Игрок №8

      На общий обед Гермиона не спустилась, потому что, во-первых, была сыта (во всех смыслах), а во-вторых, все же избегала лишнего внимания в свою сторону. Да и подумать ей предстояло серьезно. Но к вечеру она все же выбралась и тут же уволокла из башни Гарри и Рона, которые в это время с азартом наблюдали за шахматным поединком между Дином и каким-то старшекурсником. Игра, судя по всему, была принципиальная, потому что к ней было приковано внимание почти всех гиффиндорцев, находящихся в гостиной, и это сыграло Грейнджер на руку: сейчас ей меньше всего хотелось светиться.       — Мне надо поговорить с вами, — шепотом сообщила друзьям Гермиона, почти силком проталкивая их в проем.       Через несколько минут они уже сидели в одном из классов. Кажется, когда-то его использовал профессор Флитвик.       Окна класса как раз выходили на квиддичное поле, и от этого Грейнджер почему-то было особенно не по себе.       — Ты начинаешь меня тревожить, — оглядываясь, заметил Рон, как бы намекая на встрепанный вид Гермионы.       — Как бы вы отреагировали, если бы я согласилась сыграть за сборную Гриффиндора? — невпопад спросила она, проигнорировав Рона, и тут же пожалела о своем вопросе.       Лицо Рона так и осталось застывшим, но вот рот словно съехал в бок, будто подтекший торт. Гарри же просто таращился на подругу во все глаза. Уж если лучшие друзья реагируют на это так…       — Хочешь сказать, что собираешься биться против Слизерина? — выпучился Уизли, и Гермиона поморщилась: — Я не верю. Это какая-то магия, да? Порча или сглаз?       Неужели это настолько нелепо?       — Подожди. А почему ты передумала? — спросил Гарри. — Мне казалось, еще сегодня утром ты была готова треснуть Конфундусом любого, кто спрашивал тебя об этом.       Если честно, Гермионе было трудно дать внятный ответ:       — Я поговорила с Фредом и Джорджем… — (Рон задушенно крякнул). — И я подумала… Ох, не спрашивайте у меня, как им удалось посеять во мне сомнение! Я и сама не в курсе! — заломила руки Гермиона. — Я знаю, что это полный бред! Но, возможно, мне стоит попробовать? — в ее голосе проскользнули вопросительные нотки. — Не ради победы. Боюсь, этого ждать не стоит. Но… ради того, чтобы Гриффиндор перестал чувствовать себя неудачниками?       Ей было несколько стыдно говорить это при Гарри и Роне. В конце концов, Гарри отстранен, а Рон только-только прошел отборочные испытания, но сделал это лишь чудом и то и дело подвергался насмешкам.       — Я знаю, что надежд у меня никаких. Более того, я вовсе не хочу играть. Однако, если я откажусь, слизеринцы сделают жизнь команды невыносимой, — жалко пожала плечами Гермиона.       Она хотела бы говорить смело, как того ждала от нее Полумна, но, получается, по большей части старалась уговорить себя набраться хоть какого-то мужества.       — Фред и Джордж пообещали заниматься со мной.       — Серьезно? — впервые после пламенной речи подал голос Рон с недоверием. — Похоже, они всерьез за тебя взялись.       — Я надеялась, что и вы тоже… поможете, — прежде всего, Гермиона обратила взгляд на Гарри. — Даже не верится, что это я вас уговариваю! — нервно дернула она плечами, не выдержав его до колючести пристального взгляда. — Боюсь, без вашего одобрения я не решусь, — пришлось сознаться ей.       Гермиона считала себя весьма независимой и на многое была способна в одиночку. Но сейчас, пожалуй, настал тот самый момент, когда ей как никогда понадобилось плечо рядом.       — Ну-у, — задумчиво почесал затылок Гарри и выглядел он при этом весьма бестолково, — если твое решение зависит от нас…       — То добро пожаловать в команду, — подхватил Рон слегка неуверенно. — Анджелина в обморок упадет, когда узнает, что Фреду с Джорджем удалось уломать тебя в это ввязаться.       — А я бы посмотрел на МакГонагалл, — хмыкнул Гарри. — Вот уж чья реакция действительно может удивить.       ***       Известие о том, что Гермиона будет пробоваться на роль игрока в квиддич, сама собой разбежалась на ужине, стоило только Грейнджер под пристальным взглядом близнецов подойти к Анджелине и, не по-гермионовски заикаясь, объявить ей о своем согласии. Похоже, капитан гриффиндорской сборной не ожидала от Гермионы подобного шага, а близнецы сияли таким торжеством, что Грейнджер стало не по себе еще больше: ну неужели у них и правда могут быть сумасшедшие мысли, будто у них есть шанс победить? Тем не менее, Гермиона постаралась утешить себя тем, что с нее достаточно и попытки. Они просили ее попробовать? Хорошо, им удалось надавить на совесть и жалость. За остальное она уже не в ответе.       Самое интересное ожидалось далее.       — Вы ее шантажировали? — поглядев на близнецов исподлобья, поинтересовалась Анджелина, и две синхронно закачавшиеся головы ее ничуть не убедили. — Гермиона, если они тебя заставили…       — Н-нет, — нервно заправила прядь за ухо Гермиона. — Я вообще-то сама… — все высокие размышления о ее жертвенном желании дать команде шанс реабилитироваться куда-то разом испарились, и она в кои-то веки порадовалась, что никто не поинтересовался подробностями ее решения.       — После ужина сходим всей командой к МакГонагалл, — все еще с сомнением сказала Анджелина, которая слишком настроилась терпеть издевательства и всерьез не думала, насколько все способно зайти далеко. — Вообще-то, состав команды уже утвержден… Кем ты хотела пробоваться?       Гермиона нелепо приоткрыла рот. Черт, она так мало понимает в том, что ее ждет, что даже не подумала, а в качестве кого собралась выходить на поле!       — На загонщика, конечно, — вставил один из близнецов. — Преемница, стало быть.       — А Керк и Слоупер…       — Ой, — беспечно махнул рукой второй, будто речь шла о каком-то пустяке, и Гермионе на интуитивном уровне не понравилась неоднозначная улыбочка на его лице, — любой из них не против уступить нашей самоотверженной старосте место.       — Вот как?..       Все, кто слышал разговор, синхронно посмотрели туда, где обычно ели новоявленные гриффиндоские загонщики. Их там не было. Знак был определенно недобрый, но уточнять, куда они делись, никто не стал.       — Вообще, куда удачнее было бы поставить Гермиону охотником, — растерянно предложила Анджелина, когда к ним, заметив стихийное собрание, подсели Кэтти, Джинни и Алисия. — Тогда ее подстраховали бы опытные игроки.       — Но ты и девочки незаменимы. Вы на вес золота! — возразил один из близнецов. — А если, давайте уж будем честны, на месте этих двоих сыграют горные тролли, никто и не заметит.       — Ну спасибо, — мрачно фыркнула Гермиона.       — Значит, вам придется взять шефство еще и над вторым загонщиком, — немного едко ввернула Анджелина, которая, видимо, стала несколько привыкать к мысли о рокировке в команде. — Они как-никак в паре работают.       — Боюсь, тут ничего не поможет, — скривился близнец.       — А это, ребята, ваша забота. В общем, собираемся в общей гостиной. Надо еще Керка со Слоупером найти. Сумасшествие какое-то, — пробормотала она, как Гермионе показалось, чтобы никто не услышал, но она все-таки услышала.       Да и вся команда тоже.       ***              Делегацию из гриффиндорской сборной по квиддичу, включая дисквалифицированных и пропавших (и откуда они взялись?) игроков, не заметить было просто невозможно, только если в прошлый раз на них толком не обратили внимание, то сейчас провожали долгими взглядами и шепотками. Гермиона как никогда трусила и впервые по-настоящему оценила свой поступок. Она вздумала участвовать в школьных соревнованиях по квиддичу! Это внесут в исторические источники о Хогвартсе! Ее постыдный провал станет достоянием вечности! Ладно, что большая часть школы считает, что она не в себе. Но сейчас к такому выводу придет и МакГонагалл, которую Гермиона безмерно уважала.       «Похоже, — тяжко вздохнув, думала Грейнджер, пока они шли, — больше думать обо мне как о разумном человеке она не будет».       Наконец, они доползли до кабинета своего декана. Сомнение так и витало в воздухе.       — Так, — оглядела капитан команды своих подопечных, — говорить буду я. Ну и Гермиона, конечно.       — А что мне говорить? — ужаснулась Грейнджер.       — Ну и Керка со Слоупером прихватите, — подтолкнул вперед дрожащих загонщиков один из близнецов. — Как-никак они место освобождают. Ну, один из них.       — Вы точно согласны? — видимо, номинальной справедливости ради в который раз спросила Анджелина, и те слишком яро закивали. — Тогда уж и вы с нами, — обратилась к близнецам Анджелина. — Изложите план подготовки Грейнджер.       — Да пойдемте уже все, — предложила Джинни, — по-моему, это всех касается.       — И по какому случаю собрание? — неожиданно двери отворились, и в проеме показалась голова МакГонагалл; выглядела она больше обескураженно, чем строго.       — Профессор, мы к вам, — нашлась Анджелина. — Мы можем войти?       Не дожидаясь приглашения, вся команда, включая Гарри, Гермиону и близнецов, всунулись в кабинет МакГонагалл. Грейнджер уже здесь бывала, но еще никогда он не казался ей столь крошечным и загроможденным, как в тот момент, когда ее бессердечно вытеснили в первый ряд, прямо под нос декана факультета.       И вдруг Гермионе стало головокружительно легко. Святой Мерлин, они же пришли к МакГонагалл! К самому строгому и благоразумному преподавателю школы, который всегда радел за успех своего факультета! Ну неужели он допустит подобный глупый риск?       И тут же Гермионе стало бесконечно стыдно. Она сама согласилась. Даже не так. Предложила свою кандидатуру. Когда это Гермиона Грейнджер пасовала перед ответственностью?       Гарри, который стоял за ее левым плечом, чувствительно ткнул Гермиону в спину, видимо, заметив неадекватную смену реакций на ее лице.       — Я вас слушаю, — недоуменно взирая из-за очков на своих учеников, подогнала их усевшаяся за свой стол МакГонагалл.       — Видите ли, профессор, — довольно неуверенно сказала Анджелина, стоящая от Гермионы справа, — мы бы хотели получить у вас особое разрешение.       Выражение лица МакГонагалл не изменилось, но она тут же прошлась взглядом по «лишним» учащимся, и брови ее чуть приподнялись:       — И что же это за разрешение?       — Мы бы хотели внести изменения в командный состав.       — Мисс Джонсон, — МакГонагалл нахмурилась, — командный состав уже утвержден, а мистеры Уизли и мистер Поттер, — на секунду ее губы скривились, словно профессора резко застала зубная боль, — исключены из сборной на год. Профессор Амбридж лично дисквалифицировала их…       — Мы не пытаемся вернуться в команду, профессор.       Гермиона почувствовала, что Гарри за ее спиной отодвинулся в сторону, и она поняла, что на его месте оказались близнецы.       — Мы хотим подготовить нам замену. Мы — это вся команда. И, конечно, выбывшие игроки в частности. Это не противоречит решению Амбридж.       — Профессору Амбридж, мистер Уизли, — поправила его декан. — Отбор в команды уже прошел.       Профессор МакГонагал выглядела растерянной даже больше, чем Анджелина, услышавшая, что Гермиона решила играть в квиддич.       — Рокировка возможна, если игроки основного состава не могут участвовать в игре, но у команды есть кто-то на замене.       — И кто же, любопытно узнать, не может участвовать?       — Мы! — тоненько выпалили Керк и Слоупер откуда-то из задворок и бочком протиснулись ближе.       Вот уж кто действительно, судя по всему, подвергся шантажу! Гермиона впервые со злополучного спора ощутила в себе вполне окрепшее возмущение, ведь собственные переживания напрочь вытеснили в ней здравый смысл и резонный вопрос, а с чего это вдруг новоявленные загонщики решили для нее подвинуться? Грейнджер захотелось развернуться и от души треснуть близнецов за ее спиной, но все, на что ее хватило, это возмущенно пыхтеть, ощущая, как к щекам подкатывает жар.       — И почему же? — строго уставилась на игроков МакГонагалл, и те сжались еще сильнее.       — Я боюсь высоты, — пропищал Слоупер.       — А я летать, — поддакнул Керк.       — А метел вы, случайно, не боитесь?! — угрожающе поднимаясь с кресла, уперла руки в стол МакГонагалл, и ее голос показался таким громогласным, что все собравшиеся потеряли в росте несколько фунтов.       — Профессор, — тихо сказала Гермиона, но в звенящей тишине получилось очень выразительно. — Команда хочет подготовить в качестве загонщика меня.       МакГонагалл рухнула на свое место, растеряв весь свой свирепый вид.       — Мисс Грейнджер… вы сейчас серьезно?       — Гермиона… она очень способная, — чирикнула около двери Джинни, и остальных словно прорвало:       — Да мы ее натаскаем!       — Мы все заниматься с ней будем!       — Вы не думайте, Гермиона не то чтобы безнадежна…       — …и я лично прослежу, чтобы она…       — Мы и ночью тренироваться готовы!       Все, замолкнув, разом уставились на близнецов Уизли, даже Гермиона.       Первой, как и полагается преподавателю, вернула самообладание МакГонагалл. Ее зоркий, пытливый взгляд на секунду остановился на Гермионе, но тут же скользнул дальше: безнадежно — по Слоуперу и Керку, о чьих заслугах она явно знала не понаслышке, невозмутимо — по всем остальным.       — Это лишнее. Не знаю, чем вы руководствуетесь, но знаю точно одно: я не могу запретить вам тренировать мисс Грейнджер. Только не по ночам, мистеры Уизли, — вставила она. — Уж за этим я буду следить, имейте ввиду. Списочный состав пока что остается прежним.       — Но профессор, — попыталась возразить Джонсон, однако МакГонагалл подняла руку вверх, останавливая капитана команды:       — Удастся ли поменять игрока непосредственно перед матчем, от меня не зависит. Тут, как сказала бы профессор Трелони, как звезды сойдутся.       — А они сойдутся, — тихо шепнул на ухо один из близнецов, нагнувшись над плечом Гермионы.       — Или вы желаете, чтобы я поставила этот вопрос перед профессором Амбридж?       Вся команда живо покачала головами. Жаль, что МакГонагалл не в курсе, что вся школа только и трещит о том, что Гермиона должна победить Слизерин. Остается только надеяться, что генерального инспектора будут занимать какие-то другие важные дела, чем школьные сплетни, и она не сможет найти повод запретить близнецам и Гарри появляться на квиддичном поле и тренировать Гермиону.       — Тогда будем считать, что вопрос исчерпан. Мистер Керк, мистер Слоупер, у вас проблемы с отмазками. Можете быть свободны. Все.       Все еще в шоке от того, что МакГонагалл не стала их разубеждать, команда поспешила ретироваться, и Гермионе вновь стало досадно: она от двери едва ли не дальше всех.       — Хотя. Мисс Грейнджер, мистер Поттер и мистеры Уизли. Нет, Рональд, вы можете идти, — кивнула МакГонагалл притормозившему было Рону. — Только ваши братья. Вас я попрошу на минуту задержаться.       Гермиона обернулась и перекинулась взглядом с остальными названными. Щеки ее горели огнем.       Когда двери закрылись, МагГонагалл оглядела выстроившись в тесную шеренгу учеников:       — Я ничуть не умаляю талантов мисс Грейнджер, но хотелось бы дать понять сразу: я не позволю «сойтись звездам», если не увижу результатов вашей работы, — она прищурилась, улыбнулась, но, как и все в декане Гриффиндора, улыбка являлась строгой и многозначительной. — Желаю удачи. Можете идти.       Гермиона вывалилась из кабинета ни жива ни мертва. Ни одни экзамен не заставлял ее ощущать себя столь измотанной и выдохшейся. Вся команда, которая по-прежнему толпилась в коридоре, обступила ее и ребят.       — Что это значит? — озвучил всеобщий вопрос Гарри, тоже пунцовый.       Гермиона и близнецы посмотрели друг на друга с неожиданным единодушием.       — Специальный экзамен от МакГонагалл, я так понимаю, — выдохнула Гермиона упавшим голосом.       ***        Гермиона долго лежала в своей постели, закрывшись пологом, пока ее соседки наконец не затихли. Наверное, они ждали, когда Грейнджер наконец высунется из-за своего укрытия, но их постигла неудача: Гермиона бы скорее вышла за Снегга, чем позволила им растерзать ее бесконечным трепом и вопросами. А посудачить было о чем, вообще-то. После вердикта МакГонагалл вся команда двинулась в место, где, как им казалось, они могли бы поговорить в спокойной обстановке, не опасаясь быть подслушанными или настигнутыми Пивзом. Кто-то предложил кабинет кентавра Флоренца, и тот, к счастью, оказался свободен. Ребята удобно расположились под сенью деревьев прямо на мху, образовав не слишком тесный круг. Все всё еще пребывали в некотором шоке от того, что декан позволила им тренировать Гермиону (особенно сама притихшая Грейнджер, зажатая между Гарри и Роном). — Ну, и что дальше? — развела руками Анджелина, глядя на всех присутствующих поочередно. — МакГонагалл дала «добро». В некотором роде. — Включим Гермиону в тренировки? — спросила Джинни. — Просто представь, что из этого выйдет, — возразил Гарри. — Амбридж тут же прикроет эту лавочку, если увидит меня, Фреда и Джорджа на поле. Просто из вредности. Мы не можем присутствовать на официальных тренировках, по крайней мере, как часть команды. Не так очевидно уж точно. МакГонагалл это ясно дала понять. — И слизеринцы не дадут нам покоя, — мрачно подтвердил Рон. — Вообразите, какой букет издевок нас ждет! — Издевки будут в любом случае, — довольно наплевательски парировал один из близнецов. — Это первое, к чему мы должны подготовиться, выйдя за эту дверь. Гермиона некстати подумала, что, раз уж препирательств не избежать, то, быть может, ну их затею? Однако все-таки промолчала. — И что же дальше? — вернулась к вопросу Анджелины Кэти. Близнецы переглянулась. — Что насчет уловки? Ма-аленькой, такой малюсенькой подставы для наших закадычных зелено-серебристых друзей? Наступило всеобщее недоуменное молчание. — Ну, — подогнала Уизли Гермиона, широко распахнув глаза. — Вы же понимаете, МакГонагалл не будет трезвонить о том, что мы к ней приходили. А точнее, о чем мы разговаривали. Что, если и нам последовать этому мудрому решению? — лисья хитрость на их лицах явно насторожила всех присутствующих, не только гриффиндорскую старосту. — А поконкретнее можно? — нахмурилась Алисия. — Вся школа только о том и гудит, что Гермиона должна стать частью команды. — А мы скажем, что МакГонагалл нам отказала. Гарри заулыбался. Он был в том же положении, что и близнецы Уизли, а потому быстрее всех понял, о чем идет речь. Гермиона тоже поняла. Но у нее, в отличие от Гарри, оптимизма от этого не прибавилось. — Вы предлагаете тайные тренировки? — свела брови на переносице Гермиона, которая в принципе недолюбливала обман, и к тому же, ей меньше всего хотелось предать доверие любимого преподавателя. — Ты что-нибудь слышала о стратегии и тактике, Грейнджер? И вообще, как тебе последние несколько дней? — с нагловатой улыбкой спросил один из близнецов, и Гермиона скрипнула зубами: и как она могла им сопереживать! — Бодрящее чувство, не правда ли? Так вот, выложим слизеринцам все карты, и они съедят нас с потрохами. Каждая твоя попытка выйти на поле и хотя бы сесть на метлу будет сопровождаться таким цирком с конями, что Турнир Трех Волшебников покажется скучной местячковой вечеринкой. — Фред! — одернула его Анджелина, и, по крайней мере, Гермиона теперь знала, кому именно мечет из глаз молнии. — Мы скажем, что МакГонагалл нам отказала и, конечно, отхватим свою долю издевок, не без этого, — поддержал брата сидящий от него по левую руку Джордж. — Но, поверьте, терпеть их будет куда проще с козырем в рукаве, чем с ощущением аутсайдерства. — Когда профессор МакГонагалл разрешала нам тренировки, она явно предполагала, что мы будем действовать в рамках школьных порядков, — сказала Анджелина: ей как капитану команды тоже было нелегко. — А мы и не собираемся их нарушать, — вполне невинно заметил Фред. — Ну, разве что чуть-чуть, — поддакнул Джордж. — И вообще, если вас это как-то успокоит, вся команда нам в ближайшее время не понадобится. — Это почему же? — спросила Джинни с подозрением. — Пока Гермиона уверенно не сядет на метлу, командные тренировки ей ни к чему. И поддержать конспирацию втроем-вчетвером куда проще, чем целой толпой, не находите? Как ни крути, на это даже Гермионе было нечего возразить. — С вас — языки за зубами и постный вид для всего Хогвартса, чтобы люди больше верили в наш провал, — велел Джордж. — А с нас, — Фред указал на себя, Джорджа и Гарри, — игрок №8. — Технически, я войду в семерку, — поджала Гермиона губы. Весь этот план показался ей слишком хлипким, чтобы ему верить. — А практически ты вообще стажер, — расплылся в улыбке Фред, на счастье находящийся слишком далеко от Грейнджер, чтобы та треснула его по макушке. А дальше началось неотрепетированное и дурно приготовленное представление. Хорошо, что у гриффиндорской команды были вполне натурально озабоченные лица, иначе бы самые слабые точно сломались и слезно сознались в обмане. Гриффиндор проспорил Слизерину! Случится то, чего не было никогда: львиный факультет станет болеть за своих главных противников! Ликование слизеринцев во время ужина было таким неистовым, что даже Снегг проверил кубки своих воспитанников: уж не подлили ли те себе чего покрепче, чем тыквенный сок? Гермиона смотрела на происходящее с затаившимся мрачным ужасом. Вся высокоморальная чушь окончательно выветрилась у нее из головы. Ей было бы куда легче, если бы ее обманом вынудили стать частью команды, дали бы ей возможность бесконечно фыркать и капризничать, но она сама — сама! — подписалась на это. На ложь, нескончаемые насмешки, выматывающие тренировки и позор поражения. А ведь еще утром она видела в своем поступке что-то благородное. Какой же непроходимой глупышкой она была!