Приключение беловолосого чуда! Или я сын Джираи!

POV Шисуи  Звон сталкивающегося металла разнесся над тихим тренировочным полигоном клана Учиха.  Я плавно ушел в сторону, пропуская летящий сюрикен в миллиметре от щеки, и мягко перехватил запястье атакующего. Маленькая рука в моей хватке напряглась, пытаясь вывернуться, но я лишь тепло усмехнулся и разжал пальцы.  — Ты стал быстрее, Итачи. Твои броски уже превосходят уровень многих генинов.  Сын главы клана отступил на шаг, поправляя сбившееся дыхание. Ему было всего восемь лет, но в его темных, глубоких глазах не было ни капли детской наивности. Он смотрел на мир с такой серьезностью и пониманием, что иногда мне становилось не по себе.  — Я все еще не могу пробить твою защиту, Шисуи-сан, — тихо, но твердо ответил Итачи. — Мои движения были слишком очевидными. Ты думал о чем-то другом, но все равно легко отбил атаку.  Я виновато потер затылок. Этот мальчишка был слишком проницательным.  Я опустился на деревянное крыльцо старого додзе и похлопал по месту рядом с собой. Итачи послушно сел, сохраняя идеальную, почти военную осанку.  Он был прав. Я действительно был рассеян. Мои мысли раз за разом возвращались к клочку бумаги, который лежал в моем подсумке.  «Ушел в соло-кач. Присматривай за Конохой и не смей сдохнуть, пока меня нет. Буду через пару лет. Ашура».  Никаких долгих прощаний. Никаких рукопожатий у ворот деревни или напутственных речей. Просто короткая, сухая записка, оставленная на столе в моем доме, пока я был на встрече с главой клана.  «Типичный Ашура», — мысленно вздохнул я. — «Спас Каэде от отчаяния, раздал приказы и просто исчез, как призрак. Этот парень всегда держит дистанцию, словно боится, что мы подойдем слишком близко. Словно любая привязанность для него — это слабость».  Я скосил взгляд на Итачи. Мальчик молча смотрел на тренировочные мишени, анализируя свои прошлые ошибки.  Забавно. Чем больше я смотрел на сына Фугаку, тем больше сходства находил между ним и моим напарником из Листа. Они оба были гениями. И они оба носили внутри какую-то тяжелую, непонятную мне ношу.  Ашура смотрел на мир как на огромную шахматную доску, где каждый шаг просчитан до мелочей, а люди — лишь фигуры с определенным описанием. Итачи смотрел на клан и деревню с такой же взрослой, пугающей отстраненностью, словно пытался разгадать саму суть жизни и смерти, пока другие дети играли в ниндзя.  — Шисуи-сан? — Итачи повернул ко мне голову, заметив мой пристальный взгляд. — Твой друг... тот, с кем вы сражались в финале Экзамена. Отец сказал, что он покинул деревню. Это из-за него ты сегодня такой задумчивый?  Я усмехнулся, глядя в ясное небо над кварталом Учиха.  — От главы клана ничего не утаишь, да? Да, Итачи. Мой напарник ушел в долгое путешествие.  — Разве шиноби не должны держаться своих команд? — Итачи слегка нахмурился, пытаясь понять логику. Для него деревня и связи были фундаментом. — Одиночка уязвим.  — Обычно — да, — кивнул я. — Но Ашура... он другой. Он ушел именно потому, что хочет стать абсолютным щитом для тех, кого считает своими. Он думает, что я не вижу, как он заботится о нас, прячась за своими холодными словами и странными фразами. Но обладателя Шарингана сложно обмануть. Я вижу его настоящие мотивы.  Я прикрыл глаза, вспоминая наш бой на арене. Тот момент, когда его невидимый клинок остановился у моей шеи, а мой меч уперся ему в грудь.  Мой Шаринган с тремя томоэ сейчас спал, но я чувствовал, как сила пульсирует в моих глазах. Ашура ушел, чтобы выковать из себя абсолютное оружие. Он бросил мне вызов. И если я хочу остаться его равным, если я хочу однажды прикрыть ему спину, мне нельзя расслабляться.  Я поднялся на ноги и потянулся.  — Ну что, Итачи? Готов еще к одному спаррингу? В этот раз я не буду сдерживаться. Покажу тебе пару трюков с Телесным Мерцанием.  Глаза малолетнего гения слегка расширились, а затем в них вспыхнул искренний, жадный до знаний огонек.  — Да, Шисуи-сан.  «Качайся, стратег», — мысленно обратился я к Ашуре, доставая тренировочный клинок. — «Но не думай, что когда ты вернешься, я буду стоять на том же месте». Конец POV Шисуи *** Три дня пути на север, к границе Страны Травы, дались мне тяжело.  Моя правая рука все еще была плотно замотана бинтами и спрятана под плащом. Золотая Регенерация делала свое дело — мышечные спазмы ушли, но системный дебафф «Травматическая перегрузка» висел в интерфейсе красным флагом, урезая Силу и Ловкость наполовину. До полного отката оставалось еще четырнадцать часов.  Я сидел на толстой ветке старой сосны, слившись с корой, и смотрел вниз.  Моя цель находилась на поляне. Иширо, нукенин Скрытого Камня. Награда: 150 000 Ре. Он сидел у костра, жаря мясо на вертеле. Здоровый, грузный, с мозолистыми руками — типичный танкованный моб В-ранга, специализирующийся на стихии Земли.  Мой план был прост и прагматичен: взять его измором. Я собирался просидеть на этом дереве до утра, дождаться, пока дебафф спадет, а затем просто снести ему голову Вакуумным Клинком издалека. Никакого риска. Идеальное прохождение.  Я уже прикрыл глаза, собираясь войти в легкий транс, как вдруг перед лицом вспыхнуло кроваво-красное окно Системы.  [Внезапное Задание: Преодоление Лимитов] Описание: Система фиксирует попытку Игрока избежать трудностей. Настоящая сила куется в невыгодных условиях.  Условие: Устранить цель (Ранг В или выше) до истечения таймера дебаффа «Травматическая перегрузка».  Награда: Мгновенное повышение физических характеристик (Сила и Выносливость +15%), Фрагмент Золотой Карты (1/3).  Штраф за отказ/провал: Продление дебаффа на 72 часа, перманентное снижение Ловкости на 5%. Я едва не подавился воздухом, вчитываясь в светящиеся строчки.  — Чертовы разработчики, — беззвучно, одними губами выругался я на русском.  Это был чистой воды шантаж. Система принудительно ломала мой безопасный план. Если я откажусь — потеряю статы и просижу инвалидом еще три дня в лесу, полном опасностей. Но если соглашусь... плюс пятнадцать процентов к физике! Это колоссальный буст, который сэкономит мне месяцы изнурительных тренировок с утяжелителями. Это то самое «расширение каналов», которое мне жизненно необходимо для контроля этой чакры А-ранга.  Манчкин внутри меня мгновенно взвесил риски и потенциальный лут. Награда стоила того, чтобы рискнуть жизнью.  «Принимаю», — мысленно рявкнул я.  Окно мигнуло и свернулось в таймер. Игра началась.  «Аналитический ум. Оценка цели. Бронзовые и Серебряные пассивки — активация», — я переложил стандартный кунай в здоровую левую руку. — «Контроль дыхания. Уличный бой. Точечный удар. Придется играть от стелса и критов». Я бесшумно скользнул с ветки вниз. Гравитация потянула меня к земле, я сгруппировался и мягко перекатился по влажному мху. Иширо ничего не услышал.  До его широкой спины оставалось пять метров. Четыре. Три.  Я сделал еще один шаг, как вдруг под ногой предательски хрустнула ветка. Сниженная Ловкость дала о себе знать — я не успел перенести вес.  Иширо отреагировал мгновенно. Он бросил мясо и перекатился в сторону, одновременно складывая печати.  — Стихия Земли: Каменные пули!  Три куска породы размером с кулак вырвались из земли и полетели в меня. Тело отозвалось с пугающей задержкой. Один камень чиркнул по плечу, разрывая белый плащ. Второй глухо ударил в бедро.  «Мерцающий Шаг. Минимальное потребление», — я влил крохи чакры в ноги, делая резкий, неестественно быстрый рывок вперед, прямо к лицу поднимающегося нукенина.  Иширо инстинктивно вскинул руки, покрывая их каменной броней, ожидая удара в лоб. Но мой «Уличный бой» диктовал другие правила.  Мой левый кулак с зажатым кунаем нырнул под его блок, целясь в незащищенную подмышку — прямо в артерию. Сталь вошла в плоть.  Иширо взревел от боли и наотмашь ударил меня коленом в живот.  Меня отбросило на три метра. Я перекатился по грязи, тяжело кашляя. Воздух выбило из легких. Урезанная Выносливость не смогла полностью поглотить урон от взрослого шиноби.  — Мелкий ублюдок Конохи! — проревел нукенин, вырывая кунай из подмышки. Кровь заливала его бок. Он хлопнул ладонями по земле. — Я раздавлю тебя!  Земля под моими ногами дрогнула, превращаясь в вязкую трясину.  «Грязевое Болото. Контроль территории», — мой мозг работал холодно, несмотря на боль. — «Нужно подобраться вплотную». Я выдернул ноги из грязи, отпрыгивая на ствол ближайшего дерева. Иширо бросился за мной, занося кулак, покрытый камнем. Он ударил по стволу, ломая его пополам. Но я уже оттолкнулся от коры, пикируя на него сверху.  — Сдохни! — он выбросил второй кулак вверх.  «Точечный удар. Активация». Я не стал блокировать. Я позволил своему телу упасть, сместив центр тяжести в последнюю долю секунды. Каменный кулак прошел в миллиметре от моего лица, содрав кожу на скуле.  В ту же секунду я выбросил левую руку вперед, сложив пальцы в жесткую щепоть, и ударил его прямо в горло, в основание кадыка.  Хруст сломанного хряща был оглушительным.  Глаза Иширо выкатились. Он захрипел, хватаясь за горло. Каменная броня осыпалась. Разрушенная гортань не позволяла ему вдохнуть. Я приземлился в грязь, тяжело дыша, и смотрел, как огромный нукенин падает на колени, а затем валится лицом в траву.  В интерфейсе вспыхнуло золотое свечение.  [Задание Выполнено: Преодоление Лимитов] Цель устранена до спадения дебаффа.  Награда: Сила и Выносливость увеличены на 15%.  Получен Фрагмент Золотой Карты (1/3).  Дополнительный опыт за ближний бой без ниндзюцу.  По телу пробежала горячая, приятная волна. Боль в ребрах немного притупилась, а мышцы словно налились свинцом и сталью одновременно. Буст сработал.  «Это было грязно и больно», — я мысленно дал оценку своему бою, сплевывая кровь. — «Но лут того стоил». Я подошел к телу и левой рукой достал пустой свиток. Начертить печати одной рукой было сложно, но я запечатал труп нукенина. 150 000 Ре и крупный системный апгрейд. Охота оказалась прибыльной.  Я развернулся и зашагал на восток, туда, где за деревьями виднелся дым от труб пограничного города Танзато. Там меня ждали деньги, отдых и, возможно, новые заказы. *** Пограничный город Танзато встретил меня грязью, запахом дешевого алкоголя и настороженными взглядами.  Это была классическая серая зона на стыке Великих Стран, куда стекались контрабандисты, дезертиры и те, кому путь в скрытые деревни был заказан. Идеальное место для фарма, но ужасное для десятилетнего ребенка в официальной форме Листа.  Еще на подходе к городу я снял свой новенький зеленый жилет Чунина и убрал его на самое дно рюкзака. Поверх гражданской одежды накинул старый, потрепанный в боях белый плащ, натянув глубокий капюшон. Лицо до самых глаз закрыл плотной тканевой маской. Правую руку, все еще отходящую от системного дебаффа, я жестко зафиксировал бинтами под плащом.  Теперь я выглядел не как восходящая звезда Конохи, а как мелкий, побитый жизнью бродяга.  Оставался главный вопрос — как найти пункт обмена черного рынка. Вывесок с надписью «Сдаем головы нукенинов здесь» в таких местах не вешают. Расспрашивать местных — верный путь к ножу под ребра.  «Золотая пассивка "Эхо чакры". Режим: Пассивное сканирование. Фильтр: Аномалии». Я закрыл глаза, стоя в тени грязного переулка. Мир вокруг потерял краски, превратившись в сетку синих пульсаций.  Обычные гражданские светились тусклыми искрами. Мелкие бандиты — чуть ярче, но их чакра была грязной и хаотичной. Я отсеивал этот мусор, расширяя радиус. Мне нужны были те, кто профессионально прячет свою силу.  Спустя пять минут я нашел аномалию. В трех кварталах от меня, под ничем не примечательной таверной, пульсировал узел скрытой чакры. Десяток плотных сигнатур, которые искусственно подавлялись, чтобы не фонить на улицу.  «Бинго», — я открыл глаза и зашагал в нужную сторону. Увеличенные на пятнадцать процентов статы Силы и Выносливости делали мой шаг пружинистым, а тело казалось непривычно легким, несмотря на ноющую руку.  Таверна называлась «Слепой Кабан». Я прошел мимо пьяных завсегдатаев на первом этаже, безошибочно вычислил неприметную дверь у барной стойки и толкнул ее.  Путь преградил здоровяк со шрамом через все лицо. Он презрительно скривился, глядя на мой капюшон.  — Заблудился, малец? Детский приют на другой улице.  Я не стал тратить время. Левая рука неуловимым движением скользнула под плащ, и лезвие куная уперлось точно под подбородок вышибалы, в сонную артерию. Мой взгляд, встретившийся с его глазами, был абсолютно пустым.  — К брокеру, — тихо произнес я.  Здоровяк сглотнул, почувствовав холодную сталь. Его спесь испарилась мгновенно. Он медленно поднял руки и отступил на шаг, пропуская меня к темной лестнице, ведущей в подвал.  Подпольный пункт обмена оказался просторным помещением, пропахшим сыростью и старой кровью. Вдоль стен сидели несколько хмурых наемников. За массивным столом в центре восседал худой, крысоподобный человек в дорогих шелках.  Я подошел к столу и левой рукой бросил перед ним запечатывающий свиток. Коротко сложил печать концентрации.  Хлопок. Густое облако дыма рассеялось, явив на досках стола мертвое тело Иширо с пробитым горлом.  По подвалу прокатился тихий гул удивления. Наемники напряглись. Брокер прищурился, разглядывая труп нукенина В-ранга, а затем перевел цепкий взгляд на меня.  — Иширо из Камня. Награда сто пятьдесят тысяч Ре, — скрипучим голосом констатировал он, доставая трубку. — Впечатляет, малец. Но мы оба понимаем, что ты просто нашел его труп в лесу. Дам двадцать тысяч за доставку, и проваливай.  «Классический скрипт НПС-торговца. Попытка обмана из-за разницы в возрасте», — мой внутренний манчкин сработал мгновенно.  Я не стал спорить. Я просто наклонился над столом. Моя левая ладонь с глухим стуком легла на дерево прямо перед лицом брокера.  — Моя правая рука сломана, — мой голос был ровным, тихим, но пробирал до костей. — Мой резерв истощен. Но даже в таком состоянии мне потребуется ровно одна целая и две десятых секунды, чтобы вскрыть твою гортань тем же способом, которым я вскрыл ее этому куску мяса. А твоя охрана успеет отреагировать только на звук твоего падающего тела.  В подвале воцарилась гробовая тишина. Я выпустил малую крупицу Жажды Крови, смешанную с чакрой Ветра. Воздух вокруг стола заметно похолодел.  Брокер замер. Крысиное лицо побледнело. Он видел перед собой не ребенка, а отмороженного профи, которому было плевать на правила.  — Сто пятьдесят тысяч, — он судорожно сглотнул и полез в ящик стола. Вытащил три увесистых пачки купюр и положил передо мной. — Без комиссии. Полный расчет.  Я сгреб деньги левой рукой и убрал их в подсумок.  — Мне нужно внести тебя в реестр для отчета перед заказчиками, — брокер нервно сглотнул, открывая толстую книгу в кожаном переплете. — Как записать? Имя или позывной?  Я замер.  Перед глазами на долю секунды вспыхнули синие экраны мониторов. Звук дождя. Зеленая иконка в Дискорде, которая навсегда стала серой. Никнейм моего лучшего друга, моего саппорта, которого я не уберег в погоне за серверным первенством.  «Я возьму твое имя, Илья», — мысленно произнес я. — «Чтобы никогда не забывать, что бывает, когда относишься к живым людям как к строчкам кода». Я моргнул, возвращаясь в сырой подвал мира шиноби.  — Алиас, — холодно ответил я.  Брокер быстро чиркнул пером по бумаге.  — Принято, Алиас. Еще дела будут? У меня есть пара свежих контрактов на С-ранг.  — Меня не интересуют мелкие сошки, — я чуть откинул капюшон. — Меня интересует специфический лут. Артефакты. Медицинские техники. Что-то, что способно останавливать время в живых тканях или консервировать состояние тела на грани смерти. Любая информация. Я плачу щедро.  Брокер удивленно поднял брови.  — Редкий запрос. На черном рынке такие игрушки не продаются. Хотя... — он хитро прищурился, почуяв выгоду. — Есть одно место. На побережье Страны Травы. Запечатанные руины. Говорят, они остались со времен падения клана Узумаки. А они были помешаны на печатях стазиса и жизненной силе.  Мое сердце пропустило удар. «Узумаки. Идеально. Их фуиндзюцу способно обмануть даже смерть. Это мой ключ к спасению Шисуи». — Я собираю туда экспедицию через три дня, — продолжил брокер. — Мои люди нашли карту. Но руины прокляты. Нашпигованы ловушками и охраной, которую обычным железом не взять. Мне нужны сенсоры и бойцы с хорошими мозгами. Пойдешь с нами — получишь долю и право первого выбора из любых найденных медицинских артефактов.  Я посмотрел на троих наемников, сидящих вдоль стены. Жадные, побитые жизнью ронины. Их глаза маслянисто блестели при слове «сокровища».  В интерфейсе тут же вспыхнуло системное предупреждение:  [Внимание! Формируется Временная Группа (Пати)] Участники: Алиас (Игрок) + 3 НПС-наемника. Статус: Временный альянс.  Оценка лояльности: 5%.  Вероятность предательства при обнаружении ценного лута: 99%.  Мой внутренний рейд-лидер презрительно усмехнулся.  Это будет классический забег в подземелье с рандомами, которые попытаются вонзить мне нож в спину при первой же возможности. Идеальные условия для того, чтобы проверить свои новые статы.  — Я согласен, — я натянул капюшон обратно. — Выдвигаемся через три дня. Постарайтесь не перерезать друг другу глотки до начала рейда. *** Комната на чердаке дешевого постоялого двора «Хромая Жаба» пахла пылью, сырым деревом и дешевым мылом. Но здесь была кровать, крепкая дверь с засовом и окно, выходящее на глухую стену соседнего здания. Идеальная точка сохранения.  Первым делом я натянул поперек комнаты тонкую леску на уровне щиколоток, привязав к концам пару колокольчиков, купленных на сдачу. Стандартная паранойя шиноби, умноженная на опыт соло-игрока. В серой зоне доверять нельзя даже скрипучим половицам.  Я стянул грязный плащ, бросил его на стул и опустился на жесткий матрас.  Я аккуратно размотал бинты на правой руке. Кожа все еще была воспаленной, с синяками в местах разрыва мелких сосудов, но мышцы больше не сводило судорогой. Золотая пассивка Регенерации отрабатывала свой ранг на все сто процентов. А благодаря системному бусту в пятнадцать процентов к физике, я чувствовал, как волокна мышц становятся плотнее, перестраиваясь под новые лимиты.  Я достал из подсумка пачки купюр и разложил на кровати. Сто пятьдесят тысяч Ре. Для десятилетнего пацана — целое состояние. Для Игрока, которому нужно готовиться к эндгейму — жалкие копейки. Одно высокоранговое зелье или свиток S-ранга на черном рынке обойдутся в миллионы.  «Завтра нужно обновить арсенал. Лески, взрывные печати, дымовые шашки, антидоты», — мой Аналитический ум привычно составлял список покупок. — «Этот данж Узумаки не будет легкой прогулкой. Ловушки мастеров фуиндзюцу — это не системные мобы, которых можно просто закликать уроном». Я убрал деньги обратно, выпил воды из фляги и откинулся на подушку.  Глаза слипались. Три дня пути, бой с нукенином, постоянное напряжение — физическое тело ребенка требовало перезагрузки.  Я закрыл глаза.  Сначала была просто спасительная темнота. Но затем, словно загрузочный экран, она сменилась холодным синим свечением мониторов.  Я снова сидел в своем старом, продавленном компьютерном кресле. Комната была абсолютно пустой и тихой. Шум голосового чата исчез. Рейд был окончен. Босс убит. Лут распределен.  Мой взгляд был прикован ко второму монитору. К окну Дискорда.  Иконка с ником «Alias» была серой. Статус: Не в сети.  Я потянулся к мышке, чувствуя, как рука дрожит мелкой, противной дрожью. Кликнул на историю личных сообщений.  Там висело одно непрочитанное письмо. Отправленное ровно за три минуты до того, как мы снесли боссу последние проценты здоровья. В тот самый момент, когда я приказал ему заткнуться и хилить танка.  «Макс, я больше не вывожу. Реал сломал меня. Извини, что подвел гильдию. Удачного фарма, Архитектор». В груди образовалась ледяная пустота, засасывающая в себя весь кислород.  Я ударил кулаком по столу, желая разбить клавиатуру вдребезги, но рука прошла сквозь пластик, как сквозь голограмму. Это было лишь воспоминание, намертво выжженное в моих нейронах. Запись моей величайшей ошибки, поставленная на вечный повтор.  Я был богом в цифрах, процентах и таймингах. И я оказался абсолютным, жалким ничтожеством в реальности, где у людей не было полосок здоровья, которые можно было заполнить одним кликом мыши.  Тьма сомкнулась вокруг меня, стирая синий свет экранов.  Я резко сел на кровати, хватая ртом воздух гостиничной комнаты.  По лбу катился холодный пот. Руки до боли сжимали грубую ткань одеяла. Я сидел в полумраке, слушая, как за окном Танзато пьяно орет какой-то наемник, и пытался унять бешеное сердцебиение.  Бронзовая пассивка «Контроль дыхания» включилась автоматически, выравнивая пульс.  — Я не повторю этого, — прохрипел я в тишину комнаты. Мой голос звучал сухо, как треск ломающегося сухожилия. — В этот раз... в этом мире Система работает в реальности. Значит, я могу ее контролировать.  Я посмотрел на свою правую руку и медленно сжал ее в кулак. Боль почти ушла. На ее месте зарождалась тяжелая, свинцовая мощь.  *** Три дня пролетели в монотонной рутине.  Я ел, спал, медитировал, гоняя чакру по восстанавливающимся каналам, и закупался на местных рынках. Я старался не выделяться, изображая немого курьера. Никто не обращал внимания на мальчишку в капюшоне, покупающего мотки стальной проволоки и дешевые кунаи пачками.  На утро четвертого дня Система тихо звякнула.  [Статус: Полное восстановление. Каналы чакры адаптировались. Текущая пропускная способность увеличена.] Дебафф слетел давно, но сейчас полностью адаптация прошла. Я стоял перед мутным зеркалом в своей комнате. Сжал и разжал правую руку. Влил в нее тестовую порцию чакры Ветра. Никакой боли. Никаких спазмов. Только чистая, концентрированная энергия, готовая разорвать что угодно по моему приказу.  Увеличенные статы Силы и Выносливости давали о себе знать — осанка стала жестче, движения потеряли детскую угловатость, обретя хищную, выверенную плавность.  Я повесил ножны с катаной А-ранга за спину. Затянул ремни подсумков. Натянул на лицо маску.  Пришло время.  Я спустился вниз, покинул гостиницу и направился к оговоренной точке сбора — заброшенному складу на окраине Танзато.  Трое моих "союзников" уже были там. Брокер не пришел, отправив только исполнителей. Наемники курили, сидя на деревянных ящиках. Обычные ронины В и С рангов, вооруженные тяжелыми мечами и жаждой наживы.  Заметив меня, один из них, с сальной повязкой на лбу, сплюнул на землю.  — А вот и наш сенсор-переросток, — хмыкнул он, окидывая взглядом мой невысокий рост. — Брокер сказал, что ты типа профи, Алиас. Надеюсь, ты умеешь искать ловушки лучше, чем прятаться за плащом.  В интерфейсе привычно мигнуло окно: [Статус группы: Временный альянс. Вероятность удара в спину: 99%.] Я не ответил на провокацию. Мой взгляд, спокойный и холодный, скользнул по их фигурам, оценивая уязвимые точки.  — Я иду первым, — ровно произнес я. — Если я поднимаю руку — вы замираете. Если вы делаете шаг без приказа и активируете барьер Узумаки... я не буду вас спасать. Я просто использую ваши трупы, чтобы проверить радиус поражения ловушки.  Наемник подавился дымом. Двое других помрачнели, инстинктивно потянувшись к оружию. Они почувствовали в моем голосе ту же ледяную угрозу, что и брокер три дня назад.  — Поняли, босс, — сквозь зубы процедил второй ронин, шрамированный мечник. — Выдвигаемся. Руины в двух днях пути к побережью.  Я развернулся и пошел к выходу из города.  Данж ждал своего рейд-лидера.