Охотник. Осколки прошлого

Правильного выбора в реальности не существует — есть только сделанный выбор и его последствия. Эльчин Сафарли, «Мне тебя обещали».

Вилия задумчиво взглянула на напряжённую Аврелину, не то готовую бежать от чародейки, не то драться с ней. — Мне нужны документы на Вальда, — коротко потребовала она. Девушка испуганно вздрогнула, услышав её голос, но не стала что-либо говорить, тут же призывая к себе свиток и протягивая его Вилии. Она ещё раз задумчиво взглянула на испуганную произошедшим девушку и вернула свою магическую печать обратно в пергамент, с удовлетворением осматривая его. — Вы понимаете, миледи Аврелина, что это всё произошло по вашей вине? — наконец холодно поинтересовалась Вилия, не в силах сдержать накопившуюся злость. — Если бы вы не воспользовались магией против Рады и Вальда, вашей матери сейчас бы не пришлось ждать суда в городской тюрьме. Будь вы моим охотником, за такое поведение я бы публично выпорола вас, чтобы остальные не позволяли себе подобного. — Если… — Аврелина решительно сжала кулаки и жалобно взглянула на чародейку: — Если я соглашусь, вы освободите мою мать? Не ожидавшая такого, Вилия вопросительно подняла тонкую бровь, внимательно оглядывая решительную девушку. Та изо всех сил пыталась выглядеть спокойной, но жалобно подрагивающие губы портили всю картину. — Я не могу повлиять на решение суда, — наконец спокойно ответила чародейка. — И выпороть вас я тоже, к сожалению, не имею права, хоть и очень сильно хочу это сделать за то, что вы сотворили с Вальдом. Впрочем… — Вилия чуть прищурилась; каждый охотник знал, что именно с таким выражением лица она предлагает очередную проверку на честность: — Её Величество обычно прислушивается к моим словам… — Семья прежде всего, — уныло вздохнула Аврелина, покорно подходя к Вилии и протягивая руку для заключения договора: — Я согласна принять наказание от таны Вилии и не буду иметь к ней претензий после его окончания. Удивлённая Вилия ещё раз оглядела её, отвечая на рукопожатие: — Я обещаю поговорить с Её Величеством по поводу графини Анри де Кадар. Она прекрасно понимала, что данное обещание было слишком расплывчатым и неясным, да и сам этот договор был незаконным, но Аврелина не обратила на это никакого внимания. — И что мне теперь делать? — сдавленно уточнила девушка. — Вставать к столбу? — Нам потребуется розга, — деловито заметила Вилия, пытаясь сдержать улыбку от её напряжённого вида. Издеваться над Аврелиной не входило в её первоначальные планы, но она не могла удержаться и не отомстить хотя бы словесно: — На вашей вилле растёт орешник? Из него выходят самые лучшие розги. Аврелина на секунду призадумалась, а затем медленно побрела в сторону ближайших кустов, на ходу взглядом разыскивая затребованный Вилией орешник. Оцарапавшись о шиповник, через который ей пришлось пролезть, чтобы достать подходящий прут, она покорно протянула сорванную ветку Вилии. — Нужно её очистить от листьев и почек, — кивнула чародейка. — Иначе они будут мешать. Розга должна быть гладкой, чтобы после неё оставались аккуратные следы. Аврелина жалобно поджала губы, но покорно приступила к делу, очищая тонкий прут от листьев. Закончив работу, она ещё более жалобно посмотрела на чародейку, протягивая ей орудие наказания. Вилия взмахнула прутом и внимательно посмотрела на вздрогнувшую от короткого свиста девушку: — Вы готовы? — Готова, — почти всхлипнула та; она попыталась собраться с силами и решительно сжала кулаки: — Что мне делать дальше? — Вы можете рассказать мне, почему так быстро согласились, — усмехнулась почти успокоившаяся Вилия, разглядывая унылую Аврелину. — Вот только давайте обойдёмся без долгих бесед! — с неожиданной злостью вскинулась та. — Вы хотели меня выпороть? Так сделайте это молча! — Вы ведь понимаете, что находитесь не в том положении, чтобы ставить мне условия? — спокойно улыбнулась Вилия. — Я в любой момент могу просто развернуться и уйти, а вместо этого трачу время на вас, пока Вальд вашими стараниями находится в госпитале. — Я не… — Аврелина жестом подозвала к себе какой-то ящик из той кучи хлама, что была навалена в углу, и уныло уселась на него, обхватывая себя за плечи: — Простите, тана Вилия, я не хотела вас оскорбить. Просто… если моя мать узнает, что я могла бы ей помочь, но не сделала этого, она… — Что она? — поинтересовалась чародейка, присаживаясь рядом. — Она меня изобьёт, — Аврелина отчётливо всхлипнула, с силой впиваясь ногтями в плечи. — Изобьёт? — удивлённо переспросила Вилия. — Как? — Отведёт в подвал, закроет все двери, — снова зло вскинулась Аврелина, — отходит ремнём, при этом рассказывая, что именно ей не нравится, и оставит меня там размышлять над моим поведением. Что ещё вы хотите узнать? Как часто она это делает? — Прости, я не это имела в виду, — Вилия подсела чуть ближе и приобняла её за плечи, уже начавшие мелко дрожать от сдерживаемых слёз. Вот уж чего она точно не собиралась делать — так это доводить девушку до истерики и оставлять в таком состоянии. — Законы прямо запрещают подвергать дворян телесным наказаниям. — Для моей матери законы не имеют значения, — жалобно потянула носом та, неосознанно двигаясь ближе к Вилии. — Семья прежде всего. И я должна делать всё, чтобы наш род оставался одним из самых уважаемых в королевстве — начиная от учёбы и заканчивая придворными встречами: прогуляла школу — в подвал, не так улыбнулась — в подвал, уронила вилку — в подвал… — А за нападение на Раду? — зачем-то поинтересовалась Вилия. — Почти три десятка ударов ремнём и три часа в подвале, — всхлипнула Аврелина. — И за это ты решила отыграться на Вальде? — Вилия добавила в голос напускную суровость. — Он оскорбил меня, — девушка подняла полный слёз взгляд на чародейку: — Никому не позволено оскорблять дворян, поэтому моя мать сделала всё, чтобы мои подруги убедились в том, что он жестоко наказан за свою дерзость. — Вальд, конечно, был неправ, — вздохнула чародейка. — Он не должен был вмешиваться и уж тем более оскорблять вас, но вы сами развязали этот конфликт, напав на Раду. — Наверное, — судорожно выдохнула Аврелина, слегка успокоившись после откровенного разговора. — Так вы будете меня бить или нет? — Я даже охотников так жестоко не наказываю, — покачала головой Вилия. — Но могу поговорить с Её Величеством по этому поводу. — Даже королева не сможет ничего сделать, и я не могу ей рассказать о том, что моя мать меня бьёт, — снова всхлипнула та. — Я уже думала над этим — если Её Величество об этом узнает, наш род опозорится при дворе. А виновата в итоге останусь именно я. И единственный выход для меня — сбежать куда-нибудь подальше, чтобы она никогда меня не нашла. Вот только кому я буду нужна? Аврелина ещё раз всхлипнула, а затем медленно опустилась на колени перед не ожидавшей этого Вилией: — Тана Вилия, вы можете мне помочь? Я слышала, что вы помогли Дальяне, которая сбежала из дома… Вы же помогаете всем? Я заплачу́, если нужно… — У неё была совсем другая ситуация, — протянула Вилия, задумчиво рассматривая донельзя расстроенную девушку, стоящую перед ней на коленях. Аврелина просила о помощи, а Вилия никогда не могла никому в этом отказать, хоть и до сих пор злилась на неё из-за того, что та наделала. К тому же, она и сама когда-то сбежала из дома из-за ссоры с матерью, которая нередко поднимала на неё руку. Так что сейчас вполне могла понять Аврелину, вспоминая то бессилие и нервную дрожь при одном только виде розог в руке Эланны. — Рада выглядела такой счастливой, — в попытке сдержать очередной всхлип, Аврелина жалобно поджала губы. — Я хотела всего лишь немного позлить её, чтобы она не была такой радостной… — И вот к чему это привело, — вздохнула Вилия. — Если бы я только знала… — уже откровеннее всхлипнула девушка. — А теперь во всём виновата только я. Моя мать никогда не простит мне этого суда. Пожалуйста, помогите мне… Аврелина снова уселась на тот же ящик и расплакалась, уже не сдерживаясь. Вилия задумчиво перебрала длинную прядь волос на плече, закатила глаза и протяжно вздохнула, взглядом разыскивая поблизости зеркало. Оно, как бы это было ни удивительно, тоже нашлось в куче хлама — расколотое, но вполне подходящее для связи. — Миледи Магна, — вздохнула она в зеркало. — Я вновь прошу о личной аудиенции. Хотя было бы намного лучше, если бы вы смогли переместиться сюда. — Что опять не так? — закатила глаза королева. — Я не могу сказать прямо, но речь снова идёт о вопиющем нарушении законов королевства. Если у вас есть такая возможность, Ваше Величество, не могли бы вы прибыть на задний двор виллы де Кадар? Через пару секунд недовольная королева появилась рядом с Вилией и Аврелиной, непонимающе оглядывая плачущую девушку и задумчивую чародейку. Вилия коротко обрисовала ситуацию, заставляя задуматься и королеву. — Я вижу только один выход из сложившегося положения, — наконец протянула королева так, словно была не совсем уверена в том, что хочет предложить. — Временное поражение в правах. — Нет, — тут же отрезала Вилия. — Это единственный вариант, — пожала плечами Магна. — Других я предложить не могу. Я вообще хотела выслать из столицы их обеих, но теперь даже не знаю, стоит ли. Может, ты и не станешь подавать в суд из-за ранения Рады, но я не стану спускать Аврелине этого просто так. — Что это значит? — сдерживая жалкий всхлип, протянула девушка. — Узаконенное рабство, — скривилась Вилия. — Вы лишитесь магии и станете чьей-нибудь собственностью на тот срок, который назначит Её Величество, — она обернулась к королеве: — Этот закон не применялся уже сотню лет, миледи, и я не считаю нужным вытаскивать его на свет… — Зато он вмиг решит все наши проблемы, — снова безразлично пожала плечами королева: — Она продемонстрирует Анри, насколько далеко может зайти ради семьи; я покажу всем, что моё лояльное отношение к дворянам тоже имеет свои границы, выходить за которые никому не позволено, а ты сможешь забрать Аврелину в Гильдию. — И зачем она мне в Гильдии? — У тебя есть другие предложения? — поинтересовалась Магна. — Я не позволю ей продолжать жить на вилле как ни в чём не бывало, а отдать могу только тебе. Считай это расплатой за Раду и Вальда. — Динере де Дамарис вы же позволили жить на своей вилле, — вопросительно взглянула на неё Вилия. — Не она начала всю эту историю, — пожала плечами королева. — Ты, может, уже и не помнишь, но именно Аврелина ранила Вальда кинжалом в школе чародейства. Она и в тот раз пыталась причинить вред Раде. И ты была права, Джайна просто замяла эту историю, никому ничего не сообщив. Что тогда, что сейчас — зачинщицей стала именно Аврелина. И в этот раз я не спущу ей такого поведения. — Поражение в правах невероятно унизительно для неё, — отрезала Вилия, складывая руки на груди в знак того, что она отказывается от этого варианта. — Я не пойду на это. — Тебя никто и не спрашивает, — усмехнулась Магна. — Решение принимает только она. Либо изгнание из столицы вместе с матерью, либо рабство в Гильдии. Вилия недовольно поджала губы, но не стала ничего говорить в ответ — как ни крути, в этом королева была права. Со вздохом она взглянула на задумавшуюся девушку. — По крайней мере, в таком случае вилле де Кадар не грозит быть закиданной тухлыми яйцами, — вдруг тихо расхохоталась Магна, наблюдая, как её советница тут же смущённо отводит взгляд. — Что вы имеете в виду? — непонимающе всхлипнула Аврелина, поднимая заплаканные глаза на Магну. — В прошлый раз, когда Вальд представал перед судом по обвинению в дерзости по отношению к виконтессе Марии, его оправдали; но через пару дней после этого неизвестные мальчишки, которых так и не поймали, закидали фасад виллы Марии и её саму отборными тухлыми яйцами, — снова рассмеялась королева. — Я наказала и тех, кто это придумал — Клифа и Марка — и их подопечных, которые в этом участвовали, — буркнула Вилия. — А в этот раз я запру все сараи с продуктами на заклинание, чтобы такого не повторилось. — Маркизу Норталь твои умельцы прямо перед моим приёмом подложили в паланкин несколько лопат навоза за то, что его возница кнутом прогнал с дороги кого-то из твоих охотников, — не смогла удержаться от насмешки Магна. — Виконту Розентан перед охотой перекрасили собак в синий цвет, а в термы школы чародейства подкинули мешок лягушек — и совсем недавно выяснилось, что это сделал Вальд. А сколько они натворили вчера и сегодня… Вилия молча закрыла лицо рукой, тяжело вздохнув при этом. Аврелина несмело улыбнулась, видя на её лице невозможное смущение. — Каждый раз, когда я слышу про Гильдию охотников, я знаю, что будет что-нибудь из ряда вон выходящее, — смешливо фыркнула королева. — Может быть, ты слышала, что из подземелий чародейской башни Миранды пропал дракон? — Слышала, — Аврелина подняла на неё вопросительный взгляд. — Его похитил оттуда Вальд, — рассмеялась Магна под негодующим взглядом Вилии. — А за несколько часов до этого Вальда и Раду похитил другой дракон, который и попросил охотника спасти первого. — Зачем? — удивлённо распахнула глаза девушка. — Зачем Вальд похитил дракона? — расхохоталась Магна. — Или зачем дракон похитил Вальда? Что тебя больше интересует? И, насколько я помню, именно после этой истории с драконом Рада разгромила рабочий кабинет Вилии огненным шаром, чтобы Вальду не влетело за кражу дракона. Так что, — по-прежнему смешливо фыркнула королева, — поверь, Гильдия охотников — очень интересное место. Вилия ещё раз недовольно глянула на Магну, но снова ничего не сказала — потому что та вновь была права. Аврелина переводила вопросительный взгляд между двумя сильнейшими чародейками королевства, явно желая что-то сказать. Королева коротко кивнула ей: — Завтра утром я объявлю о начале расследования против Анри де Кадар и Юлии де Дамарис. До вынесения приговора ты сможешь передать мне своё решение насчёт поражения в правах — согласна ты или нет. До тех пор ты — под домашним арестом, Анри останется в тюрьме, в камере для дворян. — Благодарю, миледи, — склонилась та, заметив, что королева собирается уходить. Вилия попрощалась с Магной лишь наклоном головы, а затем вопросительно уставилась на Аврелину. Та вздохнула: — Я надеюсь, что смогу сделать правильный выбор. *** — Честно говоря, я удивлена такому единогласию, — выйдя из базилики на свежий воздух, Вилия взглянула на довольную Магну. — Восемьдесят голосов «Виновна» и всего лишь десять «Оправдана». — Мои агенты сработали довольно неплохо, — кивнула королева, направляясь в сторону Гильдии. — Кроме этого, я запретила Анри нанимать хороших защитников, пригрозив ей судом над дочерью. Поэтому и финальная речь в её защиту была не особо удачной. — Магна внезапно рассмеялась: — До сегодняшнего дня в том подобии сената, которое оставила моя мать, существовали две почти равных коалиции: моя — в основном из представителей незнатных или недавно созданных родов вроде Джайны; и коалиция закосневших противников любых изменений — как Юлия и Анри. Они всё ещё живут памятью о Империи, поэтому принимают все мои указы с изрядной долей скепсиса, считая их блажью… — Политика — это точно не моё, — с усмешкой подняла руки Вилия. — Уж простите, миледи. — Чтобы добиться этого единогласия при голосовании, в последние две недели мне пришлось поговорить со многими из них, — продолжила Магна, словно не слышав её, — и убедить в том, что Империи давно нет. Что я — полновластная королева, а не удобный ставленник влиятельных чародейских родов, который правит лишь до тех пор, пока популярен у народа, армии и сената. — И зачем вы рассказываете мне это? — непонимающе подняла бровь Вилия. — Я никогда и не сомневалась в… — Потому что это всё — из-за Вальда, — тихо расхохоталась королева, вгоняя Вилию в краску смущения. — Можешь добавить в список его «подвигов» полное изменение политического баланса в королевстве и ещё двоих высланных из столицы аристократов ко всем тем, кого я выслала после истории с борделями. Вилия хотела было сказать, что это не так, но после короткого размышления только вздохнула и молча согласилась с ней. — И что теперь мне делать с Аврелиной? — уточнила она. — Что хочешь, — пожала плечами Магна. — Пока что она будет заложницей, чтобы Анри не наделала глупостей, а потом… даже не знаю. Будем считать это экспериментом — сможет ли она влиться в твою Гильдию. Рада же смогла. — Она? — подняла бровь Вилия, оглянувшись на задумчивую Аврелину, наощупь изучающую свой антимагический ошейник и королевский герб на нём. — Точно нет. Не после того, как издевалась над моим сильнейшим охотником. Я, конечно, сделаю, что смогу, но… Нет, они её не примут, — она взглянула на нахмурившуюся королеву и вздохнула: — Не беспокойтесь, они её и пальцем не тронут; Вальд тоже мстить не станет — посчитает, что это ниже его достоинства. Но вот сделать её проживание в Гильдии невыносимым — вполне могут, — Вилия пожала плечами, словно бы извиняясь, и ещё раз оглянулась: — Гильдия держится в первую очередь на уважении. Раду уважают не за то, что она виконтесса и моя ученица, а в первую очередь за то, что она не считает охотников сбродом. Она разговаривает с ними на равных, чем-то интересуется, пытается помочь. А Аврелина… она, конечно, поступила довольно смело, когда попыталась защитить Анри, но… Не знаю, посмотрим, что она представляет из себя. Загодя отправленный в Гильдию, Лейт уже предупредил всех о том, что планируется общее собрание на тренировочной площадке, поэтому, когда там появились Вилия, Магна и Аврелина, их уже ждали вытянувшиеся во весь рост охотники и воспитанники. — Охотники, внимание, — громко начала Вилия. — Сегодня утром состоялось последнее заседание суда над графиней Анри де Кадар и её дочерью Аврелиной де Кадар. По его итогам Анри выслана из столицы, а Аврелина приговорена к временному поражению в правах, поэтому решением миледи Магны весь следующий год она будет принадлежать Гильдии охотников на таких же правах, что и каждый из вас. Но некоторые правила, такие как запрет входить в мою лабораторию или обязательное присутствие на занятиях и тренировках, на неё не распространяются. Вилия коротко оглядела строй вытянувшихся охотников и вызвала к себе Лейта с Вальдом. Вальд уже давно оправился от всех травм, кроме одной — левое его запястье и половина кисти до сих пор были туго перетянуты длинными полосами ткани. Джейн магией воедино собирала раздробленные кости, суставы и порванные сухожилия ладони почти два часа кряду, пока Вилия и Рада занимались более простыми ранами. И несмотря на своё состояние, он попытался сбежать из госпиталя уже на следующее утро. Единственное, чего тогда Вилии удалось от него добиться — недовольного обещания не снимать повязки с лечебной мазью. И Вальд дал это обещание лишь потому, что Вилия пригрозила привязать его к кровати госпиталя и поставить рядом кого-нибудь в качестве охраны. — На время пребывания Аврелины в Гильдии её наставником станет Лейт, — громко объявила чародейка, а затем перевела вопросительный взгляд на Вальда: — Ты серьёзно пострадал от её руки, поэтому сейчас, согласно правилам Гильдии, можешь требовать для неё наказания. Удивлённый таким предложением, Вальд вопросительно поднял брови, оглядывая и испуганную девушку, и чуть прищурившуюся в ожидании ответа чародейку. За секунду приняв решение, Вальд лишь усмехнулся: — Честно говоря, это было довольно ожидаемо после всего того, что я ей наговорил. У меня нет к ней претензий. По губам Вилии скользнула едва заметная улыбка облегчения. И Вальд, казалось, это увидел, поэтому не мог не добавить: — Я не в обиде даже за собачий ошейник, леди Аврелина — только из-за того, что в ошейнике сейчас вы. Могу ещё миску принести с вашей виллы. — Вальд! — процедила Вилия. — Я это заслужила, — Аврелина изо всех сил пыталась выглядеть спокойной, но сжатые кулаки и напряжённые скулы выдавали её: — И знала, на что шла, надевая этот ошейник. Я готова даже к телесному наказанию, если ты позволишь мне остаться. Вальд удивлённо взглянул на Вилию, явно не понимая, что произошло с той самодовольной аристократкой, которая только недавно издевалась над ним, как могла. Сейчас же она выглядела покорной и, одновременно с этим, решительной, словно приговор королевского суда что-то изменил в ней. Вилия коснулась плеча высокого охотника, намекающе взглянув на него: — Ты опять влез в чужие семейные дела, Вальд. Подумай, отчего она готова лишиться магии и надеть ошейник, лишь бы её приняли в Гильдии? Для неё магия значит едва ли не больше, чем для тебя — знак Гильдии. Ты бы смог добровольно отдать его? Вальд задумчиво коснулся знака через рубашку, внимательно рассматривая решительную Аврелину. Он не знал, что именно с ней произошло, но пожалел девушку. — У меня нет к вам претензий, леди Аврелина, — с усмешкой Вальд наклонил голову в почти уважительном поклоне. — Все свободны, — громко объявила Вилия, отпуская собравшихся. Она обернулась к королеве и с облегчением выдохнула: — Я сделала всё, что смогла. Дальнейшее зависит только от неё. На вопросительный взгляд Магны она на всякий случай пояснила: — Вальд — один из самых уважаемых охотников Гильдии. Он отказался от претензий к Аврелине, поэтому у остальных теперь нет повода ей мстить. А с Лейтом без уважительной причины никто связываться не станет — в негласной иерархии охотников он считается моим заместителем, то есть одним из самых влиятельных. — Как же у вас всё сложно, — вздохнула королева, — но в тот же момент интуитивно понятно. Меня всё больше и больше привлекает мысль о том, чтобы привнести ваши правила в школу чародейства, чтобы и мои благородные придворные были такими же… благородными, как твои охотники. — Удачи, миледи, — не сдержала усмешку Вилия. — И есть у меня ещё одна мысль, которую я думаю осуществить, — в ответ насмешливо улыбнулась Магна. — Почти все мои советницы — герцогини и графини. Все, кроме одной очень упрямой главы Гильдии. Это как минимум несолидно. Я вот подумываю над тем, чтобы сделать тебя графиней. — Я откажусь, — покачала головой Вилия. — Вы хотите, чтобы меня окончательно завалило бумагами? — Получишь земли где-нибудь неподалёку и устроишь там ещё одну тренировочную площадку для своих охотников, — намекающе подняла бровь Магна. — А то они у тебя в центре столицы шалаши строят и костры разводят. На природе-то тренироваться в выживании намного удобнее. Вилия задумчиво перебрала длинную прядь тёмных волос, обдумывая неожиданную перспективу. — Придумай, как нам перестроить обучение чародеев, и я награжу тебя титулом и парочкой владений, — усмехнулась Магна. — Я, конечно, могу выделить в Гильдии несколько комнат для проживания дворян; у меня есть свободные помещения, да и охотники могут потесниться, — задумчиво протянула Вилия. — Но кто согласится жить вместе с… — она недовольно поджала губы, вспомнив, как относятся к охотникам, — … вместе с «моим сбродом»? — Рада и Аврелина уже живут в Гильдии, — пожала плечами Магна. — Дальяна тоже хотела стать охотником. Думаю, если распространить среди моих сторонников слух, что Гильдия принимает даже аристократов, то желающих у тебя будет слишком много. — Но, миледи, — нахмурилась чародейка, — я же не могу наказывать ваших придворных так, как я делаю это с охотниками. Я не могу запирать их в карцере и поручать им унизительную работу за нарушение правил. И уж тем более не стану публично бить плетью. — Послушай, — серьёзно взглянула на неё королева, — сегодня я обвинила во взяточничестве и выслала из Вериса Анри, завтра — отправлю в ссылку Юлию. На кого я могу рассчитывать? Пока что — на тебя, твою Гильдию и ещё несколько преданных мне советников. Мне нужны чародеи с преданностью твоих охотников. Делай что хочешь, но ты обязана придумать, как привить моим будущим придворным такие же твёрдые принципы. У тебя есть Аврелина — вот и тренируйся на ней. — Я подумаю над этим, миледи, — серьёзно кивнула Вилия. — Обязательно подумаю.