Шуршучества домового

И чем я думал?.. Где была моя головушка, дырявая как решето, когда я, громко топоча и хихикая, спускался по лестнице и на цыпочках пересекал коридор? Хозяйка мирно пила вечерний чай в библиотеке под звуки патефона - она даже не подозревала, что кто-то может покуситься на спокойствие ее обители. - Что ты там бурчишь? - донеслось с чердака. - Заходи давай! Я постарался взять себя в руки и распахнул дверь. Та отворилась совершенно бесшумно, впуская живой свет в спящий полумрак комнаты. Решив, что пора нам с камином познакомиться, я сделал первый шаг. Камин не приблизился. Я обратился кошкой, вскочил на каминную полку и тот час же приметил на письменном столе большой человеческий череп. Распахнув зев, он прижимал неровную стопку каких-то листов. Я запрыгнул на столешницу и присмотрелся. Блеснул золотой зуб, и я недолго думая сунул лапу прямо в раскрытую пасть. Череп не упустил шанса и захлопнул ловушку. Метла потом говорила, что со стола меня смело, и когда я выпрямился, ей показалось, что несколько прядей в моих волосах поседели, но - только показалось. Череп заскакал, заклацал, засверкал злосчастным золотым зубом - надо думать, смеялся он от души и в полный голос, а вот мне было не до шуток. - А ты что тут делаешь? - спросил я у Метлы. - А ты куда запропастился? - напустилась она. - Свечи стащить - минутное дело, лентяй!.. Свечи были толстыми, низкими и оплывшими. В одной из них еще угадывались очертания женской одежды. Подумал я и немного испугался. Как знать, кого Хозяйка заживо сжигает? На чердак забрались тихо и быстро, не забыв прикрыть дверь обобранной комнаты. Зажженные свечи отпустили наши тени танцевать на потолок и стены. Метла начала что-то нудно произносить на непонятном языке, и меня разморило. Проснулся от грозного слова и спросил, все ли с Метлой в порядке. - Кровь нужна! - прошипела она в ответ. - Какая еще кровь? - Жертвенная, конечно! Рассудив, что лучше пробегающего зайца жертвы поблизости не найти, я решительно распахнул окно и перекинул одну ногу через подоконник. - Ой дура-а-к, - протянула Метла и объяснила: - Твоя нужна. Я сразу заупирался, мол, моя не подходит. Метла поддакивала моим объяснениям и подливала медовухи в огонь. То есть, в меня. Что ей говорил, не помню, клянусь. Помню только, как сам прокалывал палец какой-то иглой и стряхивал капли в центр странной светящейся звезды. Потом что-то зашумело, Дом забеспокоился, мелко задрожал, и шагнул из портала кто-то не нашенский. В сланцах на босу ногу и полотенцем на лихих бедрах. Из баньки, значит, явился. - Аргх! – прочистил горло или попытался грозно взвыть? – Чего вы хотите, Хозяева начал и концов? - Каких таких концов? Справедливых или хэппи-эндов? – недовольно прищурился я и поправил на носу очки. Демон на миг стушевался, но потом стянул с ног полотенце и, гордо размахивая им, как красным знаменем над Рейхстагом, начал что-то вещать о наказании и своей силе. Я закрыл глаза рукой, чтобы не видеть этого безобразия, и вспомнил любимую фразу одного старого друга: - Вижу тебя как наяву! Сказал и сам почувствовал, как медовухой потянуло. Демон признался, что является большим знатоком домашнего алкоголя, и пришлось Метле делиться. После очередного брудершафта я решил, что можно и повеселиться. Извлек из-за пазухи толстую колоду вечно холодных на ощупь карт и спросил: - В гвинт играем? Демон не играл, но кто его спрашивал? Научился он сразу, да так, что еще и меня пару раз оставил проигравшим. Метла позднее призналась, что гость из-оттуда отчаянно подглядывал и тянул карты из биты. Я не обиделся. В сущности, демон оказался своим в доску. Уходя, он даже взял с собой бутыль медовухи, разрешил стереть пентаграмму, но просил еще приглашать в гости. Исчез в огромном облаке серы и дыма. Мы чуть не задохнулись и бросились проветривать чердак, пока Домоправительница безобразия не учуяла, да юных чернокнижников не раскрыла. К моменту окончания уборки мы все-таки заскучали и позвали демона снова. Но он не пришел, сославшись на похмелье, зато твердо пообещал быть на следующей седмице и помочь с дальнейшим ремонтом. Честное пионерское. ...А внизу меня уже, оказывается, потеряли. Хозяйка звала на кухню посумерничать в тесном родном кругу. Кубарем скатился с лестницы, бухнулся на пол и едва успел прочесть заклинание отрезвления. Следом слетела благоухающая еловой хвоей Метла, тоже отрезвевшая. Пронесло. Не попались.