Лед и синь

      — Просыпайтесь, милорд! Через полчаса вы должны быть в столовой.       Зашелестели тяжелые шторы, и в комнату хлынул солнечный свет. Я заворочался в постели, прикрывая глаза рукой.       — Спящую красавицу нужно разбудить поцелуем? — раздался лукавый голос рядом.       Я распахнул глаза и подскочил. Лука засмеялся. Он никогда раньше не был таким. Довольным, открытым. Счастливым.       — Ты! — я задохнулся от возмущения. — Ты ведешь себя странно.       — Так вы желаете, что бы я вел себя как прежде? — веселье сменила равнодушная маска.       — Не пугай меня так, — пробормотал я и поплелся в ванную. Холодный душ приведет меня в чувства.       После душа я сел у трюмо и вопросительно посмотрел на Луку.       — Вы не просушили волосы, — тихо заметил он.       — Признай, ты скучал по этому, — усмехнулся я, разглядывая в отражении еле заметную улыбку на губах парня.       — Да.       От тихого согласия мне стало неловко.       — Почему ты стоишь? — я обернулся к парню.       — Вчера я сказал, что не буду вас касаться, пока вы мне не позволите.       Я вгляделся в глаза Луки. На его лице было озорное выражение.       — Я разрешаю тебе… — я запнулся, едва не произнеся «касаться себя», — делать то, что ты делал до своего признания.        — Понял, — усмехнулся Лука.       Я сглотнул ком в горле. Похоже, я попался на крючок.       Он же поцеловал меня после признания? Верно?       Когда Лука отложил щетку и отошел, я наконец вздохнул свободно. Все это время я сидел как на иголках, все свое внимание уделяя дыханию и сердцебиению. Лука не должен заметить мое состояние.       Лука помог мне одеться, поправил складки бело-голубых одежд, задерживая руки на моем теле дольше необходимого.       — Вы отсутствовали на занятиях три дня, я сообщил профессорам, что вы слегли с температурой.       — С тех пор, как ты рядом со мной, я ни разу не болел, ведь ты подавлял болезнь в зародыше.       — Но они этого не знают, — усмехнулся Лука.       Я засмотрелся, как изогнулись его губы. Кончики пальцев зачесались от желания прикоснуться к ним.       — Мне нравится твоя улыбка.       Я сам в шоке от произнесенного посмотрел в потемневшие глаза Луки, отвел взгляд.       — Не искушайте меня, — произнес он низким голосом. — Нам лучше поторопиться, иначе опоздаем к началу.       Лука первым вышел из комнаты, я последовал за ним.       Что я делаю? Почему произнес те слова? За эти несколько месяцев привычка флиртовать так въелась в меня, что я теперь буду флиртовать с любым, кто проявит ко мне интерес?       Весь день я был на нервах. Мало того, что я напрягался из-за присутствия рядом Луки, так еще и девушки зная, что очередной подарок был принят, обвивались вокруг меня весь день, желая стать следующей счастливицей. Я был вежлив и тепло улыбался им, но больше не осыпал их комплиментами. Под конец дня одна из девушек заметила:       — Вы отсутствовали три дня, а вернувшись стали так холодны к нам! Неужели пока вы болели, за вами ухаживала девушка, и своей заботой смогла растопить ваше сердце?       Я замер на секунду, засмеявшись, ответил:       — Что вы говорите? В мужское общежитие не заходят девушки!       — Ты это видела? — шокировано сказала другая девушка первой. — Мне же не показалось, что наш Ледяной Принц смутился?       — Что-то промелькнуло в его взгляде! — подтвердила первая.       — Разве это проблема? Нас кто-то опередил, — вступила в разговор третья. — Нам просто нужно подождать неделю.       — Не уверенна, — возразила вторая. — На его лице никогда не было подобного выражения.       — Леди! — попытался вклиниться в разговор я, но они не обратили на меня внимания. Подумав о том, что Лука рядом и слышит все, я почувствовал себя неловко. Я выскользнул из круга девушек и скрылся.       — Вы начали бегать от девушек, — рядом раздался смешок.       Я вздрогнул и поспешил в столовую.       — Я же говорил тебе, что перестану флиртовать с девушками. Ты не поверил моим словам?       — Я сомневался, — подтвердил Лука. — Учитывая ваше поведение последние несколько месяцев, в это сложно поверить.       Я резко остановился и обернувшись зло уставился в помрачневшее лицо.       — Ты помог мне осознать, что я поступал неправильно. Пусть они, — я раздраженно махнул в сторону девушек, — сами хотели такого отношения, я не должен был пользоваться этим. Пользоваться своим положением, чтобы затащить девушку в постель — низко. Я ведь даже ничего не обещал им. На что они надеялись? Что я должен делать теперь?!       — Вы ничего им не должны, — резко сказал Лука. — Эти девушки не заслуживают ваших мыслей. Вы не нужны им, — глаза парня вспыхнули злобой. — Они не заслуживают даже тех подарков, что вы вручали им. Если они думали, что переспав с вами, улучшат свое положение в обществе, значит у них неправильные представления о высшей знати. Не думайте о них, — сказал Лука с нажимом.       Я медленно выдохнул, пошел дальше. В словах Луки был резон, и все же мне не давали покоя воспоминания. Несколько последних месяцев я вел себя, как Дерек. Я презирал брата, за легкомысленное отношение к девушкам, а сам стал таким же.       Я легко поужинал и пошел в зал для тренировок. Мне нужно сбросить напряжение. Тренировка отвлечет меня от мыслей.       — Вы слишком напряжены и делаете ошибки! — сделал мне выговор Лука, нанеся очередную, пусть и не смертельную «рану».       — Я пришел сюда, как раз, чтобы сбросить напряжение! — раздраженно ответил я, нанося удар.       Лука скользнул вбок, уходя от удара, и опустил меч. Его взгляд был направлен в пол, брови слегка нахмурены.       — Достаточно на сегодня, — сказал он, и ушел к стойке с оружием, чтобы убрать тренировочный меч.       Я и сам понимал, что дальнейшая тренировка бессмысленна. Я так и не смог отвлечься от неприятных мыслей, и лишь напрасно тратил время.              Вернувшись в комнату, я пошел в душ. Горячая вода смывала пыль и пот, покрывающие мое тело после тренировки. Жаль, нет способа отчистить голову от ненужных мыслей. Кроме ментальной магии.       — Проклятье! — я ударил кулаком о стену. Удар отозвался болью.       Весь день я был сам не свой и это заметили. Я забыл о том, что на людях нужно быть равнодушным с Лукой. Сколько эмоций я проявил в разговорах с ним? Был ли рядомсоглядатай леди Сиверс?       Придет ли мне новое письмо или она дождется моего возвращения? До каникул осталось всего лишь несколько недель.       Из ванной я вышел в еще более подавленном состоянии. Лука стоял у трюмо. Когда он повернул голову, в его волосах блеснули капли воды.       — Не зря я добился для тебя отдельной комнаты рядом со мной, — заметил я.       Лука был непривычно тих, пока ухаживал за моими волосами. Занятый собственными мыслями, я не стал обращать на это внимание. Затем он попросил меня раздеться, чтобы как обычно убрать синяки, оставленные на моем теле его рукой.       Я обнажился по пояс и сел на край кровати. Хоть тренировка и была короткой, на моем теле появилось несколько болезненных синяков. Когда Лука положил руку на синяк, я вздрогнул.       — Больно?       — Нет.       — Потерпите немного, — Лука помрачнел, — я постараюсь закончить быстрее.       — Лука? — я забеспокоился, вглядываясь в напряженное лицо. — Что случилось?       — Ничего, милорд. Просто я принимал желаемое за действительное, — пробормотал парень. — Пожалуйста, не отвлекайте меня.       Через несколько минут все кровоподтеки были убраны. Лука сделал шаг назад, опустив голову. Он избегал моего взгляда.       — Если на этом все, я пойду.       Я схватил парня за запястье, останавливая, и вгляделся в его глаза. В них была боль.       — Я сделал что-то не так?       — Нет, милорд. Вы были добры ко мне. А я этим воспользовался. Теперь вам неуютно рядом со мной. Для нас обоих лучше с этим покончить.       Лука выдернул руку и направился к двери.       — Стой!       Я обогнул его, загораживая путь, твердо посмотрел в его глаза.       — Ты опять пытаешься сбежать, не слушая моего мнения и не объясняя причину, — я раздраженно посмотрел на него. — Меня весь день мучила совесть, что молчала несколько месяцев. А теперь ты заявляешь, что твой уход будет на благо нам обоим. Почему сейчас? Сделай ты несколько дней назад, я бы смог тебя отпустить и дальше бы вел жизнь обычного высокосветского ловеласа, — я медленно выдохнул, понимая, что сказал лишнее. — Извини. Мне действительно плохо сейчас. Ты нужен мне. Что я сделал?       Лука закрыл глаза и медленно выдохнул, поморщился. Когда же он вновь открыл их, на его лице была привычная маска.       — Я весь день наблюдал за вами. Вам неловко рядом со мной. Я думал, что смогу быть рядом с вами. Заботиться о вас, наблюдать со стороны. Думал, что мне будет достаточно и этого. Но я стал жадным. Я хочу прикасаться к вам, хочу целовать вас. Я хочу увидеть в ваших глазах то же желание, что горит во мне, — тут маска треснула, и Лука горько улыбнулся. — А вам неприятны мои прикосновения.       Я сглотнул, и опустил взгляд, не зная, куда деть глаза. Лука всю жизнь был столь равнодушным, что видеть его сейчас, показывающим уязвимые чувства, было чем-то нереальным. Мне потребовалось время, чтобы собраться с мыслями и посмотреть в его глаза.       — Почему ты так думаешь?       Лука прищурил глаза и с сомнением проговорил.       — Вы были напряжены, когда я расчесывал ваши волосы, отстранялись, когда залечивал синяки.       Я нахмурился. И в самом деле, я был напряжен. И даже не скрывая, сказал об этом Луке во время тренировки. Но он воспринял все не на свой счет.       Я поднял руку и провел костяшками пальцев по щеке парня.       — Ты напрягся от моего прикосновения, — заметил я.       — Конечно, ведь… — отчаяние в его глазах сменилось надеждой. Он сглотнул. — Вы не можете утверждать, что чувствуете ко мне тоже, что и я к вам.       — Я и не утверждаю, — я покачал головой, опустив руку. — Я еще не разобрался в своих чувствах. Честно говоря, весь день меня занимали совсем другие мысли.       Я отошел к окну, разрывая зрительный контакт, чтобы собраться с мыслями. Сквозь окно светили звезды.       — Помнишь, как мы гуляли по городу, отмечая твой день рождения? Тогда ты снял передо мной маску, а в конце дня и вовсе улыбнулся. — Я закрыл глаза, воскрешая перед глазами тот миг. — Я был пленен твоей улыбкой. Возможно, я влюбился в тебя в тот миг.       Я повернулся, посмотрел на парня. На его лице эмоции сменяли друг друга. Что бы было, если бы Лука не закрылся от меня тогда? Я бы осознал свои чувства раньше? Или не разочаруйся я в девушках, я бы не смог их принять?       — Лука, — позвал я, подходя вплотную к парню. — Дай мне время принять эти чувства. Ты видел, каким я был в последнее время и принял меня даже таким. А я не могу этого принять. Эти губы целовали стольких девушек, — я прикоснулся к своим губам, сердце сжалось от боли, — и часто на твоих глазах. Как они могут целовать того, для кого даже мысль об измене любимому человеку вызывает отвращение?       Лука перехватил мою кисть и по одному поцеловал пальцы, что только что касались губ. В его взгляде боль перемешалась с нежностью. Опустив сою кисть, Лука обхватил мое лицо ладонями. Большими пальцами он нежно гладил мои щеки. Его лицо было всего в нескольких сантиметрах от меня. Теплое дыхание касалось кожи. Мое сердце забилось быстрее.       — Позвольте мне целовать эти губы, — палец скользнул по нижней губе, — пока они не забудут чужой вкус. Просто позвольте мне быть с вами, и я готов ждать вас целую вечность.       Я слабо улыбнулся и закрыл глаза, давая молчаливое согласие. Через секунду я почувствовал мягкое прикосновение. Лука был осторожен, как будто бы это был первый поцелуй. От этой нежности у меня защемило сердце.       Чем я заслужил эту любовь и преданность?       Отстранившись, Лука с нежной улыбкой посмотрел в мои глаза. Я улыбнулся в ответ и обнял его, положив голову на плечо.       — Спасибо тебе.       Искренние слова слетели с губ не осознано. Лука на мгновение напрягся, а потом прижал меня ближе.       — Вы не должны благодарить меня, — проговорил он тихо. — Я люблю вас. Моя жизнь принадлежит вам. Я не могу представить, во что бы она превратилась, если бы вы позволили мне уйти. Если бы вы стали чувствовать ко мне отвращение, — хватка усилилась. — Я сам не сразу принял эти чувства. И осознал я их, целуясь с девушкой.       От этих слов я напрягся. Меня обожгла ревность.       — Вы как-то спросили, целовался ли я когда-нибудь. Только однажды. Вы и представить себе не можете, каково было мое удивление, когда в тот момент в моем сознании всплыл ваш образ, — Лука хмыкнул и уткнулся лицом мне в шею. — С тех пор, вы стали моей вселенной. И я никогда в жизни не был счастливее, чем в данный момент. Это я должен вас благодарить.       Я медленно выдохнул и улыбнулся, прижался щекой к слегка влажным волосам. Мне было уютно и спокойно в его объятиях, и я смог отбросить тревожные мысли. Прошлое не изменить, как бы мне этого не хотелось.       Быть может с поддержкой любящего человека я смогу изменить будущее?       Впервые за шесть лет в мою голову пришла мысль воспротивиться матушкиной воле.