ГОРИЗОНТ СОБЫТИЙ

После высказывания Шона в помещении установилась звенящая тишина, в которой, казалось, можно было расслышать глухие удары сердец, набатом бьющихся о своды ребер. — Мы... мы не можем быть уверены... — прозвучал едва слышный шепот Беллы, посвящённой во все подробности с Зербингером. Это была провальная попытка убедить, в первую очередь, саму себя, которая явно не сработала ни с самой Шерман, ни с кем-либо другим. Яростно зажмурив глаза, она старалась не дать панике разыграться, в то время как Эд подскочил к ней и вжал в себя, стараясь физически оградить. И снова мертвецкая тишина, в которой никто не двигался, кажется, стараясь не смотреть друг на друга, страшась увидеть приговор. Даже Зоуи, не понимающая абсолютно ничего кроме того, что всё совсем плохо, боялась заговорить. Было необъяснимое ощущение, будто любой звук может запустить какой-то страшный механизм, поставить пресловутую точку невозврата. — Скорость? — первым нарушил молчание капитан Кинг, спуская пружину, и механизм, действительно, заработал: все словно вынырнули из анабиоза с негласным пониманием, что нужно что-то делать и срочно. — Небольшая. Даже при таких габаритах скорость до смешного маленькая. — Мэй быстро активировалась вслед за Дейвом, — Будто с нами играются... — Размеры? — сухо спросил подошедший Роб, всё также не отпуская руки Хантер. — Секунду... — проговорила первый пилот, вытыкивая что-то на сеансоре, — Так, бот говорит, что больше Путного в 21,4 раза. Две центрифуги, куполообразный сектор между. Скорость, конечно, мизерная, но у нас всего сорок - сорок пять минут. — Блядь! — выругался Хилл, у которого процессор уже всё просчитал, — Убраться мы точно не успеем. Лайнер не вывезет гонок. Сомнения в том, что это гости с милого и очаровательного Зербингера не посещали никого: наоборот, было удивительным, что они не появились раньше. Теперь мужчины себя проклинали, что слишком расслабились. Это была критическая ошибка. Мозги, что Роба, что Дейва интенсивно работали, раскладывая теории вероятностей и варианты развития событий. Корабль кустарно восстановили, но этой починки хватит ровно на один спокойный квантовый прыжок. А смогут ли они нормально приземлиться — даже это было под вопросом. — Договориться с ними не получится, ведь так? — прозвучал неуверенный голос Тесс. На заднем фоне было слышно, как Шон экстренно объясняет ситуацию Зоуи, запихивая термальный пластмассовый бокс с С-4 в скрытую панель в стене. Эд, очевидно, активно успокаивал Беллу, а мониторы выводили на экраны "камеру" Блэка и немногочисленных пассажиров, отправляющихся на поздний завтрак. Мэй повернулась на вопрос Хантер, и глаза её выхватили немой диалог мужчин, которые, несколько раз переглянувшись, едва заметно качнули головами, соглашаясь друг с другом. "Однако..." — пронеслось в милой головке Паркер. Она слишком хорошо и долго знала их обоих, чтобы упустить из внимания этот момент. — Видимо, придется попытаться... — выдавил Роб, притягивая к себе шатенку и целуя её в висок. — Серьёзно??? — чего-чего, а такого ответа Тесс однозначно не ожидала. — Вы серьёзно? — вторила ей Мэй, вглядываясь только в лицо своего мужчины, нависшего над ней и разглядывающего картинки с камер лайнера. Паркер пыталась поймать его взгляд, пока Дейв давал себе секунду, чтобы собраться с силами. Один глубокий вдох, и он заглядывает ей в глаза, способный солгать. — Да, другого выхода у нас нет. — его рука опускается на её щеку и нежно гладит большим пальцем, — Возьмём с Ро пару нейронных блокаторов, глоки и пойдем пытаться договориться. — мужчина поворачивает голову к другу, и тот одобрительно кивает. — Это ни разу не смешная шутка! — настойчиво произносит Хантер, отстраняясь от Хилла, — Они спокойно могут захватить этот корабль и не подавиться! О каких переговорах может вообще идти речь?! — девушка переводила взгляд с одного парня на другого, не веря, что они всерьёз. — Есть то, чего они не получат при простом захвате. — скупо выдавил Дейв, — Одна правительственная прога. Их заинтересует. — Что за программа? — зацепилась теперь Мэй, — Почему я не в курсе? — Так, остыли. — спокойно проговорил Роб, — Программа засекречена, уж прости, но тебе по рангу пока не положено. О ней знаем только мы двое: капитан и начальник безопасности. Ещё вопросы? Сказано это было таким тоном, что вопросов больше ни у кого не нашлось. У примкнувшей к их беседе детектива из Нью-Йорка в голове пронёсся вывод, что она, пожалуй, никогда не сможет так сказать, при том, что фраза одна и та же. "Глупая, глупая мысль, Зо..." — Ок. Вопросов нет. Но я иду с вами. — уверенно заявила первый пилот и развернулась в своем кресле к мониторам. — Даже не думай. — прорычал Дейв, но брюнетка его перебила. — Согласно пункту тридцать семь параграфа второго нашего Устава "...любые межпланетные/межгалактические переговоры проводятся в составе Капитана судна и Первого пилота. Иные лица могут быть допущены, при согласовании с Капитаном судна..." — Паркер убедительно зачитывала параграф, выведенный ей же на экран, и не верила что это может сработать хоть в одной из параллельных вселенных. — Мэй, нет. — резанул Хилл. — Нет, я сказал. — она точно испытывает его на прочность... — Если вы так уверены в этих переговорах, то либо я иду с вами, либо не идет никто. Вы меня знаете. Конец истории. И они, действительно, её знали. Поэтому оба решили, что проще будет просто согласиться. Дальше активировалась вторая: — Я тоже иду. Лучше, если будет больше людей. — заявила теперь Тесс. Только нагнувшийся к Мэй Кинг резко распрямился и посмотрел на друга. — Даже, блядь, не обсуждается. — сквозь зубы прорычал Роб, — Ты. Не. Пойдёшь. Он стоял в шаге от девушки. Шатена уже начало трясти только от одной мысли, что она высунет свой прелестный носик из лайнера. Этого он не допустит. То же самое касается и Мэй. В голове созрел план. Каждая клеточка в теле Хантер взбунтовалась против него. "Так спокойно, Тесс. Это Роб и ты его любишь... спокойно..." — эта мысль отрезвила девушку, и она шагнула к Хиллу. — Роб... — мирно начала девушка, положив правую руку на его скулу и заглядывая ему в глаза, — Я тебя люблю. Я это знаю. Ты это знаешь. Действительно, люблю. Но какой бы силы эти чувства не были, я не позволю тебе меня ограничивать и управлять мной. Я знаю, ты заботишься и переживаешь, но я взрослая девочка и прекрасно помню, что я со всем справлюсь, тем более, когда ты рядом. Мне нужно, чтобы ты об этом тоже вспомнил, любимый. — Тесс говорила это, сплетя пальцы левой руки с пальцами Хилла и успокаивающе поглаживала. Мужчина смотрел на неё и не мог придумать причины противоречить. В его воспоминаниях вспышками всплывали кадры, подтверждающие слова девушки — она, действительно, справится. Со всем. Но не сказать, что от этого было легче. Пока. Пока не легче, но позже будет, зная, что они с Дейвом задумали — эта мысль немного грела душу. — Я люблю тебя, — Хилл притягивает её к себе, вжимая максимально сильно, на грани боли, — и я буду рядом. — целует в макушку и, улыбаясь, шепчет, — Ты у меня такая ласковая, оказывается. Когда первый раз увидел, не подумал бы, что ты можешь быть такой. — Это всё ты, сукан, — бурчит очаровательно Тесс ему в грудь, — сделал из меня какую-то сопливую субстанцию и радуется. — тонкий пальчик ткнулся под его ребра, что Роб совсем немужественно хихикнул. — Ты безумно красивая, я говорил тебе? — спросил парень, поднимая лицо Хантер за подбородок. — Да, но говори это почаще. — лукаво улыбнувшись, она клюнула его в губы, — Мы всё решили, я иду с вами. — объявила Тесс, обращаясь уже ко всем. Шон смотрел на всё это и понимал, что это — дурдом. Путный со второй космической превращался в рассадник невменяемых и душевнобольных. "Как там? "Не можешь остановить безумие — возглавь его"?.. Колин-Колин, что же ты наделал? Кусаться не хорошо, мама тебе не говорила?.." — Ок. Что от меня требуется? — спросил он, потом скосил глаза на Зоуи, стоящую рядом, — От нас. А дальше деятельность закипела. Оставалось около получаса до прибытия гостей — нужно было приготовить подарки. Роб с Тесс отправились вооружаться. Шон, Дейв и ни-разу-не-следящая-за-Кингом Мэй пошли в кабину пилота за супер секретной программой и инструктировать экипаж. Морену оставили пока на камерах и с передатчиком. А Белка и Эдвард были запущены в стан пассажиров для корректного разъяснения ситуации. Пройдя за Робом в особо запрятанное на просторах лайнера и явно тщательно охраняемое помещение, Тесс остановилась, вновь заглядываясь на уверенные и отточенные движения Хилла, оперативно достающего ящики с глоками 25, коробки с патронами и впервые увиденное девушкой какое-то оружие. — Нейронные блокаторы, — словно почувствовав спиной интерес Хантер, начал шатен, — технология выменянная у одной маленькой прогрессивной планетки, но само вооружение было разработано у нас — на Земле. Как утверждает производитель, — парень криво усмехнулся, — имеет действие на восьмидесяти пяти процентах известных нам космических рас. Вот и проверим. Блокирует нейронные сети организма и парализует на несколько часов. — Утешающая цифра. — всё, что смогла выдавить из себя Тесс, подходя к известному и такому "родному" глоку. — Аккуратнее. Я не хочу... — Хилл только хотел было забрать у неё пистолет, как немного подзавис от манипуляций девушки. — Роб, я дочь своего отца, как бы печально это ни звучало. — заговорила Хантер, правильно распознав реакцию парня, — Меня научили держать ружьё, ещё когда мне не было и десяти. Ну, знаешь, политика, гольф, охота и подобные развлечения неразрывны. Я ни разу в жизни не убила ни одного животного, но научить — меня научили. А глок... — Тесс отточенными движениями проверила патроны в магазине и потянула за затвор, не прекращая свою речь, — моя мама любила тир. Поэтому лет с шестнадцати неотъемлемой частью моего досуга была стрельба. Мама всегда говорила, что никогда в жизни не применит этот свой навык, что это просто её увлечение. И меня на это подсадила... — Тесс улыбнулась своим воспоминаниям, — хорошее было время... У нас была процедура два раза в месяц: тир, шоппинг и просмотр старых фильмов с кучей всякой вкусной гадости. Уравнение, из которого нельзя было что-то выкинуть. — вдруг Тесс спохватилась, — Прости, что гружу тебя этим... Особенно сейчас... — Спасибо, что поделилась. Это прекрасное воспоминание. Я хочу, чтобы ты всегда рассказывала всё, что взбредет в твою красивую сумасшедшую головку. — Роб обнял её со спины, целуя в висок, — Договорились? — Спасибо... Я жду от тебя того же. — она сделала глубокий вдох, как перед прыжком в воду, и заговорила, — Хилл, я хочу быть твоей, — она развернулась в руках мужчины, заглядывая в его глаза, — во всех смыслах, Роб. Хилл смотрел на девушку и понимал, что это он стал сопливой субстанцией. Окончательно и бесповоротно. И ему это нравилось — нравилось, что он мог позволить себе быть таким рядом с ней. Роб никогда не задумывался, чего ему недоставало по жизни, его всегда всё устраивало. Так и было, пока Хантер не взошла на борт "Путного". И всё. Банально, но жизнь разделилась на "до" и "после". Когда она появилась, Хилл понял, чего ему не хватало все сознательные годы, хоть он этого и не замечал — Тесс. Ему не хватало Тесс. Сейчас Роб не допускает и мысли, что девушки могло и не быть или что он сможет её отпустить. Не сможет. В грудной клетке заныло, будто её секунду назад разворотили тупым колюще-режущим, от осознания того, что выбора-то у него и не предвидется. — Ты и так моя. Только моя. Это даже не обсуждается... Я думал, это и так понятно. — он гладил девушку по лицу, вглядываясь в каждую его черточку, давая себе несколько минут просто помечтать — всё, что у него теперь осталось. Сейчас он не должен показать, что лжет, что знает о том, что этой мечте никогда не сбыться. — А ты только мой. — с нажимом произнесла Тесс. — Моя маленькая глупышка... — он тихо рассмеялся, утягивая девушку в поцелуй, — Когда мы поженимся, ты ещё пожалеешь об этих словах. — продолжал он веселиться. — Что? — из Хантер, казалось, выкачали весь воздух, — Ты думаешь о свадьбе?.. — Скорее не о свадьбе, а о том, что ты будешь моей женой, но да — думаю. — просто ответил он, забавляясь её ступором. Сейчас, рядом с ней, и правда, так легко было забыть всё происходящее. Хилл удивлялся тому, как им стало легко, когда они признались друг другу в своих чувствах. Так легко и так правильно, будто пазл сложился. Ему казалось, что Тесс специально для него слепили. А время — ощущалось, что прошли месяцы и годы, а не пара дней. Как же чертовски несправедливо всё складывается. Чертовски несправедливо... Тесс же в этот момент старалась поднять челюсть с пола, с ещё большим шоком осознавая, что, предложи он сейчас ей пожениться, Хантер согласилась бы. — Я люблю тебя, и когда-нибудь ты станешь моей женой, мой маленький кексик, — он играючи прикусил шатенку за скулу, яростно скрывая собственную боль от нереальности произнесенного. — Только если без всей этой пышной коммерческой хрени. — Тесс, морщась от удовольствия и повернув голову, поймала его губы своими. — Я в тебе не сомневался, — проговорил он восстанавливая дыхание после глубокого поцелуя, — хоть вдвоем. Просто сбежим куда-нибудь и поженимся. — Договорились, любимый. — проговорила она, — Но предложение тебе всё же придется мне сделать. — игриво шлёпнула его пару раз по щеке и обошла, на что Хилл громко рассмеялся.

***

Мэй, не мигая, ревностно следила за каждым действием Кинга, пытаясь понять, что они с Робом задумали. Всё вроде бы было, как и всегда, но в сознании девушки маленьким сверлом ворочалось предчувствие, что от неё что-то скрывают. Что-то очень важное. И вот уже несколько минут она, оперевшись о стол, смотрела, как Дейв, поколупавшись в бортовом компьютере, что-то перенёс на свой планшет, а теперь раздает указания экипажу судна. Шон, выслушавший нехитрые поручения капитана, был отправлен к Робу. Единственное, чего Мэй не видела (так как Дейв весьма убедительно "попросил" перепроверить алгоритм квантового скачка на Землю), так это того, как, провожая Бэлла из пилотской, Кинг крепко обнял шокированного Шона и, тихо проговорив, что Хилл ему всё объяснит, резко отстранился и вернулся к Паркер. Брюнетка, быстро осуществив приказанное, вновь обратила свое повышенное внимание на мужчину. Всё это время старающийся игнорировать такое поведение девушки Дейв, наконец, произнёс: — Что тебя беспокоит, Мэй? — последние инструкции были отданы, и у Кинга появилось несколько минут, чтобы попрощаться с Мэй. Его маленькая девочка. Любовь всей его жизни. Сейчас — от осознания, что это, скорее всего, последние минуты, которые он может смотреть на неё, почувствовать её, сказать последние слова — разрывало на части. Было не просто "хуево", было... да нет, пожалуй, такого слова, которое сможет охарактеризовать хотя бы десятую часть той боли и отчаяния, которые Дейв сейчас испытывал. Но он должен. Должен ради неё же. Должен ради Тесс. И Шона. И всех остальных. Должен, потому что знает, что Роб сейчас делает то же самое — выворачивает себя на изнанку, чтобы у их любимых был крошечный шанс спастись. Поэтому сейчас на лице капитана Кинга не проступает ни одна лишняя эмоция, способная выдать его истинное состояние. — Я верю тебе, Дейв. Зря? — напрямую выдает Паркер, не понимая, чего больше желает: то ли выбить брюнета из седла, чтобы он рассказал всё, что они с Хиллом задумали, то ли услышать, что он не лжет и не скрывает, что она ошибается, что всё хорошо, что они скоро будут дома — на Земле, что эта кошмарная и одновременно восхитительная поездка закончится, что скоро они просто будут вместе без всего этого хаоса и смертельных опасностей... Ладно. Второй вариант в сотни, в тысячи раз соблазнительней. — Что за глупости, родная? — с удивленным смешком выдает Дейв, когда лёгкие, кажется, отказываются работать от того, что он безбожно врет, — Конечно, ты можешь мне верить, — его пальцы самозабвенно начинают гладить её лицо, цепляя пряди волос, переходя на шею, — разве я когда-то давал повод во мне усомниться?.. — губы шепчущие напротив губ, глаза смотрящие с такой любовью... Определённо, второй вариант в миллионы раз соблазнительней. И она верит, страстно целуя, впиваясь пальцами в мощные плечи, вспоминая, что ни разу в жизни он не лгал, идя на поводу у этого трусливого желания просто верить.

***

Шон шёл по направлению к основному шлюзу высадки судна, где его уже ждёт Роб, яростно преодолевая желание вернуться назад и задать Кингу полтора миллиарда вопросов. Он с ним прощался? Нет, не так. Он с ним попрощался. Бэлл точно знал, что это объятие с Дейвом было прощание, от чего становилось просто страшно. Банально страшно. Было множество вопросов, и Шон знал, что ответы на них он получит от Хилла, но желание их получить испарялось, как ацетон на открытом воздухе, — было яснее ясного, что ничего хорошего это не несёт. Зайдя всё в то же помещение, где творилась вся химическая магия Тесс, где ребята готовились к выходу в космос, и происходило ещё многое-многое другое, кучерявый парень увидел Роба, что-то настраивающего на мониторчике небольшой прилегающей комнатки — этакой "гардеробной", хранящей в себе всю атрибутику для хождения в космос. Хилл почти мгновенно заметил появление друга и сразу переключил свое внимание на него. Стремительно подошёл и быстро, но четко стал говорить, иногда заглядывая за спину Бэлла, проверяя не появился ли кто: — Значит, так, Шонэлли. Слушай меня сейчас внимательно, не перебивай и не спорь. Понял? — тон Роба был максимально серьёзен. Дождавшись кивка, он продолжил, — У нас с Дейвом есть план, как всех спасти. И ты играешь в нем ключевую роль, брат. — шатен смотрел, как лицо Шона вытягивается в удивлении, и понимал, что сопротивления точно не избежать, — Мы с Кингом, как и сказали изначально, пойдем на переговоры с Зербингером. Твоя задача в этот момент, не взирая ни на что, поднять эту каракатицу и лететь к Земле. Сделать ты это должен, как только мы покинем борт. Сразу же, слышишь меня?! Лицо Бэлла мгновенно окрасилось в красный от осознания того, о чем его просят, и от дикого возмущения. Он отшатнулся от шатена. — Что?! Да ты охерел меня просить о таком?! Нет! Хилл, нет!!! — Шону резко перестало хватать воздуха. — Шон. Шонэлли! — Хилл обхватил шею друга, очень близко притягивая его лицо к себе, и заглянул в глаза, — Брат, девчонки не пойдут на это, поэтому я их закрою здесь, — он немного мотнул головой назад, указывая на "гардеробную", — немного собью программу, чтобы Мэй не сразу открыла. Они нам не позволят, понимаешь? На борту семьдесят человек, Шон. Ты должен их спасти! — Нет. Нет, Роб. Ты не можешь просить меня о том, чтобы бросить вас. Нет. — Бэлл упрямо мотал головой, чувствуя, как из глаз срывается пара слез. — Нет. Не смей этого делать! — Шон. Люди. Другого выбора у нас нет. Ты и сам прекрасно это знаешь. Ты должен на это пойти, брат. Ты должен всех спасти. Просто потому, что больше некому, Шон. Некому, понимаешь? Роба сейчас самого всего выворачивало из-за того, что он толкает парня на подобное — сознательно бросить их здесь. Никакая математика и понимание того факта, что семьдесят жизней важнее двух других здесь не помогут. Шону придется всю оставшуюся жизнь провести с этим решением. Бэлл, пытаясь отдышаться, поднял глаза к потолку, понимая правильность слов Роба, но каждая клетка в его теле бунтовала против этого. Дикое, дичайшее отчаяние затопило всё его существо. Он даже не старался сдержать слезы — это сейчас было абсолютно не важно. Важно было то, что судьба вынесла свой приговор. — Шон... — хрипло позвал его Хилл. Бэлл, судорожно вздохнув, опустил глаза на друга. В них Роб увидел всё, что сейчас было ему нужно, и порывисто, крепко-крепко обнял его, чувствуя, как глаза щиплет. — Я в тебе не сомневался, братишка... — шатен несколько раз хлопнул Бэлла по спине, проговорив "Пора." отстранился и развернулся, не оглядываясь. Шон парой решительных движений вытер влажное лицо и направился в кабину пилотов.

***

Вот уже две минуты четырнадцать секунд Тесс переодевалась в каюте Мэй. Ранее отправленная Робом к Паркер найти для неё одежду "более комфортную для прогулок в космосе" Хантер зацепила брюнетку в пилотской, и они отправились на поиски в покои Мэй. Шатенку несколько удивил этот внезапный посыл её молодого человека, потому как раньше его не смущала её неспециализированная одежда, но высказывать свои подозрения вслух она не стала из-за ограниченности во времени. Найдя комбинезон из максимально тугой ткани, такой, чтобы скрывал разницу в росте, девушки одели Тесс и отправились паковаться в скафандры. Продвигаясь по одному из многочисленных коридоров, Мэй и Тесс встретили Бэлла. — Все в порядке? — озадачено спросила Мэй, заметив легкое покраснение глаз друга. — Конечно, — чрезмерно задорно ответил Шон, пытаясь не показать виду, — насколько это возможно в такой ситуации. Вы давайте, топайте. Вам скоро высаживаться на поверхность. — и проскочил мимо девушек, не давая им шанса вновь задать вопрос. Подруги переглянулись, но продолжили дальнейшее движение. Головы их сейчас заполняли абсолютно разные мысли, что у одной, что у другой. Переговоры с Зербингером. Опасность, которую они в себе несут. Что за программа такая, на которую можно выменять свободу целого лайнера? Смогут ли они в действительности договориться? Какие они — жители Зербингера? Что вообще их ждёт дальше? Молча крутя эти думы, Тесс и Мэй дошли до помещения, прилегающего к шлюзу, где их ожидал уже ряженый Роб. Через минуту появился и капитан судна. Быстро инструктируя и говоря о том, чтобы ни одна, ни вторая не лезли на рожон, и вообще по возможности не высовывались из-за их спин, стал натягивать скафандр и он сам. Оперативно одевшись, все четверо на мгновение помедлили, здесь Роб и понял, что пора начинать осуществлять свой план. Переглянувшись с Дейвом, Хилл обошёл Тесс, что-то проверяя в её скафандре. — Черт! Тесс, меняй скафандр. — он взял её за руку и повел её к комнате хранения экипировки, — Дейв, проверьте свои, — кинул он, не оборачиваясь, — у этого баллон повреждён. Уже в маленьком помещении они стали быстро освобождать шатенку от костюма, который вскоре отлетел куда-то в сторону. — Хантер... — без предупреждения Хилл вжал в себя девушку, настолько сильно, что она даже опешила. — Роб, что...? — Тесс попыталась взглянуть на него, но он не позволил, прижимая её голову к себе. — Чтобы не случилось дальше, помни единственное. — он заглянул ей в глаза, — Я. Тебя. Люблю. — Роб... — Это единственное, что для меня важно. Чтобы ты об этом помнила. Всегда. Люблю, поняла? — Господи. Я знаю, Роб. Знаю... — Хантер прижалась к нему губами, — я тоже тебя люблю, родной... В это же время, Мэй и Дейв, проверив свои костюмы, самозабвенно целовались. Капитан стискивал Паркер из осознания, что это буквально последний их момент, а девушка также страстно отвечала, гоня от себя никуда не девшееся дурное предчувствие. Момент этот был нарушен Робом: — Мэйка, — Хилл отчаянно боролся с диким желанием подойти и обнять Мэй, — помоги Тесс, мы тут пока с оружием определимся... Сбитая с толку страстным поцелуем Паркер просто несколько раз кивнула и двинулась к маленькой комнатке. Как только она приблизилась к Тесс, они обе услышали, как за спиной брюнетки блокируется дверь. Хантер, вскинула голову на Мэй, которая, будто потеряв все жизненные силы, привалилась к стене и закрыла глаза, мотая головой из стороны в сторону. — Что...? — в непонимании начала было Тесс, но потом подскочила к двери начиная в неё бить, — Роб! Какого хрена, Роб?! Выпустите нас! — Прости меня, кексик. — раздалось разбитое в её приемнике. — Что...? — тут они почувствовали толчок — не дочиненный корабль поднялся с поверхности планеты Лизандра, — Роб, нет! Пожалуйста, нет! Ты не можешь так со мной поступить!!! Нет, Роб, вернись, пожалуйста!!! Хантер затопило понимание всего происходящего, а сразу за ним накатила сильная, безудержная истерика, такая, что она начала задыхаться, хрипя и умоляя, не способная остановить свои эмоции. — Я люблю тебя, Тессея Хантер. — прозвучало последнее и Хилл разъединил связь. — Роб, пожалуйста, нет, не бросай меня, пожалуйста. Прошу тебя, только не ты! Пожалуйста, Роб. Пожалуйста... Пожалуйста... — Хантер, уже стоя на коленях и продолжая обессиленно колотить дверь, задыхалась и давилась слезами, но ничего не происходило кроме этого. Мэй, оказавшаяся уже на полу, спиной прижатая к стене, словно тряпичная кукла, изможденная, тихо глотала слезы, едва всхлипывая и дрожащими руками касалась своих губ, как только недавно их касались губы Дейва, чей голос сейчас раздавался в её приемнике: — Я люблю тебя, Мэй. Будь счастлива. Это единственная моя просьба: будь счастлива, любимая...