Своё пекло, свой рай

Казалось, что на улице — самая настоящая зима, со снегом, льдом и январской стужей. Глаза всё никак не могли привыкнуть к мраку, и Усопп думал, что вовсе ослеп, но почему — неясно. Однако не было бури, не было воды, а ведь он ведь помнил, что попал в самый настоящий шторм, когда побежал за Лисой… Что за чертовщина произошла? Потребовался парню десяток минут, если не больше, чтобы начать различать во мраке дверь с решёткой, каменные стены, грязный сырой пол. Руки и ноги онемели от, казалось, вечно одного положения — парень был связан. Усопп попробовал дёрнуть рукой, ногой, всеми конечностями сразу — безуспешная попытка выпутаться из грубых пут окончилась и вовсе его падением лицом в пол. «Как так? Я, что, вернулся, что ли?» — лихорадочно начала крутиться в один миг опустевшей голове Усоппа мысль. Наверное, это сон, да-да, именно сон, а может он вообще ударился головой, пока бежал за ней, да? Но это был не сон — тело болело так же, как и до знакомства с Лисой. Усопп лежал лицом в пол, но ему было неудобно находиться в таком положении — покачавшись из стороны в сторону, ему удалось перевернуться на спину, и теперь взгляд его упёрся в низкий потолок, щербатый и немного кривой. Грудь тяжело вздымалась вверх и опускалась вниз — здесь несложно задохнуться, потому что и воздух казался тяжёлым, и путы сдавливали грудную клетку не хуже любой тревоги. Одно хорошо — по глазам не бил свет, потому что обычно в таких камерах есть люки в потолках, которые давали доступ к большему количеству кислорода. Здесь этого оконца вообще не было — неясно, день или ночь там, где-то снаружи. Наверное, его и в самом начале не планировали держать в живых дольше ожидаемого. Проснулись ощущения, которые дремали до этого. Голод, жажда, боль, тоска и полная безысходность — такого наплыва негатива Усопп уже давно не чувствовал, хотя всегда считал себя тем ещё пессимистом с частым проявлением упования на наиболее мерзотный, но не менее реальный исход. Сейчас же он всё понять не мог — было ли всё это время, которое он провёл с Лисой и её отцом, плодом больного воображения или всё же нет? Была ли девушка с широко распахнутыми зелено-карими глазами и округлыми щеками? Наверное, он предполагал, что всё это — действительно сон, и никакой девушки по имени Алиса попросту не было. От этой мысли из парня вырвался обессиленный стон, в котором звучали и безысходность, и тоска, и боль, и жажда, и голод, но сильнее всего звучала эмоция отчаяния. Одно хорошо — его никто не слышал, и Усопп был предоставлен своим мыслям полностью, безостановочно и без лишних глаз да ушей. Время текло патокой — казалось, что Усопп и пылинки был готов считать, будь такая возможность, но ведь он ни черта не видел в темноте, разве только недвижимый силуэт двери, который и вовсе казался абстрактным, нереальным. Дверь не создавала никаких звуков — видимо, о нём или забыли, или ждали намеренно, пока загнётся. Однако, тело не сдавалось, и если психика уже покачивалась из стороны в сторону, то организм упорно твердил, мол, «вы, суки, меня ни за что не сломите, я сильный парень, и я дождусь того самого момента», хотя иногда и давал сбои, раз периодически Усопп терял сознание. Через какое-то продолжительное время к нему снова заявились в камеру дозорные, но те ничего от него не услышали — мальчишка-канонир упорно молчал и ничего о своих друзьях не рассказывал. Понятно ведь, что за молчанием последовало? Всё тело ломило ещё сильнее, а от удара с ноги в живот кишки скручивало едва ли сильнее, чем от голода, и хотелось блевать, пока не вырубит. В таком состоянии обмороки участились, а ещё к ним прибавились галлюцинации. Одна из них сейчас связана с отпиравшейся дверью, но шаги, которые последовали после того, как её аккуратно прикрыли, не казались тяжёлыми, грузными. Да, что-то солдатское в них было, но при этом торопливое, осторожное. — Мда, тебя нехило так побили — лучше бы ты сказал им всё, но не-е-е-ет, ты же его друг, верно? Видимо, все друзья Луффи — это странные люди… и животные. Голос Усопп не узнал, но он и думать-то толком не мог о том, кто сюда зашёл. Однако, он почувствовал, что к его лицу прикасаются. Нет, его не пытались ударить, побольнее зажать челюсть или потягать за поломанный-переломанный нос — к губам прикоснулся кусок ткани, наверняка платок, от которого пахло мужским одеколоном. Баловство для городских мужчин или тех, кто смог купить о проплывавшего мимо острова с деревней торговца пузырёк с духами. — К-кто?.. — Считай, что твой друг, хотя я до сих пор не понимаю, почему повёлся на эти идиотские уговоры, — отозвался незнакомец, который сейчас наверняка хмурился. — На, пей, пока есть возможность. Чуть позже тебе принесут еду и покормят. К пересохшим и разбитым в кровь губам прикоснулась стенка деревянной чашки, и Усоппу пришлось чуть запрокинуть голову, чтобы выпить её содержимое. Казалось, что он и забыл, что вода в принципе существует. — Д-даже имени не скажешь? — тихо и хрипло выдавил канонир, но незнакомец ничего ему не ответил, а встал с колена и направился к выходу из камеры. Усопп по-прежнему ничего не мог различить, хотя в руках этот человек держал масляную лампу, слабо светившую в темноте. Тот ушёл, унося с собой чашку, лампу и горьковатый запах одеколона, но по последнему Усопп не то что бы будет скучать, но резкий аромат давал ему лишний раз убедиться, что пока он ещё поживёт. Сколько времени прошло до следующего визита, Усопп не знал, но на чуть посвежевшую голову ему было на порядок легче. Снова пришёл кто-то с почти таким же шагом, но немного легче, да и одеколоном не пахло. — После того, что Вы с Луффи-саном сделали для Арабасты и Вотер Севен, Дозор очень скверно с Вами поступил, но я не могу ничего сделать с распоряжением сверху. Этого человека Усопп точно не знал, но он знал, что именно успели наворотить члены экипажа Соломенной шляпы, и даже лояльно относился к этим действиям. — А ты кто? Ты своего друга п-просил принести воды?.. — Скорее нас обоих упросили, но я бы и сам согласился помочь Сол. Тебе это имя знакомо? Парень качает головой, и собеседник вздыхает. — А Сол говорит, что знает тебя и очень жалеет, что ты попал в такую передрягу. Я не знаю, что Сол хочет сделать, но… Вдалеке послышался гул и какой-то шум, и незнакомец, который до этого принёс поднос с едой, обеспокоенно озирался на дверь. Зазвучал сигнал тревоги и ден ден муши на громкой связи заговорил о вторженцах. «Пираты проникли на базу! Пираты проникли на базу!» В это же время за дверью закопошились, и в камеру зашёл кто-то ещё, с совсем уж лёгким шагом и чуть-чуть пыхтящий. — Так, подвинься, нам пора делать ноги! Путы вмиг ослабли, и ошмётки верёвки упали на пол. Усопп, совсем обессилевший, начал заваливаться вперёд, но юношеская рука перехватила его тело. Что происходит?.. — Даже если это не его братия, то под шумок я смогу угнать шхуну, и хоть куда-нибудь, но мы доплывём. Если друзья — отдам его им, и пусть катятся на все четыре стороны света, а я уплыву отсюда, потому что Дозор быстро поймёт, чьих рук побег, — говорил торопливо голос, когда человек, подхвативший под руку Усоппа, начал подниматься. С другой стороны парня тоже взяли под руку и перехватили так, чтобы тот закинул её через плечо второго. — Так ты всё же хочешь уплыть? — поинтересовался юношеский голос. — Вариантов нет. Если бы я знала, что все обстоятельства так сложатся — фиг бы меня Дозор завербовал, но как вышло — так вышло, а долг платежом красен. Усопп всё пытался продрать глаза и хотя бы мельком посмотреть, что вокруг него происходит, но голова кружилась до безумия сильно, и мрачные цвета окружения превращались в вихрь, иногда сменяясь тёплыми оттенками, затем — снова холодными. На улице шёл дождь, дул ветер, наверняка северный — холод пробирал до костей. — Сол, только попробуй уплыть с этим! — Голос из первого посещения заговорил вновь, и звучал он недовольно, а в вихре цветов мелькнул светлый проблеск, холодный, но яркий, как мазок краски, обозначавший блик на поверхности стекла. — За тобой начнут охоту, если ты это сделаешь! — Умник, может, ещё пару вариантов подвезёшь? Я немного туплю в последние семнадцать лет, так что от помощи не откажусь! — Все голоса на пару мгновений умолкли, и послышалось фырчание, на долю мгновения показавшееся знакомым. — Вот и все разговоры. Меппо, что это за пираты-вторженцы? — На ваше везение — это Соломенная шляпа, и сейчас они не то разносят базу, не то ищут этого носатого, — фыркнул тот, кого обозвали кратким «Меппо». — Помогите мне донести его до доков — наверняка там корабль припарковали… — Что? — Поставили на якорь, так понятнее? — Ребята, давайте не будем ссориться и лучше прямо сейчас пойдём туда? Чем дольше мы тут стоим и болтаем, тем меньше вероятность успеха! — Нечасто я с тобой соглашаюсь, Коби, но сейчас — сто процентов, идёмте! Сол, Меппо и Коби торопливо направились к докам, стараясь помогать Усоппу двигать ослабшими ногами. Обстановка и ситуация меняется слишком быстро, и парень не успевал даже сообразить, о чём они. Друзья? Неужели Луффи и остальные приплыли по его душу?.. Когда запах соли и морского ветра усилился, трое незнакомцев замедлили шаг, но Сол крепче перехватывает и сжимает руку Усоппа, и тот зашипел бы от боли, если бы чувствовал тело. Он слишком долго был без движения, и руки с ногами теперь казались ватными или даже тряпичными, без какого-либо каркаса. — Эй, я вас двоих видел! Вы же из Дозора! — Послышался голос, который на букве «Р» очень сильно тянул звук, будто рычал, но не как зверь, а как заведённый мотор. Уж этот голос смутно, но вспомнился — в такой манере говорит разве только Фрэнки, плотник и киборг, который, вроде как, уплыл с Луффи на новом корабле. — Не думал, что вы поможете нам вернуть нашего друга, супер-р-р-рски круто с вашей стороны. — Вот, её благодари, — фыркнул Меппо, кидая взгляд на Сол. Усопп практически вслепую поднимает голову и пытается понять, где же эта Сол, голос которой груб так же, как и мальчишечий голос. — Раз теперь этот парень в надёжных руках, то можно мотать отсюда. На фоне появились и другие голоса. — Коби? Хельмеппо? Вас-то сюда как занесло? — Усопп сразу же узнал голос, который больше всего боялся услышать. Это был Луффи. — Э, а ты кто? — Друг, если можно так выразиться. Можете звать меня Сол, настоящее имя вам ничего пока не скажет. Слава богам, что вы так вовремя приплыли сюда — я думала, что придётся своими силами вытаскивать Усоппа, но это вызвало бы свой спектр проблем. — Выглядит он совсем плохо — вы его убить хотели, что ли? — спросил мужской голос, наверное, самый огрубевший и зычный из всех, кто прозвучал. Зоро говорил так же, как помнил его Усопп. — Пытались выпытать всю информацию о вас, но Усопп — крепкий орешек, всегда знала это, но он умеет прятать свой потенциал! Наверное, так и будет делать, когда вы уплывёте… — Ох, милейшая девушка, я не знал, что в Дозоре и таких можно встретить, но теперь мне любопытно — получается, Вы знакомы с ним дольше, чем кажется? — Санджи никак не поменялся, и Усопп наверняка бы усмехнулся, не будь он сейчас в таком потрёпанном состоянии. Большие пушистые руки… лапы, оканчивающиеся копытами, аккуратно перехватили его и понесли на корабль. Во всяком случае, Чоппер хотел это сделать, но Зоро остановил его. — Он так и не извинился, и теперь вы думаете, что он так просто вернётся в команду? — фыркнул мечник. — Зоро, сейчас не до этого! — Нами была как никогда прежде серьёзна. — Ты же видишь, что он не в том состоянии, чтобы хотя бы говорить! — Вот-вот, слушайся Нами-суан! Она никогда не ошибается и не врёт! — Санджи-Санджи… — Разобраться с этим всегда можно, но сейчас не время и не место, да и кроме того — это было решение нашего капитана. — Робин имела стальную выдержку, наверняка события Эниес Лобби поспособствовали этому. — Зоро, он может умереть, если с этим что-то не сделать!.. — Я говорил, что следующим уйду, если вы примете его обратно, пока сам не приползёт? На секунду все умолкли. — А теперь послушай меня, петрушка, блять! — Сол явно старалась сдерживаться, но в голосе слышалось то недовольство, которого лучше бы никто не слышала и про которое лучше бы никто не знал. — Я не для этого со своими друзьями рвала жопу, чтобы ты начал ворочать носом и ворчать! Оставь эти разборки на момент, когда его жизни не будет угрожать смерть от голодухи или избиений, понял? — Кто ты вообще такая, чтобы что-то мне приказывать, женщина? У меня для этого есть свой капитан, а ты — никто. — О-хо-хо, звучит совсем уж высокомерно, но Усопп говорил об этой твоей замашке, поэтому сделаю вид, что не слышала твои реплики. Луффи, — теперь Сол обращалась к мальчишке в соломенной шляпе, и оба уставились друг другу в глаза, пытаясь найти что-то своё во взглядах, — сейчас тебе предстоит принять решение, и от него будет зависеть всё остальное. Сол вздохнула, мельком глядя на Хельмеппо и Коби. Оба молодых человека тревожно перекидывались взглядами. — Вы должны забрать Усоппа с собой, но решение о его дальнейшем плавании в составе вашего экипажа придётся принимать позже. Вы навели тут шороху, да, но этого недостаточно, чтобы устраивать тут королевскую драму — лучше сделайте это на корабле, когда будете в безопасности. Если же ты и твои друзья недостаточно умны, как рассказывал мне Усопп, то вы оставите его на меня, и больше вы Усоппа никогда не увидите — я не хочу, чтобы он мучился ещё больше, чем уже, потому что за целый ссаный год я успела наслушаться о том, что хотел извиниться перед всеми вами за своё идиотизм! Так или иначе, Дозор меня тут не держит, и я готова принять любой риск на себя. — Год, говоришь? Что-то тут не сходится… — Нами, при всём моём понимании — хватит пытаться выцепить какую-то неточность, я не планирую подставлять вас хотя бы из-за Усоппа. — Ну, раз ты его друг, — заговорил Луффи, поправляя шляпу, — то тогда ты поплывёшь с нами! — Ч-чего? Нет-нет-нет, отказываюсь! — А я отказываюсь принимать твой отказ! Всё, пошл… — Сука, вот ведь сто раз пожалею об этом всём, — заворчала Сол в той самой манере, которую Усопп узнал. Она всё время так ворчит. — Тогда дайте мне пару минут — и я готова плыть с вами, а дальше уже как пойдёт. — Сестрёнка, советую поторопиться — эти ваши дозорные очень быстро очухиваются! — гаркнул Фрэнки. Сол отошла от пиратов к своим друзьям. Хельмеппо нахмурился и опустил взгляд, а Коби с сожалеющей улыбкой посмотрел на подругу. Девушка вздохнула и позволила себе проявить нечто тёплое — руки потянулись к парням, и она чуть ли не повисла на них, пока обнимала. — Спасибо, что помогли, ребята, но я надеюсь, что мы больше не увидимся, потому что после сегодняшнего нам придётся носиться друг за другом, причём во всех возможных вариантах, — фыркнула Сол, на что блондин положил ладонь в перчатке ей на затылок, не прикрытой форменной кепкой, и взъерошил лохматые русые волосы, которые теперь и вовсе были похожи на воронье гнездо, топорщась во все стороны. Коби ещё крепче обхватил Сол, и на секунду показалось, что он был готов всхлипнуть. — Богарт нас убьёт на пару с Гарпом, что ни говори, — выдохнул Коби, — да и сверху нами будут недовольны, но ты и правда тогда не попадайся Дозору теперь, чтобы хотя бы тебе не влетело… — У меня есть идея, как отмазать вас, но решайте между собой, кто возьмёт на душу грех, — сказала Сол, сделав шаг назад. Она вытащила из кобуры револьвер и протянула его двум друзьям. — Я не прошу убивать меня — просто прострелите мне левую руку, а там вам и повышение организуют, и по головке погладят. Усопп услышал только звук выстрела, но кто его сделал — неизвестно.