Связанные тьмой

С вечером пятницы в Хоукинс наконец-то пришла ясная погода. А это значило, что пришло время долгожданной вечеринки у Кёртиса. Во дворе стояли бочки с пивом, на кухонном столе и стойке были заготовлены коктейли в больших стеклянных емкостях, холодильник же был забит жестяными банками пива. Ответственный за закуски — Колин — пришёл с дополнительным ящиком алкоголя и со словами: «Похавать успеем и завтра, а сегодня — ужремся же в хламину!» Музыка, раздающаяся из больших колонок, стоявшие в углу гостиной, заполнила своими низкими басами каждую комнату в доме. Она смешивалась с тяжелым занавесом сигаретного дыма, плотно висевший в воздухе среди толпы старшеклассников. — Мать твою, чувак, ну и тачка! — с восторгом воскликнул Томми, увидев, как Харгроув припарковался у двора. Двери Чарджера захлопнулись, после чего блондин вытащил из кармана джинс примятую пачку Мальборо. Положив сигарету в уголок губ, руки прошлись в поиске зажигалки сперва по одному карману кожаной куртки, затем по второму. — Мы думали, ты уже не появишься. — Томми подкинул в руки Билли зажигалку, следом последовала банка пива. — Харрингтон пришел? — спросил Харгроув, после того, как залпом опустошил банку. — Он сорвался вместе с Робин еще в самом начале. — Кажется, сегодня чья-то френдзона накроется громкими стонами. — с ухмылкой произнесла Карэн, попивая пунш рядом со своим парнем. — Ночь обещает быть жаркой. Даже королю Стиву сегодня обломится. Не прошло и сто лет. — смех Томми сопровождался собственными аплодисментами. Оставив бурно обсуждающих друзей позади, Билли прошел на кухню, в поиске крепкого алкоголя. Он был совсем не в том состоянии, чтобы поддерживать какие-либо разговоры. Слабое обезболивающее, из аптечки Сьюзен, по-прежнему не помогало. В ход пошла пара порций текилы, после чего парень достал из холодильника банку пива. Вымотанный голубой взгляд уперся в стоящий сбоку него диван, на котором уже не было места. Этот момент Харгроув быстро решил, вышвырнув крайнего сидящего. — Ты охренел, блядь?! — с возмущением произнёс парнишка, еле держась на ногах. — Срыгнул отсюда! — суровым тоном ответил блондин. — Еще один мерзкий звук издашь — будешь считать свои зубы на полу. — Понял-принял. — прикрывая одной рукой рот, а второй показывая «окей», тот шатаясь поплелся на улицу. Пока Билли допивал пиво и затягивался отравляющим дымом очередной сигареты, перед ним остановилась девушка в откровенном неоновом мини-платье. Ее слова, сорвавшиеся с игривой улыбки, заглушила кричащая музыка и шум танцующей толпы. Чтобы не было сказано, это сейчас абсолютно было не важно. Абсолютно. Харгроув притянул к себе девушку, и она в секунду оказалась на его коленях, а еще через пару секунд привкус алкоголя и сигарет на языке смешался с вишневым блеском на губах Шерил. Ее пальцы прошли по обнаженной груди блондина, медленно спускаясь к ноющим шрамам на боку. — Не трогай! — сквозь зубы проговорил тот, мгновенно схватив тонкое запястье. — Шрамы — это так кру-у-уто. — протянула девушка с той же сладкой, игривой улыбкой. — Так это правда, что ты попал в аварию и чуть не... — Знаешь, когда ты молчишь, твой рот не такой мерзкий. — Ладно. Я поняла. — Шерил снова прижалась к губам парня, запуская пальцы уже в светлые кудри. Харгроув упрямо пытался вернутся к своей прежней жизни, в которой он не знал о существовании жуткого отражения нашего мира; прежней жизни, где собственная тень принадлежала ему одному. Но теперь в ней поселились притаившиеся монстры и призраки, которые выходили с приходом ночных кошмаров. — Так вот ради кого ты сюда рвалась. — Нэнси заметила, как ее подруга замерла, столкнувшись с целующейся парочкой на диване. Оторвавшись от вишневого вкуса губ Шерил Макбрайд, глаза Билли открылись, и тут же поймали на себе растерянный взгляд Байерс. Рука, крепко сжимавшая бедро девушки под облегающим коротким платьем, на мгновение дрогнула, но всё же осталась на месте. — Я... — Хилл отвернулась в сторону подруги. — Я лучше подожду тебя на улице. — ее неторопливо уходящий силуэт, Харгроув провел взглядом, стараясь не выдавать зудящее сожаление. Это был один из не многих моментов, о которых он действительно жалел. — Шерил, можешь нам дать поговорить? — Уиллер подошла к парочке, недовольно сверля глазами обоих. — Да, пожалуйста. Я разве мешаю. — девушка обвила рукой шею блондина, прижимаясь снова к нему губами, на которых остался лишь след размазанной вишневой помады. — Эй! А можно это как-то сделать без твоего языка в его рту. Это немного усложняет процесс. — Ладно. Свали. — Билли убрал руку Шерил со своего плеча, но пьяная девушка совсем не хотела уходить. — Свалила, блядь! — Харгроув одним движением скинул ее на рядом сидящего парня. Заметив у того подкуренную сигарету во рту, он выхватил ее, после чего сделал глубокую затяжку и перевел взгляд на Нэнси. — Я весь во внимании. — Не могу понять, почему Хилл до сих пор так привязана к тебе. Но может ты выключишь хотя бы на время свой режим «мудака» и поговоришь с ней? Макс сказала, что после всего ты даже не позвонил ей, чтобы поблагодарить. — Тебя это не касается, Уиллер. — голубые глаза наливались злостью с каждым словом девушки. — Ты ошиблась адресом. Иди долби мозг своему парню! — поднявшись с дивана, Харгроув направился сквозь толпу на улицу, где стояли пивные бочки. Он упрямо шел к привычной ему жизни. Море алкоголя должно отрезать от гнетущих мыслей. Взявшись за края бочки, парень встал на руки, и не смотря на подступившую боль в теле, он не спрыгнул обратно, лишь сильнее впился пальцами в металл. Пока Томми Хэген придерживал его ноги, все вокруг отсчитывали секунды. — …45, 46, 47, 48… Когда боль стала уже невыносимой, Билли спрыгнул на землю. Окружающие начали скандировать имя пивного короля, после чего он поднял голову, устремив свой победный крик вверх к небу цвета смоли. Действительно ли в этом крике слышна победа? Стоявшая неподалёку Хилл, держала в руках почти не тронутый стакан с пуншем. Она обратила внимание на соленый блеск в глазах Харгроува, взгляд которого крепко задержался на ней. — Да! Пивной король ставит новый рекорд! — Хэген подал блондину дымящуюся сигарету и, поздравляя, похлопал того по спине. Алкоголь и правда помог отгородится от вселяющей ужас тени, укоренившейся в памяти, но только эта ограда скорее была, как мутное стекло, за которым всё равно был виден жуткий силуэт. В один момент в доме полностью не стало электричества. Дойдя до планируемой кондиции, Колин решил устроить грандиозную светомузыку, добравшись к щитку. Закончилось это тем, что после третьего выключения рубильник он выломал, когда один из друзей пытался его оттащить. Вместе со светом заглохла и музыка. В гостиной, поглощенной абсолютной темнотой, послышались девичьи вопли. Шуточные крики во тьме исказились в представлении Билли. Голоса, звучавшие вокруг него утихли. Ни единого звука. Ни единого шороха. Окружавшие его ребята, словно растворились в момент, не оставив о себе и следа. Достав зажигалку из кармана, пальцы судорожно скользнули по маленькому колесику. Вокруг небольшого огня показались витавшие в воздухе споры. Сердце, казалось, вырвется из груди. Тяжелое и обрывистое дыхание Харгроува, ударялось о огонь зажигалки, которого так же пробирала дрожь. — Эй, здесь кто-нибудь есть? — сделав несколько неуверенных шагов вперед, он протянул свет на расстоянии вытянутой руки. Из густого, серого тумана, который окружал парня, стали появляться силуэты людей. Их становилось больше и больше. — Билли-и-и. — послышалось сбоку, от чего огонь в руке сразу направился в сторону звучавшего знакомого голоса. — Мы ждем тебя здесь. — стеклянный, пустой взгляд Хизер проходил насквозь, пронизывая своим леденящим кошмаром и чувством вины. — Ты должен вернутся к нам. Один за одним, призрачные голоса начали повторять слова девушки, сдавливая своим жутким гулом, не позволяя выйти из замкнутого круга. Панический ком в горле разрастался, когда глаза блондина переходили от одного лица, к другому: Хизер и ее родители, миссис Дрискол и сержант Гаррисон, десятилетний Адам и его старший брат Энтони… Десятки имён, десятки смертей, которых Харгроув видел своими же глазами. В какую-то секунду, слова, слетавшие с мертвых губ, потухли словно свеча, а после окружившие его фигуры рухнули вниз расплавленным, кровавым воском на пол, подступая к ногам ужасающей волной. — Эй, чувак, всё нормально? — рука Томми легла на плечо Билли. В голубых глазах застыл страх от увиденного. Он не смог ответить ничего, только с трудом сделал глубокий вздох, а после направился в ванную комнату.

***

— Хилл, что с тобой? — Нэнси мгновенно подхватила под руку подругу, заметив упавший стакан пунша на землю. По связующей нити Тьмы, Байерс почувствовала, как ее тело сковывает леденящая волна, не позволяя сделать свободный глоток воздуха. Страх прошелся мурашками от затылка и по всему позвоночнику. — Мне срочно нужно к нему! — Хилл направилась скорым шагом в дом. На входе она столкнулась с ребятами, бурно обсуждающих что-то. — Родители меня убьют! Они точно меня убьют! — обреченно произнес Кёртис, взявшись за голову, он присел на ступеньки у входа в дом. — Что произошло? — обратилась к нему Байерс. — Вечеринка закончилась. Дом обесточен, так еще наш пивной король ванну разгромил. Я попытался остановить его, но, как видишь, у меня не получилось. — тот указал на свою рассеченную губу. Хиллари мигом прошла в дом, по пути спрашивая где находится туалетная комната. Пройдя по темному, еле просматриваемому коридору, она остановилась у необходимой двери, за которой уже стояла тишина. Ручка повернулась и дверь комнаты приоткрылась. — Билли, я могу войти? — тихо спросила девушка, глядя на сидящего на краю ванны блондина, опустившего голову. Осколки разбитого зеркала усыпали кафельный пол, смешиваясь с предметами лежавшими до этого на стеллаже, который теперь был повален в углу. Благодаря светящему через окно уличному фонарю, Байерс заметила на костяшках пальцев парня стекающую кровь. Щелкнув на двери замок, чтобы никто не смог войти, она взяла висевшее на стене полотенце, хорошо смочила его под краном, и наполнила небольшую емкость водой. — Я помогу. Хорошо? — как только девичьи пальцы бережно прикоснулись пораненной руки, взгляд Харгроува поднялся на взволнованное лицо Хилл. Его глаза дали то самое безмолвное согласие, на которое она надеялась. Одной рукой придерживая ладонь парня, другой она набирала пригорсть воды, пытаясь промыть раны от мелких осколков. — Они когда-нибудь закончатся? Кошмары. — спросил Билли, цепляясь за серый взгляд девушки. Хотела бы она ответить, что этому придет конец, но такие обещания никто не мог давать. — Со временем они просто станут не такими частыми. — по тонким пальцам Байерс вода продолжала стекать на кровавые порезы. — Но, возможно, когда-нибудь всё же закончатся. — Почему они приходят не только во сне? — множество вопросов роилось в голове Харгроува. И этот был один из главных. Ведь что если это не просто кошмары, а видения? Что если это Обратная Сторона прорывается в наш мир, оставляя свои послания. — Доктор Оуэнс говорил, что эти приступы могут быть спровоцированы тем, что напоминает о..., — Хилл не смогла продолжить. Остановившись на полуслове, она нашла аптечку, достав из нее всё необходимое. — Я видел их. Всех. — под тяжестью вины, глаза блондина опустились вниз. — И они снова… — Ты ничего не мог поделать. Это не твоя вина! — девичьи пальцы скользнули по светлым кудрям, прижавшись ладонью к щеке. — Ему невозможно сопротивляться. Я тоже…пыталась. — сглотнув ком из подступивших слез, Байерс продолжила. — Двенадцать солдат из лаборатории я отправила… на смерть. И один из моих близких…погиб в ту ночь... Я тоже первое время видела их. Каждую ночь. Поэтому я знаю, что ты сейчас чувствуешь. Но со временем станет немного легче. После сказанных девушкой слов, в воздухе повисло молчание. Единственное лекарство для них было время. Но стрелки часов, казалось, замерли под грузом кошмаров. Бережно забинтовав раны, Хилл поднялась, чтобы проверить ушли ли ребята, и только она направилась к двери, Билли тут же остановил ее, схватив за руку: — Останься. — Я не уйду. Обещаю. — она понимала, что оставлять парня сейчас нельзя было. Оказавшись наедине со своими мыслями, после только нагрянувшего приступа, могло снова привести к очередным кошмарам. — Только проверю, можем ли мы уйти без лишних взглядов. — убедившись, что в доме никого не осталось, за исключением уснувшего на диване Колина, державшего в руке полупустую бутылку пива, Байерс вернулась в туалетную комнату. — Можем идти. — Умеешь водить? А то я немного перебрал сегодня. — вставая на ноги, Харгроув поморщился, придерживаясь за бок. — Ты в порядке? Таблетки у тебя с собой? — Они закончились. Но всё нормально. Не обращай внимание. — Подожди. — Хилл бегло осмотрела еще раз аптечку, а затем настенный шкафчик. Глядя на горящий девичий взгляд, скользящий по полкам, с губ блондина наконец-то сорвалось: — Спасибо. — Есть! Это должно помочь! — она протянула в руке баночку, которые ей однажды прописывал доктор. — Спасибо. — Билли снова повторил, накрыв ладонью девичьи пальцы, держащие таблетки. От его пристального взгляда Байерс нервно сглотнула. — Эм… Давай ключи, я отвезу тебя домой. — Ты же обещала остаться. — запив пару таблеток водой, фигура Харгроува снова нависла над девушкой. — Могу остаться в комнате с Макс. Я ведь буду рядом, так? — данное обещание по факту оказалось не таким простым в исполнении. — Не хочу сегодня ехать домой. Отец вместе со Сьюзен вернулись. — в руках Билли зазвенели ключи от автомобиля. — Поедем в мотель. — Эй! — Хилл оторопела, глядя на выходящего из комнаты блондина. — Какой еще мотель? Билли! — она прошла за ним до Чарджера, где он передал ей ключи. — Не бойся. Обычный мотель. — Хилл, ну ты и встряла! — тихо бубня себе под нос, девушка закатила глаза, перед тем как сесть на место водителя.

***

Припарковавшись у неоновой вывески «MOTEL», она прикоснулась к руке парня, пытаясь его разбудить: — Мы приехали. Хоть сон длился не более минут пятнадцати, это был самый спокойный сон за последнее время, которого так не хватало. — Тебе уже легче? Таблетки помогли? — поинтересовалась Байерс. — Более чем. — откинув голову на сидение, тихо ответил Харгроув, бросив взгляд в сторону взволнованного голоса. — Я тогда пойду закажу нам номера. — Номер. — поправил ее блондин, после чего вышел из машины. Говорить о своем приступе уж точно не хотелось больше, поэтому он решил повернуть разговор в другое русло. — Эй! В смысле? — Хилл мигом проследовала за парнем. — Нет, ну… Ладно, только с двумя кроватями! Слышишь? — Тогда я их сдвину. — издевательски выдал тот, с довольной улыбкой, подкидывая ключи. — Тогда я буду спать в машине! — возмущенно запротестовала девушка. Она мысленно раз сто выругала себя за то, что дала подобное обещание, не подумав, чем оно может закончится. — Хорошо. — Билли резко остановился, повернувшись назад, он оказался предельно близко к девичьему лицу, которое залил румянец. — Машина, так машина. Там такое большое и удобное заднее сидение. — самодовольная улыбка Харгроува еще больше растянулась от реакции девушки. — Билли! Я тебя сейчас... — сквозь зубы проговорила Байерс. — Прямо сейчас? Я тебя недооценил! — чем дольше улыбка блондина сверкала, тем сильнее серые глаза закипали от злости. — Ладно-ладно. Не переживай, я тебя не трону. — открыв двери, он пропустил Хилл вперёд, а после добавил: — По крайней мере сегодня. — Не исправимый, ну серьёзно! — колокольчик над дверью, своим звоном сбил и без того неровное дыхание. В голове крутилось лишь: «Только не двухместный! Только не двухместный!» — Доброй ночи, ребятки! — поприветствовала пожилая женщина. — У нас, к сожалению, остались только одноместные номера. — сразу объявила она. — Это прекрасно! — воскликнула Байерс с облегчением. — Нам тогда два номера. — Рядом, если есть. — добавил Харгроув, положив руки на стойку. — Да, как раз есть! — с улыбкой ответила женщина. — Это прекра-асно! — блондин повторил слова Хилл, глядя на ее сверлящий взгляд. Положив на стойку несколько купюр, он взял ключи от обоих номеров. Один из них подлетел в воздух и тут же был ловко пойман. — Пошли я тебя отведу в твой номер. — сверкнул победным взглядом при выходе. — Вы та-ак помогли. — девушка ответила взаимностью, улыбнувшись пожилой женщине. Но эта улыбка скорее говорила: «За что?!». — Кстати, у вас телефоны там работают? — Ой, милочка, в семнадцатом работает, а вот в шестнадцатом пока нет. — Ладно. Еще раз огромное вам спасибо. — Ой, да не за что, милочка. Спокойной вам ночи. — вслед крикнула старушка. — Ага, спокойной… — Ты в каком будешь? — спросил Билли, как только Хилл подошла к нему. — В семнадцатом. — она протянула руку, чтобы получить свой ключ, но вместо этого парень сам открыл двери с указанным номером, держа в уголке губ дымящую сигарету. — Билли, ты меня слышишь вообще? Ау! — Конечно. — сделав затяжку, он завалился в мягкое кресло. — Я просто решил зайти к тебе в гости. — Ладно. Мне нужно сейчас позвонить, только ты молчи. Пожалуйста, ни звука. — Байерс присела на кровать, положив на колени телефон. Блондин показал жест «рот на замке», выполнив просьбу, он молча прошелся по комнате. Как только девушка дозвонилась к себе домой, Билли лег на кровать так, что его голова оказалась рядом с сидевшей на краю Хиллари, заставив ее еще больше смутится от его взгляда. — Ты вот любишь играть на нервах, да?! — выдала она, по завершению разговора с Джонатаном. — Конечно. Жить без этого не могу. — сквозь сигаретный дым, выпущенный над собой, уголки губ растянулись в довольной улыбке. — Так, мне нужно еще сделать один звонок. Ни звука! — пальцы быстро пробежали по нужному номеру. — Нэнси, привет. Извини, что так поздно. — Привет. Ничего, я только собиралась ложиться. Что ты хотела? — В общем, если позвонит тебе моя мама или кто-то из моих, скажи, что я сегодня ночую у тебя. Хорошо? — Да, без проблем. Но у тебя там всё в порядке? — Всё хорошо. Правда. — Так, а где ты? — Уиллер знала, что она единственная, у кого подруга обычно могла остаться на ночь. — Эммм, …всё, давай, пока! — быстро выпалила Байерс, мигом опустив телефонную трубку на место. Она перевела взгляд в сторону на Билли, который лежал возле нее, снизу-вверх наблюдая за разговором. — Ты долго так улыбаться будешь? Не хочешь уже спать, а? — Дико хочу. — глядя на нее, он не мог сдержать улыбку. — Так может, давай я тебе покажу твой номер? — Нет. Мне эта кровать нравится. — Но я просто уверена, что там такая же! — Я не хочу спать один. — Билли одним движением затянул девушку к себе. — Билли… ну, серьёзно, я не Шерил. — в спокойном и тихом голосе Байерс, уже не слышно было прежнего возмущения. В воздухе повисла пауза. — Такие как Шерил… и мизинца твоего не стоят. — от улыбки, на лице блондина, не осталось и следа. — Поэтому так сложно было прийти к тебе. Хилл застыла в изумленном молчании, от прозвучавшего признания. Она стала вторым человеком в жизни Харгроува, который относился к нему с подобной заботой. Но эти, казалось бы, положительные эмоции перерастали в страх. Мать единственная к кому он был привязан, но и та бросила его, заставляя думать, что дело не только в отце, но и нем самом. Ведь за девять лет, она ни разу не появилась, отвергая все попытки связаться. Поэтому парень считал, что жить намного проще, если не привязываться к людям. Но в то же время это было невыносимо. Находясь среди бесконечно сменяющихся безликих лиц, он сильнее чувствовал одиночество, разъедающее по крупицам. И поэтому хотелось среди этой толпы увидеть человека, который принесет то желаемое спокойствие. Но это желание порождало вновь страх: а останется ли эта девушка с ним? Не станет ли он сам для неё тем самым безликим лицом? — Тогда в больнице… Прости. — пускай эти слова Харгроув произнес не глядя в глаза Байерс, но всё же он сказал это, хоть подобное для него было не так уж и просто. — Ничего. Я всё понимаю. — Хилл обхватила ладонь парня и тут же поймала на своем лице его удрученный голубой взгляд. Меньше всего он хотел бы сорваться снова на Хиллари; ровно так же, как это делал его отец с матерью. Но каждая ссора родителей запечатлена в памяти. Бесконечные крики, разбитые вещи в доме, а так же бесчисленные иссиня-желтые отметины на теле жены и сына — стали тем самым привычным языком, на котором говорил Нил Харгроув в последние годы совместного проживания в первом браке. И когда столько лет живешь в таком окружении, ты и сам не замечаешь, как перенимаешь этот ненавистный язык. Как становишься живым воплощением всего того, кого ты люто ненавидишь. — Я легко срываюсь. — он чувствовал засевшую под кожей злость, которая постоянно напоминала о себе. Все обиды и разочарования со временем накапливаются, перерастая в зудящее раздражение и злость ко всему окружению, и в частности к самому себе. В первую очередь за слабость, из-за которой не хватало сил дать отпор отцу. Годами терпеть многочисленные измывания — только ненависть к самому себе, может так всё разрушить. А может причина так же в мотивации? Ведь девятилетний Билли храбро бросался на Нила, только чтобы защитить мать. Но своим уходом, она многое уничтожила в мальчике, поселив взамен злобу. — Я совсем не переживаю на этот счет. — на мгновение, уголки губ Хилл растянулись в чуть заметной улыбке. — Я видела, какой ты без всей этой мишуры. И, кстати, — подняв руку парня, на запястье которой были электронные часы, Байерс пальцем указала на цифры. — Уже третий час пошел, и я не видела, никаких срывов злости. Ты точно идешь на поправку! — Нет. Просто ты так странно на меня влияешь. — блондин повернулся полностью к девичьей фигуре, опираясь головой о руку. — Я еще не лежал в кровати с девушкой, вот так просто разговаривая. Странное чувство. — на лице Харгроува снова сверкнула игривая улыбка. — А может всё-таки… — Иногда тебя хочется немножечко прибить! Вот серьезно! — Ладно, значит ложимся спать. — Билли скинул с ног кеды, а также снял единственный вверх одежды, который на нем был — кожаную куртку. — Нет, ну ты просто издеваешься! — воскликнула Хилл, закрывая лицо руками. — Я не могу спать, если ты будешь голым! — продолжила она подглядывая сквозь пальцы. — Так это не голый. Голый — это когда... — не сдерживая широкой улыбки, Харгроув щелкнул двумя пальцами, и пуговица на джинсах в секунду расстегнулась. — ЗА ЧТО МНЕ ЭТО?! — Байерс с криком подорвалась с кровати. — Говорила мне Нэнси «Не связывайся с ним!». — Ты куда это собралась? — рука парня тут же схватила ее. — Сейчас вернусь! — Ты же помнишь про свое обещание? — Забудешь тут! Через пару минут вернусь. Спустя названное время девушка зашла в номер, держа в руках футболку. — Это что? — спросил Билли. — Будешь сопротивляться, пойду поменяю. Там у нее с микки-маусом одна оставалась. И еще, — выключая основной свет, Хиллари подошла к кровати. — Спим каждый на своей стороне. Не вздумай двигаться! — Ладно. — нацепив быстро серую футболку, блондин кивнул, пряча хитрую улыбку в тусклом свете настольной лампы. Стоило Байерс лечь на свое место и выключить последний источник света, мужская рука притянула ее к себе. — Будешь сопротивляться — сниму футболку. — слова теплым дыханием коснулись затылка девушки. На этот раз она уже ничего не ответила.