Crime of Passion

Гарри и Гермиону отправили обратно в Азкабан, и, как ни странно, поскольку их все равно собирались повесить вместе, Министерство решило поместить их вместе в одну камеру. Гермиона подумала, что со стороны Министерства было очень мило сделать это. Как только они остались одни в своей камере, Гермиона бросилась в объятия Гарри и начала рыдать, чего ей хотелось с самого начала суда. — Гарри, это ужасно… — пробормотала она, когда Гарри обнял ее. — Это несправедливо, — сердито сказал Гарри. — Я не возражаю, если они повесят меня, я это заслужил, но они не могут повесить тебя за прелюбодеяние… — Нет, — сказала Гермиона, глядя на Гарри. — Они не могут повесить нас обоих. Мы невиновны. — Ты невиновна, Гермиона. В отличии от меня, — решительно сказал Гарри. — Нет, ты убил Рона случайно, и это непредумышленное убийство. Они не могут повесить тебя за это… — сказала Гермиона, качая головой. Внезапно она схватила Гарри за руки. — А Уильям? Что с ним будет после нашей смерти? Он останется сиротой, я не хочу, чтобы он остался без родителей! — Гермиона… — Я хочу видеть, как он растет, я хочу, чтобы он был здоровым и сильным, я хочу увидеть его снова, Гарри! Нет, мы должны убраться отсюда, мы просто обязаны! Гермиона начинала волноваться. Слезы снова наполнили ее глаза. Гарри пришлось схватить ее за плечи, чтобы успокоить. — Гермиона, пожалуйста! Гермиона прикусила нижнюю губу и уставилась на Гарри с печальным выражением на лице. Гермиона закрыла глаза и шмыгнула носом. Гарри снова обнял ее, и она снова заплакала. — Все, что мы можем сейчас сделать для Уильяма — это молиться, чтобы он вырос хорошим, здоровым мальчиком. — печально прошептал Гарри. Гермиона внезапно высвободилась из объятий Гарри и направилась к окну. Она опустилась на колени и сцепила свои ладони. — Гермиона! Гермиона проигнорировала его. — О Боги, услышьте молитву одной больной сердцем матери. Я молюсь за здоровье и безопасность моего сына… Гарри подошел к Гермионе и некоторое время стоял неподвижно, прежде чем опуститься рядом с ней на колени. — И услышь молитву одного больного сердцем отца, который также молится за своего сына. Я молюсь, чтобы он стал хорошим мальчиком, когда вырастет… — Да, мы хотим, чтобы у него было золотое сердце, — сказала Гермиона. — И, пожалуйста, дайте нам шанс увидеть его снова, — сказал Гарри. Гарри и Гермиона произнесли последние слова своих молитв и встали. — Давай немного поспим, Гермиона, у нас завтра долгий день, — тихо сказал Гарри. — Отнеси меня в постель, Гарри, — потребовала Гермиона, так как в камере была только одна кровать. Гарри не нужно было повторять дважды. Он немедленно поднял Гермиону и отнес ее на кровать. Гарри опустил ее и лег рядом с ней, а когда Гермиона заснула он обнял её и нежно погладил по волосам.

***

Гарри и Гермиону должны были повесить 9 января 2005 года. Однажды родители Гермионы пришли навестить ее. Все, что делала ее мать, это плакала, а отец был слишком расстроен, чтобы произнести хоть слово. Гермионе было грустно видеть их в таком состоянии, и она тоже заплакала. С наступлением декабря Гермиона начала думать, что ее и Гарри молитвы не были услышаны Богами. Ей начали сниться кошмары, в основном о том, как Уильяма убивают или забирают в Министерство, и она просыпалась вся в поту. Наступило Рождество, и Гермиона, проснувшись, увидела за окном снег. Слегка улыбнувшись, она встала и пошла на него смотреть. — Красиво, не правда ли? — сказал Гарри, обнял ее сзади и положил подбородок ей на плечо. Гермиона кивнула. — Вероятно, это последний раз, когда мы видим снег перед смертью. Гарри вздохнул и ничего не сказал. — Сегодня Рождество. Я хотел бы сделать что-нибудь, чтобы мы почувствовали себя лучше. — Я чувствую себя достаточно хорошо, — тихо сказала Гермиона и положила руки на руки Гарри. — Быть с тобой — лучший рождественский подарок, который я могла бы получить. Гарри нежно поцеловал Гермиону в щеку. — Эй, вы, голубки, — сказал охранник снаружи камеры. Гарри и Гермиона обернулись. — К вам гости. Гарри и Гермиона озадаченно переглянулись. Кто бы пришел навестить их в такую погоду?

***

Гарри и Гермиона вошли в комнату для посещений и с удивлением увидели Джинни, сидящую на одном из стульев по другую сторону стола. Странно, но Невилл Лонгботтом стоял позади нее и не сел на пустой стул рядом с ней. — Садитесь, — сказал охранник. Гарри и Гермиона медленно сели на свои стулья. Невилл остался стоять. Между ними повисло неловкое молчание, особенно для Гарри и Джинни, так как они были любовниками до того, как Гарри решил расстаться, чтобы быть с Гермионой. — Привет, — сказала Джинни, нарушая тишину, и слегка улыбнулась. Увидев, что Джинни улыбнулась, Гермиона улыбнулась в ответ и сказала: — Привет, — в то время как Гарри кивнул. — Как вы двое поживаете? — Хорошо, — ответили Джинни и Невилл в унисон. — А твоя семья, как они? — спросила Гермиона. — О, с ними все в порядке, они изо всех сил стараются жить нормальной жизнью, — сказала Джинни. — Гарри, Гермиона, — быстро сказал Невилл. — Там есть петиция о вашем помиловании. Я начал это, и все наши друзья помогают нам. Люди сейчас подписываются под петицией, это обязательно поможет. — Почему? — спросил Гарри. — Я имею в виду, почему они её подписывают? — Потому что вы двое невиновны. Все это понимают, — сказал Невилл. — Кроме министерства! — с горечью сказала Джинни. — Гермиона, я не знала, что мой брат такой придурок, мне так жаль, я должна была понять это раньше… Гермиона грустно улыбнулась. — Слишком поздно. — Нет, они не могут повесить тебя за супружескую измену, и они не могут повесить Гарри за непредумышленное убийство, — твердо сказала Джинни. — Все будет хорошо. Гермиона открыла рот, чтобы заговорить, когда услышала шум, похожий на детскую речь. — Что это такое? Джинни повернулась и опустилась на сиденье рядом с ней. Гарри наклонился вперед, пытаясь разглядеть, что было на стуле, но ему это не удалось. Джинни встала со своего места, держа на руках ребенка. Глаза Гермионы расширились. У Гарри отвисла челюсть. — Я привела Уильяма, чтобы он увидел вас двоих, — сказала Джинни Гермионе. — Я обыскал твой ящик и нашел карточку приюта, поэтому я пошла за ним. Гермиона вскочила со своего места, и Джинни передала ей ребенка. Гермиона сразу же узнала ожерелье на шее своего сына. Уильям посмотрел на нее сначала с любопытством, но потом улыбнулся, как будто узнал ее. — О Боже, Уильям… — прошептала Гермиона, обняла и поцеловала его. Ее сын был намного больше и тяжелее, когда она видела его в последний раз и несла на руках. — Смотри, Гарри, это наш сын. Гарри посмотрел на своего ребенка и улыбнулся. — Привет, малыш. Помнишь меня? Уильям робко улыбнулся в ответ. — Похоже, что так оно и есть, — радостно сказал Гарри. Невилл и Джинни позволили семье из трех человек насладиться счастливым моментом их воссоединения, прежде чем пара решила сесть. — Джинни… — медленно произнесла Гермиона. — Да? — Ты простишь меня? — тихо спросила Гермиона. — За что? — За то, что я украла у тебя Гарри. Гарри отвел взгляд. — Раньше я ненавидела тебя за это, но теперь нет, — сказала Джинни. — Он любит тебя. Гарри потребовалась минута, чтобы, наконец, оглянуться на свою бывшую девушку. — Я причинял тебе боль, не так ли? — сказал он. Джинни коротко рассмеялась и шмыгнула носом. — Некоторое время. — Мне жаль, — тихо сказал Гарри. Уильям заплакал в объятиях матери. — О Боже, он еще не выпил свое молоко, — сказала Джинни и наколдовала бутылку молока из ниоткуда. — Вот, дай я его покормлю, — сказал Гарри, и Гермиона отдала ему ребенка, прежде чем Джинни передала ему бутылочку. Гарри скормил сыну всего несколько капель, когда охранник сказал, что время вышло. Гарри в ужасе посмотрел на охранника. — Что?! — Пожалуйста, еще немного! — взмолилась Гермиона. — Ни за что. — Да ладно вам, сэр… — сказал Невилл и отвел охранника в сторону. Гермиона не могла слышать, о чем они говорили, но она могла поклясться, что видела, как Невилл сунул три галеона в руку охранника. — Хорошо, еще пять минут. Невилл вернулся, чтобы присоединиться к остальным. — Взятка, да? — спросила Гермиона. Невилл пожал плечами: — Ну, по крайней мере, это работает. — Извини, — сказал Гарри. — Вернёте мне деньги, когда вы выйдите, — сказал Невилл, ухмыляясь. — Думаешь, мы выйдем? — неуверенно спросила Гермиона. — Конечно. В последний раз, когда мы подсчитывали, было более восьмисот тысяч подписей, Министерство не может это игнорировать, — сказал Невилл. — Папа сказал, что он уйдет, если они проигнорируют петицию, — сказала Джинни. — Но он не может! Ему нужна работа! — запротестовал Гарри. — Он говорит, что не может работать в месте, где у людей навоз вместо мозгов, — сказала Джинни. — Он сказал, что может пойти работать с Фредом и Джорджем, потому что их маггловские фокусы очаровали его. Уильям допил напиток, и Гарри попытался уложить его спать. — Позволь мне спеть ему на сон грядущий, Гарри. Этот метод работает всегда, — сказала Гермиона. Гарри улыбнулся и вернул Уильяма Гермионе. Она начала тихонько напевать, укачивая своего ребенка перед сном. — Джинни, как мило с твоей стороны привести сюда Уильяма, — сказал Гарри. — Сегодня Рождество, и я думаю, что вы двое тоже заслуживаете воссоединения семьи, — сказала Джинни. — Мы решили оставить его пока у себя, пока вы двое не выйдете. — Спасибо, — сказал Гарри. — Я думаю, что ему понадобятся вся любовь и внимание, которые он мог бы получить. Уильям наконец заснул, и Гермиона снова нежно поцеловала его. Она прижалась щекой к его лбу и нежно обняла его. — Гермиона… — начала Джинни. Гермиона подняла глаза. — Все будет хорошо. Я обещаю, — сказала Джинни. Гермиона улыбнулась. — Всё, время вышло, — нетерпеливо сказал охранник. — О нет, — простонал Гарри. — Еще пять минут, пожалуйста! — попросила Гермиона. — Ни за что, — сказал охранник. — И не подходите ко мне, — сказал он Невиллу, который держал руку в кармане. — На этот раз я не собираюсь уступать. Гарри вздохнул и встал со своего места. Гермиона тоже встала. Она с тоской посмотрела на своего ребенка. Ей снова захотелось плакать, потому что ее снова разлучали с ребенком. Она прошептала: — Пока, Уильям. Будь хорошим мальчиком у Уизли. Гарри подошел к ней и нежно погладил Уильяма. — До свидания, — тихо сказал он. Гермиона неохотно вернула ребенка Джинни. Рыжая взяла ребенка и сказала: — Не волнуйтесь, Гермиона, Гарри. Вы трое скоро снова будете вместе. Гермиона кивнула, и Гарри обнял ее за плечи, пока они смотрели, как Джинни, Невилл и Уильям уходят. Гермиона сморгнула слезы, и Гарри вытер их с ее лица. — Тише, Гермиона, у нас еще есть надежда. У нас все еще есть небольшой шанс увидеть его снова. Гермиона снова кивнула и прислонила голову к плечу Гарри, когда охранник вывел их из комнаты для посетителей.