Реакции Наруто

Акацуки были готовы пойти на всё, чтобы заполучить хвостатых. А так как Девятихвостый запечатан в Наруто, одержать победу над которым достаточно тяжело, то можно попытаться найти иной способ, благодаря которому джинчуурики сам явится в указанное место. Таким образом был разработан план по Вашему похищению. Убеждение Пейна в том, что Вы являетесь достаточно важным для Наруто человеком строилось не только на альтруистической натуре юноши, но и на донесениях шпионов, в которых неоднократно упоминалось, что джинчуурики девятихвостого принимал и продолжает принимать сильное участие в судьбе одной девушки. Однако узнав больше о Вас Нагато сверх того пожелал увидеть Вас в качестве пленницы на базе. Ваше удивительное появление породило в голове лидера организации некоторые вопросы, ответы на которые Пейн намеревался узнать лично.

Нагато Узумаки (Пейн)

История знакомства: Бледное лицо, пронизанное десятками пирсингов, — вот, что Вы увидели после кромешной тьмы, в которую сознание было погружено по воле тени, мелькнувшей перед глазами лишь на мгновение. Испуганная Вы осознали, что находитесь в неком подобии камеры, что была, однако, выдолблена внутри пещеры и закрывалась стальными прутьями решетки. К металлу крепились прямоугольные листочки. «По всей видимости печати… Чтобы не сбежала», — подумали Вы, с ужасом глядя то на серебряные колосья, разделявшие Вас с миром, то на юношу, чьё лицо было таким же непроницаемым, как у Гаары. Словно все эмоции стёрли и осталась лишь одна пустая безжизненная маска. В страхе Вы попятились назад. При этом обнаружилось, что Вам не связали руки и ноги, как то обычно показывали в фильмах. «Значит эти бумажки должны сдержать меня… Хотя по-хорошему хватило бы и решетки… Ками, о чём я думаю, когда меня…» — от последней мысли дыхание перехватило, будто кто-то сильный обхватил горло рукой и безжалостно сжал его. То был страх. Вернее леденящий душу и кровь ужас, чей яд разливался по телу, парализуя его. «Меня будут пытать?...Допрашивать?...Но почему?...Я ведь ничего не знаю… За что?» — мысли путались, разбегались, как тараканы от включенного света. А неизвестный продолжал смотреть на Вас выцветшим безжизненным взглядом светло-фиолетовых глаз. Нет эмоций. Нет ничего. Одна лишь пустота, серая, как камни, что поневоле стали стенами Вашей темницы. Неизвестный первым подал голос, что был спокойным и слегка вкрадчивым, как хлопанье крыльев летучей мыши: — Вы понимаете, где находитесь? «Ками, спасите…» — подумали Вы и дрожащим голосом ответили: — Да… В пещере. Незнакомец удивленно изогнул бровь. Да и Вы сами поразились своему достаточно смелому ответу в данном ситуации. «Что не убивает — делает сильнее… Если я выживу сейчас, то обещаю научиться бегать два километра без остановок», — такие мысли подбадривали сознание, что утопло в ледяном море ужаса. Этот смертельный хлад сковывал тело — каждое движение давалось с великим трудом. Невероятно, как Вам хватило сил на ведение диалога. Может это одна из техник этого ниндзя? Ответ на этот вопрос Вам уже никогда не удастся узнать. Рыжеволосый тем временем продолжил, не отрывая взгляда от Вашего лица: — Ты знаешь, кто я? — Нет… Вы не представлялись. Одного взора хватило, чтобы Вы с силой прильнули к холодному камню, будто ребёнок к матери. — Прекрасно… Прекрасно… Так даже будет лучше, — более тихим голосом произнес он, а после продолжил: — Ты куноичи? — Нет… — Ты жительница Деревни Скрытой в Листве? «Может ему не стоит отвечать правду?...Хотя нет, он поймал меня рядом с Конохой, значит он знает, откуда я… Но для чего ему эти предварительные вопросы? Неужели проверяет реакцию?» После короткой паузы Вы ответили: — Да… — Ясно…— всё так же безэмоционально произнёс мужчина и начал медленно приближаться к Вам. Каждый его шаг производил гулкое эхо, что разносилось по маленькой камерке, отражаясь громким «тук-тук» в Вашем сердце. Бежать было некуда. Спина упиралась в монолит стены. Даже через ткань юкаты острые камушки умудрялись царапать кожу. Вы непроизвольно выставили ладони вперед, будто образуя защиту. Однако похититель не дошел до Вас нескольких метров, остановился, продолжая взглядом бледно-фиолетовых глаз со странным узором вместо зрачка прожигать Ваше лицо. — Мне известно о твоём перемещении, (В.И.)… — его вкрадчивый голос словно проникал под кожу, заставляя тело содрогнуться от страха. — Это знают все в деревне… — Но они не знают каким образом тебе удалось совершить это… Как и мне. Ведь нечасто удаётся перемещаться людям, у которых совсем нет запасов чакры. Поэтому я прошу ответить честно как ты это совершила…— Пауза. — Это в твоих же интересах, если хочешь сохранить жизнь. Вы до боли закусили нижнюю губу. Словно лишенная возможности отвести взгляд от странных глаз Вы продолжали сохранять напряженный зрительный контакт, в то время, когда хотелось зажмуриться, забыться сном. «И почему именно в такие мгновения мне вспоминается Шекспир? «Какие сны в том смертном сне приснятся, когда покров земного чувства снят? Вот в чем загадка»…Я не могу рассказать ему всё, как госпоже Цунаде! Иначе этот негодяй может что-то сделать… Вдруг ему удастся найти способ призвать телепорт? Прошло около семидесяти лет, мало ли какие техники ниндзя разработали за это время… Но я не могу… Мне кажется, он анализировал меня, задавая те простые вопросы, ответы на которые ему и так известены. Пытался увидеть мою реакцию, когда говорю правду, чтобы после без труда изобличить ложь… Но я не могу предать свой мир… Наруто, Сакура, Хината, Неджи, Шино, Чоджи… Все, чёрт возьми, перешли через себя, пытаясь сделать невозможное, чтобы спасти родных, и я смогу!» — успокоенная такими мыслями, но всё еще продолжающая испытывать страх Вы принялись отвечать, твердо уверив себя в том, что сделаете всё, лишь бы укрыть правду от похитителя… И виной тому Ваша актерская игра, или то была милость богов — однако Пейну не удалось разгадать Вашу ложь. Так лидер Акацуки узнал, что Вы — жительница Страны Земли, дочь простого крестьянина (чему Пейн поверил, взглянув на Ваши руки) которой повезло стать служанкой в окия. Однажды, во время стирки белья, Вы заметили недалеко от себя камень, не очень большой. Желая отодвинуть его, чтобы поудобнее поставить корзину с бельем, Вы коснулись его, и мир тут же потерял очертания, которые постепенно из размытых мазков начали вырисовывать деревья. Но самого камня после Вашего с хокаге возвращения обнаружить не удалось. «Его могли украсть», — сказали Вы дрожащим голосом, но с такой уверенностью, что Нагато не усомнился в правдивости сказанных слов. «Я осталась в деревни потому, что госпожа хокаге так хорошо позаботилась обо мне… И климат в Стране Огня намного более хороший, чем в Стране Земли… Я продолжаю помогать отцу деньгами… Поэтому я даже рада, что нашла этот странный телепорт...Что касается слухов...Кто-то, возможно завидовавший моей удаче, пустил их, а народ, ну, знаете, и рад подхватить...Неприятно иметь славу ведьмы, но ещё неприятнее иметь пустой кошелёк». После этого он покинул камеру, так и не представившись Вам и не назвав истинной причины Вашего похищения. Вы же, в свою очередь, не осмелились поинтересоваться. Отношение и мнение: После допроса Пейн долго размышлял над историей, что поведали ему Вы. Он пришел к выводу, что действие телепорта мог деактивировать ниндзя. Возможно даже из деревни. Однако Вам об этом никто говорить, разумеется, не собирался. «Либо девчонка искусно лжет, либо говорит правду… В любом случае мне не доводилось слышать ни о чём подобном ранее. Надо найти информацию по похожим явлениям… Это необязательно, но весьма занятно, и может помочь нашей организации в будущем», — так про себя решил Нагато. К Вам же лидер Акацуки относится нейтрально и даже несколько настороженно. Мужчине кажется, что Вы знаете куда больше, чем говорите. Но большего ему узнать от Вас так и не удалось.

Конан

Ваш портрет куноичи составила лишь по рассказу Нагато. Однако даже из одного листа информации она смогла составить, словно оригами, мнение о Вас. «Не стоит доверять ей… Возможно она и не является куноичи, однако эта девчонка жила несколько лет в Конохе и была дружна с ниндзя. Они могли научить её, как скрывать правду».

Дейдара

История знакомства: Казалось, что вместе с Вами в камере заперли и время. Оно словно замерло, прекратило своё существование — растаяло и невидимыми водами разлилось в каменной клетке. Вы не знали, сколько времени прошло: день или два… А может минула целая неделя?...Или час?...Возможно прошло лишь несколько минут после того, как рыжеволосый незнакомец бесшумно закрыл двери камеры. Щёлк-щёлк — раздался звон ключа. Тук-тук — отвечало на звук сердце. Тьма и одиночество, словно изнеможённые загнанные в угол звери, почувствовав, что опасный хищник покинул территорию, выбрались из своих потайных укрытий и, злобно оскалившись, начали медленно, но неотвратимо надвигаться на Вас. Вы в страхе попытались забыться: закрыли глаза, обхватив колени руками. Не получилось — хищники продолжали наматывать круги, постепенно сужая радиус. И Вы не могли заплакать, ибо страх, словно измученный жаждой путник, впитал все слёзы, оставив после себя лишь пустоту и горечь. «Спасут ли меня?...Но ведь и они будут в опасности, а всё из-за моей вечной прихоти ходить в лес, тренировать танец… И пусть рядом, но вот так тому рыжеволосому похитителю удалось поймать меня… Я до сих пор задаюсь вопросом: для чего? Если бы он желал только узнать о портале, то, верно, давно бы убил меня, ведь нужную информацию он уже выведал… Либо он сомневается в её достоверности и ушел проверять… Тогда мне несдобровать… Через несколько дней или часов?...» — однако ход Ваших мыслей был прерван громким хлопком, что, подобно крику, эхом отразился от каменных стен. Вам показалось, что пещера на мгновение содрогнулась, как человек, стоящий на краю обрыва, которому остался еще миг до стремительного падения. Но он сопротивляется притяжению и устаивает на самом краю. А после раздался скрип, и дверь камеры открылась, явив Вашему испуганному взору мужчину с волосами цвета солнца и прической, которая тут же возродила в Вашей памяти воспоминания о начальнице. «Прямо как у госпожи Ино… Интересно, это мода тут такая что ли? Но ведь госпожа Ино — девушка, а вошедший явно мужчина… Стиль унисекс получается?» — сильное удивление способно вытеснить даже страх. Поэтому Вы продолжали смотреть на незнакомца, а тот, в свою очередь, отвечал встречным, заинтересованным взглядом. — Так значит вот как выглядит причина задумчивости господина Сасори… — протянул молодой человек и после неожиданно спросил, не позволив Вам даже опомниться от удивления и задать вполне закономерный вопрос: «Кто такой этот господин Сасори?» — Искусство — мимолётно или вечно? — Позвольте… — единственное, что смогли промолвить Вы перед тем, как быстро отвести взор в сторону. — Позволяю ответить на вопрос, — губы незнакомца с прической, как у госпожи Ино, изогнулись в наглую улыбку. «Он либо чудак, либо это опять какая-то проверка… То ли… То ли еще одна из причуд ниндзя», — подумали Вы, напряженно, будто от этого зависело само Ваше существование, рассматривая россыпь серых камушков на полу. Сердце бешено стучало и, казалось, готово было выпрыгнуть из груди (не волнуйтесь, здесь есть один шиноби, который бы его точно подхватил) однако Вы всё же ответили, загодя попрощавшись с жизнью: — Вечно… — Теперь я понял, почему господин Сасори был так задумчив… Кажется он нашел единомышленницу… Однако, — Незнакомец подошел поближе, и звук его шагов напугал Вас, как и непосредственная близость в которой Вы оказались с членом банды (как Вы их про себя наименовали) похитителей, — я могу доказать, что искусство — это взрыв… Ты сама сможешь оценить этот прекрасный миг, когда сотворённое расцветает в своей красоте и тут же увядает — всего лишь мгновение, однако какое! Ради такого можно даже умереть… — последнее он произнес полушепотом от которого похолодело внутри. И этот мерзкий склизкий, как гусеница, холодок прополз по позвоночнику. Всё Ваше существо было напряжено до человеческого предела. Казалось, что Вы поняли значение этих красивых, но угрожающих слов. «Он ведь взорвал печати… Что ему мешает сотворить то же самое со мной?» — пронеслось в голове, когда Вы смотрели на юношу, что опустился на корточки, дабы находиться на одном уровне с Вами… Так близко, что можно рассмотреть каждый изгиб лица, лучше увидеть цвет глаз… Но нет, Вам было не до созерцания, когда на кону стояла Ваша жизнь. Поэтому Вы ответили, ощущая, как голос предательски дрожит: — Все мгновения в жизни… Променять на одно… — Оно будет ярче всех ничтожных в своей серости лет, — заметил незнакомец и неожиданно плавно поднес ладонь к Вашему лицу. Вы тут же скосили глаза на зажатый кулак. В душе всё замерло в последнем шаге перед пропастью. — И всё же… Можно прожить множество ярких мгновений… Чтобы после сравнить их… В сравнении познаётся… — Такие речи произведут впечатление на господина Сасори, но не на меня… — с той же наглой улыбкой произнёс парень, и раскрыл ладонь на которой Вы с удивлением увидели маленькую глиняную птичку. — Познай же смысл истинного искусства! Он взмахнул рукой, и творение, взмыв в воздух, через мгновение устремилось прямо на Вас. С криком Вы отшатнулись в сторону, и в этот самый момент железные колосья вновь заскрипели под прикосновением чьих-то рук. Мнение и отношение: Впервые Дейдара услышал о Вас от своего коллеги по «искусству» Сасори из Красных Песков. Всегда собранный и внимательный он неожиданно обронил: «Она — воплощение вечного в искусстве». «Кто — она? — поинтересовался подрывник, с интересом посмотрев на напарника. — Неужто Вы повстречали женщину, которая понравилась Вам, господин Сасори?» «Дурак, — зло бросил тот, — твоё пошлое «понравилось» не имеет отношения к искусству. Она есть вдохновение». «Так есть ли имя у Вашего вдохновения?» «Я не люблю заставлять людей ждать… Но в данном случае сделаю исключение: скоро сам узнаешь». И подрывник действительно узнал, ибо его отправили на миссию по Вашему похищению вместе с Сасори. Дейдаре хватило лишь увидеть с какой величайшей осторожностью и трепетом Сасори держит Ваше тело на руках. Будто Вы были не пленницей, а его леди, которая доверчиво заснула на руках возлюбленного. Это настолько поразило Дейдару, что он даже не решился задавать вопросов, ибо мастер кукол и так не отличался идеальным терпением ни в чём, тем более касающимся критикой своих ценностей: будь то взгляды на искусство, марионетки… И с недавних пор живые люди. О Вас Дейдара конкретного мнения не сложил. «У неё другой взгляд на искусство, а еще она очень пуглива. Взрыв максимум опалил бы ей волосы, оглушил и ослепил немного… А она так испугалась, будто я убить её пытался».

Сасори из Красных Песков

История знакомства: Ваше знакомство с гениальным кукловодом оказалось неполным: он знал о Вас, в то время, как Вы даже не ведали о его существовании. Начало всему положил визит Сасори в Страну Огня. В лесу, недалеко от деревни Скрытого листа, его уже ждал шпион с информацией, которую тот должен был передать Акацуки. Встреча прошла быстро. Сасори намеревался отправиться в обратный путь, но вдруг его слуха коснулся нежный звук, будто в воздух подбрасывали нечто лёгкое. Тихо шуршание вторило мелодии воздуха, что производил таинственный предмет. И то было вовсе не оружие — отнюдь. Звон металла был ему слишком знаком, чтобы спутать его с чем-то ещё. В тот день, впервые за долгое время, холодной душой мужчины овладели любопытство и интерес, подстегивающие его взглянуть на источник столь прекрасного звука. Член Акацуки бесшумно двинулся на чудесный зов, и спустя несколько мгновений перед ним в самом разгаре цветущей силы предстала зеленая поляна, усыпанная полевыми цветами. Но самым прекрасным из них была незнакомка. Облаченная в юкату нежно-розового цвета со скромным цветочным узором она танцевала. Изящно, будто сама была хрупким цветком, который доверчиво поворачивает бутон к солнцу. Она же словно искала свой источник света. Каждый кивок головы, плавное движение руки, манящий изгиб тела словно дышали грацией и гармонией. И белокрылой бабочкой взлетал в воздух веер, что всякий раз возвращался к родному бутону. Вы практиковали танец и не подозревали, что, оттачивая мастерство, Вы невольно коснулись ледяного и безжизненного, как казалось самому мужчине, сердца одного из Акацуки, который продолжал завороженно любоваться незнакомкой, в скором времени закончившей танец. И, подхватив корзину с выглядывающими из неё травами, Вы размеренным шагом направилась в сторону Конохи, тихо напевая мотив незнакомой ему песни. «Эти движения… Грация… Она прекраснее моей лучшей марионетки… Как хочется запечатлеть в памяти каждый миг её танца и после любоваться им вечно… Ведь искусство — вечно. А она — хрупкое воплощение прекрасного», — так размышлял Сасори на пути к базе организации. В сознании его поселилась смута, поэтому он имел неосторожность сказать лишнего своему напарнику, который не преминул подхватить опрометчиво брошенные слова коллеги…

***

— Смотри, чтобы никто не помешал нам, — грозно произнёс кукловод, уперев пронзительный взгляд в сосредоточенное лицо Дейдары, — и не шуми — нам не нужно привлекать лишнего внимания, пока что. — Как скажите, господин Сасаори, — подрывник запустил обе руки в сумки, где хранилась серая глина. Остановив последний грозный взгляд на лице напарника Сасори направился на поляну, где Вы обычно тренируете свой танец. Шпионы собрали подробную информацию о Вашем распорядке дня, которому Вы изменяли крайне редко. Особо страшным проступком для Вас было пропустить занятие танцами. Лишь редкий случай вынуждал Вас отвлечься от совершенствования этого искусства. И сегодня, к сожалению! подобные форс-мажоры лениво отдыхали под крылом Судьбы. Мужчина невольно залюбовался Вами. В закатных лучах утопающего солнца Вы розовели, как нежнейшая роза, что робко один за другим распускала свои лепестки, нехотя и даже со страхом отнимая их от самой сердцевины. «Её искусство должно остаться в веках», — подумал Сасори, чувствуя, как в душе вновь начинает трепетать что-то знакомое, но намеренно забытое. Изнеможенное, нарочно растоптанное чувство постепенно оживало в груди. И осознание горячей волной пронзило бесчувственное кукольное тело. «Не сейчас… Нельзя», — подумал Сасори и быстрым движением покинул свое укрытие. Вы заметили лишь мелькнувшую тень. Даже мысль не успела сформироваться в сознании перед тем, как тяжелая холодная рука коснулась тела, что, подобно марионетке, которой отрезали веревки, рухнуло вниз, прямо в руки кукловода. Мужчина с несвойственной для него нежностью обхватил хрупкую девушку холодными руками. Её теплое тело не по своей воле прильнуло к ледяной груди похитителя, пробудив в нём настоящий вихрь эмоций и чувств. Как в тихой гавани, которой коснулась всесильная длань шторма. Эта нежная роза, хрупкий цветок, сейчас покоился в его руках, принадлежал лишь ему одному… Разрушительная стихия чувств поглотила его сознание, он крепче обхватил девушку, будто её могли отнять у него. — Господин Сасори?... Он видел, что напарник был удивлен такому проявлению эмоций. Но кукольнику не было дела до мыслей Дейдары, как и обычно. — Мы возвращаемся, задание выполнено, — холодно произнёс он, словно и не было того светлого озарения в душе несколько мгновений назад, когда он любовался грациозным танцем прекрасной жительницы Конохи.

***

— Надеюсь мой коллега-идиот не сильно напугал Вас, прелестное дитя? — поинтересовался мужчина, и в голосе его будто стыдливо мелькнула мимолетная нежность. Вы лишь нашли в себе силы, чтобы отрицательно помотать головой. Хотя на самом деле после «шутки» члена банды похитителей у Вас бешено колотилось сердце и едва заметно дрожали губы. «Что здесь происходит?...Допрашивают, после пытаются взорвать, а теперь относятся так снисходительно… У них тут каждый себе на уме? Хотя… Это же может быть тот самый господин Сасори, о котором рассказывал Дейдара… Я вижу этого юношу впервые в жизни, тогда как он, по всей видимости, знал обо мне… Может следил?» — мысли безумной вереницей пронеслись в Вашей голове. Вы предприняли попытку приподняться с каменного пола, на который упали, когда уворачивались от произведения искусства подрывника. Красноволосый юноша спешно подошел к Вам и под Ваши тихие, несмелые протесты обхватил Вас за плечи, помогая приподняться. Холодная ладонь осторожно сжала Ваше плечо. И Вы ощутили, что жест этот не был пропитан ни отвращением, ни похотью — лишь неким трепетным желанием прикоснуться к прекрасному. Подобное Вы могли испытать, когда в своём мире посещали музей и видели полотно, что красотой и мастерством исполнения поражало воображение. Однако сейчас Вы находились не в музее, а этот странный (как и прочие) незнакомец не был Вашим компаньоном. Поэтому Вы предприняли попытку мягко высвободиться из объятий. Он не противился. Но оказавшись без опоры, ослабевшая, Вы пошатнулись, как неваляшка, и тут же упёрлись ладонью в каменный монолит стены. Сказывались нервное напряжение и истощение, ведь похитители не оставили Вам даже кружки воды, чтобы Вы могли утолить жажду, которая давно мучила Вас. Но на фоне прошедших событий это ощущение померкло на некоторое время. — Ваш страх более, чем понятен… Но Вам не стоит бояться, по крайней мере я не собираюсь причинить Вам вреда, — его губы тронула едва заметная тень улыбки. — С-спасибо… — прошептали Вы, опустив взгляд. «Ками, как страшно… Это никогда не закончится… Для чего меня держат здесь? Что ждет меня в будущем?...И насколько далеко может протянуться это эфемерное будущее? Пять минут? Тридцать? А может неделю?...» — эти страшные мысли парализовали сознание. И хотя Вы отчаянно пытались сопротивляться им, казалось, что любая попытка пойти наперекор еще более запутывала Вас в паутине собственных мыслей. — Мне грустно видеть Вас в таком состоянии, (В.И.). Вы намного более прекрасны, когда танцуете. Те мгновения, которые Вы заполняете изящными движениями, поведывающими смотрящему историю, — они воплощают истинное искусство… А искусство — вечно, Вы сами согласились с этим, что очень радует меня, — Сасори сделал шаг вперёд. И Вы понимали, что Вам не скрыться. Сейчас Вы ощущали себя загнанной в клетку шиншиллой, которую с минуты на минуту ожидает страшная участь оказаться убитой ради нескольких сантиметров превосходной шубки. Однако животное не понимает мотивов человека, и Вы не можете осознать причину, по которой похититель (теперь Вы не сомневались, что похитил Вас Сасори, а не рыжеволосый «бандит») ведет с Вами длительные беседы об искусстве. Если бы эти вопросы были заданы не Вашим похитителем, в другом месте, при других обстоятельства, возможно, Вы нашли бы удовольствие в том, чтобы поразмыслить над ними. Однако сейчас в голове пульсировала лишь одна мысль: «Выжить… Бежать…» Ощущение холодного прикосновения к щеке окончательно смутило и без того измученное сознание. Вы вздрогнули и силой вжались в стену, покоряясь прихоти этого человека. «Пусть он и странный… Но не извращенец… Слава ками… Из двух зол надо выбирать меньшее… Не выбирать не получится», — подумали Вы, вперив усталый от постоянного страха взгляд в лицо Сасори. Выражение его лица резко изменилось. Непроницаемая маска дрогнула, раскололась, явив Вашему взору скрытую нежность, сплетенную с восхищением, что отражались в глазах смотрящего. — Вы прекрасны, милая гейша из Конохи… Именно поэтому я желаю увековечить Вашу красоту, грацию и изящество… Ведь искусство не мимолётно, как считает мой коллега, оно — должно существовать вечно… — Человек оставляет после себя искусство… Но не остается сам… В физическом теле… Он живет в своих творениях, — прошептали Вы, мысленно прокляв себя и свой длинный язык (Орочимару поспорит) вкупе с несдержанностью. Однако Сасори, кажется, наоборот обрадовался тому, что «милая гейша из Конохи» постепенно начала вступать в беседу. Улыбнувшись кончиками губ он продолжил говорить. И голос его приобрёл столь устрашающе тихий, будто свист ветра в заброшенном доме, тон, что Вы лишь более вжались стену, продолжая мысленно осыпать проклятиями себя, Сасори и вообще всю «шайку похитителей». — Вы правы, конечно правы… Но гейша, что она оставляет после себя? Воспоминание, которое поблекнет у её клиента за несколько дней, недель, месяцев? Твоё искусство, не смотря на его совершенство и изящество, не может быть вечно, но я… — Мгновение тишины. — Я смогу воплотить его в нечто вечное, прекрасное… И Вы будете цветком, который никогда не увянет… — Это невозможно… — Ваш голос был подобен хлопанью крыльев бабочки: его едва ли можно было услышать даже в тишине пещеры. Но Сасори услышал и ответил: — Всё возможно, (В.И.)…Доверьтесь мне… Вам ничего не угрожает… Они не намерены причинить Вам вред, если Вы сами не начнете провоцировать лидера. И даже не мыслите сбежать, это бесполезно и даже более того — опасно… — Зачем Вы похитили меня? Однако лишь тихая усмешка послужила Вам ответом. Мнение и отношение: Сасори сам не может осознать природу своих чувств к Вам. Мужчине казалось, что он уже давно забыл, что такое любовь и привязанность. Душа его огрубела, потрескалась, стала подобна бесплодной земле, в которой неожиданно начал пробиваться хрупкий росточек чувства. Но разве может в сухой, лишенной витаминов и минералов, каменистой почве прорости что-нибудь? Ответ на этот вопрос мастер кукольных дел пытается найти в своей душе. Для него Вы стали воплощением изящной женственности — произведением искусства, которым он желает любоваться вечно. Поэтому Сасори очень удручают условия, в которых содержит Вас лидер организации. В мрачной затхлой сырости краски начинают трескаться, а он как творец не может позволить, чтобы прекрасное… Любимое произведение искусства пострадало. Поэтому кукловод размышляет над тем, каким образом перевести Вас в другое место. Любит Вас Сасори как личность или как прекрасный образ — не ясно. Возможно, чтобы лучше разобраться в этом запутанном вопросе стоит поближе познакомиться с лучшим мастером кукол. Только будет ли у Вас возможность и желание?

Итачи Учиха

Так как шиноби интересуется произошедшими в родной деревне событиями, то он всенепременно слышал о Вашем чудесном появлении в Конохе. Лично с Вами не знаком, но был бы не прочь увидеть воспетую сотнями сплетников ведьму-шиноби-они из другого мира. Однако Тоби был иного мнения на этот счет.

Хидан

Хотел наведаться к Вам в камеру, дабы принести Вас в жертву Джашину. Этого члена организации мало волновала причина по которой Вас похитили или почему до сих пор оставили в живых… «На кой хер она ещё нужна? Конечно, чтобы стать жертвой для Джашина… Эй, Какузу, а эта девка — девственница?»

Какузу

«Похотливый болван, с чего ты решил у меня спросить? Я её ни разу не видел… Но если тебе так интересно, то наведайся к ней сам и поинтересуйся», — сказал Какузу и был таков. А ведь он подал Хидану неплохую идею… Последний остался так доволен, что даже практически не сквернословил… Практически. Что касается мнения и отношения Какузу, то Ваша личность ему не интересна. Он лишь сказал, что не будет оплачивать Ваше содержание. А когда узнал, что Вы хорошо танцуете, то предложил Пейну продать Вас в бордель.

Тоби (Обито Учиха)

История знакомства: После беседы с Сасори Вы устало опустились на каменный пол. Мысли расползались в голове, как проказливые букашки. И не было ни возможности, ни сил собрать их воедино. Поэтому Вы просто прильнули к шершавой поверхности стены камеры, поджав ноги под себя. Неизвестно сколько прошло времени с того, как Вы замерли в этой позе, словно превратившись в одну из пленниц убийственного взгляда Горгоны, однако тихий шорох вытащил Вас из вод задумчивости. «Пусть это будет таракан… Букашка… Хоть летучая мышь, лишь бы ни кто-то еще из этой странной банды», — подумали Вы с надеждой в глазах взглянув на металлическую решетку. Хрупкое чувство тут же разлетелось на сотни осколков, ибо за серебряными колосьями стоял, схватившись за прутья, как обезьяна за лианы, парень в странной оранжевой маске со спиральным узором и в черном плаще с алевшими на нем красными облаками (как Вы заметили все члены этой банды носят такие плащи). Незнакомец как-то странно раскачивался, и это придавало ему еще больше сходства с вышесказанным животным. «Вот у них это нормально всей бандой ходить и на пленника смотреть?... Вообще я не могу понять, они намеренно берут в свой состав таких странных личностей, или подобное поведение в мире шиноби спустя семьдесят лет стало адекватным? Да вроде нет…» — так думали Вы, однако выражение лица пытались сохранить серьезным. Всё же этот эксцентричный парень был бандитом, и не смотря на его поведение бдительность ослаблять не стоило. А он продолжал раскачиваться еще несколько секунд. Но это занятие, видимо, наскучило ему, поэтому юноша неожиданно остановился и поднял голову вверх. Взгляд его был прикован к печати, которая заранее обрекала любую попытку побега на провал. В мгновение ока он сложил несколько печатей и стальные колосья расступились, пропуская нового «зрителя» на сцену, где сидели Вы. «Как жаль, что у меня совсем нет чакры… Я бы хоть повторить попробовала…», — подумали Вы, искоса наблюдая за незнакомцем. А тот вдруг спросил: — Тоби хочет конфетку… У тебя есть конфетка? — Ч-что? — только и смогли промолвить Вы, уже не скрывая своего удивления. — Ну может есть хотя бы маленькая конфетка? — елейным голоском поинтересовался парень, которого Вы (про себя разумеется) окрестили самым странным из виденных за сегодня. Вы невольно улыбнулись, так сильно он напомнил Вам ребенка, и покачали головой. Даже руки перевернули ладонями вверх, демонстрируя свою абсолютную беззащитность, а так же показывая, что сладкого у Вас нет взаправду. — Жа-аль… А Тоби так хотел конфетку… — П-пороси у кого-нибудь из твоей ба… Команды, — Вы в последний момент решили заменить слово «банда» на «команду». «Мало ли обидится вдруг… А мне потом… Мучайся», — Вы продолжали с опаской и пугливой осторожностью смотреть на вошедшего. Но его подобное, кажется, не смущало. Видимо его душевное состояние вообще мало что могло пошатнуть. «Хотя то может быть лишь видимость», — так решили про себя Вы. — Они злые, они побьют Тоби, — произнес он, сложив руки на груди, словно капризный ребенок. — Нехорошо это… — Вот и я о том же! Тоби неожиданно подскочил к Вам и плюхнулся рядом на пол. — Тебе наверное скучно здесь… Странно, почему они похитили тебя? Ты ведь такая красивая! Скорее всего, — он перешел на заговорщицкий шепот, — кто-то из них втюрился в тебя, наверное это господин Сасори… Стоило Тоби лишь упомянуть имя того странного юноши, как Вы тут же вздрогнули, как от удара, и прошептали: — Быть того не может… — Раз не может… Значит это Конан? — Конан? — Да, ей понравилась твоя юката! Смешок легкой птичкой сорвался с Ваших губ и скрылся в темном углу пещеры. Вы покачали головой. — Слишком коварный план ради похищения моей юкаты… Её можно было бы с легкостью снять с бельевой веревки, если на то пошло. Тоби зашелся смехом. «Видимо представил, как эта Конан силится украсть мою юкату с бельевой веревки… И все же, что скрывается за этой маской беззаботности? Он явно не так прост, как кажется… Хоть, признаться, с ним беседа идет куда легче и приятнее, чем со всеми остальными… Но всё же он может желать выведать что-то по приказу лидера… Стоит быть более аккуратной», — подумали Вы, и всё же взор Ваш чуточку потеплел. Слишком по-детски непосредственным был этот Тоби! Измученное сознание невольно тянулось к чему-то незатейливому, даже если это мог быть морок, навеянный хитрецом. Отсмеявшись Ваш новый собеседник неожиданно произнес: — Тоби хочет историю… Не расскажешь Тоби какую-нибудь историю? «Вот тебе на… Возможно это то самое, надо поведать о чем-то не касающемся ниндзя, Конохи и моего перемещения», — стоило Вам помыслить об этом как Вы тут же сказали: — Я на самом деле знаю одну историю о девушке, которая осталась доброй несмотря на невзгоды, которые ей пришлось пережить… — Тоби хочет услышать эту историю! — Но она не короткая… — У нас есть время, лидер сейчас занят другими делами, — внезапно серьезно произнес он, но после уже более непосредственно добавил: — Тоби ждет историю! — Тогда устраивайтесь поудобнее, иначе после будет болеть спина, — с улыбкой произнесли Вы. Как удивились бы члены Акацуки, да и не только они, если бы им выпала возможность лицезреть невероятную картину: пленница в потускневшей от пыли светло-розовой юкате сидит на полу, а на ее коленях, положив руки под щеку, устроился юноша в черном плаще клана наемных убийц. Вы решили рассказать ему сказку о Золушке, правда переместив события в реалии Японии. Могли ли Вы знать, что незатейливая история тронет Тоби? Однако еще более его сердца коснется Ваша доброта с которой Вы отнеслись к нему. Именно это и спасет Вас от плена, когда спустя несколько часов он вернется и изменившимся голосом произнесёт: — (В.И.), поднимайся, я помогу тебе бежать. И не было более прежней веселости в голосе, что был окрашен интонацией проницательной серьёзности. Вы попытаетесь встать, однако ослабленная упадете, и тогда Обито подхватит Вас на руки. — Зачем Вы спасете меня? Вас ведь после может наказать Ваш лидер… — прошепчете Вы, ошарашенно смотря в его единственный доступный для лицезрения глаз. — Считай это благодарностью за хорошую историю, — ответит он. Вы могли поклясться, что в этот момент юноша улыбался. А после Вас поглотила непроглядная тьма, что, однако, пугливо отступила, заслышав крики десятка голосов, среди которых так выделялся звонкий голос Вашего друга: — Жива! (В.И.)… Она жива! — Сейчас ты не будешь жив, если не отойдешь от нее! — Этот голос и реплика могли принадлежать лишь ученице Цунаде. — Она сильно истощена… Последнее, что Вы услышали было грозное восклицание Наруто: — Только я доберусь до вас, проклятые Акацуки! Однако подумали Вы совсем об ином: «Спасибо, Тоби». Мнение и отношение: Ваше милосердие и доброта напомнили Обито о его погибшей возлюбленной Рин. Изначально он хотел лишь посмотреть на девушку, которая не имея запасов чакры, смогла совершить телепортацию. В то, что Вы из другого мира шиноби мало верил. Однако спустя несколько минут общения с Вами он почувствовал тоску, что начала так болезненно пульсировать в груди… Вместо незнакомой девушки перед ним сидела его подруга, возлюбленная, которая погибла от руки его лучшего друга… Она смотрела на него своим милым взором и улыбалась… Морок воспоминаний растаял так же быстро, как и образовался, но щемящее душу ощущение осталось жить в его груди. «Я не смог защитить Рин… Тогда спасу эту девушку в память о ней…» — решил про себя Учиха, — «Пейн найдет способ схватить джинчуурики девятихвостого, а защитить эту девушку мне вряд ли удастся». И он был прав. Ведь как никто другой «Тоби» знал характеры членов организации Акацуки. Шиноби понимал, что Пейн вернётся, дабы допросить пленницу. Но методы уже будут куда менее демократичные. Остальные тоже вызывали опасения. Особенно Сасори, который явно намеревался сделать из несчастной марионетку. Осознание и невольно навеянное воспоминаниями чувство ответственности стали причиной того, почему он вскоре появился у решетки Вашей темницы. Обито оставил Ваше тело недалеко от ворот деревни. Но перед этим привлек внимание патруля, чтобы Вас точно нашли «свои».

***

Вы пришли в себя спустя сутки. Первое, что предстало перед Вашим затуманенным взором — это улыбающееся лицо Наруто. Парень бережно держал в одной руке скромный букет цветов, а во второй белую миску дымящегося рамена. За его спиной стояли Сакура и Цунаде. Ученица хокаге была несколько взволнованна, в то время как лицо самой хокаге выражало крайнюю степень задумчивости. После бурных пожеланий скорейшего выздоровления и беседы с друзьями Вы почувствовали внезапную слабость, окутавшую тело. Цунаде тут же выпроводила всех из палаты. Особенно она намучилась с Наруто, который ни хотел оставлять (В.И.) с бабкой-людоедкой. Однако получив законный пендель парень нехотя покинул палату. Стоило двери затвориться, как на коридоре тут же послышались крики. Но госпоже хокаге уже не было дела до юных шиноби. Она подошла к Вашей постели и произнесла, устало покачав головой: — Вот уж действительно мне не доводилось встречать более удивительной девушки, которая к тому же ещё не ниндзя… Невольно поверишь слухам о том, что ты ведьма. — Госпожа Цунаде! — удивленно воскликнули Вы. — Вы же знаете, что это не так! — Знаю, поэтому у меня возникает еще больше вопросов относительно твоей истории… Ведь по сути получается, что тебя спас ниндзя из Акацуки, которые и схватили тебя ради неизвестной цели… — Может они подумали и решили, что составленный ими план не так хорош, госпожа Цунаде? — Наивная, — хокаге беззлобно усмехнулась, — Акацуки не просто группа бандитов, которые могут на ходу менять планы… Нет, здесь определенно что-то не так… — Тот юноша, Тоби… Он сам захотел спасти меня… — И это удивляет меня больше всего… Эх, — женщина устало вздохнула, — главное, чтобы слухи о твоем чудесном спасении не поползли по деревне, иначе репутация ведьмы закрепится за тобой на всю оставшуюся жизнь. От Акацуки ещё никогда не уходили живыми даже сильные шиноби и тем более те не отпускали пленников без единой царапины и ссадины… Ладно, главное, что ты в порядке. Но в следующий раз будь осторожней на тренировках. Может найди какое место в пределах деревни что ли… «Неужели сказка о Золушке так повлияла на Тоби?... Мало верится… Мне кажется, здесь сокрыто что-то другое, известное только ему… Но Цунаде права, мне действительно стоит прекратить подобные вылазки из деревни. Я и не подозревала, что это может быть так опасно… Вот уж где жизнь точно ничему не учит», — так думали Вы после ухода хокаге. Ваш задумчивый взгляд был направлен на вазу, в которой синими фонариками во тьме палаты выделялись цветы, что принёс Вам Наруто. За окном серебряной чешуей переливались звезды, напоминавшие Вам о тех днях и людях, которых уже давно нет в живых.

***

Пейн не противился воле «Мадары Учиха», который поставил лидера организации перед фактом, что план придётся поменять. Обладатель риннегана очень удивился внезапной перемене настроения «Мадары», однако спорить или выяснять истинную причину поступка не стал. В это же время Сасори вымещал свою злость на несчастных, которые должны были стать его марионетками. Однако ему нужна была лишь Вы одна. Ибо Вы должны были стать его лучшей марионеткой, истинным произведением вечного искусства, что будет всегда рядом со своим творцом. «В этот раз тебе удалось сбежать, (В.И.)…Однако мы еще встретимся и более никогда не расстанемся… Никогда, ведь искусство — вечно».