«Меня вполне устраивает мой дикий доктор Брагин»

***

Нет ничего хуже ожидания. Когда минуты, а затем часы неумолимо, но, медленно движутся вперед, человек реально начинает терять всякую надежду, что его долгие и бесконечные ожидания оправдаются. Марина, за пять лет семейной жизни со своим мужем, привыкла ждать. Ждать, когда он ответит взаимностью на её любовное признание, но так и не получив желанного результата. «Застегнись, замерзнешь» Вовсе не тот ответ, о котором мечтает влюбленная и самодостаточная женщина, первый раз в жизни решившаяся признаться мужчине в своих чувствах. После своего увольнения и возвращения в Склиф, она ждала пока он образумится и поймет, что Лена совсем не та, которая ему нужна. Не предел его мечтаний. Тот спонтанный поцелуй, произошедший пять лет назад в конференц зале, стал поворотным в их сложных отношениях. Марина делала вид, что не хотела этого, одновременно растворяясь в его жарких объятьях, и, страстных и обжигающих поцелуях. Словом, противоречила сама себя. На спортивной площадке тоже себе противоречила, пытаясь оттолкнуть и зацеловать, одновременно. Сперва говоря на кой он ей нужен, а потом, погружаясь в него с головой. Затем эти мучительные ожидания в свете его серьезного ДТП, после которого на нём живого места не было — собирали почти по частям. Хорошо, что есть такие замечательные хирурги, способные спасти человеческую жизнь, даря второе рождение. Олег таковым являлся, но, когда он сам нуждался в квалифицированной помощи хирургов, ему повезло что такие нашлись, в лице Куликова и Жулина, филигранно выполнившие свою работу. В перерывах между этим, она убивалась, ожидая хоть каких-то хороших новостей. Когда они наконец поступили, ей хотелось прыгать до потолка от ощущаемой радости, окутавшей все её естество. Именно поэтому решила поехать за ним на машине за 300 километров в свой единственный выходной, и, лично забрать его из больницы. За те мучительные часы ожидания, чего она только себе не надумала, накручивая себя ещё больше. Минуты полного облегчения, а затем и необходимой близости, чтобы убедиться в его целости сохранности. Жена его, теперь уже бывшая, тогда закатила огромный скандал, а он просто так взял и ушёл, даже не пытаясь остаться. Снова начались мучительные ожидания на тему: «Когда же Брагин, наконец, образумится, и примет правильное решение?» Не сдержалась, рассказав ему о своих сокровенных желаниях, касаемо их совместного будущего. Ожидания снова вступили в силу, когда она ждала его целый вечер, а он пришёл с красной розой и зубной щеткой в руке, чтобы навеки поселиться. Потом она ждала, пока привыкнет к его храпу, вредным привычкам, замашкам, и, своеобразным повадкам. Но, это даже не потолок. В день их свадьбы она ждала его в ресторане вся такая нарядная, счастливая, воодушевленная, с красиво-накрученной прической, чтобы отпраздновать это грандиозное событие, к которому они оба так долго шли. Ну, было бы даже странно, если бы всё прошло гладко. Да какой там, это было далеко от истины. Её благоверный в очередной раз полез на рожон, в результате чего, подорвался на боевом снаряде. Вместо первой брачной ночи, Марина прорыдала белугой за дверями операционной, узнав, что её непутевый муж в коме. Потом она ждала пока он придёт в сознание, приняв решение, что так больше жить нельзя. Развод, о котором она сообщила ему сразу же после пробуждения, был принят им безоговорочно. Он даже не попытался изменить её решение, а она, так ждала, именно этого. Ну, что ж развод, так развод. Если бы это было так легко. Учитывая волокиту с соответствующей документацией для изменения фамилии, на которую вообще не было времени, Марине пришлось повременить с разводом. На самом деле, она не хотела себе признаваться, что этот развод ей вообще не нужен. Она любит его дурака, а тогда, в ней просто взыграли эмоции и изнурительность, наступившая в результате бесконечного ожидания его пробуждения. А он не противился, а просто смирился. «Идиот, простите просто вырвалось.» Эта фраза подходила сюда как раз кстати. Ожидания. Сплошные ожидания. Ожидая, пока снимется повязка после серьезной операции на глаза, в свете диагностированной отслойки сетчатки, и он прозреет. Боялась, что зрение может не восстановиться. Совсем. А затем огромное облегчение, когда он чётко смог увидеть её лицо: «Солнышко моё, я всё вижу» Те мучительные ожидания оправдались, принеся желанный результат. За ними последовали ожидания последствий его необдуманного поступка в операционной, в которой его, в принципе, вообще не должно было быть. Слава богу, он, разработав удачный хирургический метод, который сработал, сумел избежать горьких последствий. А ведь ему светило не только увольнение, но, и ещё, чего похуже. Слава богу, всё обошлось, но осадок всё равно остался. Потом она ждала пока Брагин оставит свою затею работать на Скорой, и вернётся в родные пенаты. Свершилось, он вернулся, и они начали ждать появления Катюши на свет. Затем в их семейной жизни произошли очередные перемены, и Тамара присоединилась к их семье. Марине пришлось набраться терпения — ждать, пока девочка её примет и перестанет показывать свой характер, боясь, что этого никогда не произойдет. А, ведь по сравнению с данной ситуацией, те другие меркли в сравнении. Сперва ужасный диагноз, потом выясняется, что он ошибочный, а затем её любимый муж едет в горы, оказавшись в самом эпицентре стихийного бедствия. Здесь не то, что будешь волноваться, здесь точно с ума сойдешь, теряя последние остатки разума. Затерявшись в своих многочисленных мыслях и воспоминаниях, Марина едва не пропустила еле ощутимую вибрацию телефона, оповещающего об новом сообщении: Привет, Мариш Мы только что приземлились, и я мчу в Склиф. Я скоро буду. Пациентка тяжелая. Необходима срочная операция. Как освобожусь, сразу же к тебе забегу. До скорой встречи. 💋 Прочитав сообщение, у Марины аж от сердца отлегло. Впервые за эти мучительные дни ожидания, она улыбнулась, предвкушая скорую встречу с мужем. Но опять же, если он думает, что она будет покорно сидеть и ждать пока он соизволит к ней придти, он глубоко ошибается. Пока она лично не увидит его целым и невредимым, не успокоится. Хорошо, хоть сообщение прислал, а то мог бы предположить, что она его просто покорно ждёт. Хотя, так и есть. Уже час, как она ждала его в «лифте», постоянно бросая взгляды на дверь, явось, он появится в дверном проёме. Находясь здесь, среди его вещей, ей было легче скрасить время ожидания. Не успела она об этом подумать, как тот, о ком она только что думала, появился в поле её зрения. Их взгляды встретились и застыли.в пространстве. Он словно заглядывал в глубину её души, пытаясь понять, что же там таится. А таилось там очень многое: от полного облегчения, радости и огромной любви; до легкой злости в сложившейся ситуации, негодования и смятения. Марина сама не поняла, как начала двигаться по направлению к нему. Ноги будто сами несли её в нужном направлении. На автопилоте. — Привет, — вырвалось наружу, словно невзначай. Такое простое слово, но его было сейчас недостаточно. Впрочем, она пока не смогла подобрать что-то другое, довольствуясь этим. Подойдя к нему вплотную, она тут же уткнулась лицом ему в грудь, а на глазах выступили маленькие капельки слез. — Олег покрывал весь участок её лица нежными и прирывистыми поцелуями, намереваясь добраться до заветных губ. Однако в самый решающий момент, Марину словно перемкнуло, и она слегка повернула голову на бок, в результате чего, его губы прошлись по касательной, приземлившись где-то в районе щеки и носа. — Всё хорошо, — приговаривал Олег, прижимая жену к себе, и гладя рукой по шелковистым волосам. Он был слегка обескуражен таким поведением жены. Почему она не позволила себя нормально поцеловать, это на неё совсем не похоже. Ладно, он подумает об этом позже, а пока, ему предстоит разобраться с инфарктом миакарда их любезной, доброй и забавной консъержки. — Мне надо идти. У меня операция, меня ждут. — Он наслаждался её присутствием, радуясь каждому нежному прикосновению, вдыхая её такой родной и любимый запах, которым был также наполнен весь его кабинет. Она находилась здесь уже довольно долгое время, в предвкушении его скорого появления. — Я вообще-то, тебя тоже ждала. — Марина подняла на него свои выразительные голубые глаза, встретившись с его карими, в которых читалось некое смятение и расстеряность вперемешку с радостью и облегчением. — Минуту, мне можешь уделить? — после всего, что произошло, он снова готов бежать в операционную, как на пожар. А ничего, что она вчера чуть с ума не сошла, думая, что с ним что-то случилось? А он снова в своём репертуаре. Срочная операция. Сложная пациентка. Когда она, наконец, уже станет для него главным приоритетом? Почему у него постоянно на уме одна работа? А как же она и их семья? Злость и негодование снова взяло над ней шефство, и она постепенно начала выходить из себя. — Хорошо, время пошло, — Олег усмехнулся, прижавшись лбом к её лбу, она тоже невольно улыбнулась, всматриваяся в его выразительные глаза, но затем решила поговорить начистоту. Сколько можно? — Вы очень любезны, Олег Михайлович, — саркастично произнесла Марина, закатив глаза. — Брагин, скажи, кто я для тебя, а? Почему ты постоянно думаешь обо мне в самую последнюю очередь? У тебя на первом месте работа, а потом, уже я, и наша семья. Несправедливо получается, не находишь? — Марина выпалила все свои чувства наружу, хранившиеся внутри уже довольно долгое время. — Мариш, ну, вот ты снова злишься. — Олег посмотрел на неё в упор, опустив руку на плечи, но это не принесло желаемого результата. Марина, приняв позу руки в боки, продолжала сверлить его своим недовольным взглядом. — Давай, мы с тобой об этом позже поговорим. Мне надо… — снова начал Олег, но Марина продолжила за него. — Идти, тебя ждут. Я это уже слышала. А тебя не волнует, как я провела весь вчерашний день, пока ты находился в горах в эпицентре землетрясения? Как все глаза проплакала, представляя самый худший вариант. Как всех на уши подняла, включая ваше начальство, в надежде выяснить хоть что-то определенное. Не интересно наверное, потому что ты постоянно норовишь сбежать на свою любимую работу. Иди, пожалуйста, в операционную, она ведь намного важнее нас с тобой. — Слегка повысив голос, Марина указала рукой на дверь, и, хотела было отвернуться, как Олег её остановил, устанавливая твердый зрительный контакт. — Марин, не начинай, пожалуйста. — Олег недовольно сузил глаза. — Ты не представляешь, что я пережил, там, в горах. Ты не знаешь, что мне пришлось делать Нинке кесарево в полевых условиях, используя для наркоза из того, что было в доме; оперировать Павлову, у которой была серьезная травма, не терпевшая отлагательств, потом спасать утопающего, погружаясь в ледянную воду, и, ко всему прочему, стать свидетелем инфаркта нашей любезной консьержки, и доставить её в Москву для срочной операции. — По мере сказанного, у Марины глаза на лоб полезли. Как он всё это выдержал, а она на него снова ополчилась, не зная всех важных подробностей. — Поэтому, давай не будем говорить о том, кто что пережил. Я рассчитывал на твою поддержку и понимание, мчался в Склиф в надежде увидеться с тобой, но ты даже не дала себя нормально поцеловать. Если ты не рада моему возвращению, то, так и скажи. А теперь извини, но мне действительно пора. Ваша минута истекла, Марина Владимировна — Олег недовольно прищурился, и, поправив капюшон своей тёплой зимней куртки, уже было направился на выход, как Марина схватила его за руку, удерживая на месте. — Дурак, какой же ты дурак. — Марина тесно прижалась к нему всем телом, закрепив руки на затылке. — Почему ты мне ничего об этом не сказал? — От дуры слышу, не успел. Ты ведь набросилась на меня с обвинениями и претензиями. Не до того было. Что с тобой вообще происходит, а? Ты что, не рада меня видеть? Надо было ещё подольше там задержаться, да? — Марина ударила его кулачком в плечо. — Не смей, слышишь меня, даже так шутить. Я думала с ума сойду, пока ждала твоего возвращения. Прости, я была не в курсе всех сопостовляющих деталей. Ты что, действительно сделал Нинке кесарево? Как она? — в голове не укладывалось такое развитие событий. Это ж какую нужно иметь выдержку и спокойствие. — Ага, пришлось, у неё началось кровотечение после землетрясения, и, если бы я с этим затянул, ребёнка могло бы и не быть. Сейчас всё нормально, она находится в перинатальном центре вместе с малышкой. Недавно ей звонил и узнавал как дела. Всё уже хорошо. Оба идут на поправку. — Олег продолжал рассказывать о своих приключениях, скорее, в меру необходимости. — Кошмар, как тебе это удалось? Это ведь совсем не твой профиль. И еще с благополучным исходом. Да ты у меня герой. — Марина улыбнулась, а он слегка подмигнул. Её вдруг осенило. — Подожди, ты говоришь в ледянную воду нырял. Как ты? Не переохладился? — Да нет, я под водой то пробыл совсем ничего, не успел переохладиться. — Олег прижался лбом ко лбу жены, и мягко потёрся носом об её щеку. — Вопрос, как ты, Марин? С тобой явно что-то происходит. — Олег, я просто очень устала. — Марина томно выдохнула, а затем продолжила — Как не одно, так другое. Вроде бы как, немножко разобрались с твоим диагнозом, как произошло это землетрясение. Ты ошибаешься, я очень рада твоему возвращению. Очень. Настолько рада, что не знаю, что со всем этим делать. За вчерашний день, я пережила столько всего: от страха и потери тебя, до полного облегчения и ожидания твоего появления здесь. Я, наверное, действительно немного сошла с ума. — Значит, я был прав: ты бредила, сходила с ума, и скучала по мне, не так ли? — Эту довольную ухмылочку тотчас захотелось стереть с его лица. Вот же сволочь, хоть и любимая. — Ну и как, проверил свои чувства? Удалось тебе? — Марина лукаво прищурилась. — Ага, проверил. Я невыносимо сильно скучал по тебе, Мариш. Единственной мыслью было выбраться из этой горной западни и вернуться к тебе. — Олег действительно весь полёт на вертолете, а затем на самолете думал о ней, мечтая, что когда наконец увидит, прижмёт к себе и поцелует. Реальность несколько не сошлась с его мечтами, но главное, они поговорили по душам и выяснили все интересующие их нюансы. — Без всякой трагической точки, — подитожила Марина, пристально глядя на него — А я дура, накричала на тебя. Извини Олег, я не хотела. На меня явно что-то нашло. — Марина виновато на него посмотрела, пальцем вырисовывая невидимые узоры на его свитере. — Прощаю, — он улыбнулся, а затем продолжил. — Марин, знаешь о чём я мечтал пока летел в Москву, а потом мчался в Склиф? — О чём? — их тела снова переплелись, и, словно по инерции, губы соприкоснулись, превращаясь в трепетный, а затем более требовательный поцелуй, о котором он мечтал всю обратную дорогу. На этот раз, не было никаких припятствий для совершения этого любовного обряда. — Об этом, — слегка оторвавшись от нее, он прошептал прямо в её полуоткрытые губы. — Имеются какие-либо возражения? — Абсолютно никаких, — прошептала Марина еле слышно, снова прильнув к нему всем телом, — сейчас не имело значения, что его ждёт пациентка с инфарктом, и ей необходима срочная операция. Главное, это она. Рядом с ним. На самом первом месте. — Ну всё, Марин, — Олег нехотя оторвался от сладких губ жены, — если я сейчас отсюда не уйду, то останусь здесь навсегда. Пациентка действительно очень тяжелая. Не хочу, чтобы её смерть была на моей совести. Я если что, к тебе попозже забегу, хорошо? — Олег отошёл от жены и, быстро скинув верхнюю одежду, повесив куртку на спинку стула, а свитер и брюки на диван, облачился в свою обычную хирургическую пижаму. — Угу, договорились, — напоследок супруги снова соприкоснулись лбами, а затем Олег, готовый к труду и обороне, покинул свой кабинет. После его ухода, Марина ещё долго стояла на том же самом месте, на котором совсем недавно растворялась в поцелуях мужа. Оказывается, ей очень не хватало его близости и нежных прикосновений. Стоя посреди его кабинета, она загадочно улыбалась: как тогда, после поцелуя в конференс зале, пытаясь отрицать наличие своих глубоких чувств к нему. Сейчас же, ей не нужно было ничего отрицать, поэтому она вся светилась изнутри. Вернулся. Живой. Любимый. Родной. И всё такой же непредсказуемый, но она уже к этому давно привыкла. Сколько всего пришлось ему пережить. Сколько всего свалилось на его плечи, обалдеть можно. Как он всё это выдержал, оставаясь при этом спокойным в столь стрессовой ситуации? Мельком взглянув на часы, Марина поняла, что время уже поджимало. Изначальная минутка, превратилась в целых полчаса, но она ни о чём не жалела. Он наконец-то подумал о ней в первую очередь, а это, крайне редкое явление. Воодушевленная возвращением мужа и своим отличным настроением, Марина вернулась в своё отделение, где ей предстояло прооперировать пациентку с интересным случаем.

***

В итоге, операция закончилась благополучно, и пациентка была переведена в реанимацию для дальнейшего, внимательного, послеоперационного наблюдения. Заполнив все соответствующие документы, касаемых недавней операции, Марина отправилась к себе в кабинет, но там её ожидал сюрприз в виде её мужа, сидящего на мягком стуле, а на её рабочем столе лежал полный пакет апельсинов. Это что-то новенькое в его репертуаре. — Привет, — Марина удивленно приподняла бровь, нежно целуя его в уголок губ, но Олегу, видимо, этого было недостаточно: он резко усадил её к себе на колени и прижал к своей груди. — А ты чего здесь? Как прошла операция? — Не знаю пока, была остановка, пришлось вколоть адреналин прямо в сердце, поэтому будем ждать и наблюдать. Надеюсь, всё обойдется, — его губы коснулись её шеи, и начали плавно двигаться в круговом направлении, уделяя особое внимание выступающей жилке. От его прикосновений, у неё мгновенно побежали муражки, а по телу прошёлся разряд тока. — Олег, ты решил испортить мне весь рабочий настрой? — хрипловато прошептала Марина, прижимаясь губами к его немного шершавой щеке. — Угу, — мужчина лукаво прищурился. — Я соскучился. Безумно. — Олег на минуту застыл в этом положении, наслаждаясь её близостью и поддатливостью. — Да что ты? А, апельсины откуда? — Осмотрев пакет с содержимым, вопрос напрашивался сам собой. — У одной дивахи, представляешь, на них аллерия, а она жрёт их киллограмами. Пришлось конфисковать. — Олег говорил это так, будто это было в порядке вещей. — Не хочешь витаминчиков? Очень полезно. — Брагин, с тобой не соскучишься, вот, честное слово. — Марина звонко рассмеялась. — Мариш, со мной стыдно, но не скучно. — Олег засмеялся, изобразив улыбку чеширского кота. — Умник, — она слегка толкнула его кулачком в плечо. — Так зачем ты пришел? — Говорю же, соскучился. Нельзя, что ли? Ты домой вообще собираешься, а? — мужчина потерся лбом об её очаровательный носик, и прибалдел. — Мне ещё осталось здесь доделать кое какие дела, а потом я свободна, — оповестила Марина. В коем то веке сам предложил вместе домой пойти. Нужно непременно использовать эту уникальную возможность. — Мне тоже нужно свою пациентку проверить, убедиться, что после остановки не возникло никаких осложнений. Я быстро, только туда и обратно. Ты только дождись меня, красотка. — Её муж смотрел на неё, как кот на сметану, перед употреблением. С глубоким упоением и желанием. — Дождусь, непременно. Олег, ты случайно не заболел? Сам предлагаешь домой поехать. А, как же твоя работа, а? Как-то даже непривычно. — Брагин удивлял её всё больше, но она не жаловалась, хотя, её это уж очень сильно настораживало. Затишье перед бурей? Посмотрим. — Подождёт, Мариш. Я устал как собака. Просто с ног валюсь. Единственное, чего я хочу, это поехать с тобой вместе домой, увидеть Катюху, и завалиться спать без задних ног. — Я поняла. Я, кстати, тоже этого очень хочу. Плохо спала прошлой ночью. — Олег всё понял без лишних слов. — Вот-вот. Я предлагаю встретиться через полчаса в моем «лифте», и вместе отправиться домой. На этот раз, я буду готов. Как ты на это смотришь? — Положительно, — Марина слезла с его колен, и подошла к своему рабочему столу. — Апельсины оставь, а то куда ты с ними в реанимацию попрешься. — Угу, понял, был бы дурак, не понял бы. Ну всё, до скорой встречи. Я недолго. — Олег улыбнулся, проведя мягкими подушечками пальцев вдоль её нежного лица. — Иди уже, Олег.  — Марина, напоследок поцеловав мужа в уголок губ, отправила его к пациентке, а сама принялась заполнять остаток нужной документации перед уходом домой. Сегодняшний день стал совсем не таким, каким она его себе представляла. Намного лучше. Главное — не спугнуть эти наступившие метамарфозы, и вдоволь ими насладиться.