Нежданный гость

- Ты не можешь продолжать мучить себя, Гарри. - ее голос рядом с ним. Она крепче сжала его руку, пока они продолжали свой путь вокруг Черного озера. - Я должен был... - начал он, но быстро замолчал, увидев ее ослепительную улыбку. - Что ты должен был? - она засмеялась, остановившись перед ним и обвив руками его шею. - Это должен был быть ты? - положив голову ему на лоб, она вдохнула его запах. - Ни за что на свете, Поттер. - она говорила уверенно. - Не могу не согласиться. - он попытался улыбнуться, но это оказалось слишком трудно. - Скоро, Гарри. - она снова заговорила, - Очень скоро все это превратится в блеклое воспоминание. - Я тебя не забуду, - голос Гарри стал глубже. - Ты не можешь просить меня об этом. - Я не прошу тебя забыть, Гарри. Я прошу тебя исцелиться. Ты не сможешь победить Волан-де-Морта сломленным. Она нежно поцеловала его в губы, прежде чем убрать руки. Сделав несколько шагов от него, она начала уходить все дальше и дальше. Через несколько мгновений он стоял один у Черного озера. Глаза Гарри распахнулись, зрение затуманилось, сны медленно отступали. Он поерзал на кровати и поставил ноги на твердое дерево. Потирая лицо рукой, он глубоко вздохнул. По запаху, пропитавшему первый этаж, он понял, что ужин почти готов. - Я думаю, будет лучше, если он поживет с нами в Норе какое-то время. Это так же безопасно... - Пока Дамблдор не найдет другого решения, это самое безопасное место для него, Молли. - голос Римуса был быстрым. - Мы все согласились на это с самого начала. - Гарри не уйдет отсюда, даже если мы попытаемся. Он хочет быть здесь. Это все, что от нее осталось. - Я только хочу сказать, что бедному мальчику нужно время, чтобы отвлечься от всех этих дел Ордена...этого места. Он взял на себя тяжелый труд. Ему нужно время, чтобы отдохнуть, позволить своему телу...своему разуму полностью исцелиться. - Он уже не мальчик, мама, если ты не заметила, что мы все совершеннолетнего возраста. - Он Избранный, дорогая. Он единственный, кто может остановить его. Мы не можем просто спрятать его за границей... - А почему бы и нет? Во всяком случае, я никогда не придавала слишком большого значения пророчествам. - Должен быть другой способ разорвать давнюю связь с Темным Лордом. Может быть, у Мадам Лири есть гримуар, который может... - Пока ты этим занимаешься, поищи и то, что исцелит разбитое сердце. - Рональд Биллиус Уизли! Нет никакого заклинания или зелья, чтобы вылечить разбитое сердце, несмотря на то, что говорят старые сказки. Гарри должен излечиться от всего этого по-своему, - Миссис Уизли втянула носом воздух, и на ее лице появилось напряженное выражение. - О Кикимер, жаркое! - Может, нам с тобой лучше пойти, Рон? Ты правильно понял, ты видел его, - продолжила Гермиона, наклоняясь ближе к нему. - Он будет чувствовать себя лучше, когда его связь с Темным Лордом будет отключена. - Да, я не знаю, какая версия лучше. Эта или другая, где он просто тратит все свое время на то, чтобы найти Сама-Знаешь-Кого, чтобы он мог ... - Рон сделал рубящее движение у своего горла. - Довольно этих разговоров, вы оба. Ужин готов, и остальные члены Ордена скоро будут здесь, чтобы поесть перед началом собрания. О, Гарри! Вот ты где, дорогой. Рада видеть тебя, ужин готов! - воскликнула Миссис Уизли, заметив Гарри, входящего в кухню. Гарри просто кивнул, пытаясь небрежно улыбнуться, не давая понять, что подслушал их разговор. Гарри молчал на протяжении всего ужина и собрания Ордена, погруженный в свои мысли. Он почти не обращал внимания на новые сообщения, циркулирующие из Магического Конгресса Соединенных Штатов. Как только собрание закончилось и большая часть Ордена разошлась по своим домам или заданиям, Гарри направился в кабинет на первом этаже. Гарри просмотрел книжные полки, пытаясь найти ту, которую она читала в последний раз. Его глаза, однако, продолжали смотреть через плечо на пустой стул позади него. Он глубоко вздохнул, позволяя воспоминаниям о том, как она сидела и читала, улетучиться. Это было умение, которое он, казалось, совершенствовал последние несколько лет, так как каждая комната содержала воспоминания, и каждое воспоминание, если о нем слишком долго размышлять, приносило ему быструю ноющую боль. Однако этот поступок был бессмысленным, потому что память никогда не покидала его. Он вернется в эту комнату завтра или послезавтра и сделает то же самое, что заставлял себя делать сейчас, - забудет жизнь, которую, как он знал, никогда не сможет забыть. Расстроенный тем, что не нашел того, что искал, он захлопнул книгу, которую держал в руке. - Я могу тебе чем-нибудь помочь? - Гермиона прислонилась к дверному косяку, скрестив руки на груди. - Ты все еще здесь? - ошеломленно спросил Гарри, оторвавшись от последней книги, которую держал в руках. - Да. - довольно раздраженно заявила Гермиона. - Мы с Роном помогали Миссис Уизли и Кикимеру убирать на кухне. Мы думали…мы решили остаться на ночь. - Да, да, конечно. - Гарри кивнул. - Это было бы здорово. Гарри взглянул на левую руку Гермионы и увидел ее серебряное обручальное кольцо, блестевшее в свете костра. Он все еще не привык видеть его и такое же у Рона. Они поженились на Рождество, на небольшой приватной встрече в Норе. Гарри попросили быть шафером. Он изо всех сил старался улыбаться на фотографиях, произносить хороший тост и быть счастливым в этот день, как будто она была там с ними. И все же они чувствовали ее отсутствие. Увидев кольцо Гермионы, он сразу вспомнил кольцо Эмили. Скорее всего, он никогда больше не увидит мамино кольцо. Вероятно, его украла Кэрроу и заложила для чего-то другого. - Тебе нужна помощь? - голос Гермионы вырвал его из раздумий. - Ты уже почти час захлопываешь здесь книги, Гарри. - Нет, все в порядке. - Гарри... - Послушай, Гермиона, я ценю то, что вы с Роном пытаетесь сделать... - Нет, не ценишь. - сказала Гермиона сквозь короткий раздраженный смех, когда она шагнула дальше в комнату. - Если бы ты действительно ценил нас, меня, ты бы позволил мне помочь тебе. - Гермиона... - Я книжный червь, Гарри. - Гермиона со смехом указала на себя. - Если ты что-то ищешь в одной из этих старых пыльных книг, то я, вероятно, уже знаю, где это. Я прочитала каждую книгу здесь дважды. - она взяла несколько. - Кроме того, ты неправильно расставляешь их по полкам, и я устала заколдовывать их на свои места. - Дважды? - Гарри вздохнул и посмотрел на книжные полки от пола до потолка, занимавшие всю стену. Гермиона только кивнула с широкой улыбкой на лице. - Гарри. Я знаю тебя, возможно, лучше, чем ты сам себя иногда знаешь, так что либо ты действительно нуждаешься в какой-то информации, которая, как ты думаешь, есть в одной из этих старых книг. Либо ты просто пытаешься игнорировать тот факт, что Орден участвовал в трех стычках на прошлой неделе, ни в одной из которых ты не участвовал, - Гермиона кивнула, увидев смиренный вздох Гарри. - Последние два года мне приходилось бороться за то, чтобы попасть в их число. Я был слишком уязвим сразу после битвы при Хогвартсе, слишком ценен, слишком заметен. Теперь это слишком безрассудно, слишком связано с ним. Я устал от их нового вращения на своих старых страхах. Я думал, что все изменится, когда мне исполнилось семнадцать в прошлом году, но этого не произошло...Потом за последние несколько месяцев все стало лучше. Я доказывал свою правоту. С Орденом я становился сильнее. Грюм даже сказал, что если бы я действительно мог пройти испытания, то уже был бы мракоборцем. - Тогда Вудбридж. - Гермиона проследила за ходом его мыслей. - Тогда Вудбридж. Одно мгновение мучительной боли, и через секунду я поставил под угрозу всю миссию, даже жизни других членов. А теперь я застрял здесь. Слишком много всего, что кажется, и не так уж много того, кем они хотят меня видеть - подушкой, настольной лампой или домашним эльфом. - голос Гарри эхом разнесся по комнате. Он почувствовал, как его захлестнула волна вины, когда увидел гримасу Гермионы при выражении "домашний эльф". - Я не это имел в виду, прости. - Ты говорил серьезно, Гарри. Ты знаешь, - сказала она со вздохом. - Ты больше, чем кто-либо другой, имеешь право сердиться...Но я боюсь, что это начинает изменять тебя. - Гермиона... - Правда в том, Гарри, что если ты все еще связан с Темным Лордом, то ты рискуешь собой и другими. - Гермиона посмотрела на шею Гарри, где синяки почти зажили. - Это уже не просто мнение, а факт. - она глубоко вздохнула. - Орден пытается защитить тебя, чтобы ты был в безопасности, а Темный Лорд не знал об их передвижениях, чтобы найти его местоположение. Так что ты можешь встретиться с ним снова. - Я знаю. Я знаю. - Гарри вздохнул, успокаивая ее. - Гарри, ты видел что-нибудь...как раньше, когда болел твой шрам? Есть то...почему ты так изменился после Вудбриджа. - Едва ли, он был в каком-то темном туннеле. Как...как нижние уровни Министерства, но не мрамор, а камень. Это было похоже на подвал. Там были отдельные камеры, как в тюрьме. Это все, что я видел. Потом я почувствовал его. Как и много раз прежде. Он был зол. Что-то шло не по его плану. - Северус что-нибудь сказал? Прислал что-нибудь? Я не видела его на собрании... - Нет, Римус говорит, что общался с Дамблдором. - Его тоже давно нет. - Да, все еще путешествует за границей с Кингсли. - Гарри, ты здесь не ищешь какую-то книгу, и я даже предполагаю, что это не о делах Ордена...Правда в том, что...ты скучаешь по ней. Гарри посмотрел на Гермиону и со вздохом поставил книгу обратно на полку, прежде чем повернуться к ней. Он прислонился к книжной полке, скрестил руки на груди и глубоко вздохнул. - А что, если ты права? - Тогда мы пройдем через это. - ответила Гермиона. - Ты не один, Гарри. Несмотря на то, каким потерянной ты себя чувствуешь, каким одиноким я тебя вижу. Ты не один. Мы с Роном все еще здесь. Я тоже скучаю по ней, Гарри, все время. Жаль, что ее здесь нет. Жаль, что она не могла поддержать меня. Жаль...моя...моя свадьба. - Гермиона вытерла слезы с глаз. - Я ненавижу, что эти моменты, это будущее было отнято у нас…у тебя. Мы...мы просто будем продолжать проходить через это день за днем. Мы сделаем это так же, как делали все остальное за последние восемь лет...вместе. Это то, что она хотела бы для нас…для тебя. Ты же знаешь, что это правда. - положив свои мягкие ладони на его скрещенные руки, она посмотрела ему в лицо. Гарри не мог смотреть на нее. Он не сводил глаз со стула рядом с ними, с ее стула. Он чувствовал, как тяжелеет его сердце, словно боль, ненависть к самому себе утроились с каждым мгновением. Он глубоко вздохнул, желая, чтобы воспоминания ушли. И все же он не мог. - Я не могу, Гермиона. Может, и смог бы, если бы не моя вина, но это так. Она ушла из-за меня, - Гарри почувствовал, что дрожит. - Я обещал ей, что буду защищать ее ... - он почувствовал, что теряет контроль. Он попытался повернуться, чтобы успокоиться, но через мгновение руки Гермионы обхватили его за талию. У него не было ни сил, ни уверенности, чтобы прогнать ее. Он позволил ей обнять себя. - Это. Не. Так. Не. Твоя. Вина. - каждое слово Гермионы эхом отдавалось в его спине. Ее голова покоилась там же. - Я знаю, ты так думаешь, но она любила тебя, Гарри. Как и твоя мама, она решила попытаться спасти тебя, чего бы это ей ни стоило. Она была храброй и доброй. - Я знаю. - через некоторое время он снова повернулся к ней. Гермиона отпустила свои объятия. - Спасибо. - Конечно, Гарри. - Гермиона мягко положила руку ему на плечо, слегка сжав. - Я все еще…Я все еще вижу ее...Иногда мне кажется, что я даже ее чувствую. - Гарри что-то пробормотал себе под нос и глубоко вздохнул. - Временами мне кажется, что она на самом деле...не ушла. - Что ты имеешь в виду? - Мне кажется, я могу чувствовать ее, чувствовать ее эмоции. Как эхо от моей связи с ней. Я также иногда вижу ее во сне. - он пожал плечами. - Я знаю, что сплю, но она там, разговаривает со мной. Это ненадолго...но это кажется правильным...как будто с ней ничего не случилось. - Что…что она говорит? - заинтригованно спросила Гермиона. - Я должен был бы уже покончить со всем этим. - Гарри рассмеялся, как ему показалось, впервые за последний год. - Она говорит мне быть сильным. Мы говорим о тебе и Роне. Когда я рассказал ей о свадьбе, она была так счастлива. Жаль, что ее там не было. Иногда это так реально, что когда я просыпаюсь, мне кажется, - Гарри вытянул руку, чтобы охватить всю комнату, - Что это все сон. Затем проходит мгновение, и я понимаю, что на самом деле живу в кошмаре.