Шуршучества домового

- Ну и Домовой, - сказала Душа. - Грязи развел немерено и не убрал. - Домовые не должны убираться, - огрызнулся я, не вынимая трубки изо рта. - Зачем же ты нам еще нужен тогда, батюшка? - тихо спросила Душа, и на кухне зазвенела посуда. - Страху-то нагнала, - буркнул я и невольно съежился. - Имболк только что прошел, дай хотя бы отдохнуть. Мы, домовые, всего лишь домашние духи, и власти над всем, что простирается за стенами да заборами родного дома, не имеем, а потому за хозяйство свое держимся крепко. Не приведи щур нас обидеть или выгнать, сживем и с места, и со свету. Но Душа, прославившаяся когда-то как Темный Дух, власть надо мною имела. Не такую, как Хозяйка, но с магией ее слов я был знаком не понаслышке. Я успел перекинуться в кошку до того, как меня швырнуло с кухонного табурета на пол. - Знай свое место! - раздельно произнесла Душа, и каждое слово прозвучало ударом розги. Я зашипел и спрятался в угол, поближе к печи. - Уберешься здесь. Крыльцо подметешь и двор расчистишь, - велела Душа и добавила: - К ужину. Когда она ушла, я выбрался из-за печи, перекинулся человеком и показал входному проему язык. Дом недовольно проскрипел половицами. "Дура девка, дура", - так и услышал я голос Дядьки и бросил взгляд на пол. Усовестился. Негоже все-таки Домовому по дому не помогать. Будто иначе думал, сидя между восемью братьями, похвалявшимися проказами? А ты все размышлял, что станешь другим Домовым. Каким? Да и куда ж такому Домовому-то идти? Я приметил прислоненную к стене дряхлого вида метлу и протянул руку, но не тут-то было! Пальцы сомнулись на пустоте. - Что это ты удумал? - раздался самый волшебный голос, который я когда-либо слышал за все свои весны. - А чтоб тебя! - вырвалось у меня. Метла отодвинулась подальше. - Ты тоже далек от совершенства, - заметила она. - Сюда иди. - Что это ты задумал? Мной нельзя мести! - Ах вот как? Нельзя, значит? - я откинул волосы со лба и прыгнул. Метла попалась прыткая и быстрая, что норовистый конь. Я почти сразу сбросил обличье и устремился за ней неслышной и бестелесной тенью - иначе мне за ней было не угнаться. - Хватит играться, ты, бесовское создание! - ревел я. - Не трогай меня, я ценный артефакт! - вопила метла в ответ. Дом смеялся так, что дребезжанье черепицы перекрывало наши крики и грохот утвари. Когда я остановился, чтобы перевести дух, Метла отлетела поближе к входной двери, куда я ее упорно не пускал. - Ну что, доволен? - спросила Метла. Прутьев у нее поубавилось. - Что же ты за метла-то такая, - проворчал я и резко переметнулся за ее черенок. - Попалась! - Убери от меня свои грязные руки, ты... - Что тут происходит? - прогремела Душа. Я тут же спрятал Метлу за спину и огляделся. - У... Уборка? Душа покачала головой. - Хозяйка с Домоправительницей обсуждают новый мир. Куролесь тише. - Хорошо, - кивнул я. - Кудесы твои уже прошли, а ты все никак не успокоишься, - заметила она. - Ага. Душа безмятежно улыбнулась и скрылась за дверью. Где-то за спиной облегченно выдохнула Метла. - Хорошо, что Домоправительница этого не видела, - прошептал я ей, отходя на середину комнаты - А что такое? - У нее аллергия на пыль. И на грязь. И, кажется, еще на меня. Ну, будем знакомы, - я поклонился в пояс. - Домовой. - Знаю-знаю, - Метла изящно взмахнула прутьями. - Видела тебя тут. Я оглядел коридор и решил, что в кухню пока заглядывать не стоит. От греха подальше. - Теперь тебя легче перестроить с краеугольного камня, чем убрать, - сказал я Дому. Он расхохотался. Когда мы с Метлой привели все в относительный порядок, я выволок ее на улицу к древней серебряной ели, чьи огромные лапы нависали над крохотной каменной лавкой, поставленной здесь еще в незапамятные времена, и, казалось, защищали ее. Метла упиралась и вопила о защитных рунах, но давала себя вести. Когда Ель оказалась в трех и одном шаге, я остановился, велел Метле молчать и обратился к дереву. - Матушка-Ель, а Матушка-Ель. Не осерчай на дурака молодого за просьбу его. Имболк закончился, и ты, Матушка-Ель, сбросила свои ветки тонкие. Прошу у тебя, Матушка, подарить эти ветки мне. Не для себя прошу, а для друга, Метлы Волшебной. Ель закряхтела, склонилась над нами, осыпала снегом. Страшно мне стало. Домовой в чистом поле не хозяин - добыча. Но потом заворочались лапы еловые, зашумела хвоя, и расступилась Ель перед нами. Я проворно нырнул внутрь и набрал у самых корней тонких крепких молодых веток. Потом прильнул к мощному стволу, поцеловал кору и, поблагодарив, выскочил обратно. С шумом и скрипом сомкнулись лапы за моей спиной. - И зачем ты туда полез? - проворчала Метла, недовольно глядя на меня. - Не осерчай, Метла! - рассмеялся я и бросил к ее прутья свое богатство. - Тебе сама Матушка лесов здешних пожаловала ветви со своих плеч.

***

Когда мы вернулись в дом, на кухне пекли блины. Домоправительница стояла у плиты и даже деревянная лопаточка выглядела в ее руке грозным клинком. Хозяйка окинула Метлу взглядом и, встав с лавки, достала из кармана зеленую ленту. - Совсем другое дело, - заметила Домоправительница, через плечо бросив взгляд на приукрашенную Метлу. - А теперь - за стол. Мои блиночки-комочки уже осты... Куда? А руки мыть?