У тебя красивый голос

«And I get the feeling that you'll never need me again» (У меня такое чувство, как будто я больше никогда тебе не буду нужен) Harry Styles — Falling

Чимин ненавидит себя за свою трусость. Он не может подойти к Юнги и сказать, как сильно скучает до сих пор. Он пытался забыть его все эти тридцать пять лет, и ему казалось, что у него даже получилось, пока тот снова не появился так внезапно, что весь воздух из лёгких разом пропал. Пак мучается от бессонницы, ведь Мин снова забирает у него все силы, делая ужасно больно, оставляя его, прямо как тогда. Чимин ворочается, ведь в его голову приходят картины разного содержания, такие, где с Юнги его сын. Пак понимает, что глупо ревновать Мина к родному сыну, но он глупый. Он по-настоящему глупый, потому что все эти тридцать пять лет любил Юнги, хоть и знал, что ничего, кроме боли, это не приносит. Боится ли Чимин, что Мин и Чимини бросит? Да, очень. У него самого осталась эта детская травма после влюблённости, разбитое сердце из-за которой до сих пор не зажило.

***

— Хё-он, — Чимини смеётся, обнимая старшего, — ты должен мне одно желание. — Почему это? — фыркает Мин. — Почему нет? — парень заливается громким смехом. Какой же он обаятельный. — Хорошо, какое? — Поцелуй. — Чимини, мы же знакомы недавно, а ты уже все время хочешь целоваться? — Юнги улыбается. — Хорошо, если ты не хочешь меня целовать, — Пак подходит к Мину в упор, — тогда я тебя сам поцелую. Чимини прижимается пухлыми губами к губам Юнги. Он начинает двигать ими так неумело, но так страстно, что иногда ударяется своими дёснами о чужой рот. — Чимини, — Мин слегка отталкивает его от себя, — почему ты такой нетерпеливый? — Я не привык получать отказы, хён, — говорит младший слегка запыхавшись, после чего начинает новый марафон поцелуев. — Мм, — Юнги снова отталкивает его от себя. Старшего уже начинает напрягать эта настойчивость, — Чимини, давай не будем торопиться? Пак отстраняется, надувая и без того очень пухлые губы. — Так и скажи, что не хочешь целовать меня из-за моего отца. Это Юнги совершенно не ожидает услышать, он переспрашивает: — Чего? — Хён, вы же с моим папой, вроде как, друзья, и тебе неудобно быть со мной, потому что я его сын, да? Мин замолкает. Спустя пару секунд он все же спрашивает: — Ты думаешь, он был бы против? — Я не знаю. — Мы разговаривали с ним, и он, кажется, разрешил. К тому же, ты сам мне сказал, что твой отец не против твоей ориентации. — Юнги смотрит на него в упор. — Или ты соврал мне? Пак мигом краснеет, отводя взгляд в сторону. — Чимини, ты соврал мне? — Юнги берет младшего за руку, смотря ему прямо в глаза. — Не… Не совсем… — младший вздыхает. Мин меняется в лице, становясь более серьёзным: — Не совсем — это как? — Он сказал, что не хочет, чтобы мы встречались. Папа думает, что я ещё маленький для отношений, но мне же уже восемнадцать! — И? — Ещё он думает, что ты разобьёшь мне сердце, но я же знаю, ты добрый хён. Юнги хмурится. Он не думал, что Чимин о нём такого мнения. — Он действительно сказал тебе это? — Да. Сначала я рассказал ему, что ты мне нравишься, и он сказал, что мне лучше оставить эту затею. А когда мы с тобой уже начали встречаться, я рассказал ему об этом, вот тогда он уже был не против. — Он разрешил только потому, что ты встречаешься со мной? — Да, наверное. — Значит, с другими мужчинами не разрешил бы? — Я не знаю. — Может быть, дело действительно во мне? — Наверное, папа хотел, чтобы мы с тобой были вместе. Юнги замолкает. Он чувствует что-то странное в области груди. Что-то, что ему совсем не нравится. Мину не особо приятно то, что Чимин вот так просто отпустил его, Юнги, от себя. А нужен ли был Мин ему вообще? — Но теперь, хён, ты можешь успокоиться. Мой папа будет рад за нас, — младший тянется за поцелуем, и Юнги отвечает, думая совершенно о другом. Мин снова остаётся наедине со своими мыслями. Что-то не так. Он чувствует себя странно, словно не видит самого главного и упускает это из виду навсегда. Юнги же встречается с Чимини, и, кажется, всё не так уж плохо, только вот он не тот, кто ему нужен. Юнги замечает какую-то просто жуткую активность младшего, такую, которая для него кажется неправильной. Внешне он, может быть, и похож на Чимина из прошлого, на самом деле же он абсолютно другой человек. Мин размышляет, прислушиваясь к себе, и не понимает очень многого. Например: зачем он сам согласился встречаться с сыном Чимина? Вероятно, он так сильно скучал по Паку из прошлого, что начал видеть его в его сыне. Ему казалось, что перед ним и есть сам Чимин, ему так просто хотелось думать. На деле же все его фантазии разбивались о реальность, где Чимин и Чимини — два абсолютно разных человека. Только вот почему Пак разрешил им встречаться, Юнги казалось, что он будет против. Юнги, как привык, стучит в дверь, надеясь, что старший дома. Дверь же открывает его жена. Мин замирает на пару секунд, видя её. Он даже поздороваться с ней нормально не может. Парень разглядывает её, но не пялится, а именно водит глазами по чертам её лица. Юнги дышит глубже, понимая кое-что, но вслух произнести это у него совести не хватает. — Здравствуйте, а Чимин-хён дома? — кое-как выдавливает из себя Мин, после чего получает уверенный кивок, и через минуту перед ним стоит сам Чимин. Юнги смотрит на старшего. От него исходит настолько другая атмосфера: этот мужчина какой-то тихий и спокойный, абсолютно сдержанный и через край правильный. Его взгляд же, напротив, мягкий и ласковый, словно он ведёт напрямик к его прекрасной душе. Он совсем не такой, как Чимини. — Юнги, — начинает Пак. Мин смотрит на него пару секунд, рассматривая его лицо. Оно просто прекрасно. Его светлые волосы словно переливаются на свету. Этот мужчина, несмотря на возраст, напоминает ангела. — Чимин… — произносит Юнги, исправляясь, — хён, — он должен уважать старшего. — Зачем ты здесь? Ты к Чимини пришёл? Я позову его, — говорит Пак как-то грустно, разворачиваясь и собираясь звать сына. — Нет, — Мин останавливает его, хватая за руку, — нет, не надо Чимини. Я к тебе. — Ко мне? — его брови поднимаются кверху. — Зачем? — Мне захотелось прийти. — И ты пришёл. Мин кивает. — Потому что тебе захотелось. А раньше не приходил, значит, не хотел? Юнги смотрит на Чимина, что слабо улыбается, словно, он делает это не потому, что происходит что-то хорошее, а потому, что старается скрыть что-то плохое. — Я был с Чимини. — Я рад за вас. Мин ждёт чего-то, ждёт, что Пак скажет, что скучал, что ему его не хватало, но тот лишь смотрит ему прямо в глаза. — Я скучал, Чимин. — Поэтому не приходил. — Я приходил. — Но не ко мне, чтобы пообщаться, а к Чимини. — Но… — Юнги, послушай, — Пак выдыхает с тяжестью, — зачем ты здесь? — Потому что я хотел увидеть тебя. — Ты хотел поговорить со мной о моем сыне? — Нет, совсем нет. Я хотел поговорить с тобой о тебе. — Юнги, я прошу тебя… — Чимин закрывает глаза. — Ты же встречаешься с моим сыном. Зачем тебе я? — Потому что я скучал. — Тебе кажется… — Нет. Я очень скучал. — Но ты же с моим сыном. — Но я не люблю его. — Тогда зачем ты с ним? — Я… — Мин сглатывает. — Он просто так похож на тебя из прошлого. Я скучаю по тебе. Я не могу до тебя дозвониться. — Правильно. Потому что я больше тебя не жду. Юнги хлопает глазами, смотря на грустного старшего. — Почему? — Потому что ты сделал свой выбор. Пожалуйста, не делай больно моему сыну… Дверь перед Юнги захлопывается, он садится на корточки, прижимаясь к ней спиной, даже не догадываясь, что по ту сторону так же сидит Чимин. Между ними снова расстояние.