Дракотур по Хогвартсу

      Драко проводит рукой между ее ног, и Гермиона замирает. Хорошо, что это не их первый раз, когда Гермиона, напуганная и начитанная, получила немного боли, много стыда и неудобства, а не умопомрачительное удовольствие, как обещала Джинни и остальные девчонки, успевшие раньше Гермионы вкусить сей запретный плод. Даже Полумна уже рискнула. Одна Гермиона мялась до последнего. Ей казалось, что Драко давит на нее, настаивает, использует. Хорошо, что Лаванда открыла ей глаза:       — Мужикам только это и надо. Если ты не дашь Малфою — то рано или поздно даст другая.       И Гермиона, в целом, ее послушалась. Она решила получать удовольствие от процесса. Потому что с сексом только так: ты либо наслаждаешься, либо терпишь сквозь зубы. И кому от второго варианта будет лучше?       Она готовилась. Читала соответствующую литературу, пыталась изучать собственное тело, чтобы когда настанет момент икс, взять все в свои руки и подсказать или показать что да как. Наедине с собой у Гермионы все получалось. Но с Драко… Хорошо, что разговоров о девственной плеве больше, чем в ней смысла. Мало того, что ее форма может быть абсолютно различной, так ее может и не быть вообще. Она может растянуться или травмироваться и без полового акта: занятия спортом, физические нагрузки, езда на велосипеде… Что угодно. С сосудами там тоже все не так просто: она может кровоснабжаться достаточно обильно, а может быть бедна ими. Так что кровь на простыне ждать бессмысленно.       И да, плакать по ней тоже не стоит. Она никуда не девается. Разговоры о потери чести должны быть погребены под гнетом времени. Плева никуда не девается, не повисает на члене-первопроходце, как белый флаг капитуляции теперь навеки принадлежащей ему женщине. Она навсегда остается внутри, деформированная, но не сломленная. Наверное, пытается продолжать защищать, как изначально задумывалось, от проникновения инфекции.       Проблема была серьезнее. «Вагинизм — рефлекторное сокращение мышц таза на попытку проникновения члена». Ох, сколько же они пытались. Гермиона знала, что вся проблема в ее голове. Знала, что это естественный процесс. Знала, что это нормально. Но ее знания, впервые, не помогали. Она была психологически не готова к сексу. Гермиона уж не знает почему: лет-то ей было достаточно, девятнадцать, и физиологически было самое время, но не морально. Жаль, Драко ее не слышал. Пожалуй, иногда нужно останавливаться, чтобы потом двигаться дальше быстрее.       Когда с помощью огневиски расслабиться все же получилось: полуотключившись и смирившись с неизбежным, Гермиона мало что запомнила. Было терпимо. Тяжело от лежавшего на ней и пыхтящего в шею Драко, стыдно от своей обнаженности и больно от движений его члена. Но в целом… В целом, было терпимо, и Гермиона была готова работать над этим. Ей казалось, что когда-то у них должно получиться сделать это нормально.       И сейчас предоставился шанс.       Гермиона выкинула все лишнее из головы и прислушалась к своим ощущениям. Рука Драко была приятна, но лишь тогда, когда она задевала правильные места, а не бесцельно бродила вокруг. Для женского удовольствия создан клитор, но он будто нарочно спрятан подальше от мужчин. Вот некоторые и тратят время на его поиски, а некоторые и вовсе не заморачиваются: верят в байки про вагинальные и (Мерлин упаси!) анальные оргазмы. Нет, в целом, анальный оргазм возможен. От стимуляции простаты. Простата — нужная и многофункциональная штука. Она препятствует выделению мочи при половом акте и секретирует важные для мужского организма вещества. Но у женщин ее, как известно, нет (если не вдаваться в подробности эмбрионального развития). Учение о точки G так и не получило научных подтверждений. Все вагинальные оргазмы — это результат стимуляции ножек клитора, которые, как арка, могут охватывать вход во влагалище и устремляться волокнами глубже, причиняя удовольствие женщине во все моменты жизни, кроме родов. Бывает и иначе: клитор может быть расположен дальше от влагалища, и возвратно-поступательные движения его никак не касаются. Поэтому пальцы необходимы. Пальцы — это почти так же прекрасно, как член.       Особенно пальцы Малфоя. Он наконец-то смог поймать ритм, от которого внизу живота Гермионы завязался тугой узел. Этот узел называется возбуждением. У мужчин его заметно — эрекция. Кавернозные тела, из которых состоит половой член, наполняются кровью. И, когда крови становится слишком много, эти тела, как мешочки, раздуваются и сдавливают маленькие венки, по которым кровь должна оттекать. Вот так член подводит сам себя: кровь приходит, а уйти не может. Хитрая особенность кровоснабжения. Организм вообще — вещь хитрая.       Драко стягивает с себя брюки вместе с боксерами. Хорошо, что его член среднего размера — не огромный, но и не крошечный. Он подходящий. С большим было бы больно, а с маленьким — обидно. В этом деле главное — избегать крайностей. Хрен редьки не слаще. Но, если что, лучше выбирать маленький. Лучше остаться неудовлетворенной, чем чувствовать, как достаточно неприятно он цепляет шейку матки, давит на прямую кишку и кажется, что трахает тебя прямо в душу — не меньше. В романах это выглядит очаровательно, а в жизни разочаровательно.       Гермиона видит, как на головке, прикрытой крайней плотью, выступает прозрачная капля. Она спрашивает:       — У тебя есть презерватив?        — Я не буду кончать в тебя, — тут же отвечает Малфой, будто готовил ответ заранее, — я смогу остановиться и…        — Нет, — не дает ему договорить Гермиона и, как на уроке, выдает зазубренную информацию: — Предэякулят нужен для подготовки пути сперме, и от нее можно забеременеть. Там могут быть сперматозоиды. Прерванный половой акт — самый ненадежный способ защиты.       — Ты еще не запаслась противозачаточным зельем? — недоуменно переспрашивает Малфой, будто подобрать гормональные зелья самостоятельно — проще простого.       — Разумеется, нет, для этого надо посещать целителя, а мадам Помфри явно не обрадуется подобному визиту. Расскажет Макгонагалл, и нас выгонят с восьмого курса. К тому же никакие зелья не смогут защитить от тысячи микроорганизмов, способных передаваться при половом контакте…       — Грейнджер, ты невыносима, — обреченно заявляет Малфой и достает из кармана брюк шелестящую упаковку.       От этого звука где-то плачут кучи бактерий, вирусов и простейших, которые не захватят новые организмы. Они так коварны, что могут ничем не выдавать себя. Они живут тихо и спокойно, пока не добиваются своего: приводят к бесплодию, уничтожают иммунитет, разрушают печень или вызывают рак. Да-да, рак шейки матки — это единственный вид рака, который точно вызывают вирусы. И эти же вирусы могут вызвать рак ротовой полости, гортани и даже начального отдела пищевода. Смекаете, что презерватив нужен и во время орального секса с необследованным от и до партнером? И да, даже презерватив не дает стопроцентную защиту, но лучше с ним, чем без него.       Малфой надевает барьерный контрацептив и подходит к Гермионе. Теперь он собирается заняться ей основательно. Целует шею, задевая найденную им эрогенную зону, рукой лишает ее белья и находит снова тот самый замечательный ритм, который уже понравился Гермионе. Сила нажатия тоже важна, но этот момент слишком индивидуален, чтобы рассуждать о нем. Методом проб и ошибок они нашли свой ритм.       Малфой не ошибается. Гермиона чувствует, что становится влажной. Это ее железы принялись за работу. Самые крупные из них — Бартолиновы, притаилась между половых губ, их секрет увлажняет вход во влагалище. Конечно, работают не одни они. И железы внутри принимают участие, но те слишком зависимы от менструального цикла. Их секрет меняется с каждым днем, то помогая, то препятствуя попавшим внутрь сперматозоидам. Гермиона радуется, что смазка у нее есть. Потому что сухой секс остается народам Африки и прочим культурам, практикующим издевательства над женщинами. С другой стороны, хорошо, что смазки не так много. Это значит, что Гермиона здорова. Избыточные разноцветные выделения — это всегда повод забеспокоиться. Нет ничего здорового в том, чтобы вы с партнером учились плавать в болоте во время секса.       Драко легонько толкает Гермиону на кровать. Она послушно ложится на зеленое покрывало и разводит ноги. Главное — не закрываться. Это с детства ей вдалбливали то, что секс — это грязь и мерзость, и позор! Ее родители, врачи, точно знали, что надо есть, чтобы получать энергию, ходить в туалет, чтобы избавляться от лишнего, спать, чтобы набираться сил. И это было нормально, а вот заниматься сексом, чтобы размножаться — это было запретом. Словесным, моральным, абсолютным. А теперь родители скоро потребуют внуков, но стыдно все так же, как в детстве.       Малфой пристраивается сверху, но уже не наваливается на нее, а держится на весу. Его член мягко и осторожно проникает в нее.       — Все хорошо? — заботливо спрашивает он.       Гермиона кивает и глубоко дышит, чтобы расслабиться. Расслабиться — это важно. Мало того, что в расслабленном состоянии легче получить удовольствие (хотя бывает разрядка и от напряжения мышц, но эта совсем другая история), так еще и безопаснее для Малфоя. Ее напряжение обеспечит Малфою участь весьма незавидную: затруднит его проникновение и, возможно, причинит дискомфорт. Тут случается история, похожая на историю с размером. Хрен редьки не слаще. Плохо и то, когда внутри женщины абсолютно мягко и податливо, как в пустоте, но не менее плохи и тиски, сжимающие член со всех сторон, как в пытке.       В этот раз Гермионе гораздо проще расслабиться, чем в прошлый.       Малфой уже полностью в ней, и это не чувствуется как высшая степень удовольствия, тем не менее, безусловно, эта наполненность приятнее, чем обычная пустота. Он начинает двигаться, сначала медленно, а потом постепенно увеличивая скорость.       У мужчин механика проста и понятна: головка самая чувствительная, сила трения творит чудеса и, чем интенсивнее и ритмичнее движения, тем быстрее развязка. Обрезанные члены эстетичнее и стерильнее, но их обладатели лишены многих прелестей интимной жизни. Постоянные прикосновения к обнаженной головке снижают порог ее чувствительности. И тут даже неясно, что лучше: яркие краски интима или красота и чистота (заболевания, при которых это необходимость — не учитываем).       Механика у женщин сложнее. Кроме всех разговоров о ритме, силе, интенсивности, клиторе, оргазм, в первую очередь, начинается в голове — и с этим трудно поспорить.       Драко двигается в ней, и это ощущается так же приятно, как и его пальцы на ее клиторе. Малфой наклоняется и целует Гермиону, потому что эмоциональная близость не менее важна, чем физическая. Их тела ударяются друг об друга, Гермиона постанывает им в такт. Ей кажется, что еще чуть-чуть, еще капельку, Драко делает все верно, и…       Она думает о том, как его член, как поршень, врывается в ее влагалище, стенки которого обхватывают его. Туда-сюда. Если бы презерватива не было и их выделения смешивались, то кислая среда влагалища была бы уже изменена в противоположную сторону. Возможно, он бы закончил внутрь, и яйцеклетка, недавно вылупившаяся из созревшего фолликула, встретилась бы с его сперматозоидом, и зигота нашла бы себе уютное место в матке и жила бы там, росла и делилась долгие девять месяцев формирования новой жизни, но…       Но им всего девятнадцать, и у них пока совершенно другие планы. … И Гермиона чувствует, как разрядка становится близка. Разрядка — оргазм — просто сокращения мышц, но такие приятные. Говорят, что тут женщинам повезло больше. Их оргазмы длиннее и ярче, чем у мужчин. Мужской оргазм чаще всего связан с выбрасыванием спермы, а женский от этого не зависит. А насколько уместно их сравнивать?       В любом случае, Драко ускоряет движения и на мгновение замирает. Он выдыхает сквозь сжатые зубы и блаженно откидывается на подушку. Гермиона была близка, но нужно смотреть правде в глаза: немного она не успела. Они лежат неподвижно пару минут, восстанавливают дыхание и Малфой говорит:       — Я в душ.       Наверное, если бы презерватива не было, в душ он бы убежал гораздо быстрее: не пачкать же простыни, да и сама Гермиона не стала бы терпеть вытекающую из влагалища сперму. Но и сейчас, когда она, казалось бы, не настолько и грязная, она вскочила и кинулась ему вслед:       — Я первая! — спешит она, отталкивая Малфоя с пути и захлопывая дверь.       Потому что цистит — это женское проклятие. Случившись однажды, он может привести к тому, что опорожнение мочевого пузыря и гигиена после становится неотъемлемой частью постконтактного обряда. Такова уж анатомия: широкий и короткий мочеиспускательный канал и близость совершенно нестерильной среды. Спасибо, природа, хотя бы за оргазм.       Гермиона вытирается полотенцем и видит, как Драко, насупившись, ждет ее перед входом в ванную. Голый он еще красивее, чем одетый. Воодушевленная этой мыслью, Гермиона возвращается в кровать, думая о том, что они обязательно попробуют снова. Сегодня, если у Драко хватит сил: ему уже не шестнадцать лет, когда от секса сносит крышу, но и не тридцать, когда дважды за ночь — почти подвиг. Они обязательно попробуют снова и всё сделают правильно. И однажды Гермиона получит причитающийся ей оргазм.