, как Учиха плюхнулся на футон. — Не знаю, готова ли я к такому, господин… — смущенно уставилась на него девушка.       Мадара, наблюдая за ней, снова не мог сдержать своей саркастичной улыбки.       — Что ты опять себе нафантазировала? Я предлагаю тебе половину своего футона, потому что мне это ничего не стоит, — развернувшись к ней спиной, небрежно ответил он, вполне насладившись ее очередным смущенным выражением лица. — А о чем ты подумала?       Только сейчас до Амари дошло, что мужчина явно насмехается над ней! Но сам факт того, что хозяин решил разделить с ней свой футон, только чтобы девушка не спала на холодном полу, очень ее растрогал. И Амари не стала сердиться.       — Спасибо, господин, — аккуратно улегшись позади него, молвила служанка, в полутьме разглядывая его спину. Сам Мадара не ответил, и Амари решила, что лидер Учиха сразу уснул. Конечно, он ведь очень устал, хозяин сам сказал это, когда шел в офуро.       Интересно, проснется ли он, если она подвинется к нему чуть-чуть ближе? Амари сама не знала, зачем ей это было надо, но так хотелось коснуться его. Не в силах бороться с собой, девушка все же придвинулась, и даже осмелилась уткнуться в его лопатку носом и коснуться кулачками. Было так уютно… В таком положении она и уснула, не зная, что Мадара не спал, а боролся с желанием развернуться и посмотреть на ту, что так своевольно к нему прижалась. Дело в том, что ему это было в той же степени приятно, как и ей. Ощущение того, что он не одинок, усилилось в разы. Быть может поэтому во сне к нему и пришел его младший брат.       Сперва это был прекрасный сон, навевающий картины из детства, которое хоть и нельзя было назвать счастливым, но все же очень дорогим сердцу.       — Старший братик, смотри! — Изуна вытаскивает маленькую самодельную флейту из-за пазухи, и пробует извлечь пару звуков. Выходит просто удивительно плохо, и они падают в высокую траву от смеха. Но затем виды солнечного лесного пейзажа и веселых догонялок с братьями принимало все более тревожные очертания, и Мадара сам не заметил, как догнал Изуну, повалил на холодную землю и постарался вырвать глаза несчастного плачущего братика своими грязными руками. Изуна кричал, упирался, молил отпустить его, а Мадара продолжал твердить, что это для всеобщего блага, но сам неминуемо захлебывался слезами, пока вдруг кто-то мягко не встряхнул его, вырывая из мучительного морока.       — Господин! Господин, проснитесь! Что с вами такое?!       Мадара смог хотя бы отчасти прийти в себя, и понял, что сидит на футоне, прижав руки к отяжелевшим векам, в то время как сердце его пыталось вырваться из груди, а щеки в самом деле были залиты слезами, уже по-настоящему. Амари висела на его шее, стараясь успокоить, по наитию продолжая увещевать его и гладить по взъерошенной макушке.       — Я… Я не хотел делать ему больно… Мне пришлось… — прошептал Мадара, все еще не сумев освободиться от впечатления, что произвел на него сон.       — Конечно же вы никому не хотели бы сделать больно, господин! Вы так добры, даже с чужими людьми!.. Конечно же вы никому не навредили бы целенаправленно! — заставила девушка опустить свои дрожащие руки и постаралась уложить его в постель обратно. — Это был сон. Просто сон!       — И ты считаешь, что мой брат не держит зла на меня? — дрожащим голосом спросил Мадара, поддавшись напору девушки, позволяя опрокинуть себя на подушку обратно, но голос его все еще не смог принять спокойные нотки.       — Конечно нет, — уверенно ответила Амари, хоть она и понятия не имела, о чем толкует ее хозяин. Куда важнее было успокоить его.       — Он давно не приходил ко мне во сне… Наверняка случится что-то плохое, — решил для себя Мадара, но девушка, что все еще обеспокоенно сидела рядом, боязливо положив свою руку на его сжатую ладонь, остановила подобные рассуждения.       — Все будет хорошо! Я позабочусь о том, чтобы ничего плохого с вами не случилось, господин! — самоотверженно молвила девушка, заглянув в его лицо с твердым намерением убедить.       Мадара сумел прийти в себя окончательно, ведь его маленькая горничная просто не оставила ему другого шанса. Взгляд его стал ясным, выражение лица таким же спокойным и уверенным, каким было обычно. А уголок губ едва заметно приподнялся под действием жизнеутверждающей реплики Амари.       — А ты довольно самоуверенная, — сказал он насмешливо, но не с целью осадить ее. — Раз так — придется тебе охранять мой покой всю ночь.       Не успела Амари заявить, что как раз это и собиралась сделать, как Мадара вдруг приобнял ее, уложив ладонь ей на лопатки, и с силой прижал к своей груди. Девушка успела лишь удивленно ойкнуть.       — В таком положении это будет удобнее всего, — объяснил он свои действия Амари, которая все еще не до конца поняла, что произошло. Неужели она будет спать не просто прижавшись к нему, а в полном смысле слова в его объятиях?! В объятиях главы клана Учиха… — Кстати, не вздумай вспоминать мне о том, что я расплакался, как мальчишка.       Амари кивнула, не собираясь ставить своего господина в неловкое положение. Строго говоря, сейчас ее занимали более интересные мысли. Ее отношение к лидеру Учиха. Сейчас, ощущая его тепло, слыша размеренный стук его успокоившегося сердца, вдыхая запах ночного халата, она думала о том, что Мадара-сама уже не просто нравится ей. Она очарована до той степени, когда влечение к человеку становится слишком явным, дабы отрицать его. И сейчас Амари ощущала острое возбуждение. Но несмотря на ту самую самоуверенность, в которой будто бы обвинил ее господин, Амари не смела хоть как-то проявить развязность. Отчего-то ее хозяин пригласил девушку ночевать вместе с собой, но с его стороны не было даже намека на интимную связь. Он относился к ней в полном смысле слова как к сестре. Даже сравнивал ее со своим младшим братом. Все говорило о том, что он ее не хочет. И это было вполне себе объяснимо. Кто такая она, Амари, и лидер клана, Мадара-сама? Как же глупо было их сравнивать хоть в чем-нибудь. Разумеется он посчитает подобную связь ниже своего статуса. Может быть это и хорошо…

***

      — Теперь я предупредил караульных, и они без проблем будут впускать тебя и выпускать из селения, когда ты будешь уходить в город, — уведомил свою горничную лидер клана Учиха в то время, когда они уже вышли за изгородь и теперь неспешно следовали через лес. Мадара — спереди, а Амари — услужливо сзади, как и следовало прислуге. — Но имей в виду, старейшины будут посылать время от времени за тобой слежку, дабы быть уверенными, что ты не шпион. Поэтому… в любую секунду веди себя естественно и разумно, Амари.       — Хорошо, господин. Я и не собиралась действовать иначе, — откликнулась из-за его спины малютка.       Мадара всего на мгновение развернулся к ней.       — Это касается не только того времени, когда ты будешь в городе. В моем поместье за тобой тоже будут наблюдать — ты даже не поймешь, когда именно это будет происходить. Поэтому, если я не удосужусь ответить на какой-нибудь твой вопрос, если мое поведение покажется тебе подозрительным — просто вспомни о том, что я сказал тебе.       Амари не вполне понимала, почему при посторонних ее хозяин просто обязан вести себя с ней грубо. Но спорить не стала.       — Но разве сейчас, говоря об этом, вы не боитесь, что вас могут подслушать, господин? — с недоверием осмотрелась девушка. Мадаре ее предусмотрительность понравилась.       — Нет. Я чувствую любого шиноби задолго до того, как он приблизиться на достаточное расстояние. По чакре. — Амари уже хотела было начать расхваливать способности главы Учиха, но не успела, ибо Мадара замедлил шаг и обратился к ней снова. — Сейчас рядом никого нет. Поэтому… можешь не плестись сзади, а идти рядом со мной.       — Правда?       Стоило ли говорить, как обрадовалась Амари. Все-таки насколько же противоречиво поведение ее господина, подумалось девушке. Еще секунду назад он попросил ее не забывать своего места, исправно сносив любое поведение хозяина, а уже сейчас просит идти буквально рука об руку.       — Да. Я иду в город не только для того, чтобы помочь тебе купить все необходимое, — снова возобновил свой шаг Мадара, сложив руки в замок за спиной. Амари частенько видела, как подобным образом ходили вельможи и феодалы, которые приезжали в их деревню за сбором налогов, и это напоминало девушке петушиную походку. Сейчас, глядя на этого Учиха, она поняла, какой именно эффект должна была производить подобная манера передвигаться. Мадара тем временем продолжал свои изъяснения. — Я был бы не против… немного развеяться.       — Желаете сходить в публичный дом?       — Амари… — смерив девушки осуждающим взглядом молвил Учиха, снова усомнившись в ее сообразительности. — Я думал, что сумел произвести на тебя впечатление достойного человека.       — Господин! Я не знаю никого достойнее вас! — поспешила сказать девушка, и это была правда. Однако, кое-какой вопрос до сих пор ее мучал. — Но когда взрослый здоровый мужчина занимается подобным, разве это не нормально?       Служанка желала его подтолкнуть к мысли о том, что она, Амари, спокойно относится к подобному, и, соответственно, если бы хозяин попросил ее разделить с ним ночь уже по-настоящему — сопротивляться бы не стала. Но Учиха понял ее реплику немного по-другому.       — Что это за разговор ты затеяла? — тотчас с подозрением отозвался Мадара. Было ясно, что девушка начала обсуждение подобной щекотливой темы не просто так. О, ясно. Желает убедиться, что он, Мадара, не станет принуждать ее к соитию. Разумеется, он не собирался этого делать. — Взрослый здоровый мужчина, как ты говоришь, в первую очередь обязан думать головой, а не любым другим местом. И конечно же держать себя в руках.       Амари заметно поникла. Мадара даже не заметил этого, но теперь девушка сделала вывод, что, возможно, женщины ему не так уж и интересны. И тем более ему не интересна она, Амари. Как же так?       В городе как и всегда был аншлаг. Особенно на торжище. Люди самых разных возрастов и достатка сновали туда-сюда, и девушка чуть было не растерялась. К тому же в столице она была впервые в жизни.       — Смотрите, господин! Там продают овощи, идемте, — уже шагнула в сторону прилавков девушка, но Мадара своевольно развернул ее в противоположную сторону.       — Подожди со своими баклажанами и дайконом. Сперва займемся самым хлопотным, — молвил он, продолжая вести ее за предплечье за собой.       — Самым хлопотным? Чем же? — не поняла Амари. Ответом на вопрос послужил возглас лавочника, что с огромным радушием встретил их за занавеской:       — Добро пожаловать в ателье самых лучших кимоно во всей Стране Огня!       Лицо Амари вытянулось, ибо те кимоно, что были развешаны в качестве примера и впрямь выглядели невероятными. Невероятно дорогими — так точно.       — Господин, давайте уйдем, — шепнула ему девушка на ухо, потяну за рукав, заставив чуть наклониться в ее сторону. — Эти кимоно стоят целое состояние…       — Покажите мне вот это, — проигнорировав ее реплику, молвил Учиха, указывая на одно из свернутых одеяний, лежащих на прилавке. Оно было приятного бледно-голубого цвета с небольшим рисунком на рукавах и подоле, а материал был непревзойденного качества. Амари сразу ощутила эту неподражаемую нежность дорого шелка. Мадара будто бы не заметил, как заворожило ее одеяние, и был занят тем, что выбирал для нее оби. — Тебе нравится? — спросил он, когда продавец помог Амари переоблачится, и подвел к большому напольному зеркалу.       — Да, но…       — Тогда мы возьмем его, — встав прямо позади нее, сказал Мадара, откинув ее волосы с плеча за спину, продолжая смотреть в зеркальную гладь. — Не забывай, я покупаю это для себя, а не для тебя. Поэтому мог бы вообще не спрашивать, — с хитрой улыбкой молвил он, стараясь усыпить беспокойство девушки. Та и впрямь замолкла, смущенно опустив взгляд на свои длинные рукава. — И вот это изумрудное, — снова обратился к лавочнику лидер Учиха, и более Амари не пыталась сопротивляться, видя, что ее господин получает от всего этого не меньшее удовольствие, нежели она сама.       Помимо одежды хозяин купил ей все, что могло бы понадобиться девушке в быту и просто в качестве личных вещей, и вскоре рук не осталось, чтобы нести многочисленные пакеты и свертки. Амари не хотела думать о том, сколько же денег спустил на нее глава клана сегодня. Что ж, он говорит, что делает это для того, чтобы видеть по приходу домой красивые вещи, так он это назвал. Пусть будет так.       — Вы уверены, что осталось еще что-то на еду, господин? Мы купили так много вещей… — искренне переживала Амари, не понимая такой показательной беззаботности своего хозяина. Она всегда жила очень бедно, и такое расточительство казалось ей неправильным.       Нельзя было сказать, что у главы клана было слишком уж много лишних финансов, но это был первый раз за долгое время, когда он мог позволить себе потратить деньги на кого-то еще, о ком он в какой-то мере хотел позаботиться.       — Твоя тяга к экономии мне нравится, Амари, — добродушно ответил глава Учиха, и, переложив все свои свертки и пакеты в левую руку, заглянул в рукав, проверив, сколько в самом деле осталось денег. Что ж, не так много но… — Хватит на еду и что-нибудь еще.       —Что-нибудь еще? — не поняла девушка.       — Да. Как на счет вот этой заколки? — остановился напротив ювелирной лавки Мадара, указав на один из нефритовых гребней. Девушка уже приготовилась отказаться.       — Это будет уже слишком, господин. Вы же знаете, я — простая крестьянка, и та одежда и украшения, на которые вы тратите свои деньги, все равно не будут смотреться на мне по-настоящему красиво…       — Разве ты не была ослепительна в тех кимоно? — непонимающе воззрел на нее Мадара.       — А?.. Ослепительна?       — Да, — задумчиво протянул мужчина. — Когда я увидел тебя в той одежде, я подумал про себя, что наверняка не найдется ни одной высокородной принцессы, что смогла бы сравниться с твоим очарованием. Разве тебе самой не показалось так же?       — Мадара-сама… — снова это всепоглощающее чувство трепета от того, что он произносил, от того, что делал, — захватило ее с ног до головы. Никто и никогда не говорил ей ничего подобного. С какой бы целью глава Учиха не делал этого — Амари была в очередной раз потрясена. В какой-то момент ей даже показалось, что она вот-вот заплачет. — Тогда… — наконец Амари обрела дар речи, — вместо заколки давайте купим эту флейту? — указала она пальчиком на небольшую бамбуковую сякухати.       Мадара слегка оторопел, будто бы вспомнил о чем-то позабытом.       — Ты умеешь играть на ней?       — Да. А… что-то не так? — так явственно видя его замешательство, вопрошала Амари.       — Изуна тоже умел на ней играть. Мой брат.       Теперь и девушка смутилась. Снова ее присутствие напомнило господину о любимом родственнике, случайно ли? Мадара решил, что это провидение дает ему знак, что место этой девушке — рядом с ним.       — Я буду счастлив, если ты будешь играть для меня… Амари… — расплатившись за скромный музыкальный инструмент, протянул он флейту девушке.       Что ж, теперь, слегка передохнув, они могли отправиться за пропитанием и наконец вернуться в селение Учиха. Дабы не толкаться со своими многочисленными свертками, Амари предложила своему господину подождать, пока она сама все купит, а затем вернется к нему. Такое предложение не вызвало в мыслях Мадары непринятия.       Однако он не знал, что прямо там его служанка столкнется с одним его давнишним знакомым. Тобирамой Сенджу. Была ли для девушки и эта случайная встреча предопределенной самой судьбой?..