V глава
18 августа 2024 г., 17:24
Чимин просыпается этим утром из-за того, что чья-то конечность усиленно толкает его в живот, а именно нога Соён. Отодвигая от себя ребёнка, омега поворачивается на другой бок и замечает пустое место рядом с собой, там, где должен был спать альфа. Хмурясь и принимая сидячее положение, спросонья парень не может понять, куда же делся ещё один человек. Оглядывается и замечает, что в печи только начали разгораться дрова, значит, их подкидывали совсем недавно, и не сложно догадаться, кто именно это был. Юноша вылезает из-под одеяла и тяжело топает сначала на выход из комнаты, а после и к входной двери. Но как только он касается ручки, дверь резко распахивается, а Чимин видит перед собой хмурого мужчину, что держит в руках охапку дров. Ещё полностью не проснувшись, начинает размышлять, чем уже смог разозлить Чона или что вообще могло случиться с утра пораньше.
— Может уже уйдёшь с дороги и дашь пройти? — риторический вопрос с самого порога не пугает юношу, но вот тон и голос мужчины, пожалуй, немного настораживает.
Пак отходит в сторону, освобождая путь. Проходя за порог, Чонгук идёт к углу комнаты и тихо опускает там дрова, присаживаясь на корточки.
— Чонгук, с тобой всё хорошо? — настороженно спрашивает Чимин.
— Да, — даже от такого короткого слова исходило слишком много холода и напускного пренебрежения.
— Да что с тобой не так, Чонгук? — повышает голос Чимин, но почти сразу же жалеет, вспомнив о ещё спящих детях в соседней комнате, и делает тон тише. — Ты можешь мне нормально объяснить, в чём дело?
— А что не так? — встаёт с корточек, поворачиваясь лицом к омеге. — Я веду себя так же, как и всегда. Это как раз таки что не так с тобой?
— Со мной? Да это ты снова ведёшь себя так, будто тебе на всех плевать, — возмущается, не понимая, что вообще сейчас происходит с этим безмозглым стариком и его поведением.
— Не снова, а как всегда. Может, это ты сам себе напридумывал того, что хотел от меня получать? — с издёвкой спрашивает альфа, злобно скалясь. — Хотел, чтобы я в тебя влюбился? Посмотри на себя и спустись уже с небес на землю, мальчик.
Щёку Чонгука обжигает звонкая пощёчина, заставляя голову с характерным хрустом то ли в шее, то ли в челюсти, резко откинуться в сторону, но тот даже не морщится, заслужил. А Чимин срывается с места к двери, моментом заскакивает в обувь и уносится на улицу.
Альфа падает спиной на диван и невидящим взглядом утыкается в потолок, это было слишком даже для него. Левая сторона лица будто пылает от далеко не слабого удара на первый взгляд хрупкого омеги, который уже не раз демонстрировал свою силу. «Это для твоего же блага. Сейчас больно, но потом было бы ещё больнее. Так будет лучше для нас обоих», — убеждает себя в правильности и рациональности своих же действий. Не сказать, что сильно помогает, но он хотя бы пытается.
Бездумно оглядывая комнату, Чон задерживается взглядом на вешалке в углу. «Он совсем ненормальный? Кто зимой ходит по улице в одной только тонкой рубашке? Самоубийца», — груз на сердце становится только тяжелее, ведь именно он виноват в том, что парень сейчас ходит по морозу без малейшего намёка на тёплые вещи. Вздыхая, еле стаскивает своё бренное тело с дивана. Срывая пальто с вешалки, толкает от себя дверь и выходит на улицу, оглядываясь по сторонам в поисках одной наверняка сильно замёрзшей тушки.
его мальчишкой. Садится на корточки перед дезориентированным омегой, накидывая на него пальто и укутывая как можно плотнее. Пытается заглянуть в глаза, но тот неотрывно смотрит на свои руки, сложенные на коленях. Чону становится не по себе от прерывистого и тяжёлого дыхания Чимина, ему казалось, что он успел как раз вовремя, но, возможно, этот человек уже успел что-то сделать мальчику.
— Чимин? — тихо зовёт, надеясь получить хоть какую-то реакцию, но её не следует. Поэтому мужчина слегка встряхивает его за плечи с целью привлечь к своей персоне хотя бы кроху внимания. — Чимин, ты слышишь меня?
— Испугался? — поднимает глаза и криво ухмыляется, но очевидно, что омега еле держится в сознании.
— Конечно же нет, — с сарказмом, а после переводит взгляд на бессознательного человека. — Встать можешь? Мне нужно как-то этого мудака перетащить.
— Могу, — кивает Чимин, но, пытаясь встать, всё равно падает обратно в снег.
Тогда Чонгук подхватывает его за талию, ставя на ноги и немного придерживая, чтобы тот не свалился обратно в сугроб. Видя нынешнее состояние блондина, Чон в который раз за утро корит себя в своем слабоумии. Здоровый конь, как он ведёт себя неразумнее, чем семнадцатилетний мальчик. И кто здесь ещё «мальчишка».
Опираясь на ближайший дом, Чимин ждёт, пока альфа подтащит тело за шкирку ближе. Чонгук одной рукой обхватывает Пака за талию, прижимая к своему боку, а другой тащит по земле человека, не заботясь о его сохранности. Очень медленно, но они всё же добираются до нужного дома. Чонгук оставляет безвольное тело на пороге и берёт на руки слабо протестующего омегу, обхватывая талию одной рукой, а второй держа под коленями, сажает его на диван. Возвращается назад, производя манипуляции, чтобы доставить тело мужчины с улицы в помещение. Закрывает дверь и падает на пол, устало выдыхая и разминая ноющие тупой болью в мышцах конечности.
— На этом твоё геройство закончилось? — всё ещё вяло, но с дерзкой ухмылкой.
— Пожалуйста, — игнорирует едкость в чужом голосе, поднимаясь на ноги и доставая из комода верёвку.
Дверь тихо скрипит, а из-за неё выглядывают две лохматые макушки. Дети видят перед собой незнакомого «спящего» мужчину и понурых хёнов.
— Что-то случилось? — первая спрашивает девочка. — Кто этот дядя?
— Идите ко мне, — подзывает их рукой Чимин. Дети бегут к дивану, после запрыгивая на него по обеим сторонам от Пака. — Выспались?
— Да, — отвечают хором.
— Хотите кушать? — спрашивает, распутывая пальцами взлохмаченные волосы малышей. — Тогда вы сейчас пойдёте в комнату, возьмёте с печки оладушки, которые я готовил вам ещё вчера, покушаете и поиграете, пока мы с Чонгуком будем заниматься важными делами.
— А ты же к нам придёшь? — с надеждой в голосе спрашивает мальчик.
— Чуточку позже, солнышко, — ласково улыбается, легонько щипая за пухлую щёчку, чем вызывает недовольный писк и фырканье. — Будете хорошими детками? Сделаете всё, как я попросил?
— Сделаем! — одновременно выкрикивают и убегают в комнату.
Тем временем Чонгук уже связал мужчину, оставляя его в углу. Подходит к большому шкафу рядом с диваном и достаёт оттуда небольшую коробку. Чимин вопросительно смотрит на альфу, когда тот садится рядом, оставляя коробку у себя на коленях.
— Давай сюда руки, — в голосе слышно приказные нотки, не терпящие возражений, и Чон протягивает свою ладонь.
— Это зачем ещё? — удивляется, но протягивает руки, не решаясь ослушаться в этот раз.
— Ты собираешься с такими руками и дальше ходить? — начинает неспешно обрабатывать мелкие ссадины и царапины.
Чимин и не заметил, как успел пораниться. Видимо, когда падал на выставленные в защитном жесте руки, нарвался на пару камушков на снежной тропинке. Хорошо, если бы он к концу дня заметил, а альфа, как ни странно, обратил внимание. Но Пак не намерен позволять дважды обводить себя вокруг пальца, он на это больше не купится. Ему не нужны напускные забота и внимание.
— Я и сам могу, — возражает, пытаясь вырвать ладони из рук мужчины.
— Не можешь, — отрезает, уже начиная перематывать тонким слоем бинта. — Перестань дёргаться и сиди смирно.
— А ты не приказывай, что и как мне делать, — дерзит омега. — Сначала грязью поливает, а теперь вдруг снова хорошеньким стал? У тебя раздвоение личности? У тебя есть брат-близнец?
— Думай, что хочешь. Я всего лишь пресёк все возможные развития наших отношений, которые не нужны ни тебе, ни тем более мне, — спокойно отвечает и завязывает аккуратный бантик. — Ты слишком бурно отреагировал, вот и всё.
— Я ещё и виноватым остался? Прекрасно, — вырывает свои руки, складывая их на груди и переводя взгляд на человека в белом одеянии. — Лучше придумай, что с ним делать. Не трать время на глупые оправдания и обвинения. Не знаю, что было в твоей пустой черепушке, но мне никаких отношений с тобой и не надо было. Задался ты мне, старик.
Никак не реагируя на реплику мальчишки, Чонгук ставит на место коробку, беря из неё предварительно смоченную вату. Подходя к мужчине, садится на пол и стягивает ткань, скрывавшую половину лица, подставляя ватку к носу человека и внимательно следя за его реакцией. Незнакомец начинает морщиться и слегка вести головой в сторону, избегая резкого запаха. Альфа поднимает его за шкирку, усаживая спиной к стенке и снова поднося ватку, пропитанную нашатырным спиртом. Открывая глаза, человек вяло моргает и с трудом фокусирует взгляд на мужчине перед собой.
— Очухался? — грубым голосом спрашивает Чонгук. — Кто ты такой? — уже рычит, хватая за волосы, не в состоянии сдерживать свою агрессию.
Чимин недовольно морщится, ощущая в воздухе резкий прилив жжёной древесины, которая скапливается горечью на языке. Обычно приятные и успокаивающие феромоны альфы теперь мешали дышать, перекрывая собой весь кислород.
— Агхх… — хрипит чужак, запрокидывая голову.
— Отвечай, — ещё больше злится Чон, замахиваясь для удара, и наотмашь бьёт кулаком в скулу. — Если не будешь говорить, живым из этого дома не выйдешь.
— Если будешь его беспрерывно бить, он опять отрубится, и мы точно ничего не узнаем, — подаёт голос Чимин. Встаёт с места, уже полностью восстановившись от произошедшего, и подходит к мужчинам, на пути к ним всё же распахивает окно, запуская морозный воздух и выветривая часть густого запаха. — Открой рот, — внезапно просит человека, присаживаясь на корточки рядом с альфой.
Чужак послушно открывает рот, тем самым открывая вид на пустующее место, где должен быть язык.
— Как ты узнал? — ошарашенно спрашивает Чонгук, переводя взгляд с мужчины на мальчишку.
— Он из дворца, — заключает омега, также переводя взгляд на Чона. — Когда я ещё жил в деревне, слышал о том, что новый король хорошо позаботился о сохранении всех дворцовых интриг и тайн в секрете. Я подумал, что если это человек, то он может быть как-то связан с правительством. И, как видишь, не прогадал, — спокойно заключает Пак, слегка кивая на свои же слова.
— И как нам тогда выведать что-нибудь полезное от него? — в растерянности спрашивает альфа. — Полагаю, писать ты не умеешь? — в ответ получает отрицательные махи головой. — Хорошо… Тогда мы убьём тебя! — слишком задорно восклицает и достаёт острый нож из-за пояса брюк, при всём этом хищно скалясь и смотря в глаза жертве.
Странно, что Чимин раньше не замечал наличие холодного оружия у альфы. Он делает вид, что закашлялся, тем самым скрывая улыбку и смех, рвущийся наружу. Для него это выглядит слишком комично и неправдоподобно, и он даже не может объяснить, по какой причине. Может, не до конца верит, что этот старикашка вообще способен кого-то убить. Но ведь он более чем способен. Он сражался с людьми, а значит, убивал и не раз. Тогда в чём же дело? Вероятно, Пак всё же слишком доверяет этому мужчине, поэтому не чувствует опасности.
— Если ты не несёшь никакой пользы, то нам проще от тебя избавиться, не так ли? — продолжает Чонгук. Человек снова яростно вертит головой, отрицая. — Меня начинает злить твоё безмолвие, — пафосно проводит пальцами по острию ножа.
— Господи, это может продолжаться вечность, — закатывает глаза Пак и резко выхватывает холодное оружие из рук мужчины, через мгновение уже прижимая к горлу человека. — Ты не умеешь говорить и писать, но ты можешь рисовать и жестикулировать, — придвигаясь ближе, говорит почти в лицо. Мужчина в белом тяжело сглатывает и с явной неохотой, но кивает. — Вот и отличненько! — мило улыбается омежка, убирая нож от горла.
— Теперь твоя очередь геройствовать? — вскидывает брови Чонгук.
Этот омега умеет удивлять, того глядишь, Чона заменит на раз плюнуть. Стоило бы ночью спать одним лишь глазом, а то ещё прирежет из-за малейшего неверного движения. Чудо, что Чонгук до сих пор жив и почти невредим, если не считать убитые нервы на этого щенка.
— Вот мне очень интересно, что же такого геройского есть в запугивании? — задаёт риторический вопрос, смотря с издёвкой в черные омуты и протягивая нож обратно владельцу. — Я просто делаю то, чего ты не можешь, больно уж ручки нежные.
Чимин встаёт, направляясь к шкафу. Он ещё вчера тут всё осмотрел и теперь примерно знает, где какая вещь находится. Достаёт несколько листов пергамента и перо с чернильницей, снова подходя к мужчинам.
— Освободи ему руки, — говорит омега, раскладывая на полу всё принесённое.
— Будешь мне приказывать? — несмотря на явное нежелание и резкость в словах, Чон всё же развязывает верёвку на руках незнакомца. — Откуда знаешь о письменных принадлежностях в шкафу?
— Вчера нашёл, — коротко объясняет, даже не взглянув на мужчину. — Имя у тебя есть? — обращается Чимин к немому, на что тот кивает и тянется к перу, выводя на бумаге еле различимые крючки и закорючки. — Хан… Бомгю? — кивок от мужчины.
— Сколько тебе лет? — подключается альфа. Немного помедлив, человек начинает рисовать маленькие чёрточки. — Тридцать один? — снова утвердительный кивок.
— Ты точно из дворца? — уточняет Чимин, получая кивок. — Зачем ты на меня напал? — мужчина в растерянности переводит взгляд то на пергамент, то на юношу. — Попробуй схематично нарисовать, — подсказывает.
Бомгю начинает изображать на бумаге кривые, с трудом различимые каракули. Пак пытается разобрать, что и где, но в итоге окончательно запутывается.
— Стой, стой, — проговаривает, останавливая его руку. — Я думаю, что эффективнее будет задавать наводящие вопросы, — забирает перо, ставя в чернильницу и немного отодвигая в сторону. — Итак, начнём, тебя прислал король? — неоднозначное движение рукой.
— Давай так, если то, что мы спрашиваем, правда — ты киваешь, если нет — мотаешь головой, если наполовину — водишь рукой вправо-влево. Понял? — обозначает все жесты Чонгук, в ответ ему следует кивок.
— Я хочу спросить, почему ты вообще идёшь с нами на контакт… Но, надеюсь, мы не пожалеем, что слушаем тебя, — с сомнением произносит Чимин, тяжело вздыхая. — Король дал указ не конкретно тебе, а тому, кто управляет тобой? — «Да».
— Ты сейчас, можно сказать, предаёшь своего правителя из-за каких-то личных обид или несогласия с его кандидатурой? — кивок сопровождается двумя пальцами. — И то, и другое? — «Да».
— Ты знаешь, что случилось с другими оборотнями? — задаёт сильно волнующий его вопрос, ожидая ответа, омега задерживает дыхание. «Да». — Ты знаешь, где они сейчас? — «Да».
— Зачем… Они все живы? — напряжённо проговаривает Чонгук. Отрицательное махание. — Омеги живы? — Кивок. — Так… Сколько погибло альф? — Немного помедлив, Бомгю поднимает в воздух пять пальцев.
После такой информации Чон на какое-то время подвисает, не до конца осознавая (или не желая осознавать) всё происходящее. Он был уверен в своей стае и знал, что при необходимости они будут до последнего защищать как себя и друг друга, так и омег из стаи Чимина. А он должен был костьми лечь, но защитить свою семью. Не смог. Опоздал…
— Они… Убивали по каким-то определенным критериям? — напряжённо спрашивает Чимин. «Да».
Он надеется, что это всё просто страшный сон. Не может в реальной жизни за три дня случиться сразу всё, что только могло и не могло произойти в его жизни. Как за такой короткий промежуток времени его и так несладкая жизнь разделилась на «до» и «после»? Он определённо рад, что его семья хотя бы осталась жива, но ведь альфы тоже имели право на жизнь, и они были частью семьи Чона. Возможно, среди этих альф может быть и Намджун, но Чимин отказывается даже думать о подобном.
— По возрасту? — хрипло предполагает старший. «Да». — Пожилых и оборотней среднего возраста? — «Да».
— Как нас нашли? — проговаривает Чимин, еле шевеля губами. Бомгю указывает пальцем на ухо. — Слухи? — «Да». — Это была зачистка? — «Да».
— Они специально пустили слухи о том, что через неделю прибудут в наши края? — «Да». — Они послали тебя, потому что знали о нашем нахождении здесь? — движение рукой. — Проверяли? — «Да».
— Сколько ты за нами следишь? — один палец. — Один день? — «Нет». — Час? — «Да».
— Почему мы не смогли почувствовать запах стаи, когда уже были в лесу? — вопрошает альфа. Чужак сначала теряется, но после берёт в руки перо и начинает рисовать образы. Прямоугольник, а под ним изогнутая в начале палка, вероятно, обозначающая лыжню. — Это… Какая-то закрытая повозка? — «Да».
— Но мы не видели там ни следов повозки, ни стаи. Только запах обрывается на полпути, — задумчиво протягивает омега, пытаясь возобновить в памяти вчерашние события.
— Мы были слишком потрясены, плюс ко всему ещё и с детьми под боком, — объясняет Чонгук. — Также был сильный ветер и шёл снег, следы могло этим скрыть, даже если там и были какие-то намёки на чьё-то недавнее присутствие, мы тогда просто могли быть недостаточно внимательны.
— Ладно, — вздыхает, думая над следующим вопросом. — Что с ними делают, раз не убили сразу? — Человек пожимает плечами, но после снова берёт перо. На пергаменте появляется решётка. — Эмм… Ты не знаешь, что именно? Но они находятся в темнице, правильно? — «Да».
— Ты один пришёл? — резко спрашивает альфа, а мужчина на это растерянно пожимает плечами. — Что это значит?
Бомгю указывает пальцем на себя и мотает головой, после поднимает две руки над головой, вырисовывая обруч вокруг.
— Ты не знаешь, но знает король?.. — «Да», человек крутит пальцем у виска. — Он сумасшедший? — догадывается Чимин. «Да». Переводя взгляд на Чонгука, обращается уже к нему: — И что нам теперь делать?
— Я мог бы предложить вариант, но думаю, он тебе не понравится, — отвечает Чон.
— У нас разве есть большой выбор? — приподнимает одну бровь. — Понравится или нет, сначала его нужно озвучить.
— Я могу пойти с ним туда, откуда он пришёл, — начинает мужчина, на что Пак хмурит брови. — А ты останешься здесь с детьми.
— Нет, — отрезает юноша.
— Вот об этом я и говорил, — закатывает глаза Чонгук. — У тебя есть варианты получше? Нам всё равно не с кем оставить двойняшек.
— Есть вариант, — заявляет Чимин, нахально вздёргивая подбородок кверху. — Сделаем так, как ты сказал, только наоборот.
— Ещё чего! — громко возражает. — Почему это я не могу, а ты можешь?
— Потому что, — яростно шипит, смотря в глаза так, будто хочет испепелить на месте.
— Браво! Лучший ответ в моей жизни, — уже не на шутку злится альфа, повышая голос. Ещё немного, и нужно будет открывать все окна в доме, чтобы не помереть раньше времени от удушья агрессивными феромонами. Одно уже не спасает. — И что нам тогда делать? Оба будем здесь сидеть и ждать какого-нибудь чуда?
— Не ори на меня! — в таком же тоне отвечают. — Это ты тут ведёшь себя как последний ублюдок, а не я!
Их прерывает стук сбоку. Бомгю указывает на дверь. Оба агрессора одновременно поворачивают голову в ту сторону. Просто дверь… Что оно должно значить? Нет ни намёка на чужое присутствие рядом. Вопросительные взгляды снова устремились на человека. Тот, закатывая глаза, разводит руками между ними, говоря о прекращении бесполезной ссоры. Он просто отвлёк их от перепалки.
— Ладно… — тяжело вздыхает Чон, массируя указательным и большим пальцами переносицу и опираясь рукой на пол позади себя. — Что в таком случае мы собираемся делать?
— У тебя, может, есть идеи? Раз уж ты вызвался помогать, — обращается к Бомгю омега. Немного помедлив, мужчина снова припадает к листу бумаги. Постепенно на нём появляются очертания дома, а рядом человек с длинными волосами. Хан показывает пальцем на дверь в комнату с детьми. — Стоп… Я правильно тебя понял, ты хочешь оставить малышей в каком-то доме со знакомой тебе женщиной? — кивок. — Мы не можем настолько доверять, тем более человеку.
— Но у нас нет выбора, — мрачно заключает альфа. — Если мы так и будем бездействовать, то и нас, и детей поймают вместе, тогда нам навряд ли что-то или кто-то ещё поможет.
На протяжении нескольких минут Чимин и Чонгук молча поддерживают зрительную связь. Они и сами не знают, что хотели этим сказать друг другу. Возможно, это была не озвученная вслух поддержка, но при их нынешних отношениях в такое слабо верится. После, будто закончив немой диалог, одновременно отводят взгляды.
Омега поднимается с места и направляется к соседней комнате. Ведь ничего плохого не случится? Если они один раз поверят на слово, несмотря на то, что это может оказаться ловушкой для глупых и доверчивых оборотней. В комнате же дети сидят возле камина, увлечённо выясняя, какая палочка, найденная среди кипы дров, больше похожа на волка, а какая — на оленя. Услышав, как отворилась дверь в помещение, устремляют любопытные глазки на Пака. Весело смеясь и перегоняя друг друга, сломя голову бегут к любимому хёну.
— Чимин-и, ты почему так долго? — жалобно хнычет Соён, хватаясь за ногу парня.
— Были дела, солнышко, — ласково отвечает, поднимая на руки обоих.
— А почему вы с дядей Чонгуком кричали? — подключается к диалогу Доун. — Вы опять поругались?
— Вам было слышно? — удивляется Чимин, он не думал, что это было настолько громко. Согласное мычание от ребятни. — Мы просто… немного поспорили. Ничего страшного. Давайте так, вы сейчас быстренько оденетесь в тёплую одежду. И тогда мы все вместе пойдём в одно место.
— Какое место? Там будут хёны? — радуется девочка, хлопая в ладоши.
— Нет, солнышко, не будет, — улыбка мгновенно сходит с нежного детского личика, уступая место надутым щекам и нахмуренным бровкам. — Но мы пойдём в то место, чтобы узнать, где они, так что нужно быстренько собираться, — пытается приободрить омега.
— Хорошо, — снова улыбается малышка.
Чимин ставит детей на землю, говоря поторопиться и выходить к ним скорее. Заходя обратно в комнату к мужчинам, видит уже полностью развязанного человека, которому обрабатывает раны Чонгук, что сам же и послужил причиной их появления. Садится к ним на диван, откидывая голову на спинку.
— У нас есть какой-то план действий? — тихо спрашивает юноша. — Или мы идём в неизвестность?
— Ну, в принципе… — отвечает Чонгук, заканчивая с демонстрацией своих скудных знаний в лекарском деле и теперь обращая внимание на Пака, развернувшись к нему корпусом. — Для начала отводим детей к тёте Бомгю, потом он нас пробует провести во дворец под видом новой прислуги, а там уже на месте разбираться будем.
— Откуда ты знаешь, что это его тётя, и как ты пришёл к последней части плана? — озадаченно спрашивает Пак, смотря то на одного, то на другого мужчину.
— Пока тебя не было, мы обсудили ещё парочку деталей, — объясняет. — Теперь более понятен ход событий?
Уже привычный скрип двери, и в комнату заходят два ангелочка, самостоятельно закутавшихся в одежду. Дети точно шли к успеху, но задом наперед надетая шапка на Соён и болтающийся без дела шарф на Доуне говорит о многом. Вздыхая, Чимин подзывает к себе девочку, быстро приводя её в порядок. Тем временем Чон проделывает похожие манипуляции и с мальчиком. Быстро справившись с детворой, взрослые одеваются сами, не забывая прихватить немного еды для детей, путь может оказаться слишком долгим и утомительным для неокрепших организмов.
— Ох… Ну что, выдвигаемся? — улыбаясь, спрашивает омега, смотря на Соён и Доуна, мельтешащих под ногами. По комнатушке эхом раздаётся громкое согласие.
Трое взрослых и двое детей выходят на морозный воздух. Сегодня погода получше вчерашнего. Небо чистое, даёт надежду на то, что они смогут дойти до места без лишних проблем. Лишь изредка ветер проскальзывает рядом. Тишина сквозит в ближайших окрестностях. Остаётся только надеяться, что это не затишье перед бурей.
Нервничая, Чимин хрустит пальцами, оглядывая пустующую местность вокруг. Ему не даёт покоя плохое предчувствие. С одной стороны, ему нужно как можно скорее вернуть семью, с другой стороны, всё внутри скручивается только от мысли, что он может совершить ошибку и доверить своих детей не тем людям, поплатиться за это.
— Успокойся уже и приди в себя, — хриплый голос звучит рядом с ухом, отчего парень дёргается и переводит взгляд на альфу. Тот лишь слабо улыбается и идёт вперёд, говоря следовать за ним и Бомгю.
Чимин берёт на руки девчонку, а альфа подхватывает мальчика для более быстрого передвижения. «И вот что это сейчас было? У него точно должно быть раздвоение личности. Как ещё можно объяснить такое странное, непонятное и постоянно меняющееся поведение? Может, у него действительно есть брат-близнец? Тогда сам Чонгук является хорошим или плохим? Вот и что мне делать со всем этим? Я ещё никогда так не терялся в своих эмоциях и ощущениях. Ох… Как всё сложно», — устало размышляет Пак, вздыхая и безмолвно следуя за мужчинами.
Они устремлено идут по запланированному пути, подпитываясь одной только надеждой. Есть большая вероятность того, что всё закончится далеко не радостно для оборотней. Но также есть и другая вероятность того, что у них в конечном итоге сложится всё наилучшим образом. Омега надеется на второе, но мысленно готовит себя к худшему раскладу.
Они сделают всё возможное и невозможное, но смогут обрести своё место в этом мире и стать счастливыми. Чимин обещал своим родителям, что будет счастлив. Он намерен умереть, только будучи счастливым и довольным всей своей прожитой жизнью, зная, что его семья в безопасности и им ничего не угрожает. Ничто и никто не помешает ему в этом.
Чонгук оборачивается на мальчишку, останавливаясь и ожидая, пока тот быстро его нагонит. Неожиданно для Чимина, мужчина берёт его за свободную руку и тянет на себя.
— Ты можешь идти быстрее? — бухтит Чон, он выглядит раздражённым, но Пак замечает, как у того слегка порозовели кончики ушей.
Победно ухмыляясь, мальчишка только сильнее стискивает чужую ладонь в своей и ускоряет шаг. Вдвоём они должны справиться со всеми препятствиями на пути. Пусть даже в данный момент у них максимально странные отношения, местами они огрызаются, ссорятся и орут друг на друга, но в нужное время поддерживают и помогают справиться с трудностями.
Смотря со стороны, можно сказать, что они скорее ненавидят и презирают друг друга, но сколько там шагов до любви? Не один и не два. И навряд ли до любви вообще можно дойти, но никогда не знаешь наперёд, что случится в будущем. Может быть, они станут хорошими друзьями, может, станут врагами, может, даже появится любовная нить. Но этого не получится узнать наперёд, пока они не попробуют. Всему своё время, не так ли?
***
Чимин громко хлопает дверью, выбегая на тропинку и идя куда глаза глядят, петляя между хижинами. В груди что-то неприятно покалывает, к горлу подкатывает тошнота, дыхание сбивается всё сильнее с каждым сделанным шагом, а ладошка раздражающе пылает огнём от сильного удара. Почему это происходит с ним? За что? Он ведь не заслуживает к себе такого отношения. Не заслуживает таких слов в свой адрес и попыток унизить. Никто не заслуживает. Ему должно быть всё равно, абсолютно плевать. Но почему тогда внутри всё скручивается в отвратительный узел и мешает вздохнуть полной грудью? Они никто друг другу, даже не друзья, но зачем вообще говорить нечто подобное. И как можно спокойно слушать что-то такое о себе? Почему его никто не предупреждал, что всё обернётся вот так. А ведь им же ещё нужно в дальнейшем как-то контактировать, чтобы решить их нынешнюю проблему. «Я ведь всегда знал, что встретить нормального альфу — большая редкость. Так почему именно сейчас дал слабину? Где была моя голова, когда я допустил мысль, что этот мужчина может быть не таким, как большинство? Как я мог даже мысль допустить о дружбе с ним? Во всём я сам виноват. Я действительно слишком много хорошего нафантазировал и сам поверил в придуманный собою же образ. Нельзя было заглядываться и верить милой мордашке этого грубияна. Внешность, однако, очень обманчива», — отчитывал сам себя. Яростно пиная снег ногами и обнимая себя за плечи в попытке хоть как-то согреться и не терять быстро уходящее тепло тела, Чимин не останавливался ни на секунду. Сейчас он уже дошёл до конца деревни, но не может пойти дальше. Дома дети, он не оставит их здесь, ни с этим придурком наедине. Разворачиваясь обратно, он также спешно направляется назад к дому Чонгука. Чимин резко тормозит, когда позади себя чувствует чьё-то присутствие, находясь уже на полпути. Внезапно его хватают поперёк живота, прижимая к носу тряпку, и начинают тащить назад. Парень пытается не вдыхать то, что могли намазать на эту ветошь, при этом брыкаясь и пытаясь освободиться от цепкой хватки. Замахивается, попадая ногой в пах напавшего, а тот, не ожидавший такого сопротивления от омеги, даёт слабину, ослабляя хватку. Этого достаточно, чтобы вырваться и побежать вперёд, но хватает Пака ненадолго. Уже через жалких пять метров нелепо падает на землю, тяжело дыша. У него кружится голова и ощущение, будто вырвет вчерашним ужином. Где-то отдалённо слышит звуки драки, пока безуспешно пытается подняться с холодной земли.***
Идя по заснеженной тропинке, Чонгук думает, как теперь контактировать с мальчишкой. Он сильно его зацепил, после такого они навряд ли смогут общаться как прежде. Но ведь он этого и добивался, он намеренно хотел увеличить расстояние между ними. Кто ж знал, что для омеги это будет таким сильным потрясением. Даже если извиниться, это, скорее всего, не прокатит. А если оставить всё так, то они скорее поубивают друг друга, чем найдут свои семьи. Мужчина выныривает из своих мыслей, когда слышит возню в отдалении, где-то за хижинами. С утробным рыком тут же срывается с места, молясь, чтобы этот несносный мальчишка не нашёл новые неприятности себе на голову и не пострадал в очередной раз. Чонгуку представляется картина, как Чимин уже падает на землю, а за ним бежит мужчина в белой одежде с тканью на лице, закрывающей почти всё и оставляя только вырез для глаз. Подлетая к незнакомцу, альфа с размаху бьёт тому по челюсти. Следующий удар ногой прилетает в живот, отчего достаточно крупный мужчина грузно валится на землю. Последний — ногой в висок, после чего человек теряет сознание. Чонгук поворачивается к омеге, уже сидящему на снегу. Подходя со стороны, подбирает откинутую на время верхнюю одежду омеги, которую он благо вообще решил вынести, иначе неизвестно, что бы сейчас сделали с
Примечания:
Буду рада отзывам💜
