Своё пекло, свой рай

— Ты снова несёшься на рожон, Лис! — Не успела я до конца оправиться, как сайгаком начала носиться по палубе, когда на нас напал корабль Дозора. Я не то что бы выделялась на фоне пускавшей из клима-такта молнии Нами и размахивавшего ногами как ветряная мельница Санджи. Наверное, поэтому я и не боялась, что на меня обратят внимание и заорут: «О, так это же та самая девка, которую застрелили при попытке дезертирствовать!» — меня попросту не заметят. Некоторые, правда, внимание всё-таки обращали, когда я им апперкот под нос прописывала. Богарт, добрый-милый ты человек, спасибо, что научил драться, но гарповская рукопашка мне всё же ближе оказалась! Жаль, что не на уровне самого Гарпа, но, наверное, так тоже сойдёт. На самом деле, я жалела, что не успела прихватить свои перчатки из форта, когда бежала с ребятами, потому что без них у меня удары намного слабее, Чувствую себя совсем уж слабой и бесполезной, хотя даже трёх здоровенных матросов уложила на полужопия. Однако страшно не было, и я продолжала лупасить всех, до кого могла дотянуться, пока дозорные не попадали за борт как переспелые яблоки — с веток. — Ну, со мной же всё хорошо, видишь? Даже ни единого синячка не получила! — начала я отпираться под недовольным взглядом глаз-угольков. Эффекта это, конечно, никакого не дало, потому что Усопп всё хмурился и глядел на меня исподлобья, сложив руки на груди и вовсе нахохлившись. — Я чуть два раза в тебя не попал, а я ведь хорошо целюсь! Фрэнки тебя чуть не кинул за борт, а Зоро — едва не истыкал тебя своими мечами! — Такое тоже бывает, ничего не поделаешь. И вообще — ты весь бой за мной следил? — спрашиваю в итоге я, на что никакого ответа не получая вовсе, хотя покрасневшие уши и щёки парня говорили сами за себя. — Усопп, милый, ну что со мной может случиться? Да даже если и случится — что такого? — Может, тебя ранят или, того хуже, убьют? — не то предположил, не то подсказал мне мой парень, и мне стало немного обидно. — Слушай, я всё понимаю, конечно, но и инвалида из меня делать не надо — я могу драться с дозорными наравне с остальными. Кажется, он хотел ещё что-то сказать, но я зашагала на камбуз. Санджи практически сразу унёсся туда обед готовить, и лучше я там еду подожду, чем буду маячить пред Усоппом с большой вероятностью продолжить этот неприятный разговор. Санджи и правда кашепарил на своей кухне, но что-то ему явно не нравилось, судя по тому, как он хмуро оглядывал полки с приправами. — Потерял что-то? — спросила я у блондина. Кстати, он начал вести себя чуть более адекватно в мою сторону, когда узнал, что меня и Усоппа не просто дружба связывает — конечно, флирт был заметен, но он в какой-то момент поступил совсем уж по-джентльменски и, отведя в сторонку после одного из ужинов, сказал кое-что: «Я не имею привычки уводить дам у друзей, Усопп, можешь не нервничать, но даже если сердце прекрасной меллорин, как Лиса-тян, занято кем-то другим, я от этого по-другому относиться к ним не буду». Кажется, если Санджи когда-нибудь и свезёт сойтись с какой-нибудь милашкой, то ей сказочно повезёт. У меня и свой принц на белом коне есть, потому на Санджи не претендую. Сейчас мой принц, правда, немного дуется на меня, но я всё равно думаю, что мне с ним повезло. Может, мне и не нравится быть в роли дамы в беде, но когда кто-то о тебе волнуется настолько, жизнь кажется немного приятнее. — Да я всё никак не могу найти приправу для сёмги — хотел запечь её на ужин, но, кажется, то, что мне было нужно, я уже израсходовал… — Погоди, — фыркнула я, подходя поближе. На моей памяти было совершенно иное. — Чабрец, фенхель и душистый перец, да? — Да, но… — Мы на прошлом острове закупались, и я помогала тебе тащить всю эту снедь на корабль. А теперь подожди минуты три-четыре, — брякнула я, уносясь в самую глубь кладовой. На удивление я хорошо запомнила, где и что лежит, хотя ничего отсюда не брала без спроса — разве только пару раз заходила и просила Санджи дать мне немного вяленых груш. Найти смесь оказалось плёвым делом, потому что я точно знала, что мы покупали её составляющие, а Санджи потом замешивал их в нужных ему пропорциях, после чего приправа была убрана в кладовку… и благополучно забыта, что странно, потому что Санджи склерозом не отличался. — Я бы никогда не забыл об этом, — задумался наш кок, в лёгкой прострации почёсывая затылок, но затем повернулся ко мне вновь. — Спасибо большое, Лиса-тян! — Да не за что… Слушай, можно взять ещё груш вяленых? — Я совсем скоро сделаю обед, но не имею права отказывать леди в её маленьких прихотях, — подмигнул мне Санджи, снимая с другой полки стеклянную банку с вкуснятиной. — Кстати, ты выглядела весьма расстроенно, когда зашла сюда. Что-то случилось? Если это Усопп накосячил — говори сразу, пойду разбираться с ним! — Нет-нет-нет, он ничего не сделал! Не надо разбираться! Ничего такого, что могло бы дать повод для сильного расстройства, — попыталась отмахнуться я, но, видимо, у меня всё на лице было написано, раз Санджи изогнул бровь и вопросительно посмотрел на меня, не скрывая лёгкой улыбки. — Не веришь? — Ни единому слову. — Ты не отстанешь, пока не расскажу? — Как бы прискорбно это ни звучало, я не могу заставлять тебя рассказывать, Лиса-тян, но я всегда готов тебя выслушать, если будет необходимость! Поначалу я даже посмеялась, но и улыбка казалось себе самой натянутой, и на душе скребли кошки. На самом деле, я не столько за положение «дамы в беде» переживаю. На самом деле, я не просто слабая — я тупо бесполезная. За всё время пребывания здесь, на Таузенд Санни, прекраснейшем корабле, я ничего толком не сделала из нужного. Да, я пыталась помогать всем и вся, носясь как разнорабочий по халтуркам, но это погоды не делало. Мои таланты были строго ограничены по своему направлению — рисование, творчество априори. Блин, Усопп занимается рисованием так же, как и я, но при этом безумно клёво стреляет, да и изобретатель-рукодельник не из последних. А что я могу-то, кроме рисования половых органов у антропоморфных персонажей? Однако, грузить этим Санджи я не стала, а лишь поблагодарила за груши и пошла в сторону палубы. День возвращался к тому состоянию, какое было ещё утром, а ведь примерно в шесть утра было очень спокойно и мирно — Эй, сестр-р-р-рёнка, ты чего киснешь-то? — Повезло мне наткнуться на Фрэнки, когда тот чинил борт Санни — дозорный кораблик хоть и был не самым большим и не самым лихо вооружённым чуть ли не до зубов, но потрепать новенький корабль всё же смог в пару местах. Однако, никто не сомневался в таланте Фрэнки, потому все были спокойны за целостность и образцовый вид корабля. — Раз уж ты здесь, то будет просто супер-р-р-рски, если перекинешь мне… — Болты? — договорила я за него, и мужчина даже рассмеялся, поправляя очки. Странная у него привычка на постоянной основе носить солнцезащитные очки, но не имею права осуждать его за это — Хельмеппо в них чуть ли не спал, ел и мылся, так что не впервые вижу такое. — С полуслова понимаешь, уважаю, — усмехнулся киборг и вновь вернулся к работе по затягиванию болтов. — Ну так что, как ты после заварушки? Прости, что чуть в воду не кинул! — Ничего страшного, Фрэнки, я же не фруктовик, чтобы париться насчёт такого. На самом деле, я со временем начинала понимать, что обладание способностями фрукта — то, ради чего можно было бы рискнуть. Конечно, фруктов дьявольских — как травинок на газоне, и тут только как в лотерее может или повезти, или нет, но если бы это помогло мне встать на один уровень с остальными… Наверное, мне не хочется учиться плавать, да и кайросеки не побоюсь. Я потом ходила-бродила по кораблю весь оставшийся день с перерывами на обед и ужин. В это время я и Усопп не разговаривали, хотя он сомневался, стоило ли ко мне подходить или нет. Остановился он на втором варианте, и от осознания этого мне становилось не то грустно, не то обидно. А вообще я ему за это благодарна, потому что я всё ещё хотела обдумать своё положение здесь «на птичьих правах», но с Усоппом мне было тяжело думать о чём-то серьёзном. Однако, чтобы не было мыслей ни у меня, ни у него, ни у остальных, что мы поссорились, я решила подойти к нему на пару слов. — Эй, Усопп, как ты? — А? Всё в норме, иначе быть не может! Рука не болит? — Я даже не успела ответить — он по взгляду понял, что я не имею понятия, о чём он говорил. — Ты неплохой удар тому парню прописала, но у тебя потом лицо так перекосило, что подумал, мол, Чоппера звать надо. — И правда следил за мной, — фыркнула я, вставая рядом с Усоппом. Время — после ужина, все уже расходились спать по каютам, а вот мне выпала честь подежурить сегодня первой — затем меня кто-то да сменит. — Ты всё же зря беспокоишься, я крепкая девчонка. — Эх, а мы-то все считали Луффи проблемным парнем, — фыркнул он, и на секунду у меня кулак зачесался. — Ты меня не так поняла! Кажется, у меня на лице было написано, кого хотелось стукнуть по лбу. — Просто. Ты же видела, как он дерётся, да? Он совсем беспечный, хоть бы хны! И ты такая же, но если у него хотя бы фрукт есть, то ты… Как бы это сказать-то?.. — Я поняла, о чём ты. Даже спорить не буду — я слабенькая по сравнению с вами. — Да нет же! — Меня за руку схватили достаточно быстро, и тёплые мозолистые пальцы, чуть скользкие от пота, сжали мою ладонь. — Вот уж кто не слабак — это ты, Лис! Блин, ты хоть вспомни, что ты сделала, когда меня вытаскивала из лап Дозора! — Если бы не ребята, то я была бы давно пристрелена в лоб, Усопп. — Ты три года провела в Дозоре, тренировалась как любой другой парень, который туда поступает. Это уже о многом говорит, да и я не понаслышке знаю, как это, чувствовать себя слабым. Ах да, я и забыла о всей его истории в Вотер Севен. Наверное, я всё же не имела права как-то на него наскакивать. — Но знаешь, я вынес из всей той заварухи два важных урока! Первый — даже слабак может стать героем, если хотя бы раз поднимет голову, чтобы взглянуть своему страху в глаза! — А какой второй урок? — А второй — никогда не оставлять любимого человека без присмотра, если у него шило в одном месте заиграло — АУЧ! Эй, это было больно! — ойкнул Усопп, потирая стукнутый в конечном итоге лоб. Однако, голову в покое не оставили — я потянулась к его лицу, встав на носочки, чтобы поцеловать стукнутое место. — Ладно-ладно, у тебя не такое шило, как у Луффи! — Ну, я с нашим капитаном соревноваться и не собиралась — знаешь, игры в духе «у кого больше» по вашей части, у мальчишек-то, — усмехнулась я, вызвав непонятную кучу звуков со стороны моего парня. — Но вообще… Я бы хотела стать сильнее. Знаешь, под стать всем вам. Вы все сильные ребята — после определённого времени с вами начала понимать, как так вышло, что вы Крокодайла и Барок Воркс уделали! Мы с тобой как-нибудь должны снова позаниматься стрельбой — может, и вспомню, как целиться по-человечески. — Всегда побеждает команда, в которой есть неповторимый Капитан Усопп! — Усопп поначалу говорил уверенно, но потом ойкнул и одёрнул себя. — В чём дело? Мне казалось, что ты любишь шутить на эту тему. — В прошлый раз после такой шутки ты на меня обиделась, так что… — Усопп, я уже говорила — я тогда была не в своём уме, так что не обращай внимания на тогдашние выкрутасы, ладно? Я люблю эту твою идиотскую привычку так же, как и тебя. Следующее утро немного меня удивило, потому что, стоило мне выйти из пустовавшей женской спальни, как на меня посыпалось конфетти, а до носа долетел запах вкусной еды и пенных напитков с фруктовыми нотками. Конечно, Луффи палец в рот не клади — он всегда найдёт повод для праздника, но какой был сейчас? То, что мы вчера надрали жопу дозорным? — А по какому поводу праздник? — Как по какому? — искренне удивился капитан судна, поправляя шляпу одной рукой, а другой — хватая очередной кусок мяса на кости. Интересно, а он что-нибудь вообще кроме мяса ест? До сих пор загадка за семью печатями… — У нас официальное пополнение экипажа! — За такое грех не выпить, — выдохнул наш местный зеленоволосый алкоголик в роли старпома. — У нас за ночь новый попутчик появился? Я перестала понимать всё, что происходит, когда на плечо мне легла рука Нами. Она улыбалась так, будто Луффи едва ли давал ей в это фору. На голову мне плюхнулся не пойми откуда взявшийся бумажный праздничный колпак, чуть не скатившись мне на глаза. Всё оказалось более прозаично, если рассуждать со стороны. Я же, мягко говоря, прифигела, потому что за одну ночь из разнорабочего на корабле, которого короче можно было назвать юнгой, я стала кастеляном. — А почему именно кастелян? — спросила я. — А кто такой кастелян? — Луффи-Луффи, вот вроде бы старше меня (ненамного), но словарный запас у тебя как у пятиклассника… — Кастелян — это человек, который занимается тыловым обеспечением в организации или группе, — начала терпеливо пояснять Робин, пока Нами считала от одного до десяти про себя вслух. Как оказалось, она до этого момента тоже пыталась заниматься просветительской деятельностью с нашим развесёлым капитаном, но вышло не ахти как. — По сути, это как обязанности нашего Кока-сана штопать носки капитана и старпома, а Навигатора-сана — вести учёт тому, чем мы владеем. — Я не соглашалась зашивать носки Луффи! — воскликнула я, за что получила лёгкий шуточный «шлёп!» по затылку — Нами переключилась на меня. — Эй, за что? — Посмотри на ноги Луффи. — Луффи-сан носки не носит, йо-хо-хо-хо-хо! — Окей, прокол… Зоро, носки носишь? Так и вышло, что теперь я теперь — официальный член команды, со своими обязанностями. По взгляду больших глаз и растянутой улыбке пухловатых смуглых губ я даже поняла, с чьей подачи была инициирована сегодняшняя пирушка. Наверное, мне для счастья нужно только разве сильнее стать. Эх, ещё бы я знала, что через некоторое время пожалею о своей тяге, о своём стремлении стать сильнее, чтобы не тянуть команду на дно. Вскоре мы высадились на архипелаг Сабаоди.