Своё пекло, свой рай

Алиса устало перебирает собственные волосы, сидя в добротном мягком кресле. Усопп всё не просыпался, но сейчас Лисе хоть немного, но хотелось, чтобы всё оставалось именно так… спокойно, тихо. Лиса сидела возле кровати, в которой лежал без сознания Усопп. Перемотанный бинтами, обклеенный с головы до пят пластырями, нос вовсе казался кривым и чуть ли не скрученным в бараний рог — смотреть на него без слёз нельзя было. «Когда я впервые его увидела, то он не был таким потрёпанным. Наверное, я могла предотвратить всё это, будь быстрее», — думала с досадой девушка, глядя на размеренно поднимающуюся и опускающуюся грудь. Её пытались оттащить от больничной койки, чтобы та сама поспала хотя бы, едва ли меньше десяти раз, но все члены экипажа лишь покачивали головой, когда слышали твёрдое «нет». Парень лежал беспробудно. Чоппер, оленёнок-врач, сразу выразил своё беспокойство о состоянии Усоппа: «Он очень измотан, на его теле живого места практически не найти. Придётся как минимум посадить его на капельницы, чтобы он, когда проснётся, смог бы нормально поесть, и нам не пришлось бы тащить тазики», — бормотал сосредоточенно Чоппер. Лиса же взволнованно поглядывала на койку и избитое тело. Сна ни в одном глазу не было вот уже несколько дней, но казалось, что на неё это изнеможение не действует вовсе. Она сидела в кресле, которое ей услужливо подтащил Санджи не без помощи ворчавшего Зоро (при этом они раза два каждый чуть не уронили его на ноги друг другу), и под мерные звуки растирания, измельчения и смешивания лекарств пыталась не впадать в глубину собственных не самый приятных мыслей. «Я должна была прийти на помощь раньше…» Собственное плечо стягивало очень сильно — не то лекарства, не то бинты, не то сама рана давала о себе знать. Коби стрелял практически вплотную, и заряд прошёл навылет — Лиса не могла не быть благодарна молодому парню за это, хотя в мыслях уже раз сто извинилась за то, что тому пришлось стрелять в друга. Чопперу, впрочем, не пришлось лишний раз возиться с извлечением пули, но беспокойный оленёнок всё равно решил убедиться, что в рану никакая зараза и никакая грязь не попадёт. — Спасибо большое, Чоппер, — выдохнула девушка, пытаясь разработать плечо. Там наверняка останется шрам, причём достаточно заметный. — Усопп рассказывал о том, что у тебя очень умелые копытца, да и котелок варит будь здоров. — То, что ты сейчас пытаешься подмазаться и похвалить, меня счастливым не делает, дурёха! — Алиса чуть усмехнулась, но ухмылка сползла с лица быстро. — Я боюсь, как бы с Усоппом ничего плохого не случилось в итоге — даже после драки с Луффи он не был таким переломанным. «Я тоже его таким не видела никогда. Даже при первой встрече он не казался таким убитым…» — Поверь, дружок, я тоже этого не хочу. До сих пор не понимаю, как папа его так забинтовал, что Усопп быстро на ноги встал… — То есть, он получал медицинскую помощь ещё до того, как мы приплыли за ним? — Да, но мне сложно будет объяснить это, пока Усопп не проснётся. На самом деле, я даже половины не смогу рассказать, пока не пойму, имеет ли это смысл, если я скоро покину ваш корабль. — Лиса ведёт уже здоровым плечом, чувствуя, что чем больше она будет шевелить больной рукой, тем хуже девушке будет. Ощущение боли немного отрезвляло, но доводить это чувство до абсурдного уровня не хотела даже она — пусть простреленная рука останется в покое. Пока вся эта эпопея с возвращением Усоппа в команду не закончится, она не угомонится, а там — хоть в море прыгай тонуть. Экипаж тогда единогласно решил, что необходимо использовать «скачок», чтобы поскорее убраться подальше от базы Дозора, и сейчас Таузенд Санни дрейфовала в более-менее спокойных водах. Судно мерно покачивало, и за три года Лиса в какой-то степени к этой качке привыкла, но всё равно беспокоилась. — Солнце моё, Сол, хотя бы немного, но поешь, умоляю тебя! — Лиса не могла понять, действительно ли Санджи, про которого много слышала от Усоппа, так разговаривает со всеми девушками, но сейчас её меньше всего это волновало. — Но я… — Я посижу с ним, заодно перебинтую, а тебе бы поесть и хотя бы отдохнуть, — фыркнул Чоппер, чуть стукнув копытцем по полу, пытаясь добавить весу своим словам — доктор как-никак. Девушка вздохнула, покачав головой, и аккуратно встала с кресла, чтобы затем пройти до камбуза. Корабль был просто невероятен в своей конструкции, в своём внешнем виде. «Я уже три года тут торчу, но такого никогда ещё не видела…» — подумала про себя Лиса, ворочая головой то туда, то сюда. Воистину, Катти Флам — действительно удивительный и мастеровитый мужчина, но факт, что он всё же киборг, а не просто человек с типичной для этого мира странной конфигурацией тела, повергал в лёгкий шок. На камбузе собрались почти все члены экипажа, и выглядели они все… настороженно, что ли. Лиса не могла подобрать нужного слова для описания их состояния. Однако же, капитан, коим был мальчишка в соломенной шляпе по имени Монки Д. Луффи, улыбался во все тридцать два зуба, с радостным оскалом поедал очередной кусок мяса. Время ужина, наверняка оно. — Давай же, милейшая, садись здесь, — по-джентельменски отодвигая стул и склоняя голову, пригласил Лису за стол Санджи, за что словил фырчащий звук со стороны мечника. — Не нарывайся, мохоголовый!.. — Только попробуйте затеять драку, вы, оба, — заговорила преспокойно Нами, — и ваши долги взлетят до уровня Скайпии. За столом воцарилась тишина, нарушаемая чавканьем Луффи. — Получается, ты из деревни, где жил Усопп? — спросил Луффи, проглотив кусок мяса. — Ну, раз ты его подруга, то наверняка оттуда! — Нет, не оттуда. Это сложно объяснить будет, если честно, а без Усоппа — особенно, потому что тогда вы мне едва ли поверите… — Наверное, нас мало чем уже можно удивить, — фыркнул скептически Зоро, запрокидывая в себя кружку с алкоголем. По запаху было похоже на медовуху, но с добавлением сладких трав. — Мы летали на небесный остров, предотвратили гражданскую войну и уделали мафиозную организацию… — Я про это в курсе, хотя предполагаю, что Усопп в некоторых местах мог слишком уж приукрасить свои рассказы. — Лиса вздохнула, после чего взяла вилку и начала ковыряться в картофельном пюре с кусочками сочных овощей. — Ладно, я попробую рассказать хотя бы часть того, что ещё можно понять, но остальное — после того, как я поговорю с Усоппом. И Алиса начала свой рассказ. — Моё настоящее имя — вовсе не Сол. Мне пришлось взять его на время, пока я тусовалась с Дозором. Раз на то пошло — Лис, Лиса, на крайняк — Алиса, но предпочитаю первый вариант, приятно познакомиться, ага. Вас всех и так знаю — и по листовкам, и по рисункам, и по рассказам, так что можете не представляться. Вообще я со стороны наблюдала за новостными сводками о вас, так что хорошо знаю, что и где вы успели натворить. — Необычное имя, сестр-р-р-рёнка, не местное, — сказал Фрэнки, делая глоток колы. — Ну, тут по Гранд Лайну плавают разные люди с разными именами, так что предъява для дебичей, без обид… В общем, да, Фрэнки правильно заметил, что моё имя будто бы не отсюда. Ну, он и прав — я не отсюда. Не из Ист, из Вест, из Норт, из Саут, не из Мариджоа, не из Гранд Лайна, не из Калм Белта или ещё какой-то жопы мира. На самом деле в душе не ебу за вашу географию — до сих пор моря путаю. — А откуда ты тогда? Ещё какой-то неизвестный остров? — Теперь уже интересовалась Нами. Робин молча поглядывала на гостью, будто бы пытаясь понять, врёт она или нет. — Не отсюда, говорю же. Тут самая сложная деталь — я не из этого мира, и занесло меня в ваш как-то по-долбоёбски случайно. Одно хорошо — Усопп вернулся, и теперь никто не будет выслушивать, как же он хочет извиниться перед вами и вернуться на корабль. — А как тогда ты с ним знакома, получается? — Зоро откровенно ничего не понимал. Руку со столешницы он опустил на собственное бедро, к которому были примотаны ножны от трёх катан. — Это звучит слишком подозрительно, женщина, и мне это не нравится. Алиса предпочла не реагировать на выпад Зоро, а просто вздохнула, помолчала пару секунд, а затем заговорила вновь. — Я не могу сказать точно, в какой момент его закинуло в мой дом, но как он был в тюрьме, так он и оставался, пока не приплыли вы, — пожала плечами Лиса, наконец запуская в рот пюрешку. Пожевав её немного, измельчая кусочки овощей, девушка сделала мощный глоток и выдохнула. Сначала она хотела выразить восхищение тем вкусом, который разлился по всей полости рта и остался на языке приятной овощной сладостью, но тут же резко загасила свой порыв. Да, это друзья Усоппа, но за три года здесь она успела несколько очерстветь, и доверие кому-то давалось с трудом. Богарт, Коби и Хельмеппо — три единственных человека, кому она могла верить в принципе, но едва ли теперь у неё будет возможность приблизиться к ним ближе расстояния пушечного выстрела (или броска Гарпа) и просто сесть поговорить с ними, вероятно, даже испросить совета. «А ведь они так и не знают, что за история у меня вообще за спиной-то», — подумала про себя девушка, чуть заметно нахмурившись. — В общем, я понял, что ничего не понял, — протянул, сделав выводы, Луффи, почёсывая затылок. — Короче, ты кем Усоппу приходишься? — Э-э-э, другом?.. — Было забавно осознавать, что реплика про «другой мир» их не шибко-то шокировала, но Усопп и раньше говорил, что такие возвышенные темы они едва ли поймут. — А вот тут тебя и поймали, врушка! — воскликнула Нами, на что Робин чуть улыбнулась. — Мисс Дозорная кое-что не договаривает, — подала голос брюнетка, но улыбка её не предвещала чего-то страшного, на счастье Алисы. — Мне кажется, что мисс Дозорная испытывает кое-что похуже, чем дружескую симпатию… а может и получше — как взглянуть на ситуацию. В одну секунду Санджи захотел заплакать, ожидая утвердительного ответа, но Лиса на это только вздохнула и покачала головой. — При всём уважении — нет, это не так. Я просто должна ему отплатить за всё то хорошее, что он сделал для меня. Казалось, что эмоция, которая прозвучала в её ответе, дала понять всем без исключения — большего она не расскажет, не сейчас точно. Не имея желания сидеть в тоске да печали, весь экипаж решил приступить к ужину, и Лиса боялась оказаться тут лишней вовсе. Не то что бы её это ощущение покинуло, когда Усоппа уложили в кровать и более-менее стабилизировали, при этом позволив Лисе проводить часы без перерывов у его койки, но сейчас оно обострилось намного сильнее. Ужин, однако же, проходил так же шумно и весело, как и описывал когда-то Усопп: Луффи периодически пытался обворовать тарелки всего экипажа, Зоро откровенно пил и при этом поругивался с Санджи, сам кок отвечал колкостями на колкости и при этом успевал обслуживать трёх «милейших нимф», Нами и Робин спокойно ели. Фрэнки достаточно быстро справился с едой и ушёл что-то проверять, утверждая, что после «скачка» Санни могла быть немного нестабильной. — Луффи, хватит жрать — оставь немного Чопперу! — ворчал Санджи, оттаскивая удлинившуюся руку капитана судна от тарелки с ужином для оленёнка. Наблюдать за сказочным абсурдом, который и вовсе был не сказочным, а вполне себе реальным, было не то забавно, не то страшно. В Дозоре, конечно, тоже были удивительные случаи вроде некоторых старших офицеров, которые в своё время слопатили те странные плоды, но их и было-то от силы всего два или три человека на памяти Алисы, а тут и Луффи, и Робин, и Чоппер — трое человек подряд, в одной команде обладали удивительными способностями. Алиса до сих пор вспоминает, как удивилась, когда увидела лишнюю пару рук, не принадлежавшую какой-то конкретной туше — а Робин ведь просто хотела взять книгу из библиотеки… — Я могу дойти до медкрыла и отправить вашего друга сюда, а сама посмотрю, чтобы с Усоппом всё было в норме, — предложила Лиса, на что словила благодарность от Санджи с кучей восхищений и абстрактными сердечками. Кто же знал, что многая абстрактная хрень, которую Лиса видела в тех же аниме-тайтлах в далёком-далёком прошлом, имеет правдивую подоплёку? Санджи поначалу хотел предложить сопроводить Лису, но та спокойно и без лишней эмоции на лице отказалась, сказав, что дорогу запомнила. «Не хотелось бы сомневаться в чистоте помыслов этой милейшей особы, но даже у этого долбанутого укропа есть резон нервничать… хотя кто бы мог подумать, что эдакий здоровый лоб будет бояться прекрасной леди!» — подумал про себя Санджи, сгоняя всех со столовой — ещё посуду побьют, пока он будет тут убираться и ждать, пока поест Чоппер, а тарелки нынче дорого стоят. Лиса быстро добралась до больничного крыла. Чоппер как раз успел закончить с перевязкой канонира, и Усопп вновь посапывал в кровати, завёрнутый в пушистое одеяло. — Советую поторопиться, пока ваш капитан не слопатил и твою порцию ужина, — спокойно проговорила девушка, мотнув головой в сторону, откуда она пришла. Оленёнок беспокойно забегал по комнатушке, после чего рванул на камбуз, попутно ругаясь на бездонный желудок Луффи и возникшую идею для лекарства от оного. Лиса осталась наедине с Усоппом вновь, и она решила сесть в кресло обратно — ноги начинали дрожать, когда она видела его таким. — Да чего ты завелась так? Мы поищем его — вдруг ты на дороге его случайно обронила? Может, ты его где-то в доме оставила, но забыла где? — Я точно помню, что он был на мне всё то время, пока я не упала в эту блядскую речку-вонючку! — Алиса не то злилась, не то расстраивалась, но было ясно — нервы у неё были на пределе. — Блять, просто вот зачем я тебя послушала? Надо было настаивать на своём и здесь оставаться! — Лис, я же не знал, что ты шмякнешься так! — фыркнул Усопп. Понятное дело — ему не нравилось, что на него стали конкретно наезжать за то, в чём он не виноват. — Я вообще рад, что ты хотя бы головой не ударилась тогда и не отбила чего ещё… — Спасибо, очень приятно твоё беспокойство за мою голову. — Алиса повернула голову в сторону окна, пытаясь разглядеть, насколько плотные облака собираются там, за макушками деревьев вдалеке. Наверняка будет сильный ливень, но была надежда, что ветер не будет торопиться принести дождь сюда. — Я попробую найти его до дождя, а ты оставайся здесь… — Ты серьёзно хочешь побежать сейчас, когда начинается гроза, куда-то в лес, чтобы найти какое-то украшение? — Оно было маминым! Единственным, что от неё осталось, кроме платьев и той фотки, Усопп! Мне только оно и нравится, — громко заговорила девушка, но последние слова она выдыхала едва слышно. Парень нахмурился, чуть поджав губы, после чего сделал шаг к ней, но Лиса направилась к двери тут же. — Я, конечно, уважаю и ценю твою помощь, но иногда хотелось бы, чтобы ты не совал свой длинный нос в чужие дела, потому что потом иногда приходится разгребать последствия. — Лиса посмотрела через плечо на парня. — Изредка мне стоит думать своей головой, а не идти на поводу того, что кто-то считает, мол, он знает лучше, что мне «нужно». — Я просто хотел, чтобы тебе стало легче, всего-то. Уж извини, что принёс тебе неудобства. — Усопп опустил голову, глядя на деревянные доски под ногами. Здесь он тоже облажался, что ли? Всё дело ведь, оказывается, было не в кулоне матери, а в другом, и украшение лишь стало катализатором, своеобразным пинком из «извержению вулкана». — Н-ну ничего — Великий Капитан Усопп найдёт твою пропажу, можешь не беспокоиться!.. — Да хватит уже заливать про этого своего «великого капитана», сейчас это звучит скорее глупо, чем ободряюще… Зря я вообще согласилась поехать сюда. Мне нихера не легче. По стёклам забарабанили капли дождя, но Лиса лишь матернулась, накинула на плечи куртку и понеслась на улицу. Усопп только через пару секунд опомнился, чертыхнувшись. Надо бежать за ней. — Ваш малыш-доктор очень хорошо постарался, — тихо пробормотала Алиса, осторожно беря парня за руку. Руки прохладные — такого никогда на её памяти не было, и от того становилось жутко. — Хорошо, что они оказались там, в форте, в нужный момент. Не представляю, как мне пришлось бы красть хотя бы лодку и плыть в шторм. Нас бы утопило море — и ни тебя, и ни меня. «Дура же я, натуральная дура, раз была уверена, что смогу угнать хотя бы вшивую лодку и уплыть без погони и проблем вообще», — сказала про себя Лиса, но слышен был лишь выдох, немного дрожащий от нервного напряжения. Всё такие же мозолистые, израненные, в заживших, затянувшихся белых полосках шрамов пальцы. — Мне немного стыдно перед Богартом, Коби и Меппо — почему-то кажется, что я мощно их подставила, но надеюсь, что они простят меня со временем — ты и сам знаешь: что Дозор, что моя полиция — всё одно. Перед глазами встали лица тех двоих, кого Лиса полюбила как братьев, и своего рода наставника — Богарт, будучи умудрёным человеком и бравым солдатом (боевая подготовка его не была чем-то секретным), помог Лисе встать на обе ноги и даже немного научил драться. И Коби, и Хельмеппо же были забавными ребятами с интересными амбициями — Коби хотел стать адмиралом, а Хельмеппо — поддержать друга и самому стать сильнее. Её же цель была простой, незамысловатой — выжить в мире, который был знаком ей лишь по рассказам любимого человека… А можно ли было говорить так сейчас? Три года для неё, но сколько времени — для него? — Я рада, что смогли тебя вытащить. Ребята будут рады, когда ты проснёшься, хотя этот ваш зеленоголовый фехтовальщик всё ещё бурчит что-то про извинения. Мне же кажется, что ты сполна настрадался, чтобы ещё и извиняться, но это не моё дело даже… М-мне очень жаль. Лиса покачала головой в осуждении, но осуждала она вовсе не Усоппа, не его друзей, не ситуацию — себя и только себя, потому что вина — та ещё змея, та ещё гадюка, которая не будет без борьбы отпускать свою жертву. — З-знаешь, — чуть запнулась Лиса, — я очень хорошо понимаю теперь, почему ты тосковал у меня дома. Думаешь, я хотела бы проснуться в море, на деревянном обломке, когда даже плавать толком не умею?.. Алиса выдержала паузу, будто бы Усопп и правда мог ей сейчас ответить. Разумеется, ничего, кроме шума волн за стенами — море и сегодня беспокойное, но Нами была намерена воспользоваться попутным ветром даже на ночь глядя. — Если бы Дозор меня не выловил на патрульном корабле, то я бы умерла ещё тогда, три года назад… Судьба откровенно шлёт меня нахер с отпуском, ха-ха, но зато я снова увидела тебя, и мы пережили ту бурю! Помнишь ту записку, которую мы ещё разобрать никак не могли? До сих пор не знаю, кто её написал, но мы и правда дождались свою «бурю», невероятно ведь. Забавное совпадение, да? Хотя не знаю, хотел бы ты вновь увидеть меня после всего, что я наговорила тебе тогда. «Ты вовсе не виноват в том, что это я, клуша эдакая, проворонила мамин кулон! Будь я умнее, то сняла бы его заранее, а не потащилась на речку с ним. Я не имела права срываться на тебя за всё, что накопилось, да и врать, что мне стало легче после смерти папы, нельзя было, но кто дура? Я дура», — думала про себя Алиса, склоняясь над рукой, всё такой же холодной. — Усопп, милый, возвращайся поскорее к ним и ко мне. Нам всем есть что обсудить, и я должна хотя бы попробовать попросить у тебя прощение за всё это говно. Лиса закрыла глаза, почувствовав, как они слезятся. — Я скучаю по Москве, по тому, какой она была суетливой. Я скучаю по родной квартире, где мы с тобой сидели на кухне и пили чай, где торчали у меня в комнате и разукрашивали кружки и придумывали, как проучить Валеру с Олегом. Чёрт, я по папе скучаю даже! — Каждый вдох и выдох давался ей с трудом — начиналась истерика, которую Лиса отчаянно и осмысленно пыталась глушить всеми способами. — Я скучаю по бургерам, которые я обожала, когда добавляли в них лишнюю пластинку сыра. Я скучаю по любимому чаю, который так и не допила тогда. Краски остались там, рисунки, плакаты, фигурки, книжки — вся прошлая я осталась там, но блять, я готова это всё отдать добровольно, если это разбудит тебя. И мне плевать, скажешь ты мне катиться к чёрту или же нет — самое главное будет то, что проснёшься, а обижаться можешь сколько угодно, заслужила. Алиса заплакала впервые за два года — до этого её прорвало на слёзы, когда в одну из тренировок Богарт очень сильно поколотил её, не со злости разумеется. Однако, в обоих случаях девушка чувствовала себя бесполезной и никчёмной больше всего. — Усопп, мне не нужно ни взаимности, ни чего ещё от тебя — просто проснись, и мне этого будет достаточно. Твои друзья переживают за тебя не меньше моего, даже больше — а как же тогда твои подопечные из деревни? Как же Кая? На секунду Лиса умолкла. — Я очень люблю тебя, Усопп. Очень-очень, но я больше признавать этого не буду, пока ты не проснёшься. Если не простишь — тоже промолчу, потому что это будет правильно. И мне очень совестно перед тобой. Девушка держала его руку у лица, будто пытаясь согреть его пальцы дыханием, разгорячившимся из-за накативших эмоций. Усопп пока ещё не был готов открыть глаза. Вероятно, всё, что выговорила Лиса, улетело в никуда, но зато она в кои-то веки смогла разобраться окончательно в том, чего хотелось её душе. Хотелось ей лишь того, чтобы он был в порядке, даже если ей придётся выслушать целую лекцию о дерьмовости её отношения к его действиям, беспечности и пользовательском отношении. Чего девушка не видела, не знала и знать не могла — это того, что возле иллюминатора за спиной появился пронзительно голубой, большой девичий глаз, а на полу под кроватью выросло ухо. — Ну что она там, Роби-и-и-ин?! — тихонько канючила Нами, любопытная как никогда прежде. Обычно до такой степени её волновала возможность подзаработать деньжат или хотя бы украсть их. Женщина постарше слабо усмехнулась, опуская руки — вместе с тем её «локаторы» также исчезли из каюты, оборудованной под лечебное крыло, оставив за собой несколько розовых лепестков не то роз, не то пионов, не то вишни. — Думаю, что наш Носатик-кун совсем скоро проснётся — его возвращение очень сильно ждут, и это не только мы, — только и ответила Робин, как всегда загадкой — даже после Энис-Лобби её манера поведения ничуть не изменилась.