Hurricanes

2012 год

Александр открыл глаза. Он лежал в просторной светлой комнате. В своей комнате, в доме их семьи. На кухне мама готовила завтрак, а папа, как обычно, сидел на диване и читал газету, узнавая из неë все новости или работал над бумагами. Скоро они вместе с другом их семьи Валентином Моргенштерном должны были открыть первую атомную станцию в Нью-Йорке. В соседней комнате суетилась Изабель, выбирая наряд для школы. Она была королевой выпускного класса и всегда уделяла большое внимание своему внешнему виду. В комнате напротив копошился Джейс, он тоже пока что ходил в школу, в ту же что и Иззи и так же считался яркой персоной. Наглый, сногсшибательный, красивый, немного нарциссичный парень — девочки сходили по нему с ума и бегали за ним целыми толпами. Алек учился в институте на первом курсе по технической специальности, он очень увлекался наукой и не обращал внимания на моду, одежду и даже свой внешний вид. В отличие от брата с сестрой он не искал отношений и жил спокойно, сам с собой, в своëм внутреннем мире. К получению образования парень относился очень ответственно, в данный период жизни это было для него самым важным. Александр поднялся с кровати и подошëл к приоткрытому окну, подставляя под яркие солнечные лучи бледное лицо и вдыхая запах природы полной грудью, на фоне расцветающих цветов и свежести дождя чувствовался какой-то знакомый терпкий аромат чего-то заморского. Из головы вылетело, как он называется. Парень улыбнулся и отправился на кухню, чтобы перекусить. Сегодня у него была одна пара, а остальное время он хотел посвятить книге, давно он просто не читал художественную литературу. В голове было ощущение, что чего-то не хватает, но Лайтвуд не предал этому особого значения. — Доброе утро, — он приблизился к матери, которая находилась около плиты. Но была она там не одна, подле неё кулинарила Изабель. У Александра тут же глаза расширились от ужаса. Его сестра никогда не умела готовить, а если и пыталась, то или все попадали в больницу, или дом взлетал на воздух от еë талантов поварихи. — А по какому поводу ты решила над нами поиздеваться, Из? — подколол парень горе-кухарку. — Не смейся надо мной, Алек, — Иззи пригрозила ему половником, — Сегодня вечером у нас будут гости. — Гости? — переспросил Лайтвуд, смотря на Маризу и дожидаясь объяснений от неë. Неужели мама позволила Изабель пригласить в гости своего парня. Хотя, его сестра недавно порвала с Мелиорном, так что Александр не представлял, с кем сейчас встречается Изабель. — Да. К нам должен прийти Валентин со своей семьёй, и ещё несколько друзей, тебе придется отложить планы, если они у тебя были, — ответила женщина, — Мы хотели отметить завершение строительства атомной станции, думаю, тебе тоже будет интересно, придëт Рафаэль, я помню, вы с ним дружили раньше, придут дети Валентина: Джонатан и Клэри, я бы посоветовала тебе присмотреться к ней, она красивая и умная девушка. — подмигнула сыну Мариза. — Мама! — возмутился Александр. Изабель прыснула в кулак, она тоже постоянно искала невесту своему брату. — Последнее скажи лучше Джейсу, а у меня и так все хорошо с личной жизнью. — Еë просто нет, — заметила сестра. — А вот я тебе говорила, вынырни из твоих учебников, а то и к тридцати годам останешься… — Так всë, хватит, я в институт, — Алек схватил со стола яблоко и поспешил подальше от расспросов о его отношениях. У Александра совершенно не было опыта в делах любовных или… Парень попытался напрячь мозг, тот даже начал кидать какие-то картинки чужого смуглого тела, похоже, мужского, но ничего толком не вспомнил. Возможно, просто приснилось. Лайтвуд не хотел обо всём этом думать. До пары оставалось ещё два часа и он пошëл на улицу, чтобы прогуляться. Вокруг пели птицы и шумели люди. Их было настолько много, что никто не обращал на него внимания. Алек вставил в уши наушники и включил музыку, ему нравился богатый инструментал и элементы классики в современных композициях рок жанра. Он любил одиночество, но любил и загруженный город, шагая со всем этим потоком людей. Одиночество в толпе — когда всем вокруг наплевать на тебя и ты можешь спокойно делать, что вздумается — Александр наслаждался этим чувством. Изабель и Джейс поспешили в школу. Они ждали многое от сегодняшнего вечера. Во-первых, хотелось весело провести время со сверстниками, а во-вторых, они слышали много хорошего об этих людях и оба явно нацелились найти себе пару. Блондин уже который год искал себе кого-то особенного, но все девушки казались ему какими-то не такими. Может быть он слишком уж любил себя, а может он уже встречался с той самой и пытался отыскать еë снова, но у него это не получалось. Изабель многих повстречала в своей жизни, были и счастливые и грустные моменты еë отношений, но всë сводилось к одному — ничего серьëзного. В мозгу девушки засел образ красивого необычного парня со сложным прошлым, кажется, они уже когда-то встречались с ним, только всë было очень плохо. Иззи не понимала, почему в памяти был кавардак и ощущение, что она забыла что-то важное.

***

Гости пришли во второй половине дня, ближе к вечеру. Мариза с помощью дочери накрыла стол, Изабель к плите не подпускали, всë-таки гостей отравить пока не хотели. Первым в дверь постучалась семья Сантьяго, состоящая из матери и сына. Гваделупа тоже работала вместе с Лайтвудами и Моргенштернами над созданием атомной станции. Рафаэль улыбнулся взрослым и поспешил к друзьям детства. Они не виделись довольно давно, хотя было ощущение, что встречались только вчера. Алек почему-то слишком хорошо знал этого испанца. — Привет, — поздоровался Раф, изучая брата и сестру взглядом и хмуря брови, будто что-то вспоминая, — Давно не виделись. — Да, привет. Как жизнь? — этот вопрос вырвался ненароком и нëс в себе более глубокий смысл, который и сам Александр не понимал. — Хорошо. Вот учусь, подрабатываю, — неловко пробормотал Сантьяго, он ждал чего-то, сам не зная чего, но чувствовал, что в этот день произойдëт кое-что важное. Парень так же как и Иззи, и Джейс мечтал найти отношения. Любимого человека, который будет особенным для него. Блондин в этот момент поставил себе ещё одну цель на сегодняшний вечер, а именно — стащить у родителей бутылку, а лучше две, алкоголя, чем он и принялся заниматься, пока в дверь не позвонили. Парень решил открыть. На пороге стоял Валентин с дорогим вином и улыбкой в тридцать два зуба. — Это я изымаю, — Джейс забрал спиртное из рук Моргенштерна, пропуская мужчину внутрь, но за ним стояли ещё два человека, его дети, как понял блондин. Бутылка чуть не выпала из его рук, когда глаза остановились на знакомой рыжей макушке. В голове пронеслась череда картинок, и парень отпрянул назад. По идее, они не должны были быть знакомы с Клэри в этом мире, только если виделись в детстве пару раз, но в мозгу блондина ярко отпечаталась их история, и чувства принялись решать всë за него. — Привет, — поздоровалась Кларисса, замечая на себе пристальный взгляд. Она удивилась такому вниманию со стороны вроде бы незнакомого человека. — Приветик, — к ним подошла Изабель, которая была порасторопнее сводного брата, и пригласила гостей в дом. Еë глаза на секунду задержались на старшем сыне Валентина. Он держался очень отстранëнно и от него веяло каким-то холодом: высокий, необычный, красивый и загадочный — всë, что искала Иззи, но что-то не позволяло ей начать с ним диалог. Джейс отправился к себе в комнату, надеясь собраться и понять, что происходит и почему его сознание начинает вспоминать картинки антиутопии с ним в главной роли. Казалось, что всë вокруг создано как-то искусственно, а правда скрывается за толстым слоем чьей-то фантазии. Две разные реальности в его голове никак не накладывались друг на друга, этому мешали люди, ложные воспоминания и ощущение неправильности. Блондин был не единственным, в чьëм мозгу происходил сложный мыслительный процесс. Алек, заметив Сантьяго, тоже начал видеть картинки из прошлого, которые никак не могли быть в его жизни, в его этой жизни. Его начал преследовать серый вихрь, мечущийся перед глазами, из-за этого начинала кружиться голова, а в носу появлялся до боли знакомый и одновременно непривычный сладкий аромат. В сознании более-менее начала складываться картина реальности. Парень вспомнил, что они с Рафаэлем жили вместе, в одном доме, при виде Моргенштерна, память начала восстанавливаться намного быстрее. Настоящий мир, в котором он находился всю свою жизнь, мировая катастрофа, деспотичное государство, где существовали строгие рамки и запреты, адская жара, пугающие ураганы, свободные улицы, разрушенные дома, куски бетона, валяющиеся на растресканной земле, ржавые дожди, мëртвая тишина — все ужасы мира 2030 года. Только Александр не знал, как он очутился здесь и что случилось, почему родители живы, почему Изабель и Джейс живут с ним, а не у Валентина, почему жизнь превратилась из кромешной тьмы в прекрасный рай. Так не должно было быть — это реальность, а не сказка, не волшебный мир, где может появиться добрая фея-крëстная, взмахнуть своей палочкой и в одну секунду сотворить чудо. Лайтвуд попытался не подавать вида, что происходит в его голове в этот момент и пригласил начинающего скучать Рафаэля за стол, перед этим всë-таки интересуясь у него, вспоминает ли он что-то тоже. — У тебя было такое ощущение, что мы виделись раньше, в смысле, не здесь и не в детстве, а… — Алеку не дали закончить. Раф поднëс палец к губам, замечая рядом Валентина. — Давай потом поговорим, не при посторонних, — испанец выдавил улыбку, садясь на стул и принимаясь есть, как и все остальные, периодически ловя на себе взгляды Моргенштерна, скрытые за самодовольной ухмылкой. Взрослые без остановки обсуждали ядерную станцию и работу над ней, Александр не мог это слушать, потому что он знал, что конец света произошëл именно из-за этого, и сейчас у него имелась возможность что-то изменить и предотвратить все эти катастрофы, но вначале ему нужно было поговорить с другом. — Не хочешь выйти на балкон? — Джонатан нагнулся к Изабель, шепча ей на ухо. Парень положил на неë взгляд только увидев, решив извлечь хоть какую-то выгоду из сегодняшнего скучного сборища. Он никогда не был порядочным человеком, считая, что живëт он один раз и нужно брать от этого всë. Моргенштерн-младший часто игрался людьми, серьëзные отношения были не для него, или просто он ожидал кого-то. Над ним висела задача, ему нужно было что-то исправить, но он не знал что именно. Иззи кивнула, вставая из-за стола и направляясь на свежий воздух, дожидаясь, пока Джонатан пройдëт за ней. Этот человек почему-то внушал ей доверие, она не боялась остаться с ним наедине в достаточной близости. — Зачем ты предложил мне выйти? — поинтересовалась девушка, облокачиваясь на перила и с интересом разглядывая чужую красивую фигуру и задумчивое лицо. Что-то внутри оборвалось и заставило еë вздрогнуть, а сердце выдало приговор: «ненавижу». — Не знаю, мне было скучно, а ты единственная представительница женского пола моего возраста, не считая моей сестры, — Моргенштерн-младший подошëл к ней поближе и протянул руку, прикасаясь к еë щеке, хватая лицо за подбородок и устремляя свой взгляд в чужие глаза, пытаясь найти в них что-то. Он был резок, возможно, даже слишком, вëл себя как дикий зверь, которого поместили в домашнии условия и пытались приручить, но как бы он не старался, всë равно его поведение диктовала природа. Парень, в общем-то, не был плохим, он просто не знал, как сказать, показать свои чувства. Замечая в глазах Изабель страх и какую-то стену, он понял, что ему лучше уйти, к тому же мозг принялся что-то вспоминать, и эти картинки пугали и заставляли чувствовать отвращение к себе. — Извини, я не должен был приходить сюда. Джонатан опустил ладонь и попятился назад, пытаясь как можно быстрее уйти с балкона, лучше и вообще из этого дома. — Стой, — Иззи перехватила его запястье, резко притягивая к себе. Она поняла, что этот человек испытывает к ней симпатию, но слишком труслив, чтобы сделать первый шаг, поэтому она взяла всë в свои руки. — Мне было ужасно скучно сидеть там за столом, и я надеялась, что ты предложишь уединиться и сможешь сделать этот вечер интересным. — Моргенштерн-младший всë ещё боролся с желанием уйти, но другое желание пересилило и он подался вперëд, кладя руки на чужую талию, — Так на чëм мы остановились? Изабель улыбнулась, пытаясь захватить контроль над последовавшим дальше несдержанным поцелуем, но Джонатан тоже любил власть.

***

Джейс не знал с кем поговорить о своих нахлынувших воспоминаниях, но вначале он решил вернуть свою девушку, он точно был уверен, что Клэри была его, даже сейчас он чувствовал какую-то связь между ними, хотя здесь они и не были знакомы, точнее не должны были быть. Блондин зашëл на кухню, где сидели все, кроме его сводной сестры и Джонатана, и постарался найти место поближе к рыжеволосой. А дальше он пустил в ход всë своë обояние. — Чем ты увлекаешься? — спросил он между делом, уже заранее зная ответ девушки и фразу, которая должна была продвинуть их сближение. — Я люблю рисовать. Планирую в будущем быть художником, хоть отец и хочет, чтобы я работала на его станции. Это его самое большое детище, иногда мне кажется, что он любит его больше чем нас с братом, — поддержала разговор Кларисса. Парень показался ей интересным, он сильно отличался ото всех сидящих здесь: собранных, сдержанных, болтающих только о науке или усердно пялящихся в свои тарелки. — Хочешь, я могу поработать твоим натурщиком, — обольстительно улыбнулся Джейс, — Могу даже быть твоим личным голым натурщиком. Клэри подавилась закуской и подняла глаза на блондина, не понимая, шутит он или нет. — Спасибо, но у меня уже есть натурщик — Саймон — мой лучший друг, — немного осадила его девушка. Парень страдальчески застонал, получая на себе неодобрительные взгляды взрослых. В прошлом мире он не ревновал свою девушку к еë другу, но всë когда-нибудь случается впервые. — Но у тебя красивые черты лица, я могу нарисовать твой портрет, хотя бы попытаться. — Да, конечно, — заинтересованно отозвался Джейс. — Давай прямо сейчас, а то я умираю здесь от скуки, — Клэри всегда носила с собой блокнот и набор карандашей, чтобы было чем заняться. Ей показалось, что будет лучше делать это, чем сидеть рядом со взрослыми и слушать их занудные тосты. — У тебя есть комната с хорошим освящением и силы сидеть без движения несколько часов? — Да, — блондин поднялся и как истинный джентльмен отодвинул стул даме. Кларисса улыбнулась и прошла за ним в комнату, раскладывая блокнот и карандаши на столе, а сама отходя, чтобы припудрить носик. Джейс не был бы собой, если бы не принялся листать чужие зарисовки, натыкаюсь на кое-что очень интересное, а именно, на свой портрет и миниатюры настоящего мира, в котором они жили все последние годы. Похоже, воспоминания возвращались не к нему одному. Он решил дождаться рыжеволосую, чтобы спросить у неë об этих рисунках, а потом идти к старшему брату, тот, наверное, помог бы ему разобраться. Алек с Рафаэлем последовали примеру всех остальных своих сверстников и тоже удалились из-за стола. — Я помню тот мир, — сказал Сантьяго, как только Александр плотно затворил дверь. — Настоящий мир, в котором мы жили. Валентин, он плохой, всë произошло из-за него и из-за взрыва его ядерной станции. Мы вместе были с тобой там и пытались как-то выйти из его власти, но у него хранилась вся еда и вода, а ещё твоя сестра жила у него и ты больше всего хотел встретиться с ней. — Ты помнишь, что было дальше? — вставил свой вопрос Лайтвуд, его воспоминания ограничивались только тем, что сказал друг. И у парня имелось ощущение, что он забыл что-то важное, и ещё этот сладковатый запах, который не давал ему покоя, преследовал с самого утра — Алек не понимал, что это. — Нас арестовали, я не знаю из-за чего, но мы сбежали, а потом попали в торнадо и вот очутились здесь, нет, мы умышленно пошли в торнадо, потому что… — Потому что это портал, — закончил за него Александр. Он помнил это ощущение безвольного полëта и силы стихии. Кажется, это происходило с ним не раз, а ещё он был уверен, что сжимал чью-то ладонь во время этого безумного кручения. — Нужно спросить, помнят ли что-то остальные, — предложил Рафаэль, получая одобрительный взгляд Лайтвуда. — Что мы будем делать? — У нас есть второй шанс, и мы должны предотвратить апокалипсис и остановить Валентина, — уверенно сказал Алек. — Но сначала нужно собрать картинку полностью. С нами жил кто-то ещё? — с надеждой спросил парень, он молился, чтобы его друг помог ему разобраться с ощущением пустоты внутри. — Я никого не помню, может твоя сестра или брат что-то знают? — выдвинул предположение испанец. В это время Кларисса вернулась в комнату Джейса и застала его за рассматриванием своих рисунков. Девушке захотелось накричать на него, потому что многое из находящегося в блокноте было личным и очень сокровенным, но блондин озадачил еë вопросом, даже скорее утверждением. — Ты тоже помнишь?! — парень указал на полуразрушенные здания и серое торнадо, набросснные на листках. — Что я помню? — не поняла Клэри. — Настоящий мир, — Джейсу было лень объяснять всë или допытываться, поэтому он просто приблизился к рыжеволосой и поцеловал еë. Реакция Клариссы на это действие должна была показать ему, прав ли он. — Ты… — девушка возмутилась, пытаясь его оттолкнуть, но еë взгляд упал на страницы блокнота, где был нарисован портрет блондина, — Джейс, — выдохнула она, прекращая сопротивляться и отвечая на поцелуй. — Да, я Джейс, — улыбнулся парень, обнимая миниатюрное тело, — Ты тоже помнишь. — Но как?! Мой отец, что он наделал? Где мы? — принялась тараторить рыжеволосая. — Пойдëм к Алеку, — блондин схватил чужой блокнот и побежал к старшему брату, сталкиваясь с ним и Рафаэлем на пороге. — О, отлично, вы сами пришли, — Александр нервно сложил руки перед собой, — Видели Изабель? — Нет, — Джейс протянул ему блокнот, — Вы тоже помните? — Да, — старший из детей Лайтвуд принялся листать страницы, замечая знакомые пейзажи. — Найдите Из, мы должны поговорить все вместе. — попросил парень, всë ещё судорожно пытаясь что-то или кого-то вспомнить и придумать способ помешать Валентину. Блондин побежал в комнату сестры, но очень пожалел, что зашëл в неë без стука, потому что там Иззи, возможно, совершала самую большую ошибку в своей жизни.